скажи, а люди бывают особенными? (18+)

Несясь по коридору колледжа, Джисон не обращал внимание на присутствующих людей. Главной его задачей сейчас было не опоздать на пару. Хан отвлёкся; он обернулся назад, потому что ему показалось, что кто-то позвал его. Но когда Джисон повернулся обратно, единственное, что он увидел — лицо, а за ним последовал сильный удар.        — Блять! Ты как? Прости меня, пожалуйста! — Джисон тараторил без умолку.        — Парень, помолчи, пожалуйста… — говорил пострадавший.        — Боже, у тебя же кровь!              

♡ ♡ ♡

       Наконец-то это произошло — Джисон поступил и съехал от родителей. Жил он в квартире каких-то родственников. Платил мало, но ежемесячно. Родители немного помогали, но этого было недостаточно, поэтому пришлось искать подработку. Из-за того, что Хану всего двадцать лет, его не хотели никуда брать. Отговорка всегда была одна: мал он ещё, как начнёт гулять, так на работу и не выйдет. Поэтому работа была малоприбыльной: раздача листовок, мытьё полов в подъезде — это был максимум. И с этими подработками и беготнёй он так замучился, что в колледже был похож на зомби. Забывал подготовиться к паре, сделать какой-нибудь проект.        И в этот раз так случилось. Вспомнив, что через два дня ему сдавать реферат, Хан бежал по коридору колледжа, не обращая внимание на присутствующих людей. Главной его задачей сейчас было не опоздать на пару и постараться договориться с преподавателем насчёт этого реферата — может быть, ему бы дали отсрочку. За спиной послышалось слово, напоминающее его имя, Джисон обернулся, но понял, что ему просто показалось. Поэтому он продолжил бежать, но забег был недолгим. Перед глазами мелькнуло чьё-то лицо и копна рыжих волос, а дальше голова заболела до безумия. Джисон врезался в парня. В голове был непонятный туман, в глазах потемнело, а лоб болел, — видимо, теперь там будет шишка. Зад тоже чувствовал себя не очень хорошо, потому что, падая, Хан жёстко приземлился на него. Немного почесав место ушиба, он открыл глаза и увидел перед собой рыжего парня, который тоже сидел на земле. Произошедшее быстро дошло до Джисона, и он, в панике соскочив с болезненного места, пододвинулся к незнакомцу.        — Блять! Ты как? Прости меня, пожалуйста! — Джисон тараторил без умолку.        — Парень, помолчи, пожалуйста… — говорил пострадавший.        — Боже, у тебя же кровь! — из носа парня бежала алая струйка. Хан испугался; вдруг он ему нос сломал или ещё чего похуже? Они находились в педагогическом колледже, медиков тут нет, да и Джисон ничего не знает о первой помощи.        — Блять, чистую рубашку замарал…        —Нужно срочно к медику! Извини меня, пожалуйста. Я правда не хотел, я тебя не видел.        — Эй, может ты уже успокоишься? Я промою нос и всё. Беги уже куда бежал, — отмахнувшись, незнакомец достал из рюкзака влажные салфетки и, сделав из них тампоны, вставил в нос.        Но Джисон чётко ощущал свою вину, ему было безумно стыдно. Уже было всё равно на этот дурацкий реферат, потому что из-за него пострадал невинный человек.        Хан встал с пола, взял рюкзак парня. А после поднял того, как жених невесту и понёс в сторону туалета.        — Ты что творишь? — возмущался тот.        — Вину хочу искупить.        Уже стоя в туалете, парень, чьё имя Джисон так и не спросил, смывал с лица кровь, а Хан стоял рядом и, переступая с ноги на ногу, пытался подобрать слова, чтобы правильно извиниться.        — Эй, разбиватель чужих носов, — позвал он Хана, — как тебя зовут-то?        — Меня? Хан Джисон. Я учусь на первом курсе, — глубоко вздохнув, Джисон начал говорить, — мне очень жаль, прости меня, пожалуйста. Я не хотел тебя сбивать, мне безумно стыдно, ещё и рубашку замарал, а кровь так просто не отстирать. Извини меня! — Джисон вновь всё протараторил и поклонился настолько низко, что почувствовал как подколенные мышцы готовы были порваться.        — Ясно всё с тобой. Ладно, поднимайся, прощаю я тебя.        Джисон улыбнулся, одарив парня тёплым светом.        — Спасибо большое! Давай сходим куда-нибудь перекусить, чтобы я окончательно загладил вину?        — Я не против. Во сколько?        — А у тебя когда пары заканчиваются?        — А как насчёт того, чтобы прогулять? — ухмыльнулся незнакомец.        — Ты мне уже нравишься! Тогда пошли прямо сейчас.        — Только я сначала до общаги дойду, переоденусь. Не пойду же я в рубашке, на которой кровь.        — И не надо! — Джисон быстро стянул с себя чёрную толстовку и отдал незнакомцу. — Снимай рубашку, я её постираю.        — Да нет, я уж лучше так, спасибо, — выкидывая в мусорное ведро окровавленные салфетки отвечал парень.        — Снимай, не выкобенивайся! — взяв всё в свои руки, Хан стал расстëгивать пуговицы. Хоть по лицу парня было видно, что ему неприятно, он всё же поддался.        Когда нос был полностью промыт, а окровавленная рубашка лежала в рюкзаке Джисона, он вдруг осознал, что не знает имя своей жертвы.        — Слушай, а как тебя зовут? — вновь опуская голову вниз от стыда, пробубнил Хан.        — Долго до тебя доходит, Джисон. Имена в начале диалога спрашивают, а не в конце.        — Извини.        — Ладно. Я И Минхо. Учусь на третьем курсе.        — Боже, я ещё и старшекурсника сбил…        — Да ладно, нормально всё. Я всё равно искал причину не идти на пару, а тут она сама меня нашла. Так что это я должен сказать спасибо.        — О, ну тогда пожалуйста! — радостно улыбаясь отвечал ему Джисон.        Минхо улыбнулся в ответ. Хан вдруг подумал, что они смогли бы подружиться. Это произошло будто в книге или фильме, где главные герои встречаются глазами и понимают, что их ждёт общее будущее, —здесь было то же. Словно соулмейты. Джисон обожал этот троп и очень хотел, чтобы и в его жизни было так. Он встретит прекрасного человека, влюбится в него, и это окажется взаимным, их отношения будут похожи на сказку и будут абсолютно здоровыми, без всякого этого абьюза и эмоциональных качелей. Обычное человеческое счастье и гармония, которую все так хотят достигнуть.        С рыжей чёлки немного капала вода, а глаза блестели, будто никакого разбитого носа и не было вовсе. Минхо вытер лицо одноразовым полотенцем и, взяв рюкзак у Джисона, направился к выходу.        — Идёшь?        — А, да, иду! — Хан рванул за ним.        По дороге до кофейни они немного разговорились: обсудили учёбу и некоторых преподавателей. На улице стояла прекрасная тёплая погода, на мгновение показалось, что мир застыл. Ни ветра, ни шума — одна тишина.        Кофейня оказалась недалеко от колледжа, Хан даже не знал про неё. Обстановка тут была весьма необычная, словно Чеширский кот перепутал пару стилей и создал один. При входе стояли вешалки для верхней одежды, рядом с ними — огромное количество зелёных цветов. Столики были чёрного цвета, и стояли диванчики, на которых лежали разноцветные подушки. Около барной стойки лежал ковёр с лапками котиков; висели маленькие картины разной абстракции. Хану понравилось это место, оно показалось ему интересным.        Минхо заказал айс-американо, а Джисон обычный американо, пару чизкейков, и, заняв столик около окна, они ждали заказ.        — Ну, — начал Минхо, — раз уж учёбу мы обсудили, давай о себе хоть расскажи.        — Боже-е-е, — протянул Джисон, — прозвучало так, будто мы на свидании. Я Джисон, учусь на первом курсе, играю на гитаре, люблю смотреть ужастики и пить горячий кофе с маршмеллоу. Люблю гулять под дождём и читать. Живу один.        — Ты себя описал так, словно мы в фильме каком-то, — Минхо немного посмеялся.        — Я сказал всё самое важное! — возмущался Джисон. — Теперь ты.        — Ну, я учусь на третьем курсе, на гитаре играть не умею, не люблю ужастики, но обожаю романтику. Люблю холодный кофе и никогда не понимал смысла в кофе с маршмеллоу. Люблю сидеть дома в плохую погоду, читать тоже люблю. Живу с соседом в общаге.        — Боишься ужастиков?        — Вовсе нет, просто не люблю.        — Значит, нужно будет как-нибудь посмотреть вместе, — брав в руки свой кофе и ехидно улыбаясь, говорил Джисон.        — Мы уже настолько близки? — поднимая бровь вверх, спрашивал Минхо.        — И вправду, что это я… Извини.        — Ты чего постоянно извиняешься?        — Не знаю, пр… ладно.        — Всё хорошо, не переживай, — Минхо улыбнулся, и Хан улыбнулся в ответ.        На улице стояла тёплая погода. Лето в полном разгаре, улицы были полны людей. А Джисон шёл в сторону общежития Минхо, провожая его. Они хорошо провели время вместе, Хан даже поймал себя на мысли, что Минхо прекрасный человек и он бы начал с ним отношения, зная его при других обстоятельствах. Хан не считал, что это что-то неправильное, даже наоборот, он поддерживал таких людей. Вот поэтому сейчас, смеясь над шутками Минхо, Джисон растворялся в его голосе и активной жестикуляции, красивых прищуренных глазах и рыжих волосах, что были словно ярким закатом над тёплой рекой в деревне у бабушки.        