Sondermüll Mafiani

Второе полугодие 1988 года. Чуть ли не единственным синдикатом на данный момент в городе Дюссельдорф является Синдикат Ренци. Триада Во Шан Чу, которая ранее представляла собой грозную силу и помогла возвысить Нико до небес, превратилась в закабалированный сырьевой придаток синдиката Ренци, который не просто не может, а не сумеет возвыситься до былых высот, из-за чего многие их члены хотели реванша над Нико. Врагов, кроме закабалированной Триады и отчасти полиции и федералов, больше нет, так как и побеждать кроме китацев если они взбунтуются некого. Ты, будучи уже правой рукой и заместителем Нико, расширял бизнес в других городах Рейн-Рурской области, в Кёльне, Дуйсбурге, Вуппертале и прочих городах конурбации, подчиняя или истребляя мелкие банды и крупные синдикаты, которые мешали процветанию синдиката Ренци, который поддерживало три более могущественные организации из Колумбии, Нидерландов и США, но сторонился воевать с остатками Картеля Вальдеса и Семьи Бауэра, но и не выбешивал трёх других боссов, которые видели в тебе то ли союзника, то ли врага, в то время как Штальбурги в Дортмунде, из-за убийства их родственников в прошлом году, отмежевались и стали воевать с Рурской мафией за Дортмунд, в чём, благодаря семье Джустини, они преуспели. В Дюссельдорфе ты был уже как король в своих владениях, но враги в виде закабалированных членов Триады, которые жаждали мести за своё унижение год назад, всё ещё оставались, а без них жизнь в городе станет намного легче, но не в области, где были другие синдикаты. Ты сказал Нико что рано или поздно ты решишь вопрос с ними и тогда никто не будет оспаривать власть Нико в городе, ибо теперь он дон города, который правит им безраздельно.

***

В сентябре, в Нью-Йорке, через два месяца после свадьбы Нико и Карлы Джустини и три месяца после "роспуска" команды семьи в Дюссельдорфе (несмотря на формальный роспуск, семья Джустини до последнего держалась за Германию из-за того, что Пуппенмахер питал к этой стране слабость), которая исчезла по приказу Федерико Ренци, неизвестные киллеры попытались убить Дона Джустини после того как он вышел из кинотеатра на Манхэттене. Этот день изменил ход событий и семью Джустини навсегда. Рамиро, племянник Дона и младший босс семьи, пользуясь случаем, начал захватывать семью Джустини для себя и начал чистить ряды семьи от нелояльных к себе членов, быстро став де-факто Доном семьи, пока его дядя находился в больнице и выздоравливал, попутно избавляясь как от внеших врагов, так и от внутренних. Он пока ещё не осозновал, что вся его власть начала быстро уходить в руки Рамиро, а он сам превратился в марионетку своего племянника и по совместительству, младшего босса, но многие из верных людей Дона, включая членов его семьи, видели этого и создали фракцию лойялистов чтобы противостоять наглому и вероломному захвату власти со стороны Рамиро, ибо они знали мнение Дона насчёт его как свои пять пальцев. Рамиро также вычислил что киллеров, которые были направлены на убийство его дяди были из семьи Ланца, одной из Пяти семей Нью-Йорка, послал босс семьи Ланца и соперник семьи Джустини, Коррадо Ланца, хотя в реальности это были люди Рамиро и их собственный работодатель подставил также, как и Дона Коррадо Ланцу перед Коммисией. Рамиро вынес это на общее обозрение перед Коммисией и боссами других семей, которые проголосовали за убийство дона Коррадо, которое было осуществлено боевиками семьи Джустини, самой слабой семьи Нью-Йорка и главным соперником семьи Ланца. Они прекрасно знали о том, что семья Джустини была самым сильным синдикатом Дюссельдорфа в Германии и имели с ними тёрки на этот счёт, которые проявились в 1979 году, когда Дюссельдорфская ячейка Фракции Красной Армии, при поддержке семьи Джустини, уничтожила команду семьи Ланца и убила их капо и племянника Дона Коррадо, Джозефа Ланца, что позволило команде Джустини отнять все их территории и поссорить семьи настолько, что они с этого момента стали личными кровными врагами Пуппенмахера, но не Дона Джустини, который пытался помирить семьи. Впоследствии, три других дона Пяти семей умирают при невыясненных обстоятельствах; Дон семьи Драго, Луиджи Трапани умирает от внезапной остановки сердца, дон семьи Эвола, Джек Ди Паоло был найден изрешечённым пулями и повешенным на мясницком крюке в мясницкой в Нью-Джерси, а дон семьи Бьянко, Винченцо Макри (кузен Гаэтано Макри) был превращён в фарш и подан на званом ужине для многих его капо в качестве лазаньи (такая же участь постигла Рудольфа Бауэра три года назад, но вместо лазаньи, из него сделали шницели).

