Помни меня

— Пасуй, Джон! Баскетбольный мяч одним быстрым движением оказывается в руках Джэхёна и через мгновение — уже прямиком в корзине, от чего парень довольно улыбается, оттягивает ворот слегка влажной от пота футболки и отвешивает звонкую «пять» подошедшему другу. — Чёрт, ребята, вы нас разнесли в пух и прах, — стонет Юта, приглаживая взмокшие от пота огненно-рыжие волосы и по привычке облизывая уголок губ языком. — В следующий раз хочу играть в их команде, а ты набирай в свою девчонок, — дует губы Ченлэ, в попытке отдышаться опираясь ладонями в колени. — Скажи спасибо, что я вообще согласился с тобой играть, мелкота, — фыркает Юта, вытирая лицо краем растянутой длинной майки без рукавов. Ченлэ от шока и обиды на «мелкоту» не может вымолвить и слова, однако от продолжения перепалки их спасает Джонни, в знак примирения поднимая широкую ладонь: — Бросьте, парни, игра — блеск, мы здорово повеселились. Просто удача была сегодня не на вашей стороне. Ченлэ, не парься, ты хорошо играл, какая разница, что ты первокурсник. — Ну в следующий раз с ним я играть точно не буду, — Ченлэ, заядлый любитель баскетбола, всё ещё кипятится с проигрыша. — Надо было быть внимательнее, а он вечно ходит с лицом, будто ему всё по барабану, и во время игры также. — Ты сейчас получишь, мелюзга, — хохочет Юта, кидаясь вслед за донсэном. Джэхён подходит к Джонни, улыбаясь и зажимая под мышкой мяч: — Ну что, в душ и к тебе? Марк не будет против, если мы одолжим его приставку? — У него ещё занятия, да и потом, кто будет его спрашивать? — весело хмыкает Джонни, обнимая правой рукой бицепсы на левой и косясь на край баскетбольной площадки, где на лужайке болтала о чём-то стайка девушек в спортивной форме и с ракетками для бадминтона в руках. — Да они с тебя глаз не сводили всю игру, альфа-самец, — подначивает Джэхён, от внимательного взгляда которого не укрылась эта деталь. Он подхватывает мяч обеими ладонями и ловко вращает на указательном пальце. — А сам то, красуешься, — скалится друг и хлопает Джэхёна по плечу. — Какую пиццу закажем? Джэхён уже собирается открыть рот и выдать: «Только не с ананасами, ты же знаешь, я её терпеть не могу», как вдруг ощущает резкий и совершенно внезапный удар по затылку, на мгновение морщится от боли и быстро оборачивается. К нему трусцой бежит парень в свободной футболке и длинных шортах, резко замирает напротив Джэхёна и низко кланяется, запинаясь и торопливо произнося: — Простите, хубэ, я не хотел, я ненарочно… вы не ушиблись? Всё в порядке? Он наконец разгибается, взволнованно вглядываясь в лицо студента, его большие цвета капучино глаза блестят и кажется, занимают половину его слегка бледного лица, а густые светло-каштановые волосы, чуть вьющиеся и растрёпанные от бега, золотятся на солнце. Он подхватывает с земли злополучный футбольный мяч и покусывает губу. От его до крайности обеспокоенного вида Джэхён слегка теряется и спешит заверить: — Всё хорошо, ничего страшного. — Не волнуйтесь, сонбэ, мозги вы из него не выбили, у него и так их нет, — острит стоящий рядом Джонни, и Джэхёну вдруг сильно хочется его придушить. Парень на это выдаёт смешок и ещё раз кланяется перед пострадавшим по его вине, смущённый и по-прежнему весьма взволнованный: — Впредь я буду осмотрительнее, простите, я не самый хороший игрок в футбол… — Пустяки, — улыбается Джэхён, проводя рукой по волосам и провожая взглядом лёгким бегом возвращающегося на футбольное поле сбоку от площадки шатена. Джонни ждёт ровно две секунды, пока тот удаляется к своей группе, и устраивает локоть на плече Джэхёна. — Запал на него, да? — Сбрендил? С чего бы, — усмехается Джэхён, наконец отрывая взгляд от стройной фигуры с переливающейся золотыми бликами шевелюрой. — Я тебя с детского сада знаю, кого ты обманываешь, — качает головой Джонни. — Ты провёл рукой по волосам. Ты пялился на его задницу, хотя там и задницы то нет. У тебя покраснели кончики ушей. Типичные признаки. — Заткнись, — Джэхён сбрасывает лапищу друга с плеча и размашистым шагом направляется к зданию универа, Джонни смеётся и трусит за ним. Джэхён успешно проигрывает Джонни в приставку и раздражённо откидывается на подлокотник дивана. — Ты сегодня не в форме, бро, — Джонни усаживается на пол рядом с ним, подхватывает со дна картонной коробки огромный кусок пиццы с томатами и сыром и с наслаждением откусывает. Жуёт и причмокнув губами, ухмыляется: — Сдаётся мне, всё дело в том парне — недофутболисте. С утра ты отлично отвечал доклад на паре, потом мы обыграли японца в баскетбол, а сейчас ты стал пиздец рассеянным. Вывод напрашивается сам собой. Джэхён хватает горячий кусок пиццы и забивает им рот. Чёртов Джонни Со попал в самую точку, у него из головы не идут, как бы он ни старался, эти огромные как блюдца глаза, бледное взволнованное лицо, виновато опущенные уголки губ и золотые лучики в светло-каштановой копне. Он ловит себя на мысли, что хочет завтра в универе вновь увидеть этого парня и почти трясёт головой, отметая наваждение. — Готов к завтрашнему семинару по макроэкономике? — запив пиццу внушительным глотком колы, спрашивает Джэхён, упорно отказываясь возвращаться к воспоминаниям на баскетбольной площадке. — Конечно, да там делать нечего, — фыркает Со, вытягивая длинные ноги и оборачиваясь на звук открывающейся двери и тихих шагов в прихожей. — Ты купил рамёна, как я просил? — кричит вместо приветствия черноволосому юноше в очках, появившемуся на пороге. — Да купил, отстань, хён, — ворчит тот и кивает Джэхёну, снова скрываясь в коридоре. — Привет, Марк, — бросает тому в спину Джэхён и тянется за ещё одним куском пиццы. — Марк, мы и тебе оставили, присоединяйся, томатная с сыром! На пороге гостиной вновь появляется черноволосый парнишка, но на этот раз не один, рядом с ним маячит круглолицый парень с пухлыми щеками