#theMOON

Аяме не могла забыть выходку Наруто всю неделю. Даже на репетициях с Красной Луной она словно находилась где-то вне репетиционного зала; её мысли постоянно возвращались к словам блондина. Она чувствовала смешанные эмоции: раздражение, обиду, немного стыда, и было что-то ещё, что Аяме не могла понять. В коктейле этих эмоций вишенкой на торте стали и слова Ино, которая подсела к Аяме в тот день и отметила, что Наруто очень мило смущался, ревнуя Аяме к её парню. Это ещё больше заставляло Аяме думать о произошедшем. – Блин, Аяме, детка! – крикнул Хидан, ударив по барабану так, что девушка очнулась. – Ты где витаешь? Три раза пропустила вступление. – Аяме, всё хорошо? – уточнил Дейдара. Он тоже заметил, что девушка последние дни была немного не здесь. – Или улетела уже на Луну? – Скорее скоро улетишь из Луны, если продолжишь в таком духе, – хмыкнул Пейн и отложил бас-гитару. – Ты, наверное, забыла, что Хозяин ещё не одобрил твоё участие в группе? Аяме виновато опустила взгляд. Пейн был прав: она плохо старалась, а ведь она ещё даже не в группе. Конан сказала, что окончательное решение будет принято после второго выступления – сколько гостей смогла заинтересовать новая вокалистка и насколько лучше будет её выступление после первого раза. – Я курить. – Я с тобой. – Хидан вылез из-за барабанной установки и, накинув куртку, двинулся следом за Пейном. Оставшись с Дейдарой наедине, Аяме села на пол и стала повторять тексты песен. Дейдара присел рядом с девушкой и поинтересовался, что же происходит у неё на душе. – Это из-за Хидана? Он тебя обидел? – Нет, – фыркнула Аяме, – он тут вообще ни при чём. Ну, частично. Дейдара вскинул бровь и вопросительно посмотрел на девушку, которой ничего не оставалось, как поведать о случившемся на уроке Куренай в начале недели. Дейдара лишь посмеялся над юношескими разборками, как он назвал их, и, положив ей руку на плечо, только ободряюще улыбнулся. – Забудь о всех проблемах, Аяме – ученица Эйко. Оставь их за вот той дверью, – указал он на входную дверь, – ведь здесь ты – вокалистка Красной Луны. – Верно, – согласилась она. – Кстати, откуда такое название? – Говорят, это связано с чем-то прекрасным и запретным, – призадумался Дейдара. – Луна – символ чего-то далёкого и недосягаемого. Красный – цвет страсти, в то же время и запрета. Аяме внимательно слушала Дейдару, и теперь в её голове будто сложилась вся картина. – Девушка! – воскликнула она. – Я уверена, что это всё связано с некой девушкой. Ведь поэтому Хозяин хотел, чтобы вокалисткой была «она». Ты ведь сам рассказывал! Вокалистка группы стала воплощением той далёкой и недосягаемой Луны, которая сияет на сцене, такая же запретная и страстная, которая отдаётся только музыке и недоступна ни для кого. Теперь строгие правила клуба про запрет на отношения словно обрели смысл. Только теперь Аяме задумалась – была ли она точно той Красной Луной? Дверь открылась, и в помещение вернулись Хидан с Пейном. Девушка дала понять парням, что она готова репетировать дальше, ведь сегодня ночью их ждёт очередное новое выступление, на котором вновь невозможно будет протолкнуться. Зал и бар в Луне в эту субботу были абсолютно переполнены. Количество посетителей, которые хотели увидеть новую вокалистку, значительно возросло. Аяме ослепительно светилась на сцене, словно сама Луна. Её мощный голос наполнил зал, и она завоевала внимание каждого присутствующего. Она исполняла песни с таким энтузиазмом и страстью, что