Когда они дошли, Минхо помахал рукой и потерялся меж корпусов жилых зданий. И тут Джисон вспомнил, что в рюкзаке у него окровавленная рубашка, которую нужно отстирать. А как это сделать — непонятно. Уже сидя дома за кухонным столом он листал интернет в поиске совета. Уксус, белизна, моющее средство для унитаза — всё это могло бы просто убить рубашку, что явно была новой. И, наконец сдавшись, он написал своей сестре. Она посоветовала замочить перекисью водорода, а потом смыть всё это дело обычной водой.        Джисон так и сделал, и уже в восемь часов вечера рубашка была в идеальном состоянии, словно крови на ней никогда и не было. В голову взбрела просто гениальная и в то же время безумная идея: отдать эту рубашку прямо сейчас. Ну а почему бы и нет? Ещё не поздно, а заняться всё равно нечем — не реферат же писать. Поэтому Хан написал Минхо, что через двадцать минут будет около входа в общагу. И, закрыв дверь на три оборота, отправился на поиски приключений.        — Минхо! — крикнул Хан. Парень увидел его и быстрым шагом подошёл к нему.        — Джисон, ты чего, отдал бы завтра, — подходя ближе к воротам говорил Хо.        — Да я подумал, вдруг ты завтра в ней захочешь пойти, а она у меня. Вот я и решил, что лучше принесу сейчас, — улыбаясь и протягивая рубашку в белом пакете говорил Хан.        — Ты всегда такой улыбчивый?        — Да, — с энтузиазмом отвечал ему Джисон.        Минхо лишь усмехнулся и, взяв в руки рубашку, сказал:        — Давай я хоть провожу тебя до остановки?        — А давай!        Ветер окутывал своими тёплыми объятиями, гладил по голове и словно подгонял парней. Звёзды замолкли от такой чистоты. У фонарей собирались кучки насекомых; играясь со светом, они отбрасывали тени на сухой асфальт, становясь то больше, то меньше. Голуби аккуратно устраивались около деревьев, готовясь ко сну. Где-то пробежала кошка за маленькой птичкой, но, не успев её поймать, окунулась в фонтан, из-за чего теперь сидит на скамейке, и, будто важная госпожа, вылизывает каждую ниточку своей шерсти. Гуляют люди, наслаждаясь прекрасной тёплой погодой и солнцем, что потихоньку-помаленьку опускается к линии горизонта, вновь собираясь нарисовать новую волшебную картину уходящего дня: достать из своего арсенала акварель и, взяв большую кисточку, окуная её в палитру разрисовать бело-голубое небо в яркие краски. Здесь красный, тут розовый, а в серединку ярко-жёлтый и оранжевый. Тучи летят подобно сахарной вате: такие мягкие и кудрявые, будто только из салона. И деревья, что шепчут стихи, которые написали прошлой ночью.        Джисон шёл рядом с Минхо и слушал про какую-то дораму, правда название было странным, и он его не запомнил. Хо так улыбался и так увлекательно рассказывал, что Хан даже захотел посмотреть её. Необычность в этом вечере прекрасна, и утонула здесь его душа.        Ему ещё было стыдно перед Минхо, но, видя то, как он с ним искренен, Хан верил в то, что он его не винил.        — Так, я всё вроде рассказал, — заканчивал свой монолог Минхо, — теперь давай ты.        — Я даже не знаю, что рассказать, если честно, — смотря под ноги, отвечал Хан.        — Ну тогда расскажи мне о том, куда ты так спешил?        — Я бежал к преподу по психологии, он задал реферат на тему, которую я даже не помню. А из-за того, что я много где работаю, я не успеваю его сделать. Хотел попросить отсрочку.        — Вот как. А где ты работаешь? — мимо проехала машина из-за чего Хан не услышал.        — Что? Какой поломойщик?        — Какой поломойщик? Я спросил где ты работаешь.        Джисон рассмеялся, заражая своим смехом Минхо. Теперь они хохотали оба.        — Прости, я не расслышал. В среду и четверг я раздаю листовки в торговых центрах. В пятницу и субботу мою полы в подъезде. В воскресенье работаю грузчиком в магазине недалеко от моего дома.        — Ого, а что так много?        — На самом деле мне бы очень хотелось работать в кофейне. Эту работу я немного романтизирую, что ли. Но, к сожалению, меня никуда не берут.        — А знаешь, чтобы отвлечь тебя от грустных мыслей, я расскажу тебе историю!        Так иногда бывает, что случайности, которые на самом деле неслучайны, — случаются. В этот момент важно осознать это и принять. Ведь эта история завершится счастливыми воспоминаниями и смехом в двухкомнатной квартире.