Продолжение, которого не хватало

Любовь на расстоянии — паршивая идея. Даже, если изначально вы жили бок о бок длительное время, постепенно чувства начнут потухать. Причиной этому могут послужить несколько факторов. Например, необходимость касаний, объятий. Тактильным людям достаточно тяжело встречаться с кем-то на расстоянии, не имея возможности прикоснуться. Словно становится холодно без объятий любимого человека, и этот холод ощущается физически. Ещё, к примеру, через текстовые сообщения не видны эмоции. Часто сложно понять, с какой интонацией человек написал ту или иную фразу, что хотел донести. Это порождает множество недопониманий, которые только портят отношения. Нет, конечно, есть звонки, голосовые сообщения и т.д., но не всегда есть возможность или настроение воспользоваться этим. Так, к примеру, ты можешь написать человеку с просьбой обратиться к нему позже, ведь ты просто устал сегодня, а он сочтёт это за грубость и сделает свои выводы. Часто отношения на расстоянии терпят крах из-за чрезмерной ревности. Ты не можешь на 100% быть уверенным в своём партнёре, ведь не видишь его в живую, не можешь встретиться в любое время. Человек не отвечает на звонки, потому что занят, а у тебя в голове уже зарождаются мысли о том, что он с кем-то другим. С кем-то, с кем ему лучше, чем с тобой, поэтому он не считает нужным отвечать тебе. Там зарождаются загоны и комплексы, ссоры, скандалы, а через время абонент уже отправляется в чёрный список. Антон Шастун ненавидит любовь на расстоянии. Такая у него была и она превратила его жизнь в сущий Ад, состоящий из загонов, переживаний и злости.

