Miss you

             Джисон идёт немного сзади, прислонив ладонь к плечу нерасторопно идущему Минхо, и, не прикладывая много сил, подталкивает его вперёд.       — Джи, я сейчас навернусь с этой лестницы, — спускаясь по ступенькам на дрожащих конечностях, шипит Ли.       — Я же держу тебя, не переживай, — говорит спокойно Хан и немного оттягивает футболку старшего, демонстрируя правдивость слов.       Минхо нервничает и больно кусает собственные губы, судорожно сжимая пальцами краешек полотенца, висящего на плече.       — Джисон, ну а если нас поймают, — обеспокоенно произносит Ли, но едва ли с вопросительной интонацией.       Джисон его уже раз двадцать, если не соврать, успокаивал, но Минхо не прекращает волноваться.       — Ну, даже не знаю. Скажем, что пошли в душ, чтобы померяться членами, что такого? Все так делают.       Хохмит Хан, подустав от нарочитой нервозности старшего, который этот вопрос задает не в первый раз за последний час.       — Очень смешно, — фыркает Ли.       — А по-моему план супер.       — С чего бы? — ведёт плечом Минхо, пытаясь скинуть чужую руку, что уже вальяжно разместилась там.       — Ни за что не поверю, что ты так не делал в школе с одноклассниками, — усмехается Джисон.       — Может, у вас, в Малайзии, это нормально, а у нас таким не страдают, — хмурится Ли и берёт Хана за руку.       — Какая праведная страна — Корея — всё-таки.       Минхо лишь закатывает глаза, чуть сильнее сжимая чужую ладонь в своей, и идёт покорно вперёд, склонив голову. Думает о своём, иногда вздрагивая от мысли, что они всё же вполне могут попасться.       — Знаешь, я думаю, что эта отмазка даже сработала бы, — вдруг говорит Ли, — но у нас нет с собой даже линейки.       — Давай так, — предлагает Хан, — если стафф нас спалит, я честно признаюсь, что измерял твой член губами, м?       Минхо останавливается, даже приоткрывая рот от услышанного, и практически давится воздухом, поднимая ошарашенный взгляд. И, когда Джисон начинает смеяться, Ли, не жалея сил, стукает его ладонью по плечу.       — Хо, ну же, хватит, у нас гораздо меньше времени, чем того бы хотелось, пойдём, — взмаливается Джисон.       Ли кивает, как только с уст младшего сползает улыбка, и, преодолев пару метров в три шага, сам открывает дверь ванной комнаты.       И почему только, живя на пятом, в душ надо идти на первый? — этот вопрос не дает Минхо покоя, когда после тренировки, с желанием только лечь и уснуть, ему нужно делать столько лишних движений.       Ли заходит внутрь небольшого помещения первым, откладывая полотенце на небольшую сетку для развешивания одежды, пока Хан заходит следом, закрывая дверь, как понимает старший, слыша щелчок.       — Слушай, я... — договорить не даёт Джисон, который рывком тянет его на себя, а в следующее мгновение впечатывает в стену.       Минхо не успевает опомниться, как губы Джисона пленят его собственные, а чужие руки так нахально забрались под футболку и уже оглаживают мягкую оголённую кожу на боках, несильно сжимая пальцы время от времени. Ли практически стонет в поцелуй, когда ладони скользят к пояснице и вниз.       — Постой, — шипит в поцелуй Ли, — может, сначала в душ, а?       — Минхо, бога ради, заткнись, я слишком по тебе соскучился, — Хан резко перемещает руку по бедру Ли и касается возбуждения старшего через одежду, — ты тоже, как я понимаю.       Джисон прав как никогда — Минхо очень скучал, но страх быть пойманным или, как минимум, услышанным, не даёт покоя.       Когда острые зубы Хана больно впиваются в нижнюю губу, а руки с приложенной силой сжимают ягодицы, Минхо теряется и, кажется, забывает о своих переживаниях, громко выстанывая набор неразборчивых звуков.       Джисон шикает на него, потому что, несмотря на всё, тихими быть не помешает, и Ли покрывается румянцем. Хану нравится. Он спускается дорожкой поцелуев от подбородка старшего вниз, проходясь зубами по подрагивающему кадыку, и останавливается на шее близ ключиц, выцеловывая каждый миллиметр нежной кожи под губами. Пальцы аккуратно цепляют кромку спортивных штанов, проникая кончиками за край, а в следующее мгновение ладони уже селятся на мягких половинках, нескромно их сжимая.       Джисон оставляет в покое истерзанную шею, вновь припадая несдержанным смазанным поцелуем к губам Минхо. Настолько дерзко и грубо целует, что ещё немного и его язык точно упрётся в гланды Ли, а острые клыки прокусят губы.       