Записки о смерти

Раз. Взорвался соседний дом. У нас выбило стёкла. Это была ночь, все спали. Туда сбросили бомбу. Звон в ушах оставался ещё пару дней, одежда и постель были в крови из-за порезов от осколков. Я очень испугалась, но не могла плакать и кричать из-за сильного страха. Мне было всего пять. Два. Наш город захватили. Я не выходила из дома неделю. Жила в страхе и не могла уснуть по ночам. Вечно были слышны выстрелы, шла перестрелка. Рядом был старший брат, который закрывал мне уши, но я всё равно не могла уснуть. Мне было одиннадцать. Три. Я шла по рынку, когда сзади меня кто-то начал стрелять. Меня собой закрыл какой-то мужчина, буквально нёс меня на руках за ближайший прилавок. Ему я буду благодарна всю жизнь, каждый год на Исламский новый год присылаю корзину фруктов, в знак благодарности. Того человека с оружием застрелили. Мне было четырнадцать. Четыре. Пропал отец. Уехал в командировку в другой город. Туда так и не доехал, пропал по дороге. Позже найдут его машину и документы, больше никаких следов. Его забрали боевики. Брат сразу же бросил учёбу и пошёл работать, чтобы прокормить нас с мамой. Трудился день и ночь, оставлял на кухне шоколадные батончики и деньги, чтобы мама купила продуктов. Мне было шестнадцать. Пять. Убили брата. Шёл домой после работы, не дошёл пару кварталов. Его тело нашли только утром, примерно через 5 часов после смерти. Пулевое, прямо в сердце. Мама тогда вошла в какой-то транс, ничего не говорила, не ела, просто смотрела в одну точку, иногда плакала. Я была вынуждена зарабатывать деньги. Пошла в проституцию, чтобы платили больше. Мне было девятнадцать. Шесть. Повесилась мама. Из этого состояния практически не вышла, разве что стала есть и сама передвигаться по дому. Я приходила рано утром и спала до вечера, готовила еду и снова уходила. Не могла оплатить ей лечение у врача, уделить ей время, чтобы хотя бы быть рядом. Вернулась домой после работы и увидела её на кухне. Люстра, которую повесил отец действительно была сделана на века. Мне было двадцать один. Семь. Я ушла в армию. После всего, что случилось в моей жизни, перестала бояться смерти, решила заглянуть ей в глаза. Тренировалась пару месяцев на базе, научилась собирать и разбирать оружие, заряжать его и самое главное стрелять точно в цель. Не могла нормально спать из-за кошмаров, ходила к психологу на базе, принимала таблетки – всё без толку. В один момент отправили на горячую точку. Я впервые выстрелила в человека. Прямо в голову в двух метров от меня. В крови прошёлся адреналин, и я поняла что такое месть. Мне было двадцать три. Восемь. Я убила уже двадцать восемь животных. Именно животных, они не люди. Пистолетом, автоматом, ножом – не важно, главное, что убила. Они тупые куски мяса, которые борются якобы за "свободу", а на самом деле за то, чтобы истребить тех, кто не виноват. Мне их не жаль, потому что они все убили мою семью. А я убила их. Они убили меня. А я убью всех. Мне двадцать пять.