***

Приходит холодный и безчувственный ноябрь в Дюссельдорфе. Ты долго откладывал вопрос с китайцами в ящик, занимаясь только расширением бизнеса в других городах Рейн-Рурской области, расширяясь до Леверкузена. Где-то у тебя намечались успехи, где-то ситуация была не в твою пользу и была война, где-то ты сторонился не гневить троих боссов и удержать остатки двух бывших семей от экспансии и следить за тем, чтобы не появились новые банды которые могут попортить всю малину и попить крови, но ты не унывал, а нёс пратически тачки денег своему господину Нико, который хвалил тебя за то, что ты осваиваешь новые рынки сбыта и делаешь его ещё богаче и властнее, при этом считаясь с тремя боссами Рейн-Рурской области, которые как и Нико были выходцами из Мафии Вайссманна. Тебе кажется что всех этих денег хватит Нико до самой пенсии, а тебе из этого ничего не перепадёт кроме объедков со стола и подачки, но ты гадал, а зачем Нико столько денег и будет ли он сувать их себе в задний проход, есть их или подотрётся ими как туалетной бумагой, ибо этих денег будет у него столько, сколько ты и в жизни не увидишь и девать их будет некуда. Мариусу было по большому счёту плевать на какие-либо деньги, ибо он не жаловался на своё положение в клане, а добросовестно тянул лямку и работал на Нико, выжидая тот день, когда он возможно уйдёт из клана и будет жить дальше Однажды одним вечером, всё изменилось. К тебе подошёл человек в полицейской униформе и он выглядел радостным от того, что встретился с самым лютым киллером Северной Рейн-Вестфалии и ты отвечаешь ему что ты не киллер, а бизнесмен, но отвечаешь ему, что предпочёл бы уединённую кампанию с ним по поводу бизнеса. Мент ответил тебе что всё может быть и ему нравится то, что ты не выдаёшь секреты. Мент представился как Полицайоберрат Йоханн Круспе, и просит тебя об одной просьбе и ты заинтересовался этим. Круспе говорит что в городе решил обосноваться новый босс семьи Ланца по имени Таддеус Ланца, который использует пентхаус одного из роскошных отелей Дюссельдорфа в качестве базы операций, так как он хочет отбить у своих ненавистных конкурентов из Нью-Йорка право на власть в городе и отомстить за убийство старшего брата в 1979 году, а заодно и доставить твоему клану проблем если вдруг что-то пойдёт не так. Нико не был извесщён об этом человеке и о том, что он прибыл в Дюссельдорф для того, чтобы обосновать команду своей семьи в городе, что только бы усложнило бы процесс захвата города для клана и нарушило бы монополию Нико на контроль преступного мира в городе. Круспе говорит, что Таддеус повиннен в смерти больше двух сотен полицейских из Нью-Йорка и других городов Америки и он не хочет чтобы он вытворял свои приколы в европейском городе в стране, которая славится своим порядком во всём и говорит тебе отправиться к ему в штаб и убить его, ибо он хочет видеть как Таддеус вернётся назад в Нью-Йорк обратно в гробу. Ты соглашаешься на эту работёнку и едешь в отель, где ты убиваешь дюжины головорезов Таддеуса, а потом и его самого путём сбрасывания с балкона, после чего он приземляется на машину и умирает. Два дня спустя, Круспе снова просит твоей помощи, в обмен на то, что он ничего не скажет Нико, с чем мент и соглашается. Круспе просит убить судью по имени Вильгельм Шефер, который должен председательствовать на суде над Круспе за превышение должностных полномочий, взятничество и неуплату налогов и мент хочет от тебя, чтобы ты сделал так, чтобы судья, который сейчас лежит в больнице, скоропостижнулся по-быстрее, с чем ты и соглашаешься. Ты едешь в больницу, проникаешь в