Вдох

Его глаза непроизвольно прикрылись, когда он прикрыл за собой дверь "Бессмертной искры". Он... Просто ужасен. Из его уст вырвался дрожащий выдох, словно вот-вот и по его щекам потекут слезы. Он виноват перед ними. Он правда был трусом. Фран был прав... Если Эо конечно может теперь его называть Франом. Ладонь сжала ткань одежды в районе сердца, не зная куда деть руки. Гарант сделал первый шаг, после второй. А спустя время, ноги словно сами понесли его. Он не осознавал, куда направлялся. Не обращал внимание на косые взгляды, что кидали на него мимо проходящие лица. Так, гарант покинул Поэну, даже не удосужившись взглянуть в сторону двух бездельников. Мужчина остановился, когда понял, что находился далеко не за стенами Поэны. Поднимая свой взгляд, он встретился со входом в пещеру, где впервые повстречал Лололошку... Прикусывая свои губы, в его глазах снова отразилась печаль. Почему же он пришел сюда? Эо не мог ответить на этот вопрос, но это место давала ему — Надежду. Надежду на лучшую жизнь. По крайней мере для его сына, ведь он больше не может перемещаться по мирам. Он не может покинуть междумирье... Его искра... Навсегда потухла. Он отвернулся в сторону, снова начиная свой путь, на этот раз вглубь леса. Интересно, встретит ли он такими темпами междумирца? Что скажет ему его "друг"? Разочаруется ли в нем демиург, после того как узнает? Эо боялся... Он и так разочаровал тех, кого бы мог назвать "друзьями" или даже "семьей". Он не хотел разочаровать и полюбившего "человека". Останавливаясь возле одного из стволов деревьев, мужчина скатился вниз, оседая на землю с шумом. Его лицо оказалось закрыто ладонями, от чего звук вырвавшийся из его груди, оказался приглушен. Фран был прав — как ему после такого верить? Он шантажировал ныряльщика, не позволял находиться наедине с остальными. Он подслушивал Лололошку и Ашру через червефоны. Чем же он черт возьми стал, находясь в этом проклятом месте? Неужели Эо потерял всю свою человечность, за столько то столетий? Междумирца все не было. Значит ли это, что междумирец тоже оставил его?... Ладони медленно переместились на голову, от чего шляпа оказалась на земле. Фаланги пальцев зарылись в седые пряди волос, стискивая их с такой силой, словно он хотел вырвать свои волосы. Дыхание стало тяжелеть, одновременно становясь рванным. Руки неистово дрожали, в то время как в горле застрял ком. Только не снова... — Нет... Умоляю. Н-не надо... — Эо зажмурил глаза, словно бы это могло спасти его от тех кошмаров, что он пережил. Пряча свое лицо в коленях, он обхватил плечи собственными руками. С его стороны послышался приглушенный звук, что был полон отчаяния и боли. Перед глазами то и дело появлялись лица, что стали близки ему за все то время...

— Ты шантажировал меня! Ты настоящий монстр, Эо! Чудовище!

Кричал раздраженный тон голос Сан-Фран в голове. Руки сжались сильнее, дыхание стало тяжелее и рванным:

— Я тебе верила! Верила, Эо! А ты...

Голос Ашры, чей образ появился перед глазами, звучал с обидой, даже с неприязнью. Он бы смог держаться, если бы не появившийся Лололошка, чьи слова затмили всех их разом:

— Почему ты не сказал мне об этом?...

Его голос звучал безэмоционально, что казалось бы, за очками скрывались такой же пустой взгляд.

— Я тебе доверял, Эо... МЫ тебе доверяли!

