Извините за опоздание, Арсений Сергеевич.

Антон проснулся, смотря в стену перед собой и не понимая, что происходит. Попытавшись приподняться в постели, парень с тихим стоном завалился обратно. Голова жутко болела и очень хотелось пить.  Всё же приподнявшись в постели, Антон понял, что находится не у себя дома и даже не в своей кровати. Повернув голову в одну сторону, Шастун заметил стакан с водой и таблетки, напоминающие аспирин, на прикроватной тумбочке. Мысленно поблагодарив человека, который оставил это тут, Антон сразу же выпил таблетки.  Шастун блаженно прикрыл глаза, опустошив стакан воды до дна, а после повернул голову в другую сторону, чуть не вскакивая с постели.  Рядом с Антоном лежал его учитель математики – Арсений, мать его, Сергеевич! Да ещё и без верха… На мужчине, слава Богу, были штаны. Шастун задержал взгляд на своем учителе, вспоминая, что было вчера, но всё по нулям. – Долго пялиться будешь? – Арсений приоткрыл один глаз, смотря на покрасневшего парня.  – Да больно надо, – Да, конечно, – Что я здесь делаю? – Ничего не помнишь? – Арсений поиграл бровями, смотря на Антона, решив ему мстить. А нечего будить Попова ночью. – Н…Нет, – Шастун заикнулся, боясь того, что последует за этой фразой.   – Даже наш поцелуй? – Арсений томно посмотрел на Антона, кладя свою руку парню на колено.  – Что вы делаете?.. – Подросток испугано глянул на своего учителя, сглатывая вязкую слюну.  – Напоминаю тебе о событиях прошлой ночи.  Арсений повел рукой по бедру Антона, периодически слегка сжимая. Попов посмотрел на парня, который то ли был ошарашен, то ли испуган, то ли ему нравилось, то ли вообще всё вместе. У Антона в голове было лишь: «Блять, что ты творишь?!». Но озвучить это парень, конечно же, не мог. Поэтому Антону оставалось сидеть красным как рак и вспоминать события прошлой ночи.   – Неужели ты не помнишь? – Арсений наклонил голову, смотря невинными глазами на Шастуна.  Последний отрицательно покачал головой, вжимая голову в плечи, когда мужчина взял двумя пальцами парня за подбородок.  Антон замер и его сердце точно ушло в пятки, когда Попов приблизился к лицу парня. Их лица были на расстоянии буквально пяти сантиметров и подросток тяжело сглотнул, надеясь, что учитель лишь шутит.  – Антош, между нами… – Попов выдержал паузу, буквально чувствуя, как бьется сердце подростка, – Ничего не было, – На последних трех словах мужчина отодвинулся от Шастуна, смеясь.  – Очень смешно, Арсений Сергеевич!  – А нечего звонить мне пьяным ночью, – Арсений встал с постели, красуясь своим голым торсом, – Хорошо, что приехал за тобой. А то сейчас ты, скорее всего, лежал бы в больнице с обморожением, – Мужчина щелкнул Антона по носу, наконец, надевая на себя футболку, чем облегчил напряжение парня.   – Я на кухню, если нужен душ – он и полотенце там же, где и в прошлый раз, – Арсений уже собрался выйти из комнаты, но перед выходом добавил, – Если ты не забыл со своими вечными пьянками.  – Не забыл, – Пробубнил Антон, отодвигая в сторону одеяло, когда мужчина вышел из комнаты. Шастун, наконец, смог рассмотреть комнату учителя, которая выглядела ничуть не хуже остальных. Она выглядела также роскошно. В основном преобладали черно-серые тона, что было неудивительно. Кровать, которая была двуспальной и очень мягкой, стояла слева от двери; рядом с ней находились две белые тумбочки. Напротив был большой шкаф. Все было бы просто замечательно, если бы Антон не опустил голову на свои ноги. Кажется, глаза парня должны были выпасть, от того, насколько он их выпучивал. Его ожидала немаленькая проблема в штанах.  – Блять, блять, блять! – Парень вскочил с постели, надеясь, что это не то, что он думает, – Не мог у меня встать на мужика! – Антон тихо вышел из комнаты и прошмыгнул в душ, чтобы не попасться на глаза Попову.  Зайдя в ванную и заперев дверь на замок, подросток облил лицо холодной водой, что не помогло ни единому его месту. Достав в ящике под раковиной полотенце, Антон открыл холодную воду в ванной, подстраиваясь под струи воды. Вода окутала всё тело и парень шумно втянул носом воздух, из-за резкой смены температуры.  Антон все мерз под душем, но напряжение никак не сходило, а только росло, от осознания того, что тот, из-за кого парень сейчас так страдает, находится в соседней комнате. Шастуну не оставалось ничего, кроме как избавляться от этого.  Изменив температуру воды на теплую, тело Антона вмиг покрылось мурашками из-за перепада температур. Шастун провел рукой по всей длине члена, запрокидывая голову назад. Аккуратно размазав по головке и члену естественную смазку, что все равно быстро смылась струями воды, парень обхватил член и стал размашисто водить ладонью, ведь он и так уже долгое время находился в душе.  