Фобии

      Крис сидел в гостиной. Как объяснить всё? Он не знал, насколько Джинён «в материале» приступов брата. Мужчина сделал глубокий вдох. — Где госпожа? — спросил Бан. — Родители на благотворительном вечере. Мы там тоже были, но ушли раньше. Хён, ты можешь всё рассказать мне. Я не дам Джисона в обиду. Почему он без сознания? У него опять был приступ? — Джинён, прежде всего успокойся. Я не знаю, что произошло с твоим младшим. Он позвонил мне сам около часа ночи, сказал, что что-то горит и ему страшно. Мы нашли его у железнодорожных путей недалеко от вокзала и вызвали пожарных, — объяснил ему Крис. — Он потерял сознание там или по пути? — Я вколол ему снотворное. Должно хватить часов на десять, не меньше. А к этому времени я уже вернусь и всё у него узнаю. — Хён, оставайтесь здесь, — попросил Джинён. — Вам сейчас приготовят гостевую. Одежду я дам новую. — Хорошо. Наверное, так действительно будет лучше, — согласился Бан.       Хан распорядился насчёт спальни, чая и одежды, затем удалился к жене. К молодому хозяину, по просьбе Бана, был прислан слуга, которому было наказано следить за состоянием мальчишки. Спустя десять минут Криса и Джина проводили в спальню, соседнюю с покоями Джисона. Пара переоделась в домашнюю одежду и легла в постель. Они отрубились почти мгновенно. Проснулись оба около девяти утра, но чувствовали себя бодро не смотря ни на что. Друг за другом парни приняли душ и надели свою одежду, после чего спустились в столовую, обнаружив там маму Джисона и жену Джинёна. Обе женщины что-то обсуждали за завтраком, рядом крутился очаровательный мальчишка трёх лет. Старшая из них сразу же встала на ноги и жестом пригласила их присоединиться. — Кристофер, Хёнджин, рада вас видеть. Присаживайтесь! Сейчас подадут завтрак. — Госпожа, благодарю, — Почтительно поклонившись, ответил Крис. — Ты звонил мне вчера, прости, я не слышала. — Мы справились, госпожа. — Мы уже разобрались в ситуации. И спасибо вам обоим огромное за то, что привезли его. Кристофер, моя благодарность уже на твоём счету. Ты сможешь остаться до пробуждения Джисона? — спросила женщина. — Конечно. Мне нужно разобраться с причинами приступа. Я не понимаю, что послужило его основанием. В пятницу всё было хорошо. Госпожа, куда он собирался вчера? — Мы обедали, а потом он просто встал и ушёл, сказав, что у него важная встреча, — взволнованно сказала госпожа Хан. — Я обещаю вам, что разберусь. Это моя зона ответственности. — Кристофер, я очень беспокоюсь за него. Я люблю обоих своих сыновей и внука обожаю, но Джисон… — Я понимаю вас, госпожа. Заверяю вас, что в пятницу вечером на приёме было всё в порядке. Мы общались, и он улыбался, выглядел довольным, рассказывал о том, что отец наконец-то возвращается. Может, поссорился с парнем? — предположил Крис. — С парнем? — в один голос спросили обе госпожи. — Да. Джисон — гей. Он давно признался мне и пытался приставать. — Как много я не знаю о собственном сыне? — Госпожа, не волнуйтесь так! Джисон — он просто не такой, как все. Ему некуда выпустить энергию, поэтому он сжигает по одному листочку в день, иногда по два. Но недавно он купил зажигалку, и это меня беспокоит. Видимо, вчера что-то произошло.       Когда они уже пили кофе, подошел слуга и с поклоном сообщил, что Джисон пришел в себя и попросил завтрак. Крис поднялся на ноги и побежал в комнату подопечного. Джисон сидел в подушках, поджав колени к груди. Он затравленно поднял на него глаза, по щекам тут же потекли крупные слёзы. Мужчина присел на постель и прижал к себе парня.