Фобии

      Чанбин сидел в своей комнате, зазубривая неправильные английские глаголы, которые никак не хотели укладываться в его голове. Он долбил их уже второй час, из-за чего болела голова и поднималась ярость. Краем уха он слышал звонок домофона и мамины шаги, а потом стук в дверь. — Да, мам, входи, — крикнул Со, не отрываясь от конспекта.       Бин слышал, как отворилась дверь и легкие шаги по ковру, запах цитрусовый. На плечи легли маленькие ладошки, которые плавно стекли на грудь. Конечно он узнал эти руки и этот маленький носик, уткнувшийся сейчас ему между шеей и ухом. Нет, это просто галлюцинация! Но не может же видение сейчас целовать его в шею? Чанбин резко развернул кресло и уставился на стоявшего перед ним блондина. — Феликс? Ты здесь откуда? — Я приехал поговорить, хён, — спокойно проговорила фея и уселась к нему на колени.       Бин инстинктивно поддержал его под спину и обхватил его колени, подняв голову, уставился в его бездонные темные глаза. — Ликси, глупый, езжай домой. Чанук наверное волнуется в машине. — Нет. Ук остался в резиденции. Я удрал от него, — улыбаясь, сказал Феликс. — Но зачем? — удивился Бин. — Чтобы поговорить. Я хочу рассказать тебе, как сильно люблю тебя, хён. Я не могу больше без тебя. Я вижу, как ты смотришь на меня издалека, вижу, как ты уходишь домой каждый день, как бьёшь стену до крови около курилки. Но я всё равно тебя люблю. Люблю твои ямочки на щеках, когда ты улыбаешься и тело твоё обожаю. А еще ты заботливый, добрый и самый лучший… для меня, — закончил свою речь младший. — Что это всё значит, Феликс? — больше всего на свете Бин боялся проснуться, ведь это было больше похоже на сон. — Посмотри сейчас мне в глаза и скажи, что не любишь меня. Поверь мне, хён, я просто встану и уйду. — Но я не могу тебе этого сказать. Но и признаться не могу. Я не хочу портить тебе жизнь, Ликси. Ты должен двигаться дальше.       Чанбин попытался отодвинуться, но вдруг пальцы младшего впились в плечи, а лицо придвинулось ближе. — Нет. Моя мама не против наших отношений, и я тебя так просто теперь не отпущу. Ты мой! — гордо сказал Феликс и чмокнул его в губы. — Ты рассказал о нас маме? — Чанбин был просто в шоке. — Нет. Она сама узнала. Так ты любишь меня или нет? — Люблю. Даже если не хотел бы сам себе признаваться. Но люблю настолько сильно, что даже дышать страшно. — Отлично! Чаем угостишь?       Бин удивлённо смотрел, как эта сказочная феечка спрыгнула с его колен и удалилась в коридор. Тут же послышался голос матери и низкий бас Феликса. Кажется, они знакомились. Наверное, пора вмешаться! Чанбин вскочил на ноги и помчался в сторону кухни. Инсыль сидела напротив Ликса и рассказывала о рецепте семейного печенья. При его появлении оба дорогих ему человека повернули к нему головы. — Бинни, дорогой, почему ты не говорил, что у тебя такой симпатичный парень? — спросила женщина. — Мама, он просто фея, которая меня оберегает, — улыбнулся Чанбин. — Миленький до ужаса, — поддержала Инсыль. — Я люблю его, мама, и хочу быть с ним.       Блондин оглянулся на него прямо с набитым ртом и расширенными глазами. Он заулыбался и взял его руку в свою. Бин сейчас был так счастлив! — Хён, отвезешь меня домой? Я боюсь, что не доеду сам. Я и сюда-то приехал на инстинктах, — попросил Ликс. — Конечно. Мам, я скоро вернусь. Не жди меня, — сказал Чанбин и встал с места. — Тётушка, я обещаю вернуть вам сына после завтрака. Надеюсь, вы не расстроитесь? — Нет, Ликси. Завтра воскресенье, поэтому всё в порядке. Жду вас завтра на мой банановый пирог, — сказала женщина, провожая их в прихожей.       Ликс потянул его вниз, туда, где у подъезда стоял шикарный Мерседес. Блондин снял его с сигнализации и кинул ему ключи. Уже через пару минут автомобиль скользил по дороге сквозь ночную столицу. На бедре лежала маленькая теплая ладошка младшего. Было нереально хорошо! Но одна мысль не давала покоя. -Феликс, кто мы друг другу теперь? — не стал тянуть с вопросом Бин. — Хён, ну тут всё очевидно. Мы теперь встречаемся, как пара, — уверенно сказал Ликс. — А если я не хочу? — Ты хочешь, хён. Просто ещё сам не веришь, но мы встречаемся. В любом случае, я тебя не отпущу.       Дальнейший путь прошел в милой болтовне. Бин не верил своим глазам. И разуму тоже не верил. Феликс, обычно такой напуганный и грустный, сейчас сиял, как солнышко. Время пролетело незаметно, и уже около половины одиннадцатого они поднимались по ступеням ко входу. Ликс внезапно остановился и развернулся на 180, затем выудил у него телефон из кармана. — С этого момента ты похищен и находишься в полном моём распоряжении.       Младший озорно улыбнулся, развернулся и понёсся внутрь. Бин посмотрел ему вслед и медленно пошел следом. Такой странный! Он же и не против сдаться. Парень скинул обувь и, оглядевшись еще раз вокруг, засомневался. Но в памяти всё еще была яркая улыбка его феечки и он упрямо пошел наверх. Там, в хорошо ему знакомой спальне, маленькие ладошки обнимали его, а юркий язычок сбивал все мысли. Он любил это сокровище, и ничто не помешает им быть вместе.