и карамельными волосами, кажется, немного оробевший при виде двух старших, развалившихся на полу с коробкой пиццы и бутылками колы. — Спасибо, хён, но нам надо заниматься, послезавтра сдавать проект по семантике. Хёк, познакомься это мой брат Джонни, тот ещё придурок, а это его лучший друг Чон Джэхён, — круглолицый поднимает ладонь в приветственном жесте и слегка прижимается плечом к Марку, который поправляет на носу очки и тянет однокурсника в сторону своей комнаты. — Правильно, идите учить уроки, малыши, — подгоняет их Джонни, пока Джэхён приветственно салютует прибывшим. — Мы вообще-то на первом курсе на факультете лингвистики, а не какие-то малолетки-школьники, — тут же возмущается Донхёк, позабыв про свою робость. — Не обращай на него внимания, я же сказал, он придурок, идём, — поторапливает Марк, подталкивая его под спину. — Как ты о старших отзываешься? — со смехом ворчит Джонни, облизывая покрытые соусом пальцы и, когда за младшими закрывается дверь, роняет как бы между прочим: — А он кстати с исторического. Магистратура. — Ты это о ком? — включает дурачка Джэхён, доставая из кармана джинсов смартфон и утыкаясь в экран. Джонни возводит глаза к небу и заводит руки за голову, скрещивая пальцы на затылке. — Не строй из себя идиота, Джэ — хотя ты иногда именно им и являешься — ты прекрасно знаешь, о ком я. — Не понимаю, как Марк терпит тебя, я бы не выдержал с тобой и трёх дней в одной квартире, — замечает парень, ероша густые шоколадные волосы и всё ещё делая вид, что листает что-то в телефоне. — И несмотря ни на что, мы дружим уже почти двадцать лет, — радостно лыбится Джонни, наклоняется ближе и похлопывает друга по коленке. — Да неужели тебе не интересно? — Откуда ты вообще что-то знаешь об этом парне? — Джэхён наконец блокирует экран и впивается пристальным взглядом в друга. Тот на секунду теряется, и Чон наслаждается этим мгновением замешательства на его лице. — Да, один знакомый там учится, вот и знаю… да какая разница. Но если не хочешь, чтобы я рассказывал, настаивать не буду, можем ещё разок сыграть, Марк всё равно занят учёбой, а может и своим милым приятелем… — Давай сыграем, а на этого парня мне вообще фиолетово, — тянет Джэхён и хватает в руки плейстейшн. Однако когда он встречает «этого парня» два дня спустя в столовой, он чётко осознаёт, что ему ни капельки не фиолетово. Парень с каштановыми волосами садится за соседним столом и о чём-то оживлённо болтает с однокурсниками, невысоким иностранцем с лисьими глазами и миловидной девушкой, чьи длинные волосы собраны в хвост. Солнце, льющееся сквозь высокие окна университетской столовой, вновь играет в его волосах, бликами скользит по гладкой светлой коже. Ему очень идёт эта белая рубашка с коротким рукавом и надетая поверх неё вязаная бежевая жилетка — и улыбка ему тоже очень идёт, такая красивая и сияющая. До Джэхёна не сразу доходит, что он откровенно пялится на соседний стол и только когда напротив плюхается Джонни, он вздрагивает и переводит взгляд на свой едва тронутый суп с кимчи. — Его зовут Ли Тэён, ему двадцать пять, отличник и староста группы, не благодари, — бесстрастно говорит Джонни, подхватывая палочками кусок говядины и отправляя в рот. Джэхён чувствует, как уши предательски краснеют — вот всегда так, именно уши выдают его в самый неподходящий момент, — и набирает ложку супа, сердце стучит чуть чаще, а в голове ни одной мысли, кроме: какое красивое имя — Ли Тэён. — Не пронеси ложку мимо рта, — хихикает Джонни, невзначай бросая взгляд на соседний, тот самый, стол и слегка улыбаясь. — Сейчас я тебя ею стукну, — угрожающе поднимает руку с зажатым столовым прибором Джэхён и косит взгляд на Тэёна. И чего совсем не ожидает, так это того, что их взгляды вдруг пересекутся. Улыбка Тэёна становится чуть шире, а потом он возвращается к беседе. Джэхён поспешно опускает ложку, аппетит совсем пропадает, сердце бьётся где-то в горле, а уши горят. Он предпочёл бы, чтобы Тэён посмотрел на него в момент, когда он смеялся бы от остроумной шутки собственного изобретения, а не когда он готовился врезать другу по лбу серебряной ложкой с дурацким выражением на лице. Джонни замечает его понурое, пристыжённое настроение и становится серьёзным, что конечно, случается с ним не часто, однако несмотря на свой шебутной характер, человек он добрый и надёжный и умеет отбросить шутовство в нужный момент. — Ну вот и зачем отпирался, я же вижу, что ты в нём всерьёз заинтересован, — вполголоса говорит. — Просто подойди и пригласи его куда-нибудь. Это несложно. — Легко тебе говорить, не тебе же надо подойти и сказать… — шипит Джэхён, размешивая остывающий суп и всё ещё чувствуя, как минутой ранее его пронзил мягкий взгляд сонбэ. — Ты кое-чего не знаешь, чувак, — вдруг решительно заявляет Джонни, встаёт на ноги, отодвинув стул, и под удивлённым взглядом друга делает шаг прямо к тому самому столу. Становится рядом со стулом парня с лисьими глазами, аккуратно касается пальцами его подбородка и произносит: — Тэн Ли, ты мне нравишься, согласен быть моим парнем? Таец закусывает губу, удерживаясь от широкой улыбки, и кивает: — Ты офигенно целуешься, как я могу тебе отказать? Девушка многозначительно тянет «ууу» и хихикает, прикрыв рот ладошкой, а сидящий рядом Тэён просто улыбается. Джэхён не в силах оторваться от этой тёплой, завораживающей улыбки. Джонни коротко целует Тэна в щёку, отвешивает поклон, мол простите, что помешал вашей трапезе, и возвращается на своё место напротив Чона, победоносно сжимая кулак. — Видишь, ничего сложного. А тебе пока что надо просто позвать его погулять или выпить кофе, а не предлагать сразу же встречаться. — Джонни Со, почему ты мне ничего не сказал? — обиженно стонет Джэхён, отворачиваясь от соседнего стола. — Я и не знал, что ты вкрашился в парня с магистратуры! А я ведь, между