Чужой крик оглушил его, заставляя хвататься за голову от невыносимой боли. И словно по сценарию, он почувствовал прикосновения к своей голове. А после, услышал как личность уселась рядом с ним, обхватывая его, прижимая к себе. Его нос непроизвольно коснулся чужой шеи, от чего он смог почувствовать чужой запах... Что стал таким родным, за столь короткое время. Руки Эо молниеносно оказались на чужой талии, вцепившись в чужое тело, словно это был его единственный шанс. Пряча свое лицо в чужой шее, он издал громким всхлип, не обращая внимание на слегка царапающую кожу его щеки, прохладные пластины чужого тела. Хватка его не ослабла, а лишь усилилась, вцепляясь чуть ли не с треском ткани плаща, под ладонями. Гарант чувствовал, как чужие ладони провели по его сгорбившиеся спине, словно призывая успокоиться. Этот жест правда успокоил, но всхлипы все ещё вылетали из его губ. Он все ещё дрожал, но не так сильно как раньше, когда его словно бы трясли как тряпочную куклу. — Я здесь... — послышался глубокий голос демиурга над ухом, от чего хватка гаранта ослабла. — Поплачь, не стоит держать все в себе — продолжал он, проведя ладонью по спине. Слова междумирца кажется сломали плотину, что Эо отстраивал годами. Мужчина громко и горько разрыдался, не в силах больше сдержаться. Он уже не мог быть сильным как раньше... Не тогда, когда раскрыл свою главную проблему, словно бы оголяя плоть от костей, раскрывая голые ребра. А в итоге, его ударили по этим самым раскрытым ребрам. Повелитель времени молчал, принявшись тихонько укачивать рыдающего в своих руках. Не забывая лишний раз провести по чужому плечу или макушке, как будто это могло спасти горюющего от страданий. Так возможно бы продолжалось долго время, если бы Эо в какой-то момент не отстранился от демиурга. Вырвавший рваный выдох из его уст, показывал что тот ещё пришел в себя. Тем не менее он был готов взглянуть в чужие глаза, своими заплаканными. — Не поведаешь мне, что стряслось? — задал вопрос преступник, не отрывая своего внимательного взгляда с лица гаранта. Глаза демиурга приятно мерцали, имитируя моргание. Эо заикался, то и дело открывая рот, а потом закрывая словно рыба. Он не знал как начать... Что если и междумирец отвернется от него? — Я... Я обманул их... — начал Эо, шумно сглатывая. — О-они мне доверяли, а я просто... Отвратительно поступил с н-ними... — заикаясь, ответил он, чувствуя как его потянули к себе, прижимая его голову к чужой груди. Эо на какое-то время замолчал, подбирая нужные слова. Боясь насладиться чужим теплом и лаской, что были так необходимы сейчас. Лишь спустя время, продолжая свой рассказ: — Тебя тоже... Я уже давно не мироходец... — сказал он, прикрывая глаза. Вот правда тут же широко раскрыл их, когда услышал над головой чужой смешок. Поднимая свой испуганный взгляд, он остановился, смотря на лицо междумирца, что продолжал тихо посмеиваться. Его глаза хитро мерцали, от чего Эо съежился под чужим взглядом. — Я знаю. — ответил кратко междумирец, переставая смеяться. На этот раз более серьезно смотря на гаранта — Я всегда знал. И не спрашивай "как?" или "откуда?". Ты уже знаешь ответ на свой вопрос. — поведал ему демиург, наклоняя голову. Довольно-таки интимно коснувшись своим лбом чужого, от чего демиург смог услышать чужое, тяжелое дыхание. — Я-я не п-понимаю... — тихо прозвучал голос Эо, чей страх пропал, но все равно остался неприятный осадок внутри. Его взгляд опустился, но через время его пришлось вернуть, когда демиург коснулся своей ладони его щеки. — Я... Можно сказать довольно чувствителен. И прекрасно чувствовал, состояние твоей искры — постарался понятнее объяснить ему демиург, не отрывая своего внимательного взгляда. — Но у меня возник вопрос: Как же ты в таком случае смог попасть в Эрессию? — задал вопрос междумирец. О... Эо совсем забыл про это. Да и собственно, как и ныряльщик, когда выдал его главную тайну. Опуская взгляд на землю, он снова прижался междумирцу, пряча свое лицо в чужую грудь. Он чувствовал, как горит его лицо и как неприятно пульсировали виски. Пластины темной брони были соблазнительно прохладны, от чего он не удержался и потерся щекой о поверхность пластин. — А... Артефакт... — он не решился отстраниться от чужой груди — Я использовал артефакт. Он работает на скинте. Его довольно тяжело использовать и очень болезненно. Даже... — Даже смертельно — закончил за него повелитель времени, оглаживая чужую спину повторным маршрутом. — Несмотря на риск, ты решился это сделать? — Так бы они не сомневались... — ответил гарант, снова вцепляясь в чужой плащ, не желая отпускать. Вдруг междумирец уйдет?... Уйдет разочарованный в нем. Губы сложились в тонкую полоску, словно в порыве обиды.