гардеробную и переодеваешься в доктора, забираешь шприц с летальной дозой морфия из кладовой, проникаешь в палату судьи и вонзаешь шприц с морфием судье в яремную вену, впрыскиваешь морфий туда же и судья умирает, а ты убегаешь, переодеваешься в свою обычную одежду и сбегаешь из больницы. Выходя из больницы, ты видишь как Круспе ссориться с человеком, который угрожает посадить его в тюрьму и выгнать из полиции. Ты спрашиваешь Круспе и он отвечает, что это был Франц Шумахер, человек из отдела внутренних расследований и он говорит тебе, что он хочет засадить его в тюрьму за вышеупомянутые преступления, по которым он проводит расследование и на чьём суде должен был председательствовать ныне покойный судья, но он говорит, что ты и он с ним разберётесь в своё время. С того момента проходит четыре дня и Круспе встречает тебя с очередным предложением о работе. Круспе напоминает тебе о "старых друзьях" из Нью-Йорка, но для тебя они вообще не друзья, а возможные конкуренты. Круспе говорит насчёт Таддеуса Ланцы, которого ты убил почти неделю назад, и внезапно в Дюссельдорф приехали двое его подопченых и совместительству, лучших киллеров семьи Ланца по кличке Братья Джордано (Джозеф и Грэттон), которые намереваются укрепить свои позиции нападая на всё что движется и в последний раз их видели на территории растерявшей все свои силы, но готовящейся отомстить за унижение Триады. Круспе говорит, что если они преуспеют в своём деле и займут хоть одну пядь земли, это будет означать что семья Ланца расширится даже сюда с намерением обосновать в городе команду и будет доставлять твоему клану проблемы с монополией на подпольную экономику, какие были у тебя с семьёй Джустини, но с ними были проблемы сугубо личного характера, и поэтому он просит тебя убить их. Ты снова соглашаешься на это дело и решаешь не церемониться с понаехавшими гостями, кидаешь С4 на их грузовик и взрываешь их, убивая их обоих раз и навсегда. После этого семья Ланца под предводительством брата Таддеуса Энтони, потерявшая своего нового босса, который успел поправить семьёй около двух месяцев и двух своих лучших киллеров решила больше не совать свой нос в Дюссельдорф, ибо даже они поняли, что место гиблое, а местные гангстеры не дадут им жить спокойно и попытаются их вытравить из города как клопов, как их кровные поступили с ними девять лет назад. Неделю спустя, ты снова встречаешься с этим ментом Круспе, который снова просит об убийстве, а ты предупреждаешь его, что твои люди следят за ним и считают его проблемой. Круспе отшучевается что проблемой является не он, а Франц Шумахер, который ведёт в отношении мента дело против него и его нужно убрать, и по словам правильных очевидцев, он ведёт расследование на пристани. Ты отправляешься на пристань, убиваешь копов и топишь Шумахера в воде, пока тот не захлебнётся в ней и не умрёт, после чего ты убегаешь с места преступления. Три дня спустя, ты встречаешься с Круспе на рынке. На том самом рынке, где три года назад люди Вальдеса пытались убить Карла. Ты спрашиваешь почему ты и он встречаетесь в столь людном месте, ведь за Круспе наблюдали, но он говорит, что больше никто за ним не следит и из-за смерти Шумахера расследование закрыли, но Круспе просит тебя об последнем одолжении, которое тебя точно заинтересовало. Ты соглашаешься с его предложением, но говоришь ему, что ты не хочешь чтобы об этом узнал Нико. Круспе рад твоему настрою и говорит о новой цели: Маттео Массимо делла Рокка, один из влиятельных боссов Палермо, который имеет обширные связи с мафией в Америке и Германии. Делла Рокку в последний раз