От ненависти до любви

Ночь. Звёзды. Тишина. Парень, сидящий на самом краю крыши огненного замка, чутко вслушивался в каждый шорох. О чём-то задумавшись, он не заметил, что окурок сигареты, зажатой меж пальцев, догорел до самого фильтра. Через несколько секунд тот погас, соприкоснувшись с кожей юноши, заставляя того зашипеть от покалывающей боли. С безразличием он вытянул руку и разжал пальцы, позволяя окурку упасть, и, наконец лег, вытянувшись во весь рост. Ночь была необыкновенно звёздной, и огненного удивляло полное отсутствие луны на небе. «может, луна не выдержала и вскрылась? Возможно, скоро я повторю ее судьбу.» — парень ухмыльнулся, вытянул из кармана брюк нож и, закатав правый рукав, надавил на кожу запястья, с неким торжеством смотря на проступающую кровь. Снова впав в прострацию, он очнулся лишь когда кто-то выхватил из рук нож и потряс парня за плечи. — Дарк, паскудина ты такая, ты опять?! — гормиан в броне гвардейца угрожающе навис над другом. — ну, я подумал, что… — Дарк, недоговорив, слизнул алые капли. — мне все равно! Ты обещал завязать и с курением, и с порезами. — я передумал, Хэн. И вообще, что ты привязался? Сам решу, что мне можно, что нельзя. Гвардеец лишь осуждающе покачал головой и отшвырнул нож. — тебе осталось отслужить до гвардии один год. Ты же понимаешь, что такими темпами тебя просто выпиздрят из училища? На одно место гвардейца 10 претендентов. И то, что твой отец — главный во всей этой заварухе, тебе не поможет. — Хэн, потоптавшись на месте, пошел к лестнице, оставляя друга один на один с мыслями о суициде. Немного запоздав, Дарк пробурчал тому вслед что-то вроде «иди нахуй» и сам тоже потопал к лестнице. В этом замке ему жилось отвратительно. Нет, даже не отвратительно, а пиздец паршиво. Отец, главком всея армии королевы, мечтал вырастить из сына лучшего воина королевства. Соратники в училище насмехались, издевались и часто Дарк оказывался избитым где-то в отдалении от «цивилизации». А одного человека он просто терпеть не мог. В его присутствии он разом терял всю графскую надменность и становился слишком послушным. Это был наставник его группы, Лорд огня, Керион. «и комуфляж на нем сидит идеально, и броня, и волосы длинные ему подходят, и голос сексуальный до охуения… Почему он такой, зоттобо. Ненавижу его.» — порой, думал парень, сидя на дисциплинах, которые преподавал им лорд. И, возможно неосознанно, Дарк часто выводил лорда из себя своим характером. Каждый раз появлялось желание поспорить с преподавателем только потому, что он ему не нравился. И лишь один друг был у Дарка. Хэн был старше того на пару лет и уже занял должность гвардейца королевы, чем сильно гордился и не упускал случая подколоть парня. Размышляя о жизни своей собачьей, парень быстрым шагом направлялся в самый отдаленный угол замка, в свою небольшую комнату. Когда на плечо ему опустилась чья-то рука, он проклял всех и вся. Отец. — где ты опять шлялся?! Скоро 17 лет, а всё так же ветер в башке свищет. Дарк закрыл глаза, вдохнул и открыл их снова. — воздухом дышал. — не дерзи! Отвечай нормально. Скоро конец семестра, и не дай зот у тебя хоть одна четверка будет. Никаких каникул и никакой охоты. А сейчас быстро ушёл спать! — есть, сэр. Парень чуть ли не бегом припустил к себе. Он всё так же не мог для себя решить, кого ненавидит больше — лорда или отца. Оба порядком поднадоели за всю жизнь. И с обоими он был вынужден пересекаться ежедневно. Только повернув ключ в замке, закрывая дверь изнутри, парень спокойно выдохнул. Он выгрузил из многочисленных карманов всё содержимое, снял всю одежду, оставаясь в одних боксерах, и опять взял нож. На рукояти вручную были вырезаны руны на удачу. Подумав, огненный поднес лезвие к ключице и с силой полоснул. Тут же по груди стекло несколько алых капель. Он не мог оторвать взгляд от кровавых дорожек. Несмотря на ноющую боль, он еще несколько раз вогнал лезвие под кожу. В последнее время это вошло в привычку — глушить душевную боль болью физической. Да, он понимал, что это отвратительно да и просто глупо. Но не мог перестать. Ему нравился вид крови на его бледной коже, что не свойственно для огненных. Ему нравился вкус крови. Ему нравился сам процесс. И, что странно, он не хотел умирать. Отшвырнув окровавленный нож на тумбочку, он там же нашарил пачку сигарет и вытянул одну. Щелкнул пальцами, являя крохотный огонёк. Затянулся. Шумно выдохнул. Еще одна дурацкая привычка. … Луны всё так же не было видно, и Дарк пришел к выводу, что жалкий космический кусок булыжника всё-таки раскололся. Где-то внизу, ещё ниже уровня замка, бурлила лава. Дарк, несмотря не жёсткую дисциплину, любил своё королевство. Но лишь за то, что запах сигарет ничем не отличался от обычного дыма. А запах дыма естественен для любого огненного. Поэтому парень бессовестно злоупотреблял природой царства огня и курил, курил, курил. Наконец, выбросив окурок в окно и задернув шторы, он завалился на кровать поверх одеяла. «интересно, такие как я, всегда одни?» Придя к выводу, что счастье его благополучно игнорит и не думает прекращать, он повернулся на бок и, закрывая глаза, многообещающе изрек: — пиздец.