Молчаливый лев, или Переживания Драко Малфоя

Все то же морозное утро, которое иногда заставляет думать, что на дворе глубокий декабрь. Гарри нехотя разлепляет глаза и натыкается взглядом на потолок, отмечая про себя, что он белый. А еще очень высокий. И осыпáвшаяся штукатурка заставляет его глаз снова и снова дергаться, как у психа. Это все начинает конкретно его раздражать. Потому что в спальне Гриффиндора потолки алые. Он продолжал сваливаться в обмороки из-за усталости, и вскоре мадам Помфри перестала удивляться его посещениям Больничного крыла. Она только тяжело вздыхала при коротеньком стуке в дверь, и скрестив руки на груди, прослеживала взглядом, как друзья Гарри в очередной раз левитируют его бессознательное тело на койку. Мадам Помфри только тихонько цокала и поила его Умиротворяющим бальзамом, чтобы Поттеру легче спалось, и просыпался он без головных болей. Гарри чуть приподнял голову и нащупал на прикроватной тумбочке свои очки. Он неловким движением нацепил их на себя и присел. Больничное крыло пустовало. Ну, это было неудивительно. В последнее время Поттер был чуть ли не единственным его посетителем. Он покачал головой, и немного подвинулся к краю, свесив ноги вниз с койки. Прохладный пол неприятно «обжег» ступни парня. Он слегка поморщился и повел плечами. — Мистер Поттер, вы наконец пришли в себя! — голос мадам Помфри неожиданно раздался где-то сзади. Она торопливо шла в сторону Гарри, на ходу взмахивая палочкой и заставляя пустые склянки от лекарств улететь прочь. Пожилая женщина подошла к Поттеру и слегка наклонилась, вглядываясь в его лицо. Она осторожно провела палочкой по его лбу, и на плечи Гарри посыпались серебряные искры. Но он не мог понять, что они значат. — Как я вижу, Вам уже лучше? Гарри неопределенно пожал плечами. Он не знал. Внутри было как-то… нейтрально? Он попытался вежливо улыбнуться. — Да, мадам Помфри. Уже ничего не болит. Колдунья слегка прищурилась, будто не совсем веря в услышанное, но сразу же тепло улыбнулась. Она снабдила его парочкой пузырьков с лечебными зельями, и выпроводила из крыла. Гарри как-то растерянно шел по коридору, рассматривая склянки, которые ему любезно вручила мадам Помфри и наказала в обязательном порядке выпить перед сном. И зачем она дала эту бурду? Гарри брезгливо осмотрел мутную жидкость разных цветов, плескавшуюся в баночках, и скривил губы. Ну уж нет, пить он это точно не будет. Пряча бутылочки во внутренний карман, Поттер оглянулся. Коридор пустовал, и было понятно почему. Гарри наколдовал Темпус и хмыкнул. Сейчас время учебы, и все ученики, естественно, находились на своих занятиях. Поттер решил воспользоваться таким нечастым шансом побыть в одиночестве. Он решительно развернулся на сто восемьдесят, и направился к Черному озеру. Уже находясь возле берега, гриффиндорец спокойно выдохнул. В последнее время он начал странно себя ощущать. Все время ходил уставший и рассеянный, почти не улыбался и часто мог заснуть прямо на уроке. Если подумать, никогда такого с ним не случалось. Проницательная Гермиона ничего не говорила и не задавала вопросов, лишь одаривая его непонятными взглядами. Рон постоянно пытался развеселить Поттера, таская к ним в спальню различные сладости с кухни. Но Гарри как будто впал в транс. Его совершенно ничего не интересовало. Он только устало отмахивался от друзей, а с недавнего времени даже перестал появляться на завтраках и обедах. Теперь он сидит на берегу озера и смотрит в неопределенную точку вдалеке. Его губы поджаты, и весь внешний вид говорит о пребывании в каких-то своих мыслях. Вдруг где-то позади послышался голос, окликнувший Гарри. Он немного поежился, но не обернулся, поняв, кому принадлежит этот высокомерный, надменный тон. Его он узнает из тысячи, если не из миллионов. Малфой направлялся прямо в сторону Гарри, неподвижно замершего на огромном камне. Гриффиндорец даже не шелохнулся, услышав шаги. — Эй, Поттер! Говорят, ты раскис. Без сознания упал? — Малфой ухмыльнулся и скрестил руки на груди. Гарри заметно напряг спину. Он нахмурился, но ничего не ответил. Снаружи он выглядел все таким же невозмутимым, но его сердце вдруг застучало чуть быстрее, а ладошки вспотели. Он хотел сейчас побыть один, ну почему всем все время что-то от него надо? Гарри было подумал, чтобы оглянуться и пригрозить наглому блондину, но не стал этого делать. Ведь он знал, что если не обращать внимания, то рано или поздно тому надоест доставать Поттера и он оставит его в покое. — Шрамоголовый! Не смей игнорировать меня, — Малфой нахмурился и раздраженно заиграл желваками. Он бесшумно приблизился к Поттеру, схватив его за ворот и подтянув вверх, на уровень своего лица. Гарри не сопротивлялся, но ощутимо напрягся. Он силой отцепил руку Малфоя от своей мантии и отошел назад. — Тебе лучше уйти, — в голосе Поттера звучала какая-то отчужденность. Он застыл, задержавшись взглядом на идеально вычищенных ботинках блондина, а потом вдруг как будто очнулся, и даже не удостоив Драко взглядом, торопливо зашагал в сторону замка. Малфой стоял на месте, недоуменно поджимая губы. На самом деле Драко давно заметил, что с гриффиндорским придурком что-то не так. Он перестал улыбаться, даже находясь со своими идиотскими друзьями. Перестал реагировать на стеб и насмешки. Вообще он в последнее время стал похож на призрака. Особенно внешне. Поттер, видимо, пренебрегал своим сном, отчего под его очаровательными изумрудными глазами появились ужаснейшие темные круги, которые его совсем не украшали. Отчего-то в груди слизеринца заскреблась противная жалость, сочувствие и даже какая-то нежность к шрамоголовому. Один его устало-жалостливый вид вызывал у Малфоя желание защитить этого несносного гриффиндурка от всего, спрятать его и заставить хорошенько проспаться. Драко пытался гнать от себя эти дурные мысли, да вот только не получалось. Он даже хотел приложиться головой об стену, но Блейз, слава Мерлину, успел его остановить, назвав полным идиотом. Очевидно, что просто спросить о самочувствии Поттера он никак не мог. По многим причинам. Но невыносимо было смотреть на такого Гарри. И Малфой не знал, как же подступиться к нему, как не спугнуть. Он долго думал, но… в голову не пришла идея лучше, чем просто оставить все как есть. Он будет смеяться над Поттером, а тот (Драко на это очень надеялся) вскоре снова вернется в свое прежнее состояние. И тогда все встанет на свои места. Все будет как раньше… И его единственный шанс сблизиться с Поттером ускользнет, подобно мылу в мокрых руках. Хотел ли он этого? Драко несколько грустно пожал плечами. Он присел на камень, с которого только что стащил Поттера и тут же подскочил от неожиданной твердости. Драко оглянулся вниз и усмехнулся. Под ним лежала волшебная палочка. И принадлежала она никому иному, как Гарри Поттеру.