Друзья

Пугод никогда не понимал Модди. Все его действия не имели логической связи и смысла, это отталкивало, вызывало диссонанс в голове. Желания общаться с «этим» не было. Он не помнил даже имени, ему не нужны имена чего-то или кого-то бесполезного, способного лишь отвлекать. Как Пугод, гениальный мальчик, которого так называли с детства, мог опуститься до постоянных посиделок в доме и простой лени. Такие вещи привлекали Пугода в детстве, когда он еще не понимал всей глупости этих дел. Но каждый день, наблюдая как людям весело в окружении Модди, Пугод старался уйти, абстрагироваться от остальных. Он не такой, он лучше. Пугод сам выставил эти границы, сам сделал это запретом. Человек не будет человеком, если он не захочет нарушить запрет. И вот мысль «А вдруг» поселилась в его голове, осела на долгое время в голове гения — создала брешь. И Модди заметил ее, увидел не как обычно выражение отвращения на лице Пугода, а сомнение. Непонятные, нелогичные и ненужные разговоры начали преследовать шляпника. Постоянные нападки Модди еще больше выбивали из обычного образа жизни. Одна, две поблажки, пару незамысловатых разговоров и вот Пугод засмеялся, а потом согласился пойти на какой-то непонятный микро ивент. Не замечая этого, Пугод впечатал в подсознании существование Модди. Конечно, периодически его все еще посещали мысли о глупости всего этого, но от них отмахивались обычными словами. — Это ненадолго, я же не работаю над проектами. Со временем его полная противоположность стала его другом. Пугод узнал от него множество интересный вещей: о Модди, об остальных, о мире, и в конце концов о самом себе. Кто-бы мог подумать, что Пугод терпеть не может запах лилий и спирта, или наоборот очень любит наблюдать за существами, у которых есть одна единственная цель, которую они выполняют с помощью инстинктов. Пусть это и было давно, но пчелы, живущие у Модди, навсегда остались в голове. В этих пчелах Пугод увидел себя. Такой же трудоголик, который дествует на привычках, на устойчивых правилах в голове, выученных за годы самопознания, на идее, однажды пришедшей в гениальную голову и не выходившей оттуда неделями. Трудоголик, следящий за своим здоровьем, но совершенно не следящий за миром. С приходом Модди это изменилось. Почти каждодневные прогулки стали нормой. Появился интерес к миру. Люди перестали быть серой массой, недостойной его внимания. Жираф стал выделятся из этой массы еще больше остальных. Во-первых, потому что к этой персоне большое внимание проявлял Модди, и не узнать что же в нем такого, как Пугод считал, было бы преступлением. Во-вторых, постоянный шутник оказался очень интересной личностью и совершенно не подходил под ярлык «клоун», который на него повесили изначально. Пугод видел в этих двоих кучу недостатков, и желание избавить их от них было очень большим. Но, однажды, когда он сказал им об этом, получил лекцию от Модди и Жирафа о неидеальности человека. Шляпник, смотря на них, старательно старался вникнуть в то, что они говорили. Он считал себя идеальным, и даже если после их совместного общения этот полностью идеальный образ рассеялся, но фундамент от него остался. Огромное перечисление его собственных недостатков выбило его из колеи. Пугод всю ночь думал об этом и возможной обиде Жирафа, которую животное пыталось продемонстрировать Пугоду как можно больше. Придя на следущее утро к ним и рассказав о своих мыслях, Пугод получил лишь смех. Не издевательский, а просто дружеский, добрый и поддерживающий смех. Он принял их такими, какими они были. Возможно Пугод устанет постоянно говорить, что пить плохо, что нужно что-то делать, а не лениться. Но все это будет по-дружески. Никто не обидется, никто не скажет, что он не нормальный и не похож на человека. Пугода также приняли. Дружили от чистого сердца с человеком, имеющим очень колкий язык и в некоторых направлениях аморальное мнение. Остались рядом и поддержали в тяжелый период, ни сказав ни слова, зная как раздражает лишний шум. Так и в будущем Пугод не обвинит и не осудит Модди за множественные убийства. Даже если тот придет за ним, Пугод обязательно задаст вопросы и подставит свою голову по меч, потому что это Модди. Шляпник никогда не осудит высмеивающие шутки Жирафа с сторону Нео и Секби. Будет слушать их, смеятся, но вряд-ли когда-нибудь скажет их сам. В далеком будущем их объединение станет очень важным для него. Он потратит свое драгоценное время на создание чего-то стоящего для Надзирателей. Выскажет претензии Модди за отсутствие помощи и похвалит Жирафа за детали базы. Он станет лучше. Пугод слез с небес и может видеть настоящий, не придуманный мир. Ему нравится ощущать себя в компании этих людей. Пугоду комфортно.