прочим, твой лучший друг. — Прости, всё случилось так быстро… я встретил его на прошлой вечеринке у Сяоджуна, тебя тогда не было, он мне сразу приглянулся… мы поцеловались ну и… потом он снова поцеловал меня в библиотеке, когда я готовился к этому семинару по макроэкономике… остальное ты знаешь, с сегодняшнего дня мы встречаемся. Он классный парень, весёлый, озорной и одновременно нежный и хрупкий, он мой тип, Джэ. — Как у тебя всё просто, — тихо отвечает Джэхён, стараясь не смотреть в сторону компании. — И ты не усложняй. Если он откажется, невелика потеря, найдёшь кого-нибудь ещё… он не единственный красавчик универа… просто попробуй, ничего не теряешь, — Джонни смотрит пристально, допивает остатки своего клубничного молока, вытирает губы тыльной стороной ладони и подбадривающе кладёт руку на предплечье. — И куда подевался мой самоуверенный друг? Джэхён и сам не знает, куда испарилась его привычная уверенность, будто со стороны он видит растерянного парня, которому кусок в горло не лезет из-за отличника с исторического Ли Тэёна и сам себя не узнаёт. — Смотри, Йери уходит, я отвлеку Тэна, а ты пригласишь своего Тэёна, окей? — Джонни берёт всё в свои руки, не в силах смотреть на то краснеющего, то бледнеющего лучшего друга. — Ох, и угораздило же тебя… Девушка подхватывает сумку и, помахав ребятам, торопится на лекцию, оставляя Тэёна и Тэна доедать десерт. Джонни подсаживается за их стол, Тэн тут же поднимает на него влюблённый взгляд чёрных глаз. — У тебя сейчас окно, Тэн? Мои пары закончились, остаётся только вечерняя тренировка, и раз уж мы оба сейчас свободны и сегодня наш первый официальный день вместе как пара… может, сходишь со мной на свидание? Тут слишком многолюдно, а я хочу тебя поцеловать… — Джонни перехватывает у Тэна ложечку, отправляя в рот остатки ванильного крема и облизывая ложку. Парня с лисьими глазами не надо уговаривать дважды, и вот они уже удаляются прочь из столовой бок о бок, невысокий миниатюрный Тэн и высокий широкоплечий баскетболист Джонни. Последний у самого выхода оборачивается через плечо на Джэхёна, выразительно изгибая брови, и парень понимает, что нужно действовать. Он волнуется сильнее, чем перед очередным матчем, спортивными соревнованиями или экзаменами, чувствует себя так, будто ему снова шестнадцать, а не двадцать три, и он собирается пригласить красавицу Суён с параллельного класса на первое в жизни свидание. Нет, даже тогда он, хоть и стеснялся и нервничал, боялся отказа не так сильно. Что ж, Суён тогда согласилась, должно повести и на этот раз, тем более он больше не подросток, а вполне себе привлекательный молодой человек с красивыми ямочками на щеках и подтянутой фигурой спортсмена, на которого нередко заглядываются многие студенты, и девушки, и парни. Он присаживается на место ушедшего Тэна и выдыхает тихое: — Привет. — Привет, — улыбка Тэёна дружелюбна, что придаёт уверенности. — Ещё раз извини за тот случай с мячом, неудобно вышло. — Всё в порядке, проехали, с кем не бывает. Я… я тут подумал, может… мы могли бы… ну, знаешь, подружиться, раз наши друзья теперь встречаются, — он не знает куда деть руки и начинает вращать в руках пустой стакан из-под ванильного крема, что оставил Тэн, чьи мысли были заняты исключительно новоиспечённым парнем, а не добросовестной уборкой подноса с пустой посудой. Тэён неопределённо кивает, собирая со дна своего стакана остатки пудинга и отправляя в рот. Джэхён невольно скользит взглядом по красивым очертаниям пухлых губ и торопливо отводит взгляд на свои руки. — Ли Тэён, последний год магистратуры, специализируюсь на истории Кореи эпохи Чосон, — он протягивает руку, и Джэхён жмёт её, тёплую ладонь с чуть прохладными, нежными пальцами, контрастирующими с его горячей лапищей. Ему кажется, если он слишком сильно сожмёт её, то сломает ненароком. — Чон Джэхён, экономический. Будем знакомы, — сердце делает кульбит, стоит тэёновым глазам оттенка капучино пересечься взглядом с его. — У тебя сейчас окно? Или пары закончились на сегодня? — Джэхён всё ещё чувствует прикосновение мужской ладони и прежде чем он успевает как следует подумать, продолжает на одном дыхании: — Может ты хотел бы сходить со мной на свидание и начать встречаться? Брови Тэёна чуть дёргаются наверх, он улыбается с долей растерянности и бормочет с коротким смешком и сомнением в голосе: — Ты, кажется, слишком спешишь… или это какой-то спор? Ты с кем-то поспорил, заключил пари, что должен пригласить меня? Джэхён чувствует подступающую панику и отрицательно машет головой, однако парень с каштановыми волосами уже поднимается на ноги и берёт поднос: — Прости, мне надо идти, профессор Ким не любит опозданий. Ещё увидимся. — Он отказал мне. Я ненавижу тебя, Джонни Со. Это была твоя идея, «не усложняй, просто попробуй», теперь он думает, что я клеюсь ко всем подряд и прыгаю с места в карьер, — Джэхён испепеляет взглядом понурого друга, развалившись в кресле в его гостиной, которая ему, на самом деле, стала уже как родная: он проводит тут времени больше, чем в своей маленькой арендуемой квартире. Сидящий слева на диване Марк сочувственно смотрит сквозь круглые очки, а Джонни жалобным тоном тянет: — Ну я же уже сто раз извинился, кто ж знал, что это не сработает… но он ведь сказал «ещё увидимся», так? Значит он не против встретиться снова, так что не драматизируй. Но ты и сам виноват, между прочим, тебе надо было аккуратно позвать его провести время вместе, а не выдавать «погнали на свидание, давай сразу встречаться». — Ладно, уже неважно, кто прав, кто виноват, — подаёт голос Марк. — Важно то, что хён впервые влюбился настолько серьёзно. Нельзя сдаваться так рано. Вам просто нужно сблизиться. — Я такой идиот, что послушался тебя, Джон, — Джэхён подбрасывает вверх подушку и ловит обеими руками. — Надо было просто