Except for your eyes, no blade can control me, no sharpened knife

Первое время у Вегаса слишком шумит голова - разыгрывается мигрень на любой шум или высокое напряжение. Слишком сильно в последней заварушке его приложило головой о стену или пол, точно никто не может вспомнить. Вкупе с бледнеющей полосой поперёк горла ...это бесит. Кинн уговаривает, просит его обследоваться, на что Вегас только отбрыкивается всеми возможными способами. Ему вполне хватает недосна почти каждую ночь, капризов Макао, который в первый раз поймал огнестрел (и мы промолчим, что это был пистолет их отца, что добавляет ранению иных психологических особенностей), разбежавшихся, как крысы, телохранителей второй семьи и активизации мелких банд на подконтрольной территории. И тогда Кинн идёт на подлость. Он снова посылает к Вегасу Пита. Хотя Корнвит бы поспорил на тему, кто, кого и куда послал. У него есть нехилое подозрение, что Пит послал себя сам, а Кинн был разве что поставлен в известность. Правда, чем маленький телохранитель манипулирует в таком случае, Вегас не может придумать. Это же Пит. Он прямолинеен до одури, а его самооценкой можно подметать полы, настолько она низкая. Вегас никогда не встречал настолько низкой самооценки у людей - в прошлый раз Пит искренне назвал себя никем и, кажется, готов был спорить с протестующим по этому поводу Вегасом. Результат всё равно один и тот же: Пит приезжает со спортивной сумкой, подозрительно маленькой, чтобы в ней было что-то, кроме самых необходимых вещей, и занимает свободную комнату в начале хозяйского крыла. В особняке второй семьи разруха и запустение. Макао, которому до сих пор нельзя напрягать правую ногу, бодро скачет с костылём по лестницам, сопровождаемый невозмутимым Нопом, и даже бровью не ведёт на появление нового человека. На удивление Вегаса, они с Питом уже давно знакомы. Как же я тебя упустил из виду, думает Вегас. Больше он намеревается такой ошибки не допустить, вот только дела топят его так, что даже на еду едва хватает времени. Иногда он выныривает, хватает воздух и ныряет снова: договор раз, договор два, договор десять, встреча с поставщиками, подписание бумаг, принять груз - лично, послать больше некого. Выдохнуть. Обнаружить новых людей в охране - Ноп подтверждает их квалификацию и то, что они подобраны Питом, имеют чистый послужной список и ни разу не привлекались. Их гоняют старшие из охраны, те, кто остался верен семье, а точнее - самому Вегасу, у которого волосы шевелятся от графиков, планов ротации телохранителей, списков необходимых закупок и реорганизаций особняка, которые ему приносят на утверждение. Вегас всерьёз думает обзавестись секретарём. Секретаршей. Ой, нет. Он едва ли не слёзно просит Пита посмотреть стопку бумаг по особняку, вызвавшую приступ головной боли, и даёт полный карт-бланш на необходимые изменения, Пит только бровь приподнимает. Вегас обещает заплатить. Пит фыркает и соглашается, напоминая, что он до сих пор работает на главную семью, но Вегас отмахивается от него безлимитной картой. Ему важнее чтобы документы были в порядке. И чтобы голова не болела. Пит находит его в гостиной поздно вечером, уставившимся в узор ковра как в самое интересное произведение искусства. - Господину Макао сняли швы. Он жалуется, что останется шрам. - Сопляк. Ладно, отведем его потом на лазерную шлифовку... - Вегас говорит, едва заметно открывая рот. От движения челюстей, трения костей и суставов, голова взрывается ослепляющей болью, и Вегас стонет. На затылок ему ложится грелка со льдом. - Молчите... господин Вегас. Божественный холод растекается от затылка, охватывает шею и стекает ручейками онемения на плечи. Вегас чуть-чуть расслабляется и чувствует, что может двигаться, а не сидеть на одном месте тенью самого себя. - Ваши мигрени стали реже, но сильнее, господин Вегас. - К дьяволу их. Запрещаю мигрени. Пит фыркает и перемещает грелку со льдом ему на макушку. - Я записал Вас на обследование. Завтра у Вас окно с часу до трёх, Вас ждёт врач. Клиника принадлежит главной семье, так что обслуживание на высшем уровне. - Ты специально ждал вечера, зная, что я буду недееспособен? Вегас даже не сердится на него за самоуправство. - Вы этого не докажете, господин Вегас, - и Пит точно улыбается, даже оглядываться не нужно. - Окей... Но ты едешь со мной. И надень что-нибудь... Не чёрное. Ему определено мерещатся пальцы в его волосах, когда Пит убирает грелку, убедившись, что Вегасу стало легче. Днём следующего дня они встречаются у машины. Пит в чёрном, Вегас никак это не комментирует: Макао, который, избавившись от костыля, вернул себе привычную стремительность, рассказывает, что у Пита три футболки, две водолазки, несколько пар брюк и джинс - и всё, вплоть до белья, чёрного цвета. И за те недели, что он уже провёл в особняке второй семьи, Пит не купил себе ничего дополнительного. Я же дал ему карту, хмурится Вегас. Уж несколько рубашек можно было себе позволить... Вот только Пит довольствуется малым. И как позже понимает Вегас - это относится не только к одежде. Пит на него _смотрит_, и делает это так, как никто до него. Незаметно. Увлечённо. Спокойно. Под его взглядом Вегас не чувствует себя как на мушке, наоборот. Внимание Пита растворено в окружающем пространстве, и Вегаса окутывает им, как тёплым воздухом после морозов. Они постоянно заняты теми или иными делами, они не проводят время вместе постоянно, по макушку увлечённые возникающими и текущими проблемами, но оказываясь наедине, когда Пит приносит очередные бумаги на подпись, они словно замыкают цепь тишины. Вдвоём они работают молча, понимая друг друга без слов и лишних движений. Вегаса иногда пугает этот уровень взаимопонимания, но ради тишины он готов отступиться от своей тревоги. Пит становится гарантом его тишины, и это снижает проявление мигрени практически вдвое. К врачу они едут быстро, пока Вегас не передумал на половине пути. Пит остаётся на осмотр. Врач - высокий и тощий Доктор Дорс - только жмёт плечами и приступает к сбору анамнеза. Отметив количество сотрясений мозга, которые Вегас сумел вспомнить за всю жизнь, доктор долго смотрит на него и замечает, что тому крайне повезло не остаться овощем, получив удар в последний раз. Вегас кривится, снимает и сдаёт все украшения Питу, когда его отправляют на МРТ. Пит сжимает его предплечье в молчаливой поддержке и остаётся ждать. Дома Вегас недоуменно смотрит на свою выписку и тянется к виски, но Пит только качает головой и протягивает ему пару таблеток. - Только после окончания курса лечения. Если хотите, я заварю Вам травяной чай, господин Вегас. Это напоминает Корнвиту о той страшной ночи, когда дикий кошмар сжимал его в тисках в первый раз, в доме главной семьи. И когда именно Пит выдернул его в реальность. - А ты привёз его с собой? - прокашливается Вегас, пытаясь мыслить здраво. И Пит мягко улыбается. Конечно, он привёз. И пусть в его шкафу всего пара футболок для себя, но травяной чай для Вегаса он положил тогда с собой в сумку в первую очередь. Они пьют чай в тишине, и Вегас почти засыпает за столом - его лекарства имеют лёгкий седативный эффект, так что Пит тянет его в спальню. - Ты худой, - Вегас сонно моргает, пока Пит споро освобождает его от брюк и рубашки. - В чёрном ты просто соломинка. Откуда столько сил. Пит почти тащил его на себе на второй этаж. - Завтра идём в магазин. Купим тебе... Рубашку, да. Тебе пойдёт бархат. Мягкий, - бормочет Вегас сквозь сон и вслепую ловит Пита за руку. - Бархат так бархат, - покладисто соглашается тот, укрывая Вегаса одеялом, но не вырывая руку из слабой сонной хватки. Он убирает со лба Веса растрепавшиеся волосы и едва касаясь целует его в лоб.