***

Первое время парни активно поддерживали связь. Их переписка, кажется, нескончаемая, вся телефонная книга забита именами друг друга в звонках, многие из которых длились несколько часов. Антону было тяжело. Конечно, он безумно рад за Арсения. Мечта брюнета исполнилась и теперь он счастлив, а что ещё нужно Антону? В общем-то, ничего. Вот только не хватает его рядом. Не хватает объятий, того щенячьего взгляда голубых глаз и голоса. Не хватает любимого человека рядом, к которому он так привязался. И это действительно страшно. Сердце Антона разрывалось на части каждый раз, когда девушка говорила «Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети». Как оказывалось, у Попова просто садился телефон, а на зарядку поставить не было возможности. Но мысли Антона уже заполнялись переживаниями доверху, а руки так и тянулись зайти на сайт и купить билет до этого чёртового Петербурга. Но он останавливал себя. Знал, что просто нет денег на билет, а пешком он дойдёт очень нескоро. Ждал, когда же брюнет перезвонит ему, и сам набирал по несколько раз. И дожидался, после разговаривая с ним безграничное количество времени. Часто они засыпали с телефонами в руках или друг перед другом по видеосвязи. Но один раз не дождался. Девушка в трубке своим противным голосом уже в сотый раз сообщает, что абонент недоступен. Все ногти шатен сгрыз, на полу валялись волосы, которые он выдрал из собственной головы из-за нервов, а на столе лежал сломанный на две части карандаш. Арсений не появляется на связи ровно сутки. Антон не спит уже сутки, дожидаясь, когда брюнет появится в сети и перезвонит, когда возьмёт трубку. Когда Антон, наконец, услышит любимый до дрожи голос. Он не выходит на связь вторые сутки. Антон испепеляет глазами надпись «был в сети 22 мая в 9:33» в телеграмме. Два дня назад. Сердце Шастуна разрывается на части, голова жутко гудит от недосыпа и стресса, а руки начинает потряхивать. Ему страшно. Ему очень страшно, что что-то случилось. Как назло, в голову лезут слова Серёжи, сказанные незадолго до уезда брюнета. — Отношений на расстоянии не существует! — старался он тогда донести до Антона, но не вышло. Шастун верит в них, всей душой верит. Или, может, верил?.. — Существуют, — упорно твердит он сам себе уже неделю. Всю неделю Арсений не выходит на связь. Всю неделю он не заходит в телеграмм. Всю неделю Антон не ходит в универ, почти ничего не ест и мало спит. Всю неделю Антон дёргается от любого уведомления, пришедшего на телефон. Друзья приходили к Антону один раз. Всего один. Им хватило того, что они увидели. Ведь дверь им открыл растрёпанный парень с кругами под красными глазами, а некогда уютная, «живая» квартира была похожа на свалку. Все сразу поняли, что произошло. Серёжа даже воздержался от комментариев по типу «А я говорил, что это плохая затея!», потому что видел состояние друга. Антона было искренне жаль. Дима тоже попытался связаться с Арсением, но всё без толку. Абонент недоступен, а сообщения в телеграмме не прочитаны. Спустя две недели Антон появился в универе. На колкие замечания преподавателей отвечал полным игнором, не желая как-либо комментировать своё отсутствие. На требования убрать телефон с парты он реагировал агрессивно, ибо боялся пропустить сообщение от брюнета. Прошёл месяц. Антон начал пить. Практически ушёл в запой, но при этом умудрялся поддерживать успеваемость в отличном состоянии. О его состоянии такого, однако, не скажешь. Любое действие давалось ему с трудом, не важно, было ли это ранним подъёмом на учёбу или таким ежедневным ритуалом, как покормить кота. Да, Черныш всё ещё живёт с ним. Антон просто не может себе позволить выкинуть его или отдать кому-то. Этот кот так похож на Арсения, что каждый раз единственный взгляд на него отдаётся ноющей болью глубоко в сердце. Но он не из тех хозяев, которые забывают про своих животных, если случается горе. Черныш всегда был покормлен, вымыт, туалет его Антон регулярно убирал. Коту даже хватало ласки, ведь каждый раз, когда он подходит к шатену, тот берёт его на руки и гладит, пока тому не надоест. Парень поддерживал в прекрасном состоянии всё, даже в квартире убирался постоянно, но только не себя. Одет он всегда был прекрасно, никто и подумать не мог, что у него что-то происходит. Только друзья знали, какую невыносимую боль испытывает юноша. Ведь именно его друзья приезжали к нему домой, получив пьяное сообщение глубокой ночью, и успокаивали истерику. Они слишком часто видели слёзы парня, каждому было больно при одном взгляде на некогда беззаботного подростка. Все его друзья удивлялись, как Антон умудряется делать все задания на отлично, прекрасно ухаживать за котом и поддерживать в порядке квартиру, когда внутри творился полный хаос. Он никогда не отвечал на эти вопросы. Но на самом деле он пытался делать всё, лишь бы реже вспоминать этот глубокий голос и ярко-голубые глаза. Он очень мало спал, потому что во снах неизменно видел Арсения. И сны эти варьировались от воспоминаний былого времени до сцен, где брюнет страстно целует другого парня или девушку прямо на глазах у Шастуна. Внешне юноша ничем не отличался от обычного студента. Только глаза его выдавали. Глаза, в которых отражалась пустота, а под ней скрыта вселенская печаль вперемешку с невыносимой болью.

***

Шастун закончил универ два месяца назад. Сейчас он стоит на перроне и прощается с друзьями. Решил переехать в Петербург. Там зарплата повыше будет, да и город красивый, атмосферный такой. — Ну ты там это, не забывай нас. Приезжай хоть иногда в эту деревеньку то. — Ой, тоже мне, деревенька, — усмехнулся парень, обнимаясь с Ильёй. — По сравнению с Питером ещё какая, — сказал рядом стоящий Серёжа. — Ладно, пацаны, я погнал, — Шаст оборачивается, видя, что приехал его поезд и уже объявлена посадка, — Увидимся, — он ещё раз быстро обнимается со всеми и бежит к вагону. Парни даже бегут за поездом, когда он трогается, прямо как в фильмах. Антон с них только смеётся и машет ладонью. Прошло много времени. Воспоминания больше не тревожат его. Даже кот, мирно спящий в переноске на соседнем сидении, больше не напоминает о подростковой влюблённости. Антон просто перерос это, как и происходит чаще всего. Ну влюбились, погуляли, потрахались, но это школьная любовь, которая чаще всего обречена на провал. Когда Шастун рассказал друзьям, что хочет переехать в Питер, как только закончит учёбу, все переглянулись. Естественно, каждый подумал об Арсении, которого Антон, возможно, планирует там отыскать. Но нет. Это совсем не входило в топ причин, по которым юноша переезжает культурную столицу. Когда все это узнали, то выдохнули с облегчением. Только Дима смотрел подозрительно, не веря товарищу. И не верит до сих пор. Просто Шастун перестал обращать внимание на этот взгляд, будто ожидающий, когда Антон, наконец, поведает ему свой секрет об истинной причине переезда. Но всё уже хорошо, не так ли? Шастун вновь смеётся, больше не выглядит болезненно, только учиться продолжил отлично, но в этом ничего плохого нет. От депрессии не осталось и следа, так что шатен со спокойной душой глядит в окно поезда на быстро проносящиеся мимо пейзажи, слушая в наушниках какой-то иностранный реп.