поговорить, а я ляпнул про свидание… он считает меня ловеласом, как пить дать, считает. — Но это же неправда, ты уже почти два года как ни с кем не встречаешься, ну какой из тебя ловелас, — искренне возмущается Марк. Джэхён вздыхает, сердясь на себя за то, что потерял способность соображать, увидев губы и глаза Тэёна в непосредственной близости. Это не вина Джонни, что он брякнул, не подумав, и что Тэён посчитал его подкат поспешным и лекомысленным. — Прости, Джон, это не твоя вина. Наверно, я ему просто не нравлюсь. Для него я просто младшекурсник, которому он нечаянно залепил мячом в голову. — Всё в порядке, чувак, — хмыкает Джонни, отпивая пива и протягивая вторую бутылку другу. — Выпей вот. И не парься. Попробуй заговорить с ним снова, посмотри на его реакцию, там видно будет. У тебя ещё есть шанс. — Я такой идиот, что вот так втрескался в него, — Джэхён отхлёбывает пива из горлышка, вытирает подбородок ладонью и решительно вскидывает голову. — Мне надо закончить курсовую по финансовому анализу, так что давайте забудем о том, что было сегодня и не упоминайте при мне Тэёна. — Правильно, бро, нечего переживать из-за какого-то неженки-заучки, который даже не умеет попадать по мячу… — он резко затыкается под суровым взглядом друга. — Ну я имею в виду, что ты просто отдохни, заверши дела по учёбе, а там видно будет, что дальше. Мы с Тэном в пятницу вечером пойдём в клуб, я могу уговорить его взять с собой Тэёна и ты приходи, глядишь, поболтаете, сблизитесь за выпивкой… не раскисай. Нет, Марк, пиво это не для тебя, иди учи уроки. — Я вообще-то совершеннолетний, хён, хватит относиться ко мне как к ребёнку, — не выдерживает Марк, обиженно отдаёт обратно старшему брату бутылку и уходит в свою комнату. Джонни утыкается в экран телевизора, где фоном идёт какая-то дорама, а Джэхён допивает пиво, безуспешно пытаясь не думать о предстоящем вечере пятницы. К пятнице курсовая дописана, промежуточные зачёты сданы и можно наконец расслабиться в клубе и вдоволь натанцеваться. Только вот Джэхён не может расслабиться по одной простой причине — недалеко от него на высоком барном стуле сидит Тэён, потягивает коктейль и кивает головой в такт музыки. В неоновых изумрудных и синих отблесках он выглядит завораживающе, в атласной фиолетовой рубашке и обтягивающих джинсах, и Джэхён понимает, что завяз крепко в парне по имени Ли Тэён. Он делает большой глоток текилы и притворяется, что наблюдает за двигающимися в ритме людьми на танцполе. Тэён тоже смотрит на танцпол, покачивает ногой под биты, медленно пьёт коктейль и совсем не смотрит на Джэхёна. Тэн с Джонни отжигают на танцполе, наслаждаются обществом друг друга, красноречиво обнимая друг друга и посылая друг другу жаркие взгляды. Что ж, хоть у друга сложилась личная жизнь. Джэхён с самого прихода в клуб не решался заговорить с Тэёном, боясь показаться навязчивым, только коротко кивнул при встрече, потом они всё же перекинулись дежурными фразами, Тэён немного потанцевал вместе с Тэном, а с тех пор как друзья приклеились друг к другу, бесстыдно флиртуя, Джэхён и Тэён просто пьют свою выпивку за барной стойкой и молчат. Джэхён не может ни о чём больше думать, все мысли его поглотил прекрасный профиль в паре метрах от него. «Хороша твоя идея, Джонни, нечего сказать», невесело ухмыляется он про себя. Время близится к полуночи, а он по-прежнему боится заговорить со своим крашем, словно глупый школьник. «Я просто дебил, надо либо идти домой, либо предложить ему ещё выпивки. Если он намекнет, чтобы я шёл лесом, по крайней мере, я буду знать о его незаинтересованности». Внутри что-то неприятно колет от этой мысли, но нужно уметь мириться с отказами. Даже если тебе отказывает человек, в которого ты умудрился стремительно втрескаться по самые уши и даже больше. Он допивает текилу, которая, по идее, должна была придать ему смелости, и уже собирается пересесть ближе, как вдруг замечает, как Тэёна толкает какой-то незнакомый татуированный парень, пропихивающийся сквозь толпу на нетвёрдых ногах, так что пиво выливается из стакана прямо на грудь здоровяку, и он начинает винить во всём Тэёна. — Что ты тут расселся, не пройти, из-за тебя я разлил свою выпивку, — рычит он, пьяно моргая и хватая Тэёна за предплечье. — Простите, хённим, — Тэён пытается всё уладить, однако Джэхён уже оказывается рядом с ними и оттаскивает верзилу за грудки. — Оставь его, он просто сидел тут и никому не мешал, это ты надрался как свинья и на ногах не стоишь, — цедит холодно и закрывает Ли широкой спиной. — Проваливай отсюда. Он не дожидается, когда парень в тату начнёт буянить и перечить, быстро хватает Тэёна за локоть и утягивает в дальний угол помещения на мягкий диванчик, где народу поменьше — большинство толпятся у бара, покупая ещё выпивки, или прыгают на танцполе. Едва опустившись на диванчик, Джэхён тут же отпускает своего сонбэ, откидывается на спинку и постукивает пальцами по колену в такт битам. Краем глаза он замечает шевеление сбоку: Тэён наклоняется чуть ближе. — Спасибо, — он пытается перекричать оглушительную музыку. Джэхён чувствует мурашки от того, что дыхание старшего горячо касается его уха. — Хочешь угощу тебя выпивкой? Я ведь так и не загладил вину за то, что ты чуть было не получил сотрясение мозга из-за моего неумелого удара по мячу. Джэхён разворачивается и сталкивается с кофейными глазами напротив, они так близко, лицо освещено фиолетовыми и зелёными всполохами, от него веет вкусным ненавязчивым парфюмом и лёгким, едва уловимым шлейфом алкоголя — он пил немного. Джэхён хочет коснуться его подбородка пальцами, очертить овал лица, заправить прядь волос за ухо — эти желания так естественны, будто Тэён магнит и притягивает его по всем физическим законам. Но Тэён заслуживает большего, чем поцелуй в клубе, под градусом, среди отрывающейся