Минхо совсем не противится, хотя и не всегда успевает в темп младшего — расслабляет челюсть и губы, просто позволяя чуть ли не вытрахивать свой рот. Джисон умиляется покорности, но хочется больше. Он рывком разворачивает Ли лицом к стене, который не сразу понимает, что произошло, но смена температур очень отрезвляет, учитывая ледяной кафель, что так неприятно обжигает холодом щеку, которой он и прижат к поверхности.       Минхо чувствует, как с него стягивают всю мешающую одежду в данный момент, и влажные подушечки пальцев приникают к колечку мышц. Он рефлекторно сжимается, судорожно вздыхая.       — Хо~я, не напрягайся, — слышится томный шёпот у самого уха, а горячее дыхание обжигает мочку.       Ли пытается расслабиться, но с таким трудом это даётся, когда несколько пальцев проскальзывают в тугое отверстие, а зубы вновь впиваются в тонкую шею. В целом одно действие Джисона отвлекает от другого, сменяясь всё более острыми ощущениями, и Минхо глухо скулит, прикусив ребро ладони.       — Милый, пожалуйста, расслабься, — обворожительно проникновенным голосом шепчет Хан, пытаясь развести пальцы на манер ножниц. — В тебе очень узко и без того... Прошу, чаги.       — Я не...       — Ты можешь, крошка, ты всё можешь, — ласково произносит Джисон, перебивая на полуслове, и следом облизывает хрящик уха. — В тебе так горячо, я так хочу уже скорее оказаться внутри тебя, мм... Ты бы хотел ощутить в себе мой член вместо пальцев? — совсем тихо спрашивает он.       — Джи... — неоднозначно стонет, немного прогибаясь в спине.       — Хочешь, милый? — повторяет Джисон и добавляет третий палец, чувствуя, как тельце под ним млеет и расслабляется от услышанных слов. — Тебе будет так хорошо и приятно. Ты же знаешь, чаги~я?       — Да-а-а...       — Какой покладистый, — с неким коварством шепчет Хан, но быстро сменяет тон на максимально нежный, — и ласковый. Мне нравится, когда ты такой, — он проводит кончиком носа по чувствительному месту за ушком.       — Джи, ты уже можешь...       — Что могу, милый? — и снова лукавым тоном вопрошает Хан, медленно вынимая пальцы, но не до конца.       — Пожалуйста, не заставляй меня говорить это, — чуть ли не всхлипывает Минхо, нервно сглатывая.       — Почему? — с наигранной грустью интересуется Джисон.       — Это ты можешь оперировать такими фразами, — тише произносит Ли, сильнее прогибаясь. — Не я.       — Такой застенчивый, — подмечает Хан.       И Минхо знает, что тот прав, хотя ни за что не признает. Это действительно неловко. И даже когда голову кружит далеко не май, а до чертиков перед глазами соблазнительный Джисон, переступить через это не получается. Словно бы какой-то невидимый барьер преграждает сей путь, который нужно преодолеть через слова.       Иногда это забавляет. Минхо готов сделать всё, чего бы Хан не пожелал, пусть и через достаточное количество уговоров, но сказать — это другое.       А вот застонать — нет. Ли чувствует, как головка члена упирается в его дырочку, раскрывая её под давлением, и скулит, больно кусая губы, щеки изнутри, предплечье — всё, что попадается под зубы.       И даже не боль ведёт им. Ему нравится. Очень нравится. И сдерживать предательски срывающиеся с губ неразборчивые звуки высокими нотками голоса не предоставляется возможным.       Джисон не действует резко, но и не ждёт, начиная немного нерасторопно, медленно двигаться в извивающемся теле под собой, крепко ухватив старшего за бёдра. Джисон шепчет что-то однозначно пошлое, развратное и очень смущающее, но Минхо едва ли улавливает звуки, фокусируясь на ощущениях. Ему давно не хватало Хана рядом, и сейчас он готов лужицей растечься от каждого нового касания и толчка, которые становятся всё резче и быстрее.       Ли растворяется от поцелуев в плечи и укусов где-то там же, от тёплых мягких рук, что так свойски сжимают пальцами нежную кожу. Растворяется, когда Джисон, цепко схватив его за прядки волос, оттянул голову назад и в который раз больно укусил, но уже за мочку уха, и быстро зализал юрким языком.       Минхо уже не смущают звуки соприкосновения тел друг о друга, что отдаются эхом от стен громкими шлепками, уже не тяготят мысли, что их словят, уже ничего не важно, кроме Джисона и его нестерпимого желания.       Ли чувствует, что уже на пределе, максимально контрастно ощущая, как член двигается внутри, и когда головка несколько раз проходится по комочку нервов, он кончает с громким стоном, даже не коснувшись себя, пока Хан продолжает вторгаться в него, продлевая моменты эйфории.