видели в парке, там ты и сможешь его поймать, после чего привезёшь его к Круспе, а вместе вы поделите добычу. Ты приезжаешь в парк, но не находишь Делла Рокку, а вместо него стоит какая-то женщина. Ты спрашиваешь кто она и что она здесь делает и она говорит, что она здесь для того, чтобы передать сообщение. Ты спрашиваешь от кого и она отвечает что от Полицайоберрата Круспе, что он больше не нуждается в твоих услугах и говорит на прощание Adios. Внезапно появляются копы и гангстеры семьи Джустини и ты понимаешь что Круспе не только подставил тебя, но и оказался на поруке у Джустини, для которых ты и делал всю грязную работу. После перестрелки, ты скрываешься от преследователей и гонишь к Круспе на квартиру, с настроем убить его за подставу. Ты узнал от своих людей где он живёт. В его квартире ты начинаешь драться с ним на кулаках и, в течении пяти минут, выходишь из драки победителем, а Круспе умершим, после чего ты рыщешь его квартиру в поисках информации и находишь то, что тебе особенно интересно. Адреса мест придналежащих семье Ланца в Нью-Йорке, номера телефонов некоторых их членов семьи и компромат на Рамиро Джустини, который был составлен ещё два месяца назад его американскими коллегами, связывающий его с внезапными смертями трёх донов Нью-Йоркской мафии и смертями влиятельных гангстеров семьи Джустини. Задача Круспе была забрать компромат на Пуппенмахера и, по возможнсти уничтожить. Ты забираешь всё это и уходишь из квартиры ныне покойного, а своим людям, в том числе и Лючио, ты приказываешь сокрыть свои деяния от глаз Нико, так как он снова подумает, что ты действовал через голову семьи, а если он узнает, то тебе несдобровать, и ему придётся замиряться с семьёй Ланца, о которой он, к сожалению, не знает ни хрена. Это так и было, но уже второй раз и Нико не должен об этом узнать никогда. Ни о семье Ланца, не об убийстве высокопоставленных чиновников и не о том, что Джустини использовали тебя как инструмент избавления от своих конкурентов. И особенно, о твоём предательстве.

***

На смену унылому и морозному ноябрю пришёл ещё более унылый и морозный декабрь. Откладывать в долгий ящик проблему с озлобленными китайцами ты уже не мог и Пуппенмахер, через ещё одну свою марионетку, Луку делла Рокку, киллера которго ты просил ранее помочь и по совместительству, брата Маттео Массимо делла Рокки, убедил китайцев начать бунтовать против Нико по настоящему, что они и сделали, но и твои люди, коих было численное преимущество, решили не подавить, а уничтожить Триаду основательно, потому что содержать вассала, который хочет тебя убить, будучи находясь в кабале попахивало самоубийственным идиотизмом. Прошлогодняя война для Триады не прошла бесследно, так как им, после убийства их босса Вэй Пинга, потери половины личного состава, предприятий и территорий, было запрещено набирать новых членов к себе на работу, вести с кем-то дела и держаться вдоль своих территорий и больше никуда не лезть, да и вдобавок, их обкладывали непосильной данью, которую они не могли выплатить в срок, а Чжао Вон не мог нормально руководить бандой из-за своей напыщенности и жажды реванша. Сочетание всех этих факторов означало для Триады, что их тупо сделали сырьевым придатком для синдиката Ренци, но им не хотелось больше терпеть издевательств и унижения, а поддержка со стороны клана Делла Рокка с Сицилии казалась им способом избавиться от насильной кабалы. Но члены Триады переоценили свои силы, веру в поддержку от сицилийцев и мужество и в течении двух недель их всех поубивали, предприятия отжали, а территории забрали себе члены синдиката. Ты