каждая нота казалась наполненной эмоциями. Однако сказка заканчивалась ровно после последней песни. Сегодня Аяме решила не испытывать терпение Конан и сама пошла переодеваться. Собрав все свои вещи, она собралась покинуть гардеробную, как столкнулась в дверях с Конан. – Уже переоделась? Хорошо, – отметила администратор. – Пойдём, я проведу тебя. – Могу я хотя бы попрощаться с Момо? – Она сегодня не пришла на смену, – удивилась Конан просьбе девушки. – Ты не знала? – Верно, она говорила, – нелепо улыбнулась Аяме и, поправив сумку на плече, прошла к выходу. Конан уверенным шагом шла впереди, и, подойдя к заднему выходу, она приоткрыла дверь. Музыканты из Красной Луны стояли у выхода и обсуждали прошедший концерт, прикуривая сигареты. – А вот и звезда сегодняшнего вечера! – отметил Хидан, заметив девушку. Дейдара и Пейн, увидев Аяме с Конан в дверях, также отвлеклись от разговоров и похвалили девушку за прекрасное выступление. – И куда наша маленькая звёздочка держит путь? – потушив сигарету о стену, спросил Хидан. – Звезда возвращается домой. И вам советую, – строго сказала Конан, осматривая парней, которые только фыркнули. – Аяме, такси ждёт тебя. Аяме понимающе кивнула и, поблагодарив Конан за заботу, ещё раз посмотрела на музыкантов Красной Луны. – Кстати, – заметив тёмные глаза, полные печали, бодро сказала Конан, – Хозяин одобрил тебя. Ты официально в группе. Поздравляю. – Что? Правда? – обрадовалась Аяме и схватилась за лицо, ибо ей хотелось наброситься на Конан и крепко её обнять. Однако девушка опомнилась в последний момент, поняв, что Конан явно не про крепкие телесные объятия. – Поздравляю, Аяме! – крикнул Дейдара, и девушка улыбнулась ему в ответ. – Да. Теперь езжай домой. А мне пора возвращаться. Конан окинула парней взглядом и, кивнув Аяме на прощание, вернулась в клуб через чёрный вход. – Ребята, я думаю, это не дело – отпускать нашу новую вокалистку, – коварно ухмыльнулся Хидан, когда за Конан закрылась тяжёлая металлическая дверь. – Пейн, пойди скажи таксисту, чтобы он уезжал. – Но Конан же запретила нам быть в клубе после выступления, – настороженно напомнила Аяме, понимая, что парни что-то задумали. Тем временем Пейн уже скрылся за поворотом. – Конан запретила тебе быть в Луне, но про другие клубы она ничего не говорила, – ухмыльнулся Дейдара. – Хидан прав, нужно отметить! – Да меня же никуда не пустят, – вспомнив о своём возрасте, сказала Аяме. Однако парни настаивали. – У нас полно знакомых в барах и клубах. Тебя там никто даже не заметит, – подмигнул Дейдара, который уже что-то активно строчил в телефоне. – Отлично, Зецу сегодня работает в Горе, он нас и пропустит. – Отлично! Хидан бросил сумку Аяме на плечо, которую она нервно теребила в руках, и подтолкнул девушку вперёд. Пейн уже стоял в проходе между зданиями, ожидая своих согрупников. Поняв, что они движутся к нему все вместе, он довольно хмыкнул. Компания из четырёх человек двинулась навстречу следующему приключению этого вечера. Добравшись до клуба, они быстро рассредоточились: Аяме и Дейдара пошли занимать свободный столик, к счастью, их оказалось много, ведь основная масса людей сегодня была в Луне. Хидан с Пейном пошли заказывать выпивку и закуски. Ночь только начиналась, и они были готовы окунуться в вихрь танцев и музыки. Выпив несколько коктейлей, друзья отправились сразу на танцпол. Только Пейн остался сидеть и сторожить вещи, и Аяме ничуть не удивилась. Скорее, она бы удивилась, если бы парень пошёл