По воле Небес

      Несмотря на то, что в последнее время игра Ши Гуана была стабильно уверенной, чем ближе становилась первая партия турнира Тяньюань, тем больше волновался юноша. Хотя он старательно пытался этого не выказывать, но Чу Ин не был слеп: подопечный почти не отлипал от гобана, разбирая партии Чень Яое минувших лет, засиживался на балконе допоздна, и просыпался раньше обычного, чтобы успеть позаниматься до завтрака. Древний мастер не раз и не два говорил ему, чтобы он перестал так волноваться, что он готов, и что ему просто нужно расслабиться и довериться себе. Ши Гуан вроде бы слышал, вроде бы кивал на знак согласия, но все равно продолжал нервничать.       В ночь накануне начала турнира Чу Ин посреди ночи проснулся от тихого щелчка закрывающейся двери. Подумав, что подопечный просто ходил в уборную, он перевернулся на другой бок, собираясь заснуть, как вдруг снова услышал щелчок и едва различимые тихие шаги, которые удалялись — Ши Гуан пошел на кухню или в гостиную, наверняка, чтобы попить воды. Услышав через минуту, как юноша вернулся обратно древний мастер вновь намеревался вернуться ко сну, но стоило задремать и он вновь оказался разбужен шагами. Глубоко вздохнув, Чу Ин повернулся на спину, протирая глаза.       Это же никуда не годилось.       Накинув поверх сорочки халат, древний мастер вышел из комнаты и уже через считанные мгновенья ожидаемо застал подопечного у кулера. Чу Ин включил свет и Ши Гуан тут же испуганно вздрогнул, будто вор, которого застали с поличным на месте преступления, а затем обернулся. Увидев наставника, на его лице тут же проступило виноватое выражение.       — Прости, я тебя разбудил? Извини, я уже все, больше не буду ходить.       Чу Ин вздохнул.       — Сяо Гуан, тебе нужно поспать.       — Я знаю, — он дергано улыбнулся. — Не переживай, сейчас пойду — только водички попью.       — Никакой воды, — древний мастер в два шага преодолел разделявшее их расстояние и забрал из рук юноши полный стакан. — Выпьешь — и опять будешь полночи бегать в уборную.       Ши Гуан уже открыл рот, будто бы собирался поспорить, но, наткнувшись на многозначительный взгляд наставника, тут же поджал губы и потупил взгляд. Чу Ин отставил стакан на журнальный столик, а затем вновь повернулся к юноше и заботливо провел ладонью по его волосам.       — Ты хорошо поработал за последнее время — сам знаешь, что это правда, а не пустые слова. Сейчас тебе просто нужно расслабиться и довериться себе.       Юноша устало кивнул.       — Знаю. Знаю, что стал лучше, и чувствую себя увереннее, но все равно как-то… неспокойно. Что, если моей нынешней силы все еще недостаточно?       Чу Ин прищелкнул языком и, сделав еще один короткий шаг, обнял юношу. Ши Гуан тут же доверчиво прильнул к нему, смыкая руки за спиной.       — Поверь, с твоей силой все в порядке. Ты усердно тренировался, ты готов. Не сомневайся.       Ши Гуан молчал. Несколько минут они стояли, обнявшись, а затем Чу Ин отстранился и взял его за руку.       — Пойдем. Уложу тебя спать.       Юноша не стал противиться. Погасив свет в гостиной, древний мастер повел подопечного обратно в спальню. Ши Гуан уже за считанные мгновенья залез под одеяло, а Чу Ин пристроился на второй половине кровати, на что сразу получил взволнованно-недоуменный взгляд.       — Ты останешься?       — Буду следить за тем, чтобы ты спал, а не бегал украдкой за водой.       — А, — улыбка юноши получилась какой-то нервной. Чу Ин к своему стыду не сразу сообразил, из-за чего он так отреагировал, а как только сообразил, то невольно покрылся румянцем. У него в голове совершенно не было никаких неприличных мыслей и все, чего он хотел — так это чтобы подопечный выспался перед турниром. Наверное, все же это была не самая удачная идея — оставаться на ночь в его спальне, какими бы благими ни были его намерения…       Еще немного подумав, Чу Ин поправил одеяло и встал, чтобы уйти, на что Ши Гуан тут же всполошился.       — Ты куда? Ты разве не собирался меня стеречь?       — Я… — он немного помялся, а затем добавил: — Надеюсь на твой здравый смысл и благоразумие. Спи. Завтра важный день, тебе нужно хорошенько отдохнуть.       Древний мастер обошел кровать и за считанные мгновения уже потянулся к ручке, чтобы открыть дверь, как услышал голос Ши Гуана.       — Останься.       Чу Ин секунду колебался, так и застыв с протянутой рукой, а затем неуверенно обернулся. Юноша приподнялся на локтях и смотрел на него выжидающе. Сердце сбилось с ритма, и древний мастер слегка растерялся, не зная, как поступить. Прошлый раз, когда они лежали в одной кровати, обернулся кошмаром. И хоть в этот раз все было иначе, все же не был уверен в том, что они оба доросли до следующего шага.       — Сяо Гуан, я не думаю, что…       — Пожалуйста, Чу Ин. Мне всегда спокойнее, когда ты рядом, — он закусил губу и выглядел таким трогательным. — Останься.       Разве его виду и тону можно было сопротивляться?..       Чу Ин старался не придавать много значения тому, с каким вниманием Ши Гуан наблюдал за тем, как он возвращался к пустой половине кровати со стороны окна. Старался не думать о том, как он смотрел, пока древний мастер снимал халат. На миг прикрыв глаза он повторял про себя, что они будут просто спать и ничего более, но сердце все равно предательски ускорялось с каждой секундой. Остатки дремы испарились как по волшебству, стоило только лечь в кровать и нырнуть под одеяло. Даже если Ши Гуан каким-то чудом и сумеет уснуть, то он сам наверняка остаток ночи проведет не сомкнув глаз.       Бросив неуверенный взгляд на юношу Чу Ин заметил, как тот довольно улыбнулся и тут же погасил лампу. Комната погрузилась в темноту, но она не была абсолютной, ведь из-за плотных штор настойчиво пробивались огни ночного города, как и в его собственной спальне. Не успел он подумать о том, насколько странно, непривычно и волнующе было находиться в этой комнате и в этой кровати здесь и сейчас, как Ши Гуан тут же прильнул к нему, обхватывая рукой и утыкаясь носом в шею.       — Спасибо, — тихо сказал он, на что древний мастер лишь неловко улыбнулся краешком губ, хоть подопечный и не мог этого видеть. Пока Ши Гуан не шевелился и мирно посапывал у него на плече, щекоча дыханием шею, Чу Ин весь был как на иголках, а сердце бешено выстукивало в груди так громко и с таким энтузиазмом, что казалось удивительным, что оно не мешало спать юноше. Только когда он понял, что Ши Гуан действительно уснул, то позволил себе немного расслабиться, привыкая к мысли, что, возможно, скоро насовсем поселится в этой комнате. В какой-то момент Чу Ин осторожно повернулся набок, чтобы не разбудить подопечного, и счастливая улыбка, теряющаяся в неверной темноте, озарила его лицо. Его с головой накрыли тепло, уют и умиротворение, а на сердце стало спокойно. Он закрыл глаза и, прислушиваясь к равномерному чужому дыханию, даже не заметил, как уснул глубоким сном.       Следующим же утром Чу Ин по привычке проснулся еще до того, как на улице рассвело и в первый момент даже растерялся, когда сонный взгляд выхватил окно и шкаф напротив кровати, а затем вспомнил, что провел ночь в комнате любимого, и это сразу же заставило его улыбнуться и залиться румянцем. Когда он повернулся, то увидел, что юноша все еще сладко спал, обернутый в другую сторону. До будильника, который он сам себе завел, оставалось каких-то минут двадцать — Ши Гуан собирался и сегодня встать пораньше, чтобы потренироваться до завтрака — но Чу Ин посчитал это излишним, и изменил время подъема, предоставив подопечному поспать еще час. Он улыбнулся, чувствуя себя неимоверно счастливым, невесомо погладил его по волосам, а потом на цыпочках поднялся с кровати, набросил халат и выскользнул из комнаты бесшумно, словно призрак.       — Чу Ин, ты должен был разбудить меня раньше! Я же еще хотел немного позаниматься! — сетовал взлохмаченный Ши Гуан за завтраком, на что древний мастер страдальчески покачал головой.       — В твоем состоянии тебе больше нужен был сон, нежели тренировки.       Ши Гуан пробормотал себе под нос что-то сердито-неразборчивое.       — Что?       — Ничего, — он еще некоторое время страдальчески ковырялся в тарелке, а затем вздохнул. — Прости, что-то мне кусок в горло не лезет. Пойду одеваться.       Чу Ин провожал его встревоженным взглядом, пока тот не скрылся за кухонной дверью, а затем вздохнул. Как втолковать ему, что нечего бояться, что его внушительная победная серия последних недель прямое доказательство возросшей силы, доказательство воистину уникальных способностей?..       В какой-то момент древний мастер поднялся и вошел в комнату юноши: Ши Гуан как раз заканчивал застегивать пуговицы на манжетах. Заметив Чу Ина в проеме он ничего не сказал и молча вернулся к своему занятию. Однако пальцы левой руки его не слушались и пуговицы все время соскальзывали, не попадая в петельку.       — Давай я, — предложил древний мастер и Ши Гуан небрежно махнул рукой, таким незамысловатым жестом принимая помощь. Чу Ин в два счета застегнул пуговицы и внимательно смотрел на юношу, пока взгляд того бегал по комнате, ни на чем конкретно не останавливаясь. Ши Гуан по-прежнему молчал и делал вид, что все в порядке, поэтому древний мастер взял приготовленный галстук и принялся его завязывать. Когда он закончил и расправил ворот, то положил руки ему на плечи.       — Посмотри на меня.       Юноша мгновение колебался, но потом все же поднял голову и уже через мгновение они встретились взглядами.       — Сяо Гуан, я сейчас скажу тебе кое-что. Только сразу не отмахивайся, пожалуйста, ладно?       Подопечный кивнул с несчастным видом, и древний мастер, бережно коснувшись пальцами дорого лица, продолжил, с чувством проговаривая каждое слово:       — Сяо Гуан, в этом столетии нет игрока в го, талантливее тебя.       Ши Гуан громко клацнул языком.       — Ну Чу Ин, ну чего ты начинаешь…       — Я не закончил.       Юноша поджал губы, снова устремив взгляд куда-то в пол. Чу Ин решительно приподнял его подбородок, вновь вынуждая взглянуть на себя, и продолжил:       — Я говорю это не потому, что хочу тебя успокоить, не потому, что ты мой ученик и самый дорогой для меня человек, а потому что это правда. Я полторы тысячи лет провел в гобане. И за это долгое время встретил только двоих людей. Только двоих, сяо Гуан — всего лишь вдумайся в это, — попросил он, внимательно заглядывая в глаза юноше. — Все, что я говорил раньше и говорю сейчас о твоих способностях — это никогда не было и не будет пустым звуком. Ты нашел Божественный ход, снова вернул меня в мир и победил в го — так разве ты не справишься с таким плевым делом как турнир Тяньюань?       Ши Гуан по-прежнему молчал и Чу Ин обхватил его лицо ладонями.       — Я верю в тебя. Всегда верил, всегда буду. И повторю тебе снова — ты сможешь все.       Какой-то момент они просто смотрели друг на друга, а затем юноша подался вперед и порывисто его обнял. Чу Ин сразу же прижал его к себе, мазнув губами по челу и макушке. Ему почти отчаянно хотелось передать подопечному хоть немного той непоколебимой уверенности и гордости, что испытывал за него. Если бы Ши Гуан мог только увидеть себя его глазами, он бы наверняка навсегда прекратил в себе сомневаться.       — Люблю тебя, — пробормотал он куда-то Чу Ину в плечо. Тот тут же улыбнулся.       — И я тебя люблю.       Отстранившись через некоторое время, Ши Гуан прямо взглянул на него.       — Ладно. Я выиграю.       — Ни секунды не сомневаюсь, мое солнце.       Покинув квартиру получасом спустя они вместе отправились в Институт. В дороге Ши Гуан молчал, но, казалось, наконец-то успокоился и собрался с мыслями. Чу Ин же время от времени проверял сообщения на телефоне и думал о грядущем разговоре с Фан Сюем. Воспользовавшись предложенной Иланом возможностью, несколько дней назад он связался с нужной школой и предложил свою кандидатуру в качестве учителя го. Ему перезвонили уже на следующий день и предложили пройти собеседование. Чу Ин никому об этом не рассказывал, даже Ши Гуану — у него пока и своих забот хватало — но встреча с директором и его заместителем прошла хорошо. Казалось, репутация действительно опережала древнего мастера, поэтому его приняли без особых проблем и попросили при следующей встрече принести документы, подтверждающие его работу в «WeiDa», а так же рекомендательное письмо от Фан Сюя. Чу Ин слегка переживал о грядущем разговоре с директором, но все же надеялся, что после победы Ши Гуана он будет в хорошем настроении и пойдет ему на уступки.       Как только они прибыли в Институт Ши Гуана сразу же окружили журналисты, а уже пару минут спустя, когда в холл вошел Чень Яое, фоторепортеры тут же принялись щелкать камерами. Неохотно, но Чу Ину пришлось оставить подопечного: он направился в комнату наблюдения, где большую часть мест уже заняли игроки команды, включая Шэнь Илана и Лун Яня, а также присутствовали несколько членов ассоциации. Древний мастер вежливо поздоровался со всеми, а как только выхватил взглядом Фан Сюя, то тут же направился к нему и сел рядом.       — Великий день, — заметил Чу Ин, наблюдая, как в комнату прибывали журналисты, а также игроки из других команд. Фан Сюй деловито скрестил руки на груди и кивнул.       — Я смотрел статистику последних игр Ши Гуана и должен сказать, что у него случился необычайный прогресс. Кажется, за это стоит благодарить вас?       Чу Ин скромно улыбнулся.       — Я ничего особенного не сделал.       — Ну-ну, в сегодняшней игре мы это увидим, — ухмыльнулся директор, и древний мастер тут же бросил на него взволнованный взгляд.       — Господин Фан, у меня есть кое-что, что я хотел бы обсудить с вами. Мы сможем поговорить после игры?       Фан Сюй вопросительно вскинул бровь, а затем вздохнул.       — Конечно.       После этого они оба вернули свое внимание экрану телевизора, на котором за считанные мгновения появились два игрока. Поклонившись друг другу они приступили к игре, а Чу Ин вновь испытал необычайный прилив гордости за ученика, и вместе с тем трепетную нежность к своему лучику света, который привнес столько смысла в его жизнь. Наблюдая за тем, как Ши Гуан клал свои камни, изящно расставлял ловушки, заманивал, как безжалостно атаковал и с какой элегантностью защищался, древний мастер испытывал душевный подъем не меньший, как если бы сейчас сам пребывал в Таинственной комнате и сражался с Чень Яое за титул. В те моменты, когда Чу Ин отмечал взглядом хороший для подопечного ход тот, будто читая его мысли, ставил камень в то же пересечение. Древний мастер слышал одобрительные шепотки коллег, но не вслушивался в слова — и так было совершенно очевидно, что все были удивлены и восхищены мастерством его любимого человека.       