в пятницу вечером толпы. Он знает это. Наклоняется, сердце колотится вместе с битами свежих клубных хитов: — Не стоит. Давай выйдем на воздух. Тэён кивает, и они протискиваются сквозь толпу разгорячённых парней и девушек к выходу. На узкой улочке у дверей никого нет, только светят фонари да красная неоновая вывеска над головой. — Я подумал, стоит подышать воздухом. Там очень жарко. Он понимает, что звучит неловко и засовывает руки в карманы джинсов, прислоняясь спиной к каменной стене. При свете фонарей видно, что щёки Тэёна порозовели, укладка немного растрепалась, хоть он почти не танцевал, а вырез рубашки обнажает край левой ключицы. Острой и такой привлекательной. — Не любишь клубы? — Тэён чуть чуть поправляет рубашку, садится на ступеньку и вытягивает стройные ноги, обтянутые чёрной джинсовой тканью. — Нет, почему же, просто не хотел, чтобы к тебе снова кто-то приставал, — он не успевает подумать, просто говорит искренне. — Мне кажется, ты не любитель подобных развлечений. И как Тэн уговорил тебя?.. Тэён слабо улыбается, и Джэхён ловит взглядом каждое движение уголков его губ. — Да, предсказуемо, что блестящие студенты-ботаники вроде меня не в восторге от ночных клубов и шумных толп, а предпочитают тихий отдых и времяпрепровождение дома, я лишь подтверждаю этот стереотип. А Тэн… он нашёл аргументы, и я согласился. Джэхёну хочется расспросить подробнее, но он молчит, только осторожно присаживается рядом, рассматривает ночное усыпанное звёздами небо. Весна выдалась тёплая, но вечерами холодает, свежий прохладный воздух окончательно отрезвляет, но и заставляет поёжиться. — Ты же в одной рубашке, хён, замёрзнешь, — Джэхён скидывает кожаную куртку и протягивает старшему, тот отмахивается мол не надо, ему жарко после клуба, хочет освежиться, но Джэхён категорически не хочет, чтобы тот простудился и решительно укрывает плечи своей курткой. — Не спорь. Собиравшийся было возразить что-то Тэён замолкает на полуслове и с благодарностью кивает, поправляя на своих плечах куртку — на Джэхёне джемпер, это лучше чем тонкая рубашка. Но через минуту он всё-таки начинает беспокоиться, что тот замёрзнет, и двигается ближе: — Накинь куртку на нас обоих, так тебе будет хоть немного теплее, Джэхёни. От этого жеста и обращения Чона будто окатывает приятной тёплой волной и он едва дышит, боясь спугнуть старшего, чьи плечи касаются его плеч, а бёдра прижимаются к его. — Я тебе правда нравлюсь? — тихо говорит Тэён, ставя ноги на ступеньку выше и обнимая колени. Джэхён сглатывает и так же тихо отвечает: — Никогда прежде я не влюблялся вот так, будто прыгаешь в омут, ныряешь в самую глубину и выхода больше нет. Прости, если я вдруг делаю что-то не то. Должно быть, тот мяч всё-таки выбил из меня остатки мозгов и осталось только это чувство. Чувство, что ты мне очень нравишься и я хочу узнавать тебя лучше и лучше. Тэён смеётся в кулак, склонив голову на грудь и тянет: — А ты мне давно нравишься, я ещё с начала учебного года тебя заметил. Пришёл посмотреть соревнования по баскетболу и обратил внимание на тебя, запомнил среди всех игроков. Но думал, что ты и не посмотришь в мою сторону, как же, звезда университета, толпа девчонок каждый раз поджидала тебя у выхода с площадки, ждали, что ты распишешься для них губной помадой. Джэхён усмехается, облизывая пересохшие губы, и качает головой: — Я вовсе не такой уж популярный, как ты думаешь. Те девчонки бегают и за Джонни, и за другими спортсменами. А я уже давно ни с кем не встречался. «Я и помыслить не мог, что нравлюсь хёну», осознание этого приходит ещё не до конца, он медленно выдыхает и рассматривает маленькие серебристо-белые точки над головой. — Ты наверно устал, уже поздно, давай я вызову такси, — в груди у него всё трепещет от близости тёплого тела рядом, но он не хочет торопить события. — Всё в порядке, я живу недалеко, доеду на ночном автобусе, пара остановок, — Тэён поднимается на ноги, возвращает куртку, и его глаза ярко блестят в свете фонарей. — Тэн с Джонни, наверное, будут тусить до утра, — хмыкает Джэхён, поднимаясь следом. — Или поедут к Джонни, его брат сегодня ночует у друга, так что квартира свободна. — Тусовки до утра не для меня, я слишком скучный для подобного веселья, — Тэён слегка переминается с ноги на ногу и поводит плечами. — И… я не из тех, кто находит партнёра на одну ночь, — добавляет уже тише. — Рад, что Тэн больше не одинок, у них с твоим другом нереальная химия, он мне все уши прожужжал про Джонни. Джэхён кивает и думает вовсе не о друге и его новом парне, а только о том, что парень прямо перед ним с золотисто-каштановыми светлыми волосами и красивой улыбкой — красивый, нежный и драгоценный и больше всего на свете его хочется окружить заботой и теплом. — Я провожу тебя до остановки и посажу на автобус, — они бредут по пустой улице и молчат, но это молчание вовсе не неловкое. У остановки они замедляют шаг, и Джэхён вдруг говорит, радуясь, что в ночных сумерках не видны его пунцовые кончики ушей: — Может, мы могли бы позаниматься как-нибудь вместе в библиотеке или пообедать в столовой вдвоём… если ты не против конечно. — Я не против, Джэхёни. Только у нас разные предметы и мы не сможем помогать друг другу, но это не значит, что мы не можем составить друг другу компанию в момент учёбы. И я как-нибудь угощу тебя обедом, в знак благодарности за то, что ты вступился за меня в клубе сегодня, — у него очень мягкая улыбка, и улыбаются не только губы, но и глаза, смотрят тепло и напоминают Джэхёну о воздушном зефире или тофу. — Хороших выходных и увидимся в понедельник, Джэхёни. В груди младшего всё расцветает. Автобус шумно подъезжает, нарушая безмятежный покой ночной улицы, разрезая полумрак светом фар. Тэён залезает внутрь, робко улыбается сквозь оконное стекло и поднимает ладонь в знак прощания. Джэхён