Воспоминание о мужчине, что находился сейчас в этой квартире, заставили Антона быстро кончить, закусив ладонь, чтобы не застонать в голос.  Шастун быстро смыл за собой следы преступления, оделся и вышел из душа. Судя по звукам, как определил Антон, мужчина находился на кухне, поэтому он также направился туда.  Антон встал в проеме кухни, рассматривая мужчину, стоявшего к парню спиной. Шастун бесстыдно рассматривал тело Арсения (хотя, чего ему стыдиться, учитывая то, что он пару минут назад дрочил на мужчину у него же в душе), не понимая, как оно может быть таким идеальным.  – Ты долго, – Арсений глянул на парня, который тут же покраснел, – Ну ладно, – Попов улыбнулся, чтобы обстановка не была такой напряженной.  – Я пойду, Арсений Сергеевич? – Антон указал в сторону двери, намекая, что собирается уйти.  – Стоять, – Мужчина серьезно глянул на Антона, – Сел.  Антон покорно сел на стул, рядом с которым стоял Арсений. Парень мысленно перекрестился, настраиваясь на какой-то разговор.  – Вы что-то хотели?.. – Хотел, – Арсений развернулся к Антону спиной, – Поешь, и только тогда я тебя отвезу, – Мужчина поставил перед парнем тарелку сырников и сел напротив, пристально глядя на ученика.  Антон с недоумением посмотрел на тарелку румяных сырников, политых сгущенным молоком и посыпанных ягодами. Это действительно выглядело вкусно, и Шастун даже не сомневался, что так оно и есть, но от представления о том, что ему нужно это съесть – парню стало плохо.  – Оу, нет, спасибо, – Антон отодвинул от себя тарелку, но не тут то было. – Пока не поешь – из моей квартиры не выйдешь, – «Пригрозил» Попов. – Да я с радостью, – Антон ухмыльнулся, надеясь, отвлечь этим учителя, но не сработало.  – Антон! – Арсений назад подвинул тарелку к парню и положил рядом с ним вилку, – Тебе после такой пьянки поесть нужно.  – Я не хочу, Арсений Сергеевич, – Антон захныкал, поднимая голову к потолку. – Давай, Антон.  – Я поем, только если вы будете тоже, – Парень наклонил голову в бок, надеясь, что это не слишком нагло, что он ставит условия своему учителю в его же доме.  – Ладно, – Арсений приподнял одну бровь, также накладывая себе в тарелку сырники и садясь напротив парня, – Доволен? – Вполне.  Антон взял в руки вилку и нож, аккуратно разрезая сырник, чтобы не показаться Арсению свиньей (хотя так оно и было).  – Ты ведь явно не так ешь, – Попов усмехнулся и закатил глаза, смотря на ученика, который пытался вести себя более-менее культурно в обществе учителя, – Меня-то не стесняйся.  Антон с удовольствием отложил нож, от греха подальше, взял сырник в руку, откусывая большой кусок. Шастун боялся, что если он сейчас хоть что-нибудь съест, то потом будет плохо.  Увидев Арсения, который действительно ел перед Антоном, подросток решил, что хотя бы попробует ради Арсения, хотя он даже и не сомневался в кулинарных способностях учителя.  Антону, под пристальным взглядом Арсения, пришлось съесть все, однако теперь парня подташнивало, что было ожидаемо. Они ехали в машине Попова в гробовой тишине. Каждый думал о своем: Арсений о том, чтобы навестить Алису, а Антон о том, чтобы спокойно добраться до дома и не наблевать прямо в машине.  – Антон, скажи, пожалуйста, зачем ты столько пьешь? – Арсений на секунду отвлекся от созерцания дороги, смотря на подростка, выглядевшего бледным.  – Не знаю, Арсений Сергеевич, – Антон также посмотрел на мужчину, – Наверное, я зависим от алкоголя, – Младший пожал плечами, хотя старший этого не видел.  – В… – Арсений замолчал, пытаясь вспомнить, говорил ли Антон, сколько ему лет, – Шестнадцать? – Семнадцать, – Антон поджал губу, осознавая, что он действительно зависим от алкоголя в свои семнадцать, – Да.  Повисло молчание, Арсений не знал, что на такое отвечать, ведь сам он всегда был паинькой-сыночком и не пил до восемнадцати.  – А родители что? Прости, мама и отчим, – Исправился мужчина, вспомнив про просьбу Антона, – Меня бы за такое убили. Ну, в твоем возрасте.  – Им все равно на меня, – Парень пожал плечами, откидывая голову на сиденье, – Если они и застают за алкоголем или курением, то просто бьют, – Антон посмотрел в окошко, только потом осознавая, что и кому сказал, – Ой, ну, я… – Я понял, Тош. Мне тебя жаль, честно.  – Не нужно. Не люблю, когда меня жалеют, – Антон смущенно глянул на свои увешанные кольцами и браслетами руки.  – Зачем они тебе? – Арсений кивнул на руки парня, – Ну, кольца и браслеты.  