поймал Луку во время одного из рейдов и начал допрашивать его. Во время допроса, он раскололся и сказал, что он работает на Пуппенмахера, по его приказу он убил твоего дворюродного деда Чезаре Бернарди и его людей из семьи Джустини (он, после смерти твоего отца бежал в Аргентину из-за подозрения в предательстве, а впоследствии он присоединился к семье Джустини и стал их капо) в Буэнос-Айресе, в Аргентине, оставив его жену вдовой по приказу Пуппенмахера и натравил Триаду на членов синдиката, из-за чего началась война, выйгранная в твою пользу. Учитывая что Пуппенмахер убил твоего двоюродного деда руками Луки, гнев обуял тебя и ты должен был отомстить по крайней мере за него. Но ты, зная что труп Луки рано или поздно найдут и его брат Маттео будет вынужден отомстить за него и за сицилийцев впрягутся Джустини, которые наплюют на все догворённости с Нико и тупо раздавят его и тебя как жуков, что приведёт к очередной войне кланов и к неудовольствию Нико, решаешь сделать так, чтобы Луку вообще никто не нашёл, как и в случае с Энцо и Донато. Ты понимаешь, что надо заставить Луку исчезнуть бесследно. Ты убиваешь его, отрываешь его зубы, ногти на пальцах рук и ног и обрезаешь его волосы, раздеваешь его труп догола, суёшь его труп в контейнер, заливаешь его кислотой, после чего соскабливаешь с него кожу, сухожилия и мышцы с помощью мачете, оставив лишь кости, превращаешь кости Луки, включая череп, в пыль и смешиваешь с цементом, который ты отдаёшь строителям, а мозг, органы, волосы, зубы и ногти, как и другое мясо с его тела, сжигаешь в огне и скармливаешь голодным дворовым собакам, в случае с его вещами, в основном одеждой которую ты с него снял, ты сжигаешь их на мусоросжигательном заводе, который придналежит Молине. Уже третий человек исчез по твоей прихоти, и Нико не знает не об исчезновении Луки, не о твоих делах. Маттео Массимо делла Рокка понял, что его брат исчез бесследно и больше он не вернётся на Сицилию, не живым, не мёртвым. Пуппенмахер потерял очередную марионетку и не смог снова убить Нико. Нико же благодарит тебя за то, что ты всё таки сдержал своё слово и избавился от китайцев, которых давно надо было извести. Теперь Дюссельдорф - это город Нико.

***

Уничтожение Триады которую облажили кабалой и полная покорность Турецкой мафии синдикату Ренци означает, что наступил конец эпохи боестолкновений и раздробленности кланов за право владеть городом. Нико шёл к этому дню почти пятнадцать лет и наконец-то он, под Рождество, достиг своей самой заветной цели: стал доном города Дюссельдорф. Теперь он правит городом единолично и безраздельно. Он смотрит на фотографию своих бывших товарищей и пьёт за них, говоря то, что он скоро увидится с ними на той стороне. Особенно с Вирджилио Отеро, своим бывшим шурином, которого он хладнокровно убил пятнадцать лет назад вместе с женой и дочерью, и за которых кто-то будет мстить. Нико боится того дня, когда его самого убьют, а его империю развалят его же собственные люди, как в случае с Вайссманном. Но Нико не Вайссманн. Он сделает всё, чтобы клан жил и после него, ибо он видит в тебе потенциального преемника и продолжателя его дела так же, как Вайссманн видел в Нико такого же преемника своей организации годами ранее. Жаль, что этого исхода событий не сложилось и пришлось пятнадцать лет завоёвывать себе место босса, сначала лизая сапоги Карлу, а потом воевать с узурпаторами его законного места за город, который приютил его, когда его вышвырнули с работы учителя музыки в родном Милане. В любом случае, за новые начинания синдиката Ренци и за сто лет процветания.