мечтает, чтобы понедельник наступил как можно скорее. — Поверить не могу, что ты ему тоже нравишься, — Джонни откидывается на спинку стула и отпивает свой американо. Джэхён улыбается так, словно выиграл в лотерею миллиард вон — а он и чувствует себя так, будто и впрямь выиграл в лотерею, потому что Тэён самое лучшее, что случалось с ним в жизни, лучше любого приза. Прошла неделя с того дня в клубе, они с Тэёном встретились в понедельник в столовой в коротком перерыве между лекциями — и пока Джонни наслаждался свиданием с Тэном на крыше университета вдали от чужих глаз, бессовестно прогуливая историю экономики Кореи, потому что у Тэна было окно в расписании и он не мог позволить тайцу скучать одному, Джэхён был рад остаться с Тэёном вдвоём за обеденным столом и поболтать об учебных моментах и разных пустяках. Потом Тэён, мило улыбаясь и вызывая тысячи бабочек в животе, поспешил на занятия, а Джэхён, окрылённый от чувств, едва не опоздал на очередной семинар по макроэкономике. Всю неделю они виделись либо на обеденном перерыве в столовой, либо в библиотеке, и Джэхён с трудом разбирал текст учебника и собственного реферата, украдкой посматривая на склонившегося над конспектом старшего. — И ты ещё до сих пор не поцеловал его, — с весом в голосе замечает Джонни, слегка побалтывая лёд в стакане с кофе. — Я не хочу торопиться, Джон, — Джэхён отпивает маккиато и утыкается в экран ноутбука. — Тебе бы тоже не помешало добить свой реферат, иначе завтра тебе наступит пиздец от господина Пака, ты же знаешь его. — Вечером закончу, — отмахивается Джонни, допивая кофе и поглядывая в сторону стойки, где, одаривая посетителей лучезарной улыбкой, сновал Тэн. Джэхён надеялся, что Тэён присоединится сегодня к ним, но, по словам Тэна, он был занят в архиве, ища материалы для своей исследовательской. Джэхён закончил писать абзац, сохранил данные и рассеянно уставился в окно кофейни. Завтра суббота, и он хочет пригласить Тэёна провести день вместе. И конечно, предложить ему встречаться. Сделать это красиво, и вроде как, официально. Потому что несмотря на то, что Тэён признался в своей симпатии, статус их отношений пока что оставался неясным и выглядел больше как дружба. — Куда бы ты позвал Тэна на первое свидание? — задумчиво говорит он, хлопая крышкой ноутбука и опустошая чашку. — После того как в тот день я попросил его стать моим парнем и он согласился, наше первое официальное свидание состоялось во дворе универа на скамейке возле пруда, — произносит Джонни, умудряясь краем глаза наблюдать за тайцем, возящимся у кофемашины. — Конечно, не очень романтично, поскольку кругом носились студенты, но нас это не заботило, потому что мы в основном… — Целовались, — заканчивает за него Джэхён, усмехаясь. — Наше первое свидание с Тэёном должно быть особенным. — Крышу универа Тэн нашёл весьма романтичным местом, — откликается друг. — Ты можешь пригласить его в парк развлечений или хороший ресторан, мы с Тэном уже успели побывать и там, и там в прошлые выходные, ему понравилось… — Если ты еще раз произнесёшь слово Тэн, клянусь, я выгоню тебя из дома и ты будешь ночевать вот в этой самой кофейне на полу, — слышится внезапно ворчливый голос, и к столику приближается Марк, а Донхёк маячит позади него, сжимая лямки рюкзака и рассматривая витрину с пирожными впереди. — Испугал, — смеётся Джонни. — Я попрошу Тэна закрыть кофейню и остаться со мной, поверь, мы найдём чем заняться… Марк переводит страдальческий взгляд на улыбающегося Джэхёна, красноречиво говорящий: «Он уже заебал со своими разговорами о Тэне, я не понимаю, как ты с ним дружишь столько лет». Джэхён слегка пожимает плечами и думает о том, что не может осуждать друга, потому что и сам теперь на 90% состоит из мыслей о своём возлюбленном. Видимо, его мечтательный взгляд с влюблённой улыбкой на губах слишком очевиден, потому что Марк закатывает глаза, поудобнее устраивая очки на переносице: — Вы, ребята, только и думать можете, что о своих парнях, учились бы лучше. — Посмотрю я на тебя, когда вы с Хёком начнёте встречаться, — едко замечает Джонни и ржёт, глядя на то, как бледнеет Марк и смущённо пялится на свои белоснежные кроссовки красный как помидор Донхёк. Младшие поспешно ретируются за дальний стол от греха подальше. Джэхён с улыбкой смотрит как они раскладывают конспекты на поверхности стола, как Донхёк делится с Марком ручкой, потому что у того, очевидно, закончились чернила, как Марк благодарит принёсшего за их столик два молочных коктейля Тэна и как они обмениваются какими-то полушутливыми словами, а потом Донхёк вдруг протягивает руку и поправляет на Марке чуть сползшие очки. Он достаёт телефон из кармана и набирает сообщение. Хён, ты завтра свободен? Давай завтра сходим в кафе? Ты любишь молочные коктейли? Или тебе больше нравится горячий шоколад? Над верхней губой Тэёна след от горячего шоколада, в волосах играет солнышко, запястья с проступающими голубыми венами прячутся в длинных рукавах серой, как спинка дельфина, худи, а в глазах — так свойственный старшему мягкий блеск. Птицы поют на ветвях розовых кустов, окружающих веранду, воздух наполнен ароматом петуний, высаженных в кадках по периметру, лимонный чизкейк тает во рту. — Как ты узнал, что я обожаю горячий шоколад с лимонным чизкейком? — Я мог бы ответить что-то вроде «догадался» или «интуиция», но нет, всё гораздо прозаичнее, просто спросил у Тэна, — Чон смеётся смущённо, помешивая напиток. Видели бы его фанаты, как уверенный и горячий игрок университетской сборной по баскетболу смущается как ребёнок, потому что напротив него сидит хён, в которого он влюбился окончательно и бесповоротно. — Я мог бы догадаться, — широко улыбается Тэён, он тоже немного робеет перед Джэхёном, но старается держаться увереннее. — А что любишь ты из сладкого? Или всякие