Откройся мне. Побег.

Десятое декабря. Сегодня выпускники писали итоговое сочинение. Казалось бы все мысли должны были вертеться вокруг произведений и аргументов, но некоторые личности настолько были поглощены событиями выходных, что терялись даже во времени. Написав свой текст Лебедев начал изучать затылок одноклассника, сидящего перед ним, а именно Эмира. В голове все крутилось слово «пронесло». Еще бы немного и возможно произошло бы не поправимое. И сейчас он пытался понять случайность ли или Алиса постаралась сделать так, чтобы их отец не тронул блондина.

***

Денис стоял возле выхода из школы в компании двух девушек из параллельного класса, которые пытались поговорить с парнем, абсолютно не замечая, что ему вовсе неинтересно. Он лишь смотрел на белые двери в ожидании девушки, изредка что-то отвечая им. И вот, не прошло и часа, как из здания вылетела рыжая бестия. Ее лицо выражало крайнее недовольство, но что ее успело разозлить пока неизвестно. Юля быстро подошла к нему и повела прочь от толпы, взяв за руку. — Что случилось? — Единственная мысль, крутившаяся в голове Фролова. — Это я у тебя хочу спросить, стоило мне отойти от тебя ненадолго, а ты уже стоишь и смеешься с какими-то девками. — Откидывая руку парня, высказала свое недовольство Юля. — Так, стоять. Не истери без повода, ты же прекрасно видела, что я даже не общался с ними, а просто стоял. — Бесполезная попытка успокоить девушку никак не подействовала. Он и сам это понимал, но если бы промолчал было бы хуже. — Ну раз я психованная истеричка, значит тебе стоит поискать другую. Ту, что не будет выносить мозг при малейшем промахе, или ту, что забьет на всех девушек в твоем окружении. — Стоило ей закончить предложение, как лицо Фролова резко изменилось. Ее слова вывели парня из себя. Пусть это не первый случай, когда она так открыто плюет на его чувства, все равно неприятно. Он понимал, что стоит только ему проявить хоть капельку холода в ее адрес, как Юля сразу остепенится, боясь потерять близкого человека. Также он понимал, что эти постоянные эмоциональные качели не доведут до добра, но без них никогда не получится. Единственное, что оставалось парню — спокойно воспринимать все замашки собственницы, которые порядком достали за два года отношений. — Знаешь… — Начал Денис, взяв ее за руки и поглаживая запястья. — Ты говоришь все это, даже не подозревая, как это больно слышать… — Он произносил это, опустив глаза. Его голос был таким спокойным и тихим, что Авдеева невольно застыла и со страхом ждала, когда он закончит. — Но как хорошо, что я люблю тебя и не собираюсь так тупо отпускать. — Наконец сказал он и весело посмотрел на девушку. — Да пошёл ты. — Эта фраза слетела без какой-либо злости, и Денис это понимал. Поэтому он, усмехнувшись, начал догонять эту бестию, которая спешно хотела уйти и скрыть свое смущение. — Буду считать это за «и я тебя люблю, лучший парень в мире»! — Чуть ли не крича на всю школьную территорию, ответил на ее реплику. — Да поняла я, поняла. Прошу, хватит. — В очередной раз смутилась девушка. — Поцелуешь и прек… Отношения этой пары далеко не спокойные. Каждый день ссоры и ревность, но если сравнивать на примере жизни, это похоже на бомбу замедленного действия, и, не дай боже, рядом не окажется этого бессмертного, что каждый раз осмеливается обезвредить ее. Не дослушав до конца, она резко притянула его за воротник куртки и буквально впилась в его губы. Но быстро отстранилась. — Пошли уже к Максу, у меня новости появились для него. — По поводу Котовой? — В ответ кивок. — Да уж, этот идиот вляпался по полной. Как его угораздило влюбиться в нее. — Рассуждал вслух парень. — Будто тебе она не понравилась? — Как-то злобно произнесла Авдеева. — Как человек она забавная, я бы сказал интересная, с ней точно не скучно. Но она будто мертвая, в нее нужно вливать эмоции, чтобы она жила. Мы с тобой, как огонь и ветер, я могу как потушить тебя, так и усилить. А Алиса скорее камень или глина, и для смягчения ей нужна вода, которой является Макс со своим спокойным характером. — Может в философы пойдешь? Или ты Аватара пересмотрел? — Она всегда любила подшучивать над его размышлениями вслух, но не пыталась таким образом обидеть; Юля считала это его очаровательной чертой.