***

      — Пойдем на ужин с ребятами? — невзначай спрашивает Джисон, стоя позади Минхо, который уселся в позе лотоса в душевой кабинке, и намыливает его плечи шампунем, что стекает с прядок волос.       — Я не голоден, — вздыхает устало Ли, облокачиваясь головой о бедро младшего. — А ты? — вдруг опоминается он.       — Да, но мы можем заказать еды и поваляться в общаге за просмотром аниме, — предлагает Хан, поигрывая бровями, когда старший задирает голову, заглядывая в его глаза подозрительным прищуром.       — Ну...       — Мы будем лежать, есть что-то вкусное и обниматься, — продолжает Джисон, вещая заманчивые вещи.       — Мне нравится, — улыбается Минхо и высовывает язык, проходясь им по бедру младшего.       — Эй, щекотно! — дёргается Хан.       Ли не обращает особого внимания, выравниваясь, и с улыбкой тянется вперед, повернувшись лицом к Джисону. Он снова вытаскивает язык и проводит им уже по члену Хана, который тут же начинает твердеть, а сам Хан — сдавленно улыбаться.       — Что ты творишь? — хмуря брови, спрашивает он с расстановкой.       — Облизываю твой... Тебя. Что такого? — запинаясь, отвечает Минхо, чувствуя, как начинает рдеть.       — Прогрессируем? — усмехается Джисон. — Предлагаю говорить пошлости перед сном, как мантру.       — Это неинтересно, — фыркает Ли и ловит губами головку, погружая член в полость рта полностью.       — Интереснее сосать член? — откровенно смеется Хан, а Минхо тут же отстраняется и больно кусает того за бедро.       — Ты совсем совесть потерял, — шипит Ли, возвращаясь в исходное положение, и снова прислоняется к члену, но уже ненароком и лишь виском, подняв голову. — Где твои манеры, Джисон~и?       Смотрит с недовольством, поджав губы, и глаза щурит.       — Ты такой милый, когда смущаешься, — лукаво улыбается Хан, касаясь щеки Ли тыльной стороной ладони.       Джисон чуть разворачивает руку после пары легких поглаживаний и касается подушечкой большого пальца губ старшего. Обводит их по контуру и давит на нижнюю, вынуждая приоткрыть рот. Минхо всё ещё сохраняет зрительный контакт, злобно зыркая на миловидное лицо Хана, но не противится. Размыкает губы.       Джисон тоже не пытается отвести взгляд даже немного вниз, когда толкается уже твердо стоящим членом в теплый рот. Минхо рефлекторно сглатывает, стараясь расслабить горло, но головка упирается в щеку, и он лишь размыкает челюсть настолько широко, насколько может, позволяя Хану совершать свои нехитрые деяния.       Смотреть в глаза Хана в такой момент ни капельки не стыдно. Не стыдно, когда он проводит подушечками пальцев по щеке, где образовалась выпуклость. Не стыдно, когда он вынимает член изо рта, чтобы провести головкой по губам. Не стыдно. Совсем нет. Но...       Стыд не появляется только до тех пор, пока тот не откроет свой собственный рот, чтобы сказать что-то пошлое. Почему-то до озвучивания действий это кажется даже правильным, таким привычным и обыденным. А когда Хан всё же что-то изрекает в своей излюбленной манере, хочется сквозь землю провалиться.       Однако.       Минхо никогда не попросит его прекратить всерьёз. Будет возмущаться и недовольствовать, но лишь из вредности.       Почему? Чёрт его знает. Ли и сам не в курсе.       Наигравшись, Джисон толкается в узкое горло, и Минхо прикрывает глаза, расслабляясь. Капельки воды неприятно стекают с мокрых волос на ресницы и это то, что заставляет их сомкнуть. Не Джисон становится причиной.       