пирожные и тортики не для таких крутых парней вроде тебя? — Перестань, хён, я не крутой, да, хорошо играю в баскетбол и учусь тоже вроде неплохо, но я и сам не знаю, почему меня считают крутым… — Всё дело в твоих ямочках, — в глазах Тэёна отражается лучик солнца. — Они очаровывают людей. — Н-наверное… — на ушах Джэхёна уже можно жарить яичницу. — А насчёт сладкого, больше всего я люблю медовый торт. Моя мама пекла восхитительный медовый торт, когда я был маленьким. — Я запомню, — старший чуть склоняет голову набок, и этот кокетливый жест чуть не вызывает остановку чонова сердца. — Как вы познакомились с Тэном? — Я опаздывал на лекцию по древней истории Кореи в свой первый учебный день и никак не мог отыскать нужную аудиторию, а лекция уже началась. Я начал паниковать, ужасно не хотел опоздать и начать учёбу в универе таким образом, как вдруг заметил в пустом коридоре невысокого паренька, который бежал ко мне. Он, запыхавшись, с сильным тайским акцентом, спросил у меня, где аудитория Б, а я ответил, что тоже ищу её и мы можем искать вместе. Он ответил: «Так значит, мы теперь однокурсники» и улыбнулся своей кошачьей улыбкой. Вот так и подружились. Он весёлый и общительный, и интровертам вроде меня полезно иметь таких друзей, чтобы не бояться новых людей и больше общаться. Иногда его хочется стукнуть, но без его поддержки мне было бы намного труднее. — Джонни я тоже иногда хочу стукнуть, а иногда и прибить, — смеётся Джэхён. — Мы вместе с детского сада, вместе устраивали разные шалости и сбегали из-под присмотра воспитательниц. Тэён хихикает и, допив остатки шоколадного напитка, негромко произносит: — По правде говоря, до знакомства с Тэном у меня и друзей то не было. Откуда ж им взяться, если я большую часть времени проводил дома за книжками, а в школе держался в стороне от всех, редко решаясь познакомиться с кем-то первым? Как ты знаешь по собственному опыту, я до сих пор плох в спорте, ужасно играю в футбол, на уроках физкультуры одноклассники всегда выбирали меня самым последним в свои команды. Джэхён внимательно слушает его, протягивает руку и касается бархатистой как кожура персика щеки кончиками пальцев, осознаёт, что сделал и, краснея, оправдывается: — У тебя там крошка от пирога была… Щёки Тэёна тоже заливает краска, он с улыбкой бормочет: — Не ври мне, не было там никакой крошки. — Неправда, была, давай я точно её сниму, — Джэхён, не совсем соображая, что делает и слыша только собственное сердцебиение в ушах, наклоняется вперёд через стол и оставляет невесомый поцелуй — лёгкое касание губами — на тёплой, сладковатой щеке над уголком рта, там, где только что прикасался пальцами. — Прости, — говорит быстро и собственный хриплый голос не узнаёт. — Тебе не за что просить прощения, — шепчет Тэён, медленно, нерешительно поднимает руку и кладёт на линию челюсти, трепетно и уютно обнимая лицо донсэна ладонью. — Мы уже выяснили, что нравимся друг другу, так может быть, просто начнём встречаться? — Ты просишь меня стать твоим парнем, хён? — это точно его голос? И это точно не сон? — Да, глупенький, — хихикает Ли, быстро убирает ладонь и пряча смущение, натягивает на голову капюшон худи. — Я хотел попросить тебя первым, — к Джэхёну наконец возвращается его привычный голос. — Давай, давай встречаться, давай быть вместе, Тэён-хён! — Готов поспорить, как только я расскажу об этом Тэну, он вытянет нас всех на двойное свидание, — произносит Ли, подпирая подбородок ладонью. — Он как-то говорил, что всегда хотел бы устроить что-то подобное. — Уверен, Джонни поддержит эту идею, однако… прежде мне хочется провести время наедине с тобой. Только ты и я, — Джэхён говорит тихо и одним глотком допивает остатки своего горячего шоколада. Осторожно протягивает руку старшему, ладонью вверх: — Куда хочешь пойти, хён? Парк развлечений, кино, музей, покататься на лодке по реке Хан?.. — Давай сегодня просто погуляем по парку, такая хорошая погода, к тому же на днях зацвела сакура… — тёплая рука с длинными пальцами накрывает сверху, ложится прямо в широкую ладонь, и Чон сжимает её. — Отличная мысль, пойдём посмотрим на её цветение вместе, — он чувствует, как его сердце бьётся где-то в горле, трепещет, будто пойманная в ладонях бабочка и думает, что смотреть как цветёт сакура вместе это так романтично и идеально. Они одновременно отодвигают стулья и поднимаются на ноги, покидают оживлённую, залитую лимонными дольками солнца веранду кафе и отправляются в парк. Тэён всю дорогу держит его руку в своей и внимательно слушает, как Джэхён болтает об успехах университетской баскетбольной команды, о трудных вопросах в недавнем тесте по финансовому анализу, жалуется, что господин Пак, преподаватель по методологии и макроэкономике, ужасно строгий и придирчивый. В парке многолюдно, они не единственные, кто хочет полюбоваться нежно-розовыми цветами недавно распустившейся сакуры. Тэён отпускает его руку, чтобы коснуться спускающихся веток, гладит подушечками пальцев мягкие лепестки, смущается, когда Джэхён достаёт телефон и наводит на него камеру. — Ты красивый, — бормочет себе под нос, делая несколько снимков неуверенно позирующего старшего. — Я не расслышал, что ты сказал, — тихо смеётся Тэён, и пара лепестков, кружась в воздухе, оседают на его макушке. Джэхён нажимает на экран, делая последнее фото, сокращает расстояние между ними, прячет телефон в карман джинсов и долго смотрит на Тэёна. — Я говорю, что ты прекрасен и ты мне очень нравишься, хён, — рука скидывает с волос застрявшие лепестки аккуратным жестом. Тэён розовеет от комплимента, стучит ладонью по плечу младшего, отворачивается и бредёт дальше под тенью цветущих пышным цветом деревьев, а Джэхён несколько мгновений глядит ему вслед и наконец торопится за ним. Они впервые целуются два дня спустя. Вечером вторника после занятий