Антон замолчал, не зная, что на это отвечать. Кольца парень носил для того, чтобы вертеть, когда нервничает, да и просто красиво. А браслеты… Они скрывали собой тяжелые периоды в жизни Антона. На запястьях парня были многочисленные шрамы от порезов, когда-то нанесенных им же. Но он ведь не скажет об этом Арсению, какими бы близкими они не были. Тем более, он больше таким не занимается. – Просто нравятся, – Антон стал вертеть кольцо на пальце, показывая свою нервозность, – Красиво выглядит.  – С этим не поспоришь, – Арсений замолчал, понимая, что подросток носит их явно не только по этой причине, – У меня в детстве, наоборот, было чрезмерное опекунство, – Мужчина продолжил, увидев заинтересованность в глазах Антона, – Всегда следили, как у меня дела в школе, с кем я гуляю, чем занимаюсь. Один раз оступишься – ремень, – Арсений поджал губы, вспоминая свое детство.  – Ну, как по-мне, лучше ремень, чем кулаки и безразличие, – Парень глянул в окно, только сейчас осознавая все прелести его жизни. – Отчим бьет тебя? – Арсений посмотрел на Антона, заворачивая к нему во двор.  – Да, – Шастун понял, что деваться некуда, Арсений не глупый, догадается. Мужчина припарковался у дома ученика, поворачиваясь к нему.  – Антон, пообещай мне, что если что-то случится, ты придешь ко мне, – Мужчина серьезно посмотрел в глаза Антона, надеясь, что, в случае чего, он выполнит эту просьбу, – Или позвонишь. Мой номер у тебя уже есть, – Арсений улыбнулся, ослепляя подростка своей улыбкой.  – Очень смешно, – Шастун закатил глаза, но также улыбнулся, – А насчет просьбы… Я постараюсь.   – Уж постарайся, – Арсений с грустью посмотрел на то, как подросток отстегивает ремень безопасности, – Пока, Тош.  – До свидания, Арсений Сергеевич.  Антон вышел из машины, заходя в подъезд советских времен, в котором везде была потресканная краска и пахло сыростью. Парень подошел к окну, смотря, как отъезжает автомобиль Арсения Сергеевича от его подъезда.  Шастун зашел в свою квартиру, отмечая, что, по сравнению с квартирой Попова, она не выглядит родной. Мысленно ударив себя по лбу, за то, что он считает квартиру своего учителя математики роднее, чем свою, Антон прошел в комнату.  Из-за открытого окна, которое никто кроме Антона и не закрывает, комната была наполнена прохладным воздухом. Парень осмотрелся на количество загрязнений и тяжело вздохнул, ведь нужно было убираться.  Переодевшись в более удобную домашнюю одежду и ту, которую нестрашно замарать, в отличие от худи Арсения, Антон приступил к работе.  Выбросив все бутылки и фантики и отнеся на кухню кружки, Шастун протер пыль и застелил постель. Он решил, что этого достаточно, поэтому прыгнул на кровать, заново её сминая.  Антона радовало то, что сегодня суббота, а это значит, что ему пока не нужно делать домашку, хотя он её и так почти не делает.  Достав из кармана переодетых джинс телефон, в лицо Антона прилетела куча пропущенных звонков и сообщений от друзей, в частности от Димы.  – Блять, он же ничего не помнит, – Шастун стал перезванивать другу, который наверняка уже поседел, – Алло. – Хуем по лбу не дало?! – Крикнул в трубку Позов, из-за чего Антон зажмурился и отвел телефон подальше от уха.  – Чего ты орешь, Поз? – Спросил Антон, удивляясь, откуда в его друге столько сил после вчерашних посиделок.  – Ты баран? – По голосу Позова было слышно, как тот закипает, – Ты где шлялся, придурок, что трубки не брал?! Я всё утро как на иголках сижу! – Сам ты баран, – Шастун закатил глаза, – Я тебе вчера сказал, куда я и с кем.  – Так ты ещё и с кем-то был.  – Ревнуешь? – Антон прикусил губу, стараясь не смеяться.  – Ой, Шаст, иди нахуй, а? – Я то что? Это ты у нас такой алкоголик, что вообще ничего не помнишь, – Антон специально выделил слово «вообще», хотя сам помнил только чуть больше Димы.  – Ну и где ты был, расскажешь алкашу?  – У Арсения я был.  – Я надеюсь не у Попова, – Позов с надеждой выдохнул.  – Надейся.  – И что ты там забыл, боюсь спросить?.. – Спал.  – Я надеюсь не… – С ним, – Ответил Антон, предугадав вопрос друга, – Мы просто спали рядом.  – Ну, знаешь, Антон, даже «просто спать» со своим учителем – странно.  – Ой, не нуди, Поз. Лучше скажи, чего мне Серёжа звонил? – Решил сразу спросить Антон.   – Тебя искал, бестолочь, – Послышался голос Матвиенко, а после тихое шипение Димы.  – Так ты че там, не один что-ли?  – Ну, как слышишь.  – Ясно. Обвинил меня виноватым ни в чем, а сам… – Антон хотел уже было продолжить, но увидел, что его телефон разрядился.  Шастун цокнул и встал с постели, ища зарядку и тихо матерясь, потому что не помнил, куда её положил.  Наконец, отрыв зарядку и оставив телефон заряжаться, Антон хотел было выйти на балкон, покурить, но сигареты закончились.  – Ой, блять. Не жизнь, а сказка.