***

Он устраивается работать барменом почти в самом центре Петербурга. Это заведение имеет большую популярность, так что здесь всегда много народу, желающего выпить и поделиться проблемами с Антоном. А парень ничего против не имеет, у него зарплата тем выше, чем больше люди здесь пьют. Санкт-Петербург — город романтичный. Парень в этом убедился ещё в первые дни проживания. Здесь ходят много парочек и, несмотря на пасмурную погоду, закаты часто очень красочные. Но ему нисколько не дискомфортно от того, что он один. Он в одиночестве фотографирует закаты, сидя на крыше своего дома, в одиночестве смотрит на разводные мосты, в одиночестве ходит в рестораны и гуляет по вечернему городу. Ему хорошо и одному. В конце концов, когда живёшь один, не нужно готовить, закупаться на другого человека. Вообще не нужно ни о ком думать. Он может не появляться дома по двое суток, потому что просто захотел подольше погулять, и никто на него за это ругаться и обижаться не будет. Потому что просто некому. Дома его ждёт только кот, который радостно встречает хозяина каждый раз. Антон очень его любит, поэтому не решился оставлять его кому-то из друзей, а забрал с собой. Больше всего ему нравится проводить время на работе. Это клуб, поэтому там всегда зажигательная обстановка, много общения и классная музыка. Антон меломан, поэтому ему нравится абсолютно всё, что включает диджей. Но в одну ночь появляется один единственный трек, который шатен теперь ненавидит всем сердцем. Угадаете, какой? Сергей Лазарев — «Снег в океане». Угадаете, почему? Не гадайте, я вам всё расскажу. Шастун в прекрасном расположении духа. Он выспался, приготовил чертовски вкусную пиццу и посмотрел фильм, который вошёл в его топ лучших фильмов. Этот день прошёл на ура. Вечером парень отправился на работу, и он уже очень доволен. Во-первых, включают те песни, которые ему заходят больше всего, во-вторых, сегодня пятница, поэтому посетителей особенно много и выпивки покупают немало. А что это значит? Это значит, что в этом месяце зарплата будет побольше, ибо это уже не первый такой вечер. Пока у барной стойки сидят молчаливые посетители и те, кто разговаривают друг с другом, шатен всматривается в танцпол. Часто, когда ему не с кем поговорить, он рассматривает танцующих людей и выбирает для себя тех, кто танцует лучше всего. И сегодня он уже нашёл того, кто явно победитель в его вымышленной номинации. Какой-то молодой парень с тёмными волосами отжигает прямо посредине танцпола. Кажется, вокруг него даже собралось несколько человек, а пара девушек уже подбирается ближе. Его движения плавные, в такт музыке, видно, что он полностью отдался ей. Глаза, кажется, закрыты, но с такого расстояния мало чего можно увидеть. Антон даже засматривается на некоторое время, пока его не отвлекает голос очередной девушки. У той потекла тушь, а значит, сейчас Антон будет выслушивать гневные тирады в сторону какого-нибудь парня или девушки, такое тоже встречается нередко. Так и происходит. Дама просит налить ей коньяк и далеко не убирать бутылку, а сама принимается за рассказ о том, как ужасно с ней поступил некий Егор. Шастун слушает с интересом и это даже не напускной интерес. Ему правда каждый раз любопытно, что же происходит у людей. Он выбрал такую профессию, которая на уровне с психологом. Правда, у него не всегда получается дать хороший совет, но и