Хан немного перегибает по ощущениям, грубо и резко проникая вглубь чужого рта, но Ли всё еще не противится. Хватается крепко за его бёдра, когда руки Хана впечатываются в волосы на макушке, крепко цепляясь за прядки, и даже умудряется делать вдохи моментами, пусть и короткие.       Джисон замирает на мгновение, уперевшись головкой в заднюю стенку горла, и Минхо уже готов глотать, но нет. Тот просто остается внутри. Ненадолго. Джисон отстраняется на мгновение, позволяя наполнить легкие воздухом, и снова прислоняет Ли носом к гладкой коже на лобке, проникая внутрь. Хан, не находя сопротивления, проделывает это еще несколько раз, задерживаясь в теплой глотке на долгие секунды, что порой складываются чуть ли не в минуты.       У Минхо же немного саднит горло, из-за чего он пытается сглотнуть вязкую слюну, что уже давно стелется по подбородку, стекая с уголков губ. Приглушенный стон сверху заставляет Ли сделать это снова, а потом снова и снова, в конце концов — проурчать в попытке откашляться. И Джисон кончает, когда вибрации проходятся по члену и рассыпаются на все нервные окончания, но даже не в рот Минхо, а на лицо.       "Чёртов Хан Джисон" — нахохлившись, думает Ли, когда ощущает теплые капельки на щеке, носу и даже на веках.       — Бесишь, — цедит сквозь губы он, всё еще не рискуя открыть глаза.       — Неужели? — смеется Хан.       — Ну зачем так-то, а? — с досадой в голосе спрашивает Минхо.       — Ну, — Джисон призадумывается, — потому что мы в душе и это не проблема. Или тебе так нравится глотать?       — Джисон!       — Вредный ты, хён, и любишь выпендриваться, — стирая с лица старшего все следы произошедшего, говорит Хан.       — Нет, это ты наглеешь, — парирует Минхо.       — А ведь ты мог просто уклониться.       — Твои руки на моей голове вряд ли бы позволили, — возмущённо произносит Ли.       — Я не держал тебя, милый, так что наклон головы вниз тебе ничто не мешало сделать, кроме...       — Хватит.       Джисон опускается на колени, становясь на один уровень с глазами Ли.       — Просто признай, что тебе нравится, — поглаживая его по щеке, негромко молвит Хан и роняет голову на бок, вглядываясь так хитро, словно кот.       — Нравится, — выдыхает Минхо.       — Ничего себе, — удивляется Джисон, — так легко?       — А как бы ты хотел? — хмурится Минхо и продолжает раньше, нежели скажет что-то Хан, — мне всё нравится.       — Тогда почему недовольствуешь?       — Потому что что-то нравится больше, а что-то — меньше, — обиженно заявляет Ли, — и ты склоняешься ко второму.       — То есть глотать всё-таки нравится больше? — усмехается Хан.       — Джисон! — шипит Минхо и толкает того в плечо.       — Прости, — ласково произносит младший и тут же подаётся вперёд, вовлекая Ли в нежный поцелуй.       Едва ли Джисон в самом деле целует по-настоящему — легко касается губ старшего, прикрывая глаза.       — Пойдём? — только оторвавшись, спрашивает он.       — Куда?       — Я уже жутко хочу есть, а еще тебя ждёт аниме, помнишь?       — У меня всё ещё мыльные волосы кое-где, — с долей возмущения говорит Минхо, — кто-то увлёкся.       — Я всё исправлю, — ласково улыбается Хан и тянется к ручке лейки для душа, наспех начиная смывать с волос Ли шампунь, будучи уже в мыслях о том, что такого заказать, чтобы и ''неголодный'' Минхо не удержался и поел.