***

Ты решаешь навестить свою сестру на Рождество и ты чувствуешь себя виноватым перед ней, но ты этого ей не показываешь. Тебя переполняет чувство вины за то, что ты сделал, но расскажи ей о том, что ты убил её мужа и брата, она бы тебя возненавидела бы. Ты убил её брата, потом её мужа, а потом её мать была убита людьми Джустини, и всё это из-за тебя. Ты навещаешь её нисколько из-за любви к ней, сколько из-за того, что у неё, кроме тебя и Лючио, никого нет. Брак Евы и Донато ни принёс потомства, потому что Донато, несмотря на своё богатство, был бесплоден и не мог зачать для своей жены ребёнка, из-за чего твоя сестра завидовала тебе, потому что у тебя есть ребёнок, а у неё даже своих детей не было. Джорджио был трудогольным карьеристом и работа привлекала его больше женщин. В любом случае, ты утешаешь её, говоришь что всё у неё наладится и она найдёт себе мужа и, посидев за столом, ты невольно начинаешь соблазнять её и впоследствии, вы, через полчаса разговоров и жестов симпатии плавно переходящие в поцелуи, трахаетесь на её постели как бесстыжие животные. Ты не можешь поверить в то, что ты сделал. Ты соблазнил и трахнул собственную сестру на Рождество и самое страшное в том, что тебе это понравилось и ты, с того момента, стал её часто навещать ради плотских утех, на которые она отвечала взаимностью. Как бы смотрел на тебя твой отец, за которого ты хочешь отомстить человеку убившего его, если бы он узнал что ты убил его сына и трахнул его дочь? Он бы отрекнулся бы от тебя и не простил бы твои грехи. Братоубийца, соблазнивший собственную сестру. Тебе на душе было гадко, потому что своими действиями ты предаёшь память своего отца также, как Нико предаёт идеалы клана о независимости от семьи Джустини. Ты убил мужа своей сестры, превратил её в свою любовницу и тебе сама мысль о том, что твоя сестра превратилась в твою тёлку, просто коробит сердце и заставляет блевать. Тебе было отвратительно от того, в какую скотину ты превращаешься. Твоя ныне покойная матушка была бы просто в шоке от того факта, что ты спишь со своей сестрой, как и от того, что ты убил её сына и зятя. Но всё равно, Пуппенмахер решил дотянуться и до неё тоже, только для того чтобы тебе насолить. Не просто насолить, а поиздеваться, даже похлеще чем когда он убил твоего отца. Однажды Ева привела его к тебе домой и познакомила вас (она познакомилась с ним, когда Донато отправлялся с ней в Нью-Йорк и в тайне от своего мужа, завела с ним роман) и сразу заявила, что хочет жениться на нём и ждёт твоего благословения. Ты же, не желая разбить ей сердце, дал своё благословение на их бракосочетание, но внутри тебя закипала ревность и впоследствии, они сыграли свадьбу в Нью-Йорке и ты стал шурином этого морального урода, а твоя сестра переехала в Нью-Йорк на постоянное место жительства. Она даже не подозревала, что её новый муженёк убил её отца когда она была одиннадцатилетней маленькой девочкой. Для Пуппенмахера это был второй брак, первый же был с Имельдой Вальдес, племянницей ныне покойного Сезара Густаво Вальдеса. Именно он давил на Сезара угрожая убить свою жену, что он впоследствии и сделал. Ты не стал рассказывать Нико о браке своей сестры со скотом, который пытался его убить несколько раз подряд, убил твоего отца и плёл козни против клана в тайне от своего дяди. На то были причины. Своим действием допущения убийцы твоего отца в твою семью, ты ещё больше предаёшь его память и вместо того, чтобы отомстить за его смерть, ты носишься с новым зятьком как с писанной торбой, постоянно отвечая на все его придирки. Тебя от этого тошнит и ненависть закипает в твоих жилах, потому что убийца твоего отца, ещё и унизил фамилию твоей семьи. Ты терпеть его не мог, не потому что он бьёт жену как Донато (он этого не делает), а потому что он убил твоих родителей, ведь те двое сицилийцев работали на него и они, по его приказу, убили твою мать, в то время когда ты убивал своего брата. Ты принял решение уже давно, и новый зять должен умереть за то, что он убил своих новых тёщу с тестем и плевать на то, что твоя сестра тебя возненавидит за это. Рамиро Джустини должен попасть в Ад, где для него уготована яма с кипящей кровью, чего бы тебе этого не стоило.

