Фобии

      Внезапно наступившая тишина вырвала его из мыслей. Феликс посмотрел в сторону матового стекла и вышедшего из-за него парня. Хотел ли он чего-то от него? Старший проследовал к комоду, схватил полотенце, которым методично стал вытирать влагу со своего тела, смотря Ликсу прямо в глаза. В памяти всплыло сообщение от Криса. Ну да, такой здоровяк мог посчитать его за феечку. Так странно звучит! Феликс следил за каждым движением старшего. Интересно было посмотреть на его реакцию. Вот он натянул штаны и приблизился почти вплотную к комоду, на котором сидел блондин. Казалось, что вот сейчас Чанбин наклонится и поцелует его. Мурашки побежали в тот момент, когда парень и правда немного склонился в его сторону. Бабочки в животе щекотали изнутри, руки сами потянулись к обнажённой груди парня. — Феликс, что ты делаешь? — совсем близко раздался голос Чанбина.       Когда его глаза успели закрыться? Он резко распахнул веки и посмотрел в лицо брюнету. Тот, как ни в чем не бывало, стоял рядом с феном в руках. Что? Он просто хотел достать этот дурацкий фен? Но Ликс чувствовал эту химию между ними, когда дрожь по телу и мурашки по коже. Он стыдливо опустил глаза, чувствуя, как горят уши. — Я почувствовал… Забей, ладно? Я просто переписывался с Крис-хёном и надумал себе… — начал оправдываться Ликс, желая уже закончить этот идиотский разговор. — Почувствовал, что я хочу тебя поцеловать? — Чанбин посмотрел ему прямо в лицо. — Да. Прости, это всё так глупо. — Не глупо. Я действительно хотел, но подумал, что ты будешь вправе засудить меня за домогательство. Я пообещал защищать тебя, а вместо этого веду себя, как идиот. Наверное, мне следует одеться полностью.       Брюнет положил фен и потянулся за футболкой, но Ликс остановил его. — Нет, я тоже хотел. Ты же можешь? — осторожно спросил Ли.       Чанбин кинул футболку на место и подошел к нему обратно. Его руки легли на бедра Феликса, поведя немного выше, пресс коснулся скрещенных лодыжек, лицо оказалось в сантиметре от его собственного, глаза закрылись сами собой, ладони коснулись широких плеч. Лёгкое прикосновение губ было дразнящим, призывающим к большему. Ликс сам коснулся его языком и почувствовал ответное действие старшего. Восторг затопил всё сознание, пальцы заскользили выше, пока не достигли коротких влажных волос за ушами. Было настолько приятно снова чувствовать себя нужным, желанным. Казалось, что они целуются вот так целую вечность. И не хотелось отпускать его. Старший медленно отстранился, когда воздух в легких закончился, а потом и вовсе отошел, надевая злосчастную футболку. Феликс был готов умолять, чтобы вернуть себе его тепло. — Прости, ты, наверное, тоже хочешь в душ, — хрипло проговорил Чанбин.- Я буду ждать тебя за дверью.       А потом он просто вышел. Феликс сидел, застыв на комоде, еще несколько минут. Потом всё же заставил себя двигаться. Спрыгнул на пол, скинул с себя одежду и спрятался за стеклом. Пальцы нащупали рычажок включения воды, теплый дождь обрушился на него сверху, приятно окутывая всё тело. Пребывая в полной прострации, парень обмывал себя, помыл волосы, перепутав шампунь и кондиционер. Что для него значил этот поцелуй? Ликсу определенно понравилось, хотя до этого он считал себя строго гетеро. Блондин не мог сказать, что готов большему, но поцелуй, да еще такой сладкий, повторить был не прочь. Феликс натянул на себя штаны и футболку и вышел из ванной, которая даже не была заперта. Брюнет обнаружился стразу за дверью. — Не против немного поспать? — предложил Ликс Чанбину, помня о том, что тот сидел около него всю ночь. — Не против. И, Феликс, этот поцелуй… Прости за него, ладно? Я не должен был. Ты мне нравишься, но тебя это ни к чему не принуждает. Просто забудь, — тут же выпалил старший. — Но я не хочу. Мне понравилось. Я хотел бы повторить когда-нибудь. А сейчас пойдем спать. Я жутко устал и перенервничал.       Чанбин лег на постель и укрылся одеялом так далеко от него. Ликс потушил лампу и залез под его одеяло, обнял за талию и уткнулся между лопаток, вдыхая запах цитрусового геля для душа. Парень повернулся, просунул руку ему под голову и крепко прижал к себе. Феликс уткнулся носом ему в шею и на самом деле почувствовал себя крошечным и под защитой, прикрывая глаза.