***

Был уже вечер, Антон лениво смотрел в потолок, слушая галдёж матери и отчима, лежа на кровати.  Делать было нечего, поэтому парень решил выйти на улицу, прогуляться. Быстро прошмыгнув, чтобы не попасться отчиму на глаза, Антон вышел на свежий воздух, глубоко вдыхая.  Воткнув в ухо наушник, подросток пошел куда глаза глядят. 

***

Антон бродил уже, наверное, часа полтора. Плейлист все не заканчивался, а руки знатно замерзли, как и все тело. Шастун принял решение возвращаться домой, ведь пальцы ног онемели. 

***

Спустя три часа этой прогулки, Антон оказался дома.  На кухне никого не было – все уже спали, ведь времени было час ночи, поэтому парень смог спокойно заварить себе чай и отправиться в свою комнату.  Телефон снова сел, на что Шастун просто махнул рукой, ведь до него сейчас все равно никому не будет дела: Дима спит, а Серёжа, скорее всего, все ещё гуляет с Мартой. Эти двое полюбили друг друга. Правда, пока не было понятно, в каком смысле.  Антон зашел в свою комнату и распахнул окно, из-за чего та наполнилась холодом, заставляя парня покрыться мурашками.  Так, Шастун выпил свой чай, полюбовавшись скучным видом из окна, а после лег спать.