Джэхён приглашает Ли в кино, интересуется какие фильмы тому нравятся. — Я люблю мелодрамы, это по-девчачьи, да? — чешет кончик носа и косится на идущего рядом Джэхёна. — Ничего подобного, — быстро отвечает тот. — Значит, пойдём на новую мелодраму, недавно вышла, там вроде Ли Дон Ук снимается. — Мы можем посмотреть и Марвел, я иногда смотрю и комиксы тоже, ты не должен смотреть скучную слезливую мелодраму из-за меня, — Тэён дёргает донсэна за рукав толстовки, заглядывая своими большими глазами в лицо Джэхёну снизу вверх — он ниже ростом порядка восьми сантиметров. — Всё в порядке, я совсем не против посмотреть мелодраму, может, она будет не такая уж и слезливая, — усмехается Джэхён, теряется в блестящих глазах цвета капучино и едва не врезается в фонарный столб, чем вызывает озорной смех у парня рядом, который подначивает его всю оставшуюся до кинотеатра дорогу. В тёмном зале народа не очень много, они занимают свои места на предпоследнем ряду. Джэхён сначала честно старается следить за сюжетом картины, но к середине уже больше смотрит на Тэёна слева от него, чем на экран. Тот не отводит вовлечённого, внимательного взгляда от большого экрана, грызёт карамельный попкорн, покусывает нижнюю губу, его брови в полумраке кинозала то хмурятся, то взлетают в недоумении. Джэхён с трудом отводит от него взгляд, рассеянно жуёт попкорн и решается наконец мягко взять парня за руку. Тот чуть сжимает её в ответ, но взгляда от движущихся фигур на экране не отводит ни на секунду. — Я так переживал, что в конце они не будут вместе, но хорошо, что всё обошлось и всё-таки хэппи энд, — с явным облегчением в голосе говорит Ли, стоит им покинуть зал и выйти на свежий воздух. Уже достаточно поздно, небо тёмно-синее, горят фонари и далёкие огни сеульских небоскрёбов. — Ты такой милый, — Джэхён улыбается так ярко, что ямочки сияют не хуже вечерних огней на зданиях высоток. — Ты бы хоть смотрел фильм, а не на меня, — хмыкает Тэён, смущённо вздёргивая подбородок. — Наверно, попроси я тебя пересказать сюжет, ты бы и не смог. — Я смотрел, хён, честно, — оправдания звучат нелепо. Тэён ускоряет шаг, на пол-корпуса опережая младшего и засунув руки глубоко в карманы брюк. — Знаешь, та актриса очень красивая, — замечает невинным тоном. — А я не красивый? — тут же реагирует Джэхён, непроизвольно ускоряя шаг тоже. Тэён оборачивается, идёт спиной вперёд, по привычке склоняя голову к плечу и на ходу осматривая темноволосого парня серьёзным оценивающим взглядом с головы до ног. — Ну ты тоже ничего. — Хён, что значит «ничего», я и обидиться могу, — хватает ртом воздух парень и порывается схватить старшего, но тот уворачивается и срывается на бег, смеётся своим смехом чайки на всю улицу, так что несколько прохожих оборачиваются на них. Джэхён с его тренированностью спортсмена, конечно же, в два счёта догоняет Тэёна, обхватывает поперёк груди и заключает в объятие, отрывает от земли и несколько секунд кружит в воздухе, игнорируя жалобные крики старшего вперемешку со смехом. — Отпусти, отпусти, хватит, люди же смотрят! Ну Джэхёнииии! — Не отпущу, никогда не отпущу, хён, мой Тэён-хён, — выдыхает, крепко прижимая к себе худощавое тело, наконец ставит того на землю у края тротуара у высокого ограждения, за которым виднеется внизу река. Берёт его руки в свои, большие пальцы гладят тыльную сторону ладоней, кожа такая нежная. Смех Тэёна затихает, он выдыхает и чуть приоткрывает губы. Джэхён подаётся вперёд, прижимаясь своими губами к столь желанным губам своего сонбэ, едва сдерживает стон, когда восхитительно-мягкие губы охотно отвечают, сжимает узкие кисти рук крепче и целует немного глубже. Потом отрывается, тупит взгляд: — Прости, ты наверно не хотел вот так, на виду у прохожих… — Это не важно, Джэ, — перебивает Тэён, тянет его на траву к самой металлической сетке ограждения, упирается в неё спиной и заглядывает снизу вверх, цепляясь пальцами за запястья Чона и слегка покачивая их соединёнными руками из стороны в сторону. Его щёки румянятся, а глаза сияют, такие чистые, что в них отражаются городские огни. Джэхён подходит вплотную, прижимаясь бёдрами к бёдрам старшего, кладёт одну руку на талию под тонкой джинсовой курткой, вторую на его горячую щёку и наклоняется, оставляя на трепетных влажных губах долгий нежный поцелуй. Тэён вжимается спиной в ограду, пальцами цепляется за кремовый свитер младшего и растворяется в сладком поцелуе. Джэхён провожает его до дома. Тэён мнётся возле подъезда, признаётся: — Не хочу расставаться с тобой, Джэхёни. — Завтра рано вставать на лекции нам обоим, уже поздно. Поднимешься, сразу собирайся спать, хён, ты должен выспаться. — Ты тоже, придёшь домой, прими душ и ложись спать, не хочу, чтобы ты получил нагоняй от профессора Пака за опоздание. Джэхён кивает и смотрит, как Тэён поднимается по ступенькам к двери подъезда, собирается уже набрать код, но вдруг оборачивается: — Спасибо за сегодня. Мне было так хорошо. Наверное, никогда не забуду этот вечер. Даже если в будущем мы вдруг... ну знаешь, не будем вместе. Всякое бывает, мало кто проводит всю жизнь с тем, кого встретил в универе… — Я же сказал, что не отпущу тебя никогда, не веришь? — горячо возражает Джэхён. — Ты мой тот самый, хён, я это знаю, — приглаживает волосы на затылке, усмехается смущённо: — Прости, ты опять решишь, что я слишком тороплюсь и не стоит делать таких громких заявлений… Тэён хихикает, подмигивает на прощание и наконец открывает дверь: — Спокойной ночи, Джэхёни, увидимся завтра в универе. Посылает воздушный поцелуй, краснеет и поспешно скрывается в подъезде. Сердце Джэхёна делает сальто, он улыбается так широко, несколько мгновений просто пялясь на захлопнувшуюся дверь, так что дворник с подозрением косится на него и ворчит: «Уже поздно, нечего тут торчать, если не живёшь здесь, иди домой.»