***

В это время Макс, Эм и Лиза сидели в гостиной, залипая каждый в свою точку. И если парни всерьез задумались над тем, что делать дальше, то девушка не знала как себя вести. Ее мысли были похожи на метание от одного к другому. По сути это их дело и вмешиваться в личные дела брата и сестры будет плохо, но, наблюдая за страданиями любимого человека, невозможно оставаться просто второстепенным персонажем, который будет только и делать, что говорить «все будет хорошо». Их дружный консилиум прервал звонок в дверь. — Кажется Юля с Деном пришли. — Произнес темноволосый и вышел в коридор. Буквально через пару секунд послышался звонкий женский голос и в зал ввалилось чудо в бежевом пуховике с растрепанными рыжими волосами. Она окинула двух, оставшихся на диване ребят, взглядом и оценила обстановку, которая напоминала поминки. А после закатив глаза ушла обратно в прихожую, чтобы скинуть верхнюю одежду на пол и уйти на кухню за сладким, хранившимся на верхней полке кухонного шкафа. Вся четверка просто наблюдала за тем, как Авдеева носится туда сюда, словно маленький ребенок, то в попытках открыть упаковку с вафлями, то в поисках чего-то острого. В какой-то момент присутствующие решили ей помочь, но она уперто заявила: — Идите к черту, я сама справлюсь. — Сказала девушка и в очередной раз дернула обертку в обе стороны, разрывая упаковку на две части, из-за чего содержимое высыпается на линолеум. — Да блять! — Фраза несла в себе столько злобы и обиды, что сразу стало понятно состояние Юли, которая с психу пнула фантики и, рухнув на колени, начала всхлипывать. Она не выдерживает. Еще совсем недавно, всего три года назад, она пережила сильные травмы, которые не прошли бесследно. Ей сложно привязываться к людям, сложно терять их, сложно находить общий язык из-за страха, что люди уйдут или вовсе не примут. Девушка постоянно ругается с парнем, братом и со всеми, кто хоть немного будет ей близок, но одна из немногих, принявших ее стервозный характер — Алиса. Она не пыталась переделать или изменить что-то в новоиспеченной подруге, и пусть это только по той причине, что никогда в своей жизни не сближалась ни с кем, кроме Дани и Эма. Юле нравилась беззаботность, которую она ощущала рядом с розововлаской. Нравилось, когда они, сидя на уроках, рисовали каракули в тетрадях друг друга; когда они в совместных заданиях творили разную дичь; когда холодными вечерами лежали в кровати и смотрели старые фильмы, которые так ненавидела Авдеева, но так обожала Лиска. Хоть начало их общения и оставляет желать лучшего, да и взаимоотношения у них были натянутыми в большинстве случаев, но для них это своеобразная норма. И сейчас, оставшись без нее, Юля жалеет. Она буквально проклинает, что не стала таким же родным человеком для подруги. Ей хочется повернуть время вспять, чтобы каждую ночь обнимать захлебывающуюся в слезах Котову, чтобы хоть как-то разделить с ней ту боль, которую ей приходилось терпеть буквально днями и ночами напролет. И неважно, что Снитч далеко не такой человек, который будет открыто проявлять заботу по отношению к кому-то; просто с появлением Алисы всё поменялось; все поменялись. — Я схожу в магазин. — Наконец прервал тишину Денис. Ему тоже было тяжело, ведь Рапунцель напоминала ему младшую сестру, и в какой-то момент он и правда начал к ней относиться так, словно она часть его семьи. Может он и не показывал этого так явно, но прекрасно видел эмоции подруги, испытываемые