танцевать с ними. – Жаль, что Момо сегодня не пришла, – крикнул Дейдара между делом. – Что с ней? – Она… приболела, наверное, – улыбнулась Аяме. Она сама не знала истинной причины, почему подруга не явилась на работу, но могла предположить, что причина должна быть веской, ведь в колледж она также не ходила всю неделю. Вспомнив о подруге, Аяме резко захотелось остановиться и пойти выпить. Она плавными движениями под звуки музыки прошла обратно к столику, где всё ещё сидел Пейн, и посмотрела на время на телефоне. – Пришли выпить очередной тост за то, что Аяме в группе, и меня не позвали? – недовольно пробурчал Хидан, который, в какой-то момент обернувшись на танцполе, понял, что остался один. Пейн ухмыльнулся на реакцию парня, а Дейдара, прошедший сразу за Аяме, не терял времени и налил каждому из друзей напитки. – Прошу, – развёл в галантном жесте руки он, приглашая к пробе. – Эй, Пейн, – обратилась Аяме к парню, осознав, что ни разу не видела, чтобы басист группы подрабатывал в баре, – а ты не помогаешь в баре? – Пейн у нас шишка, – поржал Хидан, – правая рука Хозяина. – Я думала, это Конан? – удивилась Аяме. – Конан – его левая рука, – завершил шутку Дейдара, и они с Хиданом, чокнувшись стаканами, залпом выпили свои напитки. Пейн только покачал головой на поведение друзей и, посмотрев на Аяме, ответил на её вопрос. – На Конан висят дела клуба. На мне – дела группы. Координирую работу внутри команды, организую репетиции и докладываю Хозяину об успехах, после чего мы с ним отдельно разбираем ошибки, о которых я доношу ему. – Почему Хозяин сам не говорит вам, что не так, сразу на репетиции? Я даже не знала, что он уже видел моё выступление. Он такой страшный, поэтому скрывается? Мысли Аяме не покидали слова Конан о том, что она принята в группу человеком, которого она до сих пор не знает, которого она ни разу не видела, и имя которого все умалчивают. Даже сейчас парни замолчали, словно решая, кто первым ответит на её вопрос: – Хозяин. Кто он? – Придёт время, и ты узнаешь, – сухо ответил Пейн. – Хозяин не любит афишировать своё имя, и мы уважаем его решение, – подключился Дейдара. – Просто знай: он хороший человек, который ценит своих сотрудников и не даст их в обиду. – Если они не нарушат правила, – хмыкнул Пейн и отпил своё пиво. Аяме в этот момент будто осенило – это Пейн донёс Конан о её поцелуе с Хиданом. Не зря ей с самого начала показалось, что с ним нужно быть осторожнее. Однако парней это ничуть не смущало, значит, Пейн доносит не всё. – Думаю, он бы понял и это, – ответил Дейдара и, улыбнувшись приунывшей Аяме, позвал её танцевать, оставив Пейна вновь одиноко сидеть за столом. Хидан также присоединился к друзьям на танцполе, отталкивая от Аяме надоедливых парней. – Значит, это из-за Пейна? – спросила Аяме у Хидана, когда они зажимались где-то в углу, потеряв Дейдару из виду. – Из-за него ты теперь ограничиваешься только флиртом? Хидан ухмыльнулся и бросил краткий взгляд на столик, где сидел упомянутый друг. Затем он перевёл взгляд на Аяме, которая ожидающе смотрела ему в глаза. – Неужели боишься? – провоцировала парня девушка, видя явную жажду в его глазах. – Я ничего не боюсь. Хидан резко притянул Аяме к себе и увлёк её в страстный, властный поцелуй. Аяме на секунду была в шоке, а затем закрыла глаза, наслаждаясь поцелуем, в который вложила всю свою пылкость. Её сердце билось сильнее, и она ощущала, как внутри разгорается огонь, а мысли о Наруто оставались где-то вдали.