Игра продолжалась чуть больше двух с половиной часов и закончилась победой Ши Гуана с небольшим перевесом. После этого подопечный и его соперник вышли к журналистам, чтобы дать небольшой комментарий, к ним также присоединился и Фан Сюй. Все это время Чу Ин наблюдал за юношей со стороны и искренне радовался его успеху. В какой-то момент к нему присоединился Илан и тихо шепнул:       — Сяосяо рассказала мне о том, что ты придумал. Я уже сообщил Хун Хэ — они с Линь Цань в деле, и еще он клятвенно заверил, что ни за что не проболтается. Что касается остальных, то Хэ Цзяцзя сказал, что поможет.       — Спасибо.       Илан кивнул и поправил очки, после чего, как и Чу Ин, вновь устремил взгляд на Ши Гуана, который окруженный толпой журналистов, с улыбкой отвечал на вопросы и делился впечатлениями от сыгранной партии.       — Я знал, что рано или поздно он этого добьется, — вдруг тихо сказал молодой человек с явным одобрением в голосе. — Если кому и стать однажды чемпионом мира — так это Ши Гуану.       Древний мастер усмехнулся.       — У тебя зоркий глаз.       После того, как небольшая пресс-конференция была окончена, и все разошлись, Чу Ин наконец улучил возможность поздравить ученика.       — Мои поздравления с отличным стартом. Я же говорил, что ты сможешь.       Ши Гуан тут же сверкнул счастливой улыбкой и крепко его обнял.       — Спасибо тебе.       — Пустяки, — отстранившись, древний мастер кивнул наверх, намекая на столовую. — Советовал бы тебе пойти наверх — команда устроила праздничный обед. Будет некрасиво опоздать.       — А ты? Ты разве не идешь?       — Мне нужно зайти к Фан Сюю, кое-что обсудить, — он ободряюще улыбнулся юноше, заметив его предупреждающий взгляд. — Это правда и это ненадолго, честное слово. Обещаю, все потом подробно тебе расскажу.       На лице юноши промелькнула тень сомнений, но исчезла также быстро, как и появилась.       — Ну хорошо.       Расставшись на втором этаже юноша направился наверх, а Чу Ин пошел в коридор, ведущий к кабинету директора. Постучав и получив разрешение войти, древний мастер толкнул дверь и вошел. Фан Сюй стоял у стола и перебирал бумаги.       — Прошу, присаживайтесь, Чу-лаоши. Кажется, у нас еще есть немного времени до так спонтанно организованного Сюй Хоу праздничного обеда, — он коротко улыбнулся и присел, за стол, деловито сложив руки на столе, после чего обратил все свое внимание на древнего мастера. — Так о чем вы хотели поговорить?       Чу Ин немного помялся, а затем крепко стиснул в пальцах свой новый веер.       — Дело в том, что я уже довольно долго думаю о преподавании, и так вышло, что мне предложили должность учителя го в одной из местных школ, — сказал он, прямо глядя в глаза директору, брови которого тут же поползли вверх от удивления. Услышав столь неожиданную новость Фан Сюй даже подался вперед — наверняка не мог поверить своим ушам.       — Простите, что? Вы хотите учить детей?..       Чу Ин кивнул.       — Не поймите неправильно — мне нравится быть частью команды и играть с ее членами. Они все безусловно талантливые и самодостаточные личности, каждый со своим стилем, сильными и слабыми сторонами. И хоть мне доставляет удовольствие играть с настоящими профи, в то же время я понимаю, что уже не смогу передать им большую часть своих знаний и опыта, — он немного помолчал, а затем улыбнулся старым воспоминаниям. — Если честно, до встречи с Ши Гуаном я и не думал о том, сколько радости могут доставить успехи ученика. Я всегда больше заботился только о своем уровне, и о своих победах, а сегодня, когда на моих глазах он выиграл с блеском такую важную турнирную партию, я снова уверился в том, что хочу учить. Надеюсь, вы отнесетесь к этому с пониманием, — он вежливо склонил голову, в то время как Фан Сюй издал долгий протяжный вздох.       — Да уж, признаюсь, такого я совсем не ожидал, — подняв голову Чу Ин увидел, что директор снял очки и устало потер переносицу. — Что ж, наверное, если вы все решили и хотите уйти…       — Не уйти, — поправил Чу Ин, на что Фан Сюй вновь взглянул на него озадачено. — Я бы хотел совмещать, если это возможно. Вы столько сделали для меня и для сяо Гуана… Если бы, например, я мог работать в «WeiDa» только первую половину дня, это было бы более чем удовлетворительно. Разумеется, я совсем не возражаю, если мне вдвое урежут зарплату…       — Так, это… Знаете, тут надо все хорошенько обдумать. Сейчас я абсолютно не готов что-то обещать или на что-то соглашаться вот так сразу. Дайте мне несколько дней, ладно?       Чу Ин взволнованно кивнул.       — Конечно.       — А сейчас предлагаю пойти присоединиться к товарищам — они нас уже наверняка заждались. — Фан Сюй криво усмехнулся и Чу Ин кивнул, испытав некоторое облегчение. По крайней мере, первый шаг он сделал — теперь оставалось надеяться лишь на удачу и небесное благословение.       Праздничный обед удался на славу и к большому разочарованию Сюй Хоу снова обошелся без похода в караоке. Чу Ину в какой-то момент даже стало его немного жаль, но вслух об этом в присутствии других игроков он не говорил.       — Ну давай, рассказывай уже. О чем вы разговаривали с Фан Сюем? — полюбопытствовал Ши Гуан, после того, как спустя несколько часов они вышли из Института. На улице было прохладно и почти безветренно, а темные улицы как обычно освещались яркими разноцветными огнями. Они уже привычно держались за руки, пока неспешно шли к метро, и Чу Ин пришел к выводу, что сейчас было подходящее время для того, чтобы поделиться с юношей последними новостями.       — Меня приняли в школу, сяо Гуан. Я разговаривал с Фан Сюем об этом.       Ши Гуан остановился, уставившись на него во все глаза.       — Правда?       — Угу. Но я не хочу покидать команду совсем, поэтому просил о сокращении часов. Он сказал, что подумает.       — Ого! Почему ты мне раньше не говорил, что уже связывался со школой?       — Ну, ты был занят и я не хотел тебя отвлекать, — он пожал плечами. — Думал, дождусь твоей победы и тогда поделюсь хорошими новостями.       — Ты неисправим, — покачал головой Ши Гуан, а затем вдруг прищурился и сказал: — Однако кроме этого, я буквально нутром чую, что ты еще чего-то недоговариваешь. Скажи по секрету — это как-то связано с моим днем рождения?       Чу Ин рассмеялся.       — Ну же, колись, я ведь помру от любопытства!       — Уверяю тебя, об этом мне совершенно нечего сказать.       — Ага-ага, ври больше — видел я, как вы с Сяосяо переглядывались, а сегодня с Иланом перешептывались. Вы точно что-то задумали!       — Понятия не имею, о чем ты, — невинно заметил древний мастер, в то время как Ши Гуан театрально надулся. Некоторое время он молчал, а затем вдруг снисходительно сказал:       — Что ж, если не хочешь говорить — ладно, но обещай мне только одно: этот сюрприз будет приятным. Любого другого я просто не приму.       Чу Ин не выдержал и рассмеялся.       — Обещаю.       — Отлично. Тогда мизинчик!       Они скрепили обещание: Ши Гуан после этого довольно заулыбался и пребывал в прекрасном настроении до самого вечера, больше ни о чем не спрашивая. Чу Ин же собирался приложить все силы для того, чтобы устроить ему незабываемый день рождения.       Быстро промелькнули еще несколько дней. Юноша выиграл вторую партию, уверенно победив в первом туре состязаний, в то время как Фан Сюй таки пошел древнему мастеру на уступки и позволил работать с командой только первую половину дня. Не успел Чу Ин оглянуться, как настал его первый рабочий день в школе. Он слегка нервничал, когда покидал Институт после обеда, но стоило Ши Гуану поцеловать на прощание и сказать, что все будет хорошо, и Чу Ин слегка успокоился. Когда же он прибыл в школу, а считанные минуты спустя вошел в свой класс, то первое время не мог поверить, что все это происходит на самом деле. Пока она созерцал десятерых детишек младшей школы — семерых мальчиков и трех девочек, — что сидели перед ним, то невольно перенесся обратно в Лян, с легкой печалью вспоминая о своих прежних учениках.       — Ребята, знакомьтесь — это мастер Чу Ин, Чу-лаоши из команды «WeiDa». Поприветствуйте учителя, — сказал замдиректора господин Чжао, после чего дети почти синхронно повставали со своих мест. Коротко склонив головы, они нестройным хором голосов поприветствовали его, кидая любопытные взгляды, украдкой рассматривая его одежду и прическу. Чу Ин склонился в ответ следом и улыбка не сходила с его лица.       — Очень рад встрече со всеми вами.       — Что ж, оставляю этих сорванцов на ваше попечение, — заместитель Чжао пожал ему руку, а затем вышел, закрыв за собой дверь. Чу Ин слегка волновался, но вместе с тем был невероятно воодушевлен. Он хотел учить в память о сяо Байлуне и всех тех детях в Лян, которые когда-то очень давно помогли ему вновь встать на ноги и обрести смысл существования. Это казалось правильным.       — Что ж, познакомимся?       Первым делом древний мастер перезнакомился со всеми учениками, после проверил общий уровень знаний детей в форме небольшой игры, чтобы им было интереснее. Припоминая свой опыт с непоседливым Ши Гуаном, которого сложные сентенции го в девятилетнем возрасте не особо увлекали, он решил, что в этот раз нужно объяснять проще. Время за занятиями пролетело незаметно, и он даже удивился, когда его уроки на сегодня подошли к концу. Дети, казалось, поразились не меньше, хотя покинули класс бегом, шумно крича и хохоча.       Так или иначе, а своим первым рабочим днем на новом месте он был более чем доволен.       Однако когда Чу Ин собрался и вышел на улицу, неожиданно пустился ливень. Древний мастер застыл на крыльце под козырьком школы, уныло созерцая стену из дождя перед собой, а затем достал телефон из сумки и позвонил Ши Гуану. Он взял трубку почти сразу же.       — Привет, ты уже закончил?       — Да, но… Сяо Гуан, я немного опоздаю — не взял зонт, а тут дождь, поэтому пережду его у школы, а потом… — он не договорил, когда вдруг заметил подопечного, входящего через ворота. Он улыбался и уже опустил телефон, держа зонт над головой, а спустя пару минут подошел к удивленному наставнику и встал рядом, чтобы тот накрыл и его.       — Неужели ты думал, что я не зайду за тобой в твой первый день по пути домой? — поинтересовался Ши Гуан, на что Чу Ин сразу же расплылся в благодарной улыбке. Юноша кивнул в сторону выхода. — Пойдем, нечего тут стоять на сквозняке.       Пока они шли, древнему мастеру неожиданно вспомнился тот давний случай, когда Ши Гуан в детстве почти точно также держал зонт над его головой. Даже несмотря на свой невеликий рост в то время и тот факт, что Чу Ин совершенно не мок и не чувствовал холодных капель в виду своей призрачной сущности, мальчик все равно решил позаботиться о своем новом друге. Тогда Чу Ин и вообразить не мог, что дружеская симпатия перерастет во что-то большее, что однажды этот нахальный маленький чертенок станет центром его мира. А сейчас не мог представить без него свою жизнь.       Будто бы разделив его воспоминания, Ши Гуан вдруг ловко заскочил на парковый парапет, около которого они шли, после чего взглянул на Чу Ина и довольно хохотнул.       — Теперь я выше тебя, — сообщил он очевидную вещь, продолжая держать зонт над их головами и бессовестно хихикать. — Чу-лаоши.       Древний мастер тихо рассмеялся, покачав головой. Проказник…       Какой-то момент они просто стояли и смотрели друг на друга, смеясь как в прошлом, а затем Ши Гуан наклонился, притянул его к себе и бережно поцеловал, пока дождь тихо стучал по куполу зонта у них над головами.