Фобии

      Джисон ехал по автомагистрали. Рядом сидел человек, который ворвался в его сердце, выбив дверь ногой. Его невероятный кошачий взгляд ореховых глаз кружил голову, запах не давал надышаться. С первых секунд близости с ним было мало. Хотелось больше, обычный поцелуй не насыщал. Хотелось разложить его желанное мускулистое тело на капоте машины прямо посреди дня и заполнить его, заставить кричать от оргазма. Почему он вдруг стал так важен? Почему хотелось его всë больше?       В его жизни было всё: любящие родители, которые на самом деле заботились о нем и обожали не меньше первенца, старший брат и невестка, окружавшие его вниманием. Ему не мешали заниматься любимым делом и ни в чëм его не ограничивали, не ставили рамки, не загоняли в стандарты. Ему было по большей части спокойно, пока тёмной энергии внутри него не становилось слишком много, и она не требовала высвобождения. До того, как его засекли родители, Джи занимался поджогами всевозможных мусорок лет с четырнадцати. Как он пришёл к пиромании и сам сказать не мог. Просто однажды понял, что таким образом сжигает всё плохое внутри себя.       К дому Минхо они подъехали, когда солнце отбрасывало последние лучи на небо, раскрашивая его в невероятные цвета. Джисон не хотел отпускать его. Его самого пугал такой поворот. Но это было приятно, он тонул в этом чувстве с головой. Они целовались в машине нежно и ласково, Джи опирался на перегородку между передними сидениями и тянулся к нему всем корпусом. Минхо гладил его по щеке. — Прости, становится темно, мне пора, — вдруг сказал старший.       Хан нехотя отпустил его и вышел вместе с ним из машины. — Давай встретимся в понедельник? Мы можем побыть вместе после моей работы, если ты не будешь занят, — предложил Минхо. — Для тебя я не буду занят.       Джисон смотрел, как старший скрылся в подъезде, и со стоном сел в машину. Он хотел пойти за ним, не хотел его отпускать. Его член всё ещё стоял, и возбуждение не спадало, напряжение не покидало его тело. И тут до него дошло: сегодня он не сжёг ещё ни одного листочка. Стояк всё ещё не давал двигаться свободно, и вести машину было трудно. В ближайшем ночном маркете он купил несколько газет и снова сел за руль. Нет, до набережной он не дотянет. Джи припарковался на обочине и глубоко выдохнул, пытаясь мысленно понять где ближайшая пустынная точка в городе. Рядом вокзал, а значит спокойно можно найти пустынный участок железнодорожных путей и сделать импровизированный костёр. У него дрожали руки, когда он представлял горящий огонь, его запах и блики, треск пламени. О, да! Уже хочется это ощутить! Почувствовать кожей тепло, которое у него забрал Минхо.       Джисон нашёл подходящее место, достал ворох газет, зажигалку и вышел из машины. Он встал на рельсу ногами, сел на корточки, удерживая баланс, и начал поджигать по листочку, бросая их в середину между шпалами. Всё его тело дрожало, возбуждение стало еще сильнее. Один из горящих листочков отнесло ветром к дереву. Загорелись сухие ветки около ствола и мусор возле, пламя разрасталось. Джи сел на капот и расстегнул джинсы, освобождая из плена каменный член. Он сжал его в кулак, представляя тонкие пальцы Минхо, начал водить по нему вверх-вниз, быстрее и быстрее. Огонь в глазах всё больше распалял его, сладкий стон сорвался с его губ, потом ещё один, пламя грело и было так близко, но не могло перейти через рельсы. Парень почти лёг на капот Волантэ, продолжая удовлетворять себя. Его не волновало больше ничего. Хан кончил, пачкая руку спермой и растекаясь лужицей по машине. Его тело сотрясалось от последствий оглушительного оргазма. Отдышавшись, Джисон вскочил на ноги и нырнул в салон, достав салфетки, вытер руки и опадающий член, поправил одежду и только потом поднял глаза. Ему нравилось то, что сейчас было перед ним. Взгляд следил за язычками пламени, которые уже объяли нижние ветви бархатного дерева и ближайший к нему кустарник. Было так прекрасно и тепло стоять так близко! Ладонь коснулась холодного металла корпуса Волантэ, и он как будто очнулся. Его мания опять вышла из-под контроля. Стало страшно! Джисон больше не контролировал себя.