— Ты эгоист, Эо. Самый настоящий эгоист.

Пронесся голос в голове, что так болезненно был похож на родной голос междумирца... Из мыслей его вывела тяжесть на спине, что надавливала на него, призывая улечься на демиурга. Спустя время, он оказался между чужими ногами, усаженный вместо холодной земли, на подол чужого плаща, что на удивление был теплым. Он шумно выдохнул, чувствуя что готов был снова разрыдаться. Почему?... Почему междумирец не оставил его, а наоборот, остался. И сейчас так крепко, но в то же время нежно обнимал. — Почему... — решился напрямую спросить Эо — Почему ты не ушел? Я же просто чудовище... — снова мягкое прикосновение к его щеке. — Меня не волнует мироходец ты больше или нет. Меня волнует лишь ты сам и твое состояние на данный момент. — было ему ответом, когда демиург снова потянул его за подбородок, заставляя смотреть на себя. — То что твоя искра погасла, не отменяет того факта, что ты тот же человек, что и раньше. Каждый может оступиться совершая ошибку, но и каждый может получить второй шанс. Шанс на исправление, Эо. — гарант непроизвольно затаил дыхание, слушая чужой голос — Нет хороших и плохих людей. Даже я, ты и прочие, можем совершить злые вещи, так и добрые поступки. — свободная ладонь междумирца оказалась на его макушке, принявшись поправлять растрепанные пряди волос. — Ты не чудовище, Эо. Из уст гаранта вырвался выдох. Выдох, что был полон облегчения. Он положил свою голову поверх чужого плеча, прикрывая уставшие глаза. — Спасибо... — тихо прошептал гарант, чувствуя как по щеке скатилась одинокая слезинка. — Спасибо... — Поплачь, не держи в себе. — послышался родной голос рядом, а после последовали мягкие поглаживания. — Если хочешь, я могу тебе спеть... — "Спеть"? — повторил за ним Эо, приоткрывая глаза — Пожалуйста... — попросил он, прижимаясь теснее к междумирцу. И междумирец начал:

Вдох закрой глаза Я с тобою навсегда Выдох, сердца стук Ровным боем режет слух Вдох — вся боль пройдет Календарь замедлил ход Выдох — слезы спрячь И, пожалуйста, не плачь Вдох — закрой глаза Я с тобою навсегда

Эо прикрыл глаза, прислушиваясь к чужому голосу рядом. Его глаза непроизвольно прикрылись, когда он прислушивался к песне, что была словно колыбельной... Или даже луч света во тьме, который он смог достичь через пелену злобы...

Думаешь, что не возможно Все сломать одним движением Сердце сокрушить не сложно Под психическим давлением Есть всего одна возможность Корень погубить мучения Просто закрой глаза И дождись меня...

— Спасибо... — последнее, что шептал он междумирцу, ослабевая свою хватку на нем. Засыпая, под песню звучащую из чужих, но в то же время родных уст. Прижимая к себе уже спящее тело, преступник мультивселенной ещё долго смотрел на него. Так и не решив, покинуть мужчину, поглаживая его по голове. Решив посторожить чужой покой, до момента когда Эо проснется...