всякий раз, когда вся компания собиралась вместе. А когда девушка ушла, оставив после себя только одну чертову записку, Юля будто с цепи сорвалась. Все ее прошлые шрамы вновь открылись, и, испытывая постоянную боль, девушка начинает агрессировать на все вокруг. — Хватит реветь, это не поможет. — Вставил свои пять копеек Эм. — Заткнись. Ты хоть осознаёшь, что ничего бы не произошло, если бы не ты?! — В очередной раз сорвалась Авдеева. — Знаешь сколько раз она просыпалась среди ночи и тихо плакала в подушку из-за кошмаров? — В ответ молчание. Блондину нечего было сказать в свою защиту, он ничерта не знал о жизни сестры. — Она хотела уберечь тебя от этого психопата, поэтому всегда молчала и терпела все в одиночку. Ты нихрена не понимаешь, через какие трудности ей пришлось пройти за эти несколько месяцев. — Ее голос дрожал точно также, как и руки, которые она сжимала в кулаки от злости. Но эта агрессия была направлена отнюдь не на парня. — Мы были рядом, да я блин буквально жила с ней в одной комнате, но почему она никому не доверилась? Почему не рассказала обо всем? — Речь Юли переходила в истерику, поэтому Макс подошел к ней и попытался поднять на ноги, но его действия лишь спровоцировали срыв. Она начала со всей силы бить своими маленькими кулачками по груди и рукам брата, пытаясь хоть как-то выплеснуть свои эмоции. — Почему? Почему? Почему?! — Повторяя эти слова снова и снова. Лебедев понял, что сейчас ее нельзя оставлять одну, поэтому просто сел рядом. Глядя на сестру, он вспомнил, как буквально месяц назад успокаивал Котову с ее постоянными истериками. Теперь и его пробило на эмоции. — Это я во всем виноват… — Прошептал парень, но все присутствующие услышали. — Я должен был быть рядом. Я же мог ответить хоть на один из семнадцати вызовов. — Продолжал свое самобичевание Макс, сидя на полу у стены. Он хаотично то зарывался руками в волосы, то хватался за шею, оставляя следы от ногтей. — Никто не виноват в том, что Лиска не умеет доверять людям. Если бы она рассказала все нам и родителям, мы бы помогли. — Эм не собирался сбрасывать ответственность за других людей, прекрасно понимая, что они тут не причем. — Ты сейчас серьезно? — Задал вопрос шатен, отвлекшийся от своих мыслей. — Думаешь все так просто? Ты, блять, прожил со своим отцом одиннадцать, или около того, лет и все равно так плохо мыслишь? — Начал свои нападки парень. — Ваши родители ничего бы не сделали, они вообще может заодно с ним… — Что за бред ты несешь? — Эм не собирался молчать и выслушивать гадости в сторону своей семьи. — Сам подумай, твоя сестра внезапно «переехала», не приходит к вам в гости, даже адреса не оставила, а они забили. — Золотарев притих. — Из больницы им явно должны были сообщить о тебе и рассказать о состоянии, они хоть раз спрашивали, что произошло? — Тишина. — Ты никогда не задумывался, почему его тогда так легко посадили, а полицейский стал вашим опекуном? — Хватит. — Ранее сидевшая ниже травы, тише воды, Лиза наконец подала признаки жизни. — Ты не можешь утверждать, что они причастны к этому. — Ты права, не могу. — Отступил один Максим. Наступила недолгая пауза, прервавшаяся скрипом входной двери. Ден вернулся из магазина с небольшим пакетом, который был наполнен разными сладостями и закусками. Но стоило ему посмотреть на всеобщую картину происходящего, вся квартира заполнилась смехом. — Ребят, вы бы видели себя со стороны. Дайте угадаю, я пропустил очередную перепалку?

***

Продолжение благотворительного вечера для Лиски было трагичным. Когда они вернулись домой, Котов старший попросил ее спуститься вниз, и девушка прекрасно понимала, что за этим последует. В полном молчании она спускалась по лестнице в сопровождении Кира. За время нахождения в этом заточении ей достаточно хорошо вбили несколько правил: слушаться всех указаний, что поступают от отца; всегда находиться с Ионом; не делать глупых поступков. Если она нарушает их, следует наказание и проливается чья-то кровь. Они шли по темному коридору, в конце которого была серая дверь. Все в этом доме знали, что скрывается за ней. Девушка тихонько приоткрыла ее и заглянула, будто пугливый котенок. В кабинете не было никого, на что она с облегчением выдохнула. Пускай недолго, но есть блаженные несколько секунд. Кирилл протолкнул Котову в помещение, чтобы наконец пройти самому. На такой грубый жест она лишь цокнула, однако промолчала, сейчас было не до споров. Они оказались в той самой белой комнате, где Лиска сидела, привязанная к стулу. Пара не успела толком даже подумать, как дверь за их спинами хлопнула. Он пришел. Ребята застыли, момент был схож с фильмом ужасов, когда маньяк появляется, и ты осознаешь, что тебя сейчас убьют. Настроение Котова никогда нельзя было угадать. Этот человек профессионал в смене маски. Он подошел к ним и встал на расстоянии метра. И если Ион уже привык к такому эмоциональному давлению, то Лиска могла лишь сделать вид, что не боится биологического отца, однако предательски трясущиеся руки выдают ее. Но сейчас, стоя перед ледяным человеком, у каждого пронеслась мысль «только не меня». Хоть Романов и парень, но получать по лицу лишний раз он не хотел. — Давайте поиграем в игру. — Заговорил Олег Юрьевич. — Кто первым скажет причину, по которой вы сегодня получаете наказание, тот получит пощаду. — Его тон не предвещал ничего хорошего. Боковым зрением девушка посмотрела на Кирилла и мысленно выдохнула: он не станет говорить. Прошло пять минут оба молчали. Это порядком взбесило мужчину, что надеялся повеселиться как следует. — Моя дорогая Алиса, а ты снова за старое? — Дочь заметно напряглась. — Так бесстыдно играешь на чувствах бедного парня? — Теперь стало ясно. Он снова говорил о матери, смешивал свои фантазии и реальность. И девушка уже знала, за что ей прилетит сегодня. — Нет, я… — Попыталась оправдаться Лиска, но не успела договорить, как щеку обожгло резкой болью. — Понятно. — Последнее, что она сказала. Отец замахнулся еще раз, но получила уже не пощечину, а кулак, довольно сильно попавший по челюсти. Она не успела прийти в себя и снова получила удар, теперь в живот. Согнувшись от боли, девушка пыталась сделать вдох, но при каждой попытке боль отдавалась в двойном размере. Не в силах стоять на ногах, Алиса упала на пол. Глядя на такую картину, парень не шелохнулся. Он знал, что, если вмешается, ей будет в разы хуже. В мыслях шла борьба между желанием помочь и инстинктом самосохранения, который буквально бил тревогу, когда взгляд его начальника наконец переместился на него. — Ты меня разочаровал. — Произнес он, доставая из кармана острый предмет — нож. Мужчина пристально смотрел ему в глаза и, как бы играя, проводил тупой стороной лезвия по щеке, шее и краю черной рубашки. — Что же она такого сделала, раз ты буквально хвостиком виляешь перед ней? — В его глазах читалось безумие, которое подкреплялось холодом исходящим от голубого оттенка. — Ничего. — Одно слово, всего шесть букв, а вызвали дикий восторг на лице оппонента. — Так значит проблема в тебе! — Радостно проговорил он, разрезая ткань на теле Романова. — Тогда и наказание получишь сегодня ты. — И острый конец металла медленно прошелся от ключицы до второго ребра, оставляя после себя едва заметную царапину. Но это было только начало. Котов, поддаваясь собственному безумию, резко воткнул нож в правое плечо, чем вызвал крик со стороны парня. Кирилл, подавляя в себе желание вытащить его, осел на пол, на белой плитке которого через несколько секунд уже образовалась небольшая лужа крови. Шипя от сильной боли, он поднял голову вверх, чтобы видеть дальнейшие действия. Но не успел он отойти от прошлой порции неприятных ощущений, как получил новую. Мужчина, взявшись за рукоять, повернул нож. В комнате стоял душераздирающий крик, но Романов не обращал внимания на свой вопль, ему было невыносимо больно. В ушах стоял звон от собственного голоса, а от вида собственной крови, стекающей с его руки, сознание затуманилось. Вот сейчас ему стало страшно. — Остановись, хватит! Прошу! — Вступилась наконец девушка, до сих пор лишь наблюдая за происходящим. Эти слова были последними, прежде чем Ион потерял сознание.