Демон с отчаянным сердцем

Пока Танджиро стоял неподвижно перед бездыханным телом своего друга, Канао, которая только очнулась не верила своим глазам. Его друг, который изменил ее взгляды на жизнь и даже стал чем-то большим, чем просто друг — стал демоном. Достав капсулу, внутри которой было противоядие, она поняла, что другого выхода нет. — Сестра, кажется я знаю, для чего мне остался еще один глаз. Тамае вместе с Шинобу создали максимальное количество ампул, которые могли превратить демона обратно человека. При всем количестве материалов, удалось создать лишь три ампулы. И одно из них Шинобу доверила Канао. «Он превратился совсем недавно. Думаю я смогу уклониться…» — думала Канао, готовясь к последней атаки — Дыхание цветка. Финальный стиль. Алые Глаза Равнодействия. После использования данной техники, динамическое зрение повысилось многократно, и каждое действие казалось вялым для нее. Это именно тот момент, который мог изменить судьбу всего человечества. Канао понимала это, поэтому была готова пожертвовать не только своим зрением, но и своей жизнью. Но в этой истории демонизация Танджиро прошла намного быстрее… Все клетки Мудзана полностью усвоились в новом теле из-за дополнительного времени. И хоть теперь Канао могла видеть все как в замедленной съемке, она видела что-то странное. На месте Танджиро, который стоял все еще на одном месте, были видны малейшие колебания. Будто он двигался незаметно для всех даже не двигаясь. Сделав быстрый рывок в сторону Танджиро она попыталась воткнуть шприц в его спину. Но стоило Канао сократить дистанцию в десять метров, демон сразу повернулся в ее сторону. За одну десятую секунды все щупальца задвигались в хаотичном движении. Дальнейшая картина могла не комментироваться… Даже со зрением Канао, этого не хватило, чтобы увернуться от всех атак Танджиро. Метка увеличилась в два раза, что увеличило физические характеристики в несколько раз. В конечном итоге, Канао была разрублена на несколько частей, так и не сумев вколоть противоядие. Теперь ничего не сможет остановить Короля Демонов. В это же время, охотники заботились о раненных. В особенности это был Санеми Шинадзугава — столп ветра и Томиока Гию — столп воды. Охотники понимали, что они единственная их надежда, но с такими ранениями они мало что могли сделать. Но все же… — Эй, всем! Мы должны помочь Томиоке-саме! Несите обезболивающее. — кричал один из охотников. Гию все же смогли привести в чувства. Нынешнее состояние не позволяло использовать и десяти процентов собственных сил. Если бы он прямо сейчас попробовал вступить в бой, он сразу бы помер в не состоянии поспевать за движениями своего врага. — Гию-сан, вы в порядке?! Прошу, не перенапрягайтесь! — говорил Гото, обрабатывая раны и останавливая кровоподтеки. — Д-да… что там с Танджиро? — Мне жаль, но он только что… только что он убил человека с кабаньей головой и Канао-сан, которая пыталась вколоть ему лекарство… — со слезами на глазах ответил охотник. — Вот как… Гию понимал, что он не способен что-либо сделать. Но он даже не мог самостоятельно подняться. Его тело достигло предела. Стол ветра так же был без сознания, но он был в более хорошей форме, хоть его ранения так же были смертельными и сильный удар мог спокойно открыть рану и вывернуть органы наружу. Тем временем Танджиро жадно поедал плоть Канао. Но полное понимание ситуации все еще не достигло его. Все мельчайшие раны затянулись в миг. Теперь демон был новой проблемой для всех охотников. Они в свою очередь понимали, что ничего не смогут сделать и лишние жертвы лишь усилят его за счет своих тел и крови. Окровавленное лицо Танджиро так и внушали страх и отчаяние. Но он не торопился идти за новой кровью. Он снова застыл на месте. Теперь его лицо выражало более человечный вид. — М-мн.е ж-жаль… — пробормотал Танджиро. Какая-то часть человечной Танджиро осталась внутри, но с каждой секундой она все больше пропадала, вкушая новую плоть. — Достаточно. Яркая вспышка пролетела перед каждым находившимся по близости существом. Перед Королем Демонов явился его старый соратник, Зенитсу Агатсума — обладающий «Дыханием грома.» — Танджиро, ради всех умерших и переживших этот день, а так же ради тебя… я убью тебя!