***

Тем временем в Нью-Йорке. Дон Джустини был рад тому, что Нико стал его зятем, но его мучало то, что у его бывшей невестки Фионы внезапно случился выкидыш на седьмом месяце беременности (в реальности, она ничего не сообщила о ребёнке, но она родила его, но мёртвым и от него избавились, а свёкру она солгала о том, что сделала аборт на седьмом месяце беременности, что его очень огорчило), что опечалило его, так как он боялся не дожить до того момента, когда он состарится, передаст бразды правления кому-нибудь из подчинённых (у него в приоретете был его крестник и влиятельный капо, Вито Нери, его заместитель и зять Дона, Иньяцио Росси и многие лоялисты, которые были на его стороне), но только не Рамиро и его подчинённые (они начали расходиться во мнениях на Дюссельдорф и его преступный мир, как и на управление семьёй из-за смерти Бруно, после которых были убиты все остальные родственники отправленные в город, а также из-за странных решений и просто животного страха перед своим племянником и его людьми, включая двух сицилицев, двух подручных Рамиро, непутёвого сына Роберто и ростовщика Гульельмо Моретти, как и многих других его людей) и не сможет понянчить внуков, если таковые у него появятся. Нико и Фиона были братом и сестрой, также как и Рональдо и Карла и Дон надеялся, что хотя бы брак его дочери с Нико будет плодотворным и принесёт хотя бы одного ребёнка, неважно будет ли это мальчик или девочка. Но всё равно, Дон Джустини начал понимать, что его время на земле небесконечно. Его, по докладу Рамиро, пытались убить люди из одной из Пяти Семей Нью-Йорка, в основном его соперник, Коррадо Ланца, но и он, как и другие три дона были убиты. Дон Джустини выздоровел и вышел из больницы, а Рамиро, в тайне от него захвативший семью, создавал видимость того, что его дядя по-прежнему главный, что не нравилось фракции лоялистов и другим родственникам Дона. Впоследствии, в ноябре умирает в Дюссельдорфе преемник дона Коррадо и его племянник, Таддеус Ланца, как и двое лучших киллеров семьи Ланца. Рамиро знал что это наказание от него - предупреждение семье Ланца, чтобы те не смели лезть на его территорию, которую он облюбовал ещё во времена Вайссманна и не смели посягать на его власть в городе как это было в 1979 году. Через месяц, Рамиро узнаёт, что Триада Во Шан Чу была уничтожена, а Лука делла Рокка пропал без вести и понимает, что прямых путей убить Нико в Дюссельдорфе больше не осталось, но он не унывал, ведь у него есть ещё козырь в рукаве в виде мстящих Штальбургов, трёх боссов Рейн-Рурской области, команды в Кёльне, кучи кротов которые ждут своего часа и спящего агента, который уже двоих из его письма положил и в своё время будет готов показать чего он стоит. Он догадывается, что к этому приложил руку тот же человек, который заставил исчезнуть Энцо, но он не сообщает об этом Дону Джустини, так как ему незачем это знать, потому что в его представлении старик окончательно размяк во всех отношениях и уже давно не имеет никакой власти в своей семье. Дон Джустини уже давно, со дня покушения на его жизнь, потерял всю власть над семьёй Джустини, так как киллеров которые пытались убить его нанял Рамиро (от них избавились также, как и от их босса, за чью смерть проголосовала Коммисия), под чьим чутким руководством лоялистов Дона начали убивать, несогласных с изменениями в семье и с политикой проводимой им тоже начинают убивать, возможного будущего преемника назначенного Доном планируют убить и вдовесок убили всю команду Бернарди в Буэнос-Айресе с их капо, которого Дон пожалел и принял с распростёртыми объятьями себе в клан только за то, что он выбрал сторону лоялистов, а тех, кто вздумает поддержать Дона или переметнуться к лоялистам которых возглавляет сын Дона от второго брака Витале, Рамиро приказал запугать угрозами самой жестокой расправы которая возможна до икоты и показать что его угрозы будут выполнятся и все, кроме лоялистов которые затаились, начали бояться Рамиро, в то время как его власть и влияние в семье достигли своего апогея, что уже его считают де-факто Доном семьи, а не его дядю, за что лоялисты ненавидят Рамиро и хотят убрать Вот этого Дон Джустини, помимо своей смерти боится больше всего на свете: что Рамиро станет Доном и поведёт семью по пути насилия, крови и смерти и будет править ею как тиран и деспот с железным кулаком и уничтожит тех, кто был предан Дону и того, что Рамиро в порыве своего неоъятного гнева уничтожит семью Джустини. Вот поэтому дон Ринальдо не хотел и не желал того, чтобы Рамиро стал Доном его семьи, а его люди стали высокопоставленными гангстерами, потому что где бы его племянник не оказывался бы, везде происходит война и страдания, льются реки крови людей и слёз вдов и сирот, а семью Джустини все остальные считают бесчеловечными мясниками и тиранами, которые замышляют как бы прогнуть кого-нибудь под себя любыми путями, а в случае отказа - война на истребление и захват территорий конкурирующих группировок, и именно из-за него семья Ланца ненавидит их. Но чего Дон Джустини не знал о своём племяннике и тем более не догадывался, так это то, что он придумал себе прозвище Пуппенмахер и втайне является чуть ли не царём интриг и хозяином Дюссельдорфа, который пытался все эти три года прогнуть мафию этого европейского городка под власть семьи Джустини ради того, чтобы насытить своё непомерное эго, а убить Нико он пытался либо из-за того, что он был свидетелем смерти своего отца от его рук, которого он впоследствии ограбил, либо из спортивного интереса, либо потому что он, при делах которые он с ним делал, ложил болт и делал всё по-своему, руководствуясь своей гордыней. Именно из-за него почти все родственники Дона Джустини которые были связаны с Германской командой лежат в могиле, а один из них вообще исчез бесследно, что равноценно тому что он умер, ибо они тоже метили в Доны, а он, руками чужих людей убил их, чтобы не было конкуренции и борьбы за наследство Дона и за его кресло, а вскоре из-за внутреннего конфликта с верными людьми Дона, у Рамиро будут не только по локоть, а по плечи руки в крови своих же родственников и подопечных. Его место не в кресле Дона, а в психушке, а ещё лучше в могиле. Дон Джустини это знает, но не показывает вид и не говорит об этом своему племяннику прямо в лицо, опасаясь того, что и его тоже убьют за неповиновение, как и фракцию лоялистов которые были за него всем сердцем. Тем не менее, семья Джустини справляет Новый Год вместе, как семья. Жаль что это было в один из последних разов, когда Дон и его заместитель чувствовали себя семьёй. Впоследствии, Рамиро женится на своей любовнице Еве Бернарди, потому что ты благословил его (твой отец, зная о его тёмных делах которые он вёл с бывшими нацистами и о приюте, где он насиловал сирот, ни за что бы не дал своё согласие на брак и своё благословение) и дал согласие на бракосочетание чтобы не расстроить её и впоследствии они сыграли свадьбу, а Дон Джустини надеялся на твою сестру, чтобы она вразумила своего мужа, чего она, к сожалению, не сделала, а только пользовалась богатствами, которыми Рамиро одаривал её, не подозревая о том, что её новый муж убил её отца давным-давно у тебя на глазах, а недавно он приказал своим сицилийским киллерам и подсосам убить её мать. Видимо правильно говорят, что счастье в неведении. Так или иначе, новый шурин Рамиро, то есть ты, желал ему проклятий и Ада после смерти. Рамиро, смотря на тебя и на твою притворную доброту, за которой прячется ярость и желание отомстить ему за то, что он сделал тебе, понял то, что именно ты стоишь за исчезновением Энцо и Луки, но Дону Джустини сообщать об этом он и не собирается, а хочет расквитаться с тобой за смерти своих родственников лично, но он хочет удостовериться в том, что ты реально стоишь за этим. Так или иначе, либо ты его убьёшь, либо он тебя, третьего не дано. Кровь за кровь - это святое.