Тропинка сквозь панельки

Ветер в эту тёплую ночь был холодноват, в нём ощущалось присутствие осени. Он прикасался к обнажённым рукам и мороз его словно бы проникал в кровь, перетекая в самое сердце. Катерина, немного подвыпившая, шла домой, где её ждала разъярённая выходкой мать. И пусть дочери её было уже за двадцать два, цепкие материнские руки не могли отпустить от себя уже повзрослевшее чадо. Катя испытывала смешанные чувства: с одной стороны на душе был приятный весёлый вечер, тёплая сентябрьская ночь и приятное расслабление в теле, а с другой тревога и липкий, грызущая изнутри страх матери, колкость холодного ветра и задурманенность сознания. Впрочем, она шла по ровной одинокой тропинке вдоль трассы и домов. Впереди виднелся лес. Если пройти через него, то можно сократить путь на целых двадцать минут, вместо того, чтобы идти вдоль дворов и мимо школы. Однако с каждой минутой количество ударов ремнём увеличивалось. И всё же идти по беспросветному лесу в такой поздний час, да ещё и пьяной - страшно. Чёрт знает, кто и что там ошивается. Намного приятнее идти по светлой дорожке, вдоль знакомой улицы. Но время... Катерине казалось, что оно летит слишком быстро и пьяная тревога возрастала в ней с каждой минутой. Мысли сменяли одна другую, разум пытался выбрать наилучший вариант. На обеих чашах весов сидел страх, но ни одна не перевешивала. Взгляд снова пал на лес. Ну, всё-таки, если подумать, то кто там может быть в лесу? Такой же недотёпа, как она, боящийся каждого шороха? И вот идёт Катерина вдоль леса длинными и быстрыми шагами, с включённым фонариком на своём стареньком, чуть ли не разбитом в никуда айфоне, испуганно озирается по сторонам и прислушивается к каждому шороху травинки, присматривается к каждой тени. Идти всего несколько минут, да и дом уже виднеется сквозь увядшие кроны деревьев. К сожалению в темноте нельзя было разглядеть их осенние оттенки с долей загнивания. Тревога буквально разъедала всё её нутро. Вдоль леса она чуть ли не бежала и словно бы открыла в себе некоторые способности, ведь, кажется, никогда не использовала свои слух и зрение на полную мощность. Её мозг, в попытках избежать или хотя бы немного приостановить выработку адреналина, решил отвлечься на воспоминания сегодняшнего дня. Однако чем дальше она шла, тем безопаснее и спокойнее становился лес. Здесь не было ветра, каждый звук слышался достаточно отчётливо, чтобы его можно было распознать: то птица прыгнет с одной ветки на другу, наблюдая за ночной гостьей, то старая ветка решит сломаться под Катерининой ногой, то сердце её застучит так громко, что замолкнут прочие. Но вот страх темноты и неизвестности оставил её, она замедлила шаг, выключила фонарик и ушла в свои мысли. Что ждёт дома? Чёрт его знает, мать, вероятно, опять примится кричать, может возьмёт в свои бойкие руки предмет потяжелее и... А в самом деле, ну к чему такие мысли? Такой уж ли она монстр? Катенька нахмурилась, припоминая почти ежедневные стычки с матерью и пришла к выводу, что она, всё же, монстр. Она остановилась, вдохнула в лёгкие свежий ночной воздух, выдохнула страх и достала сигарету. Закурила - хуже уже всё равно не будет. Катерина вдыхала горький, раздражающий горло дым, но прикладывала максимум усилий, чтобы не закашляться. Тонкая струйка никотинового удовольствия прошлась по телу, она почувствовала лёгкое расслабление и затуманенность сознания. Бросив ещё не дотлевшую сигарету на промокшую листву, она двинулась дальше. Сквозь лес Катенька уже видела свой дом, оставалось совсем немного. Чёрт с ней, с этой мамой. Кате хотелось спать и не слышать раздражающего голоса. Совершенно неожиданно для себя она почувствовала, как кто-то, будто невидимый, сжал её предплечье. - Негоже такой красивой даме ходить ночью в одиночестве, уж тем более по лесу. - хриплый мужской бас, заставивший Катю обомлеть и замереть на месте. Мужчина дёрнул её за руку и повалил на снег. Она не могла разглядеть его лица, видела лишь обширные усы и щетину, так контрастирующую с бледной кожей. Послышался телефонный звонок. Из ступора и стояния на месте её вывела мелодия звонка. Звонила мама. Катя взяла трубку и пошла мимо леса, замечая внутри него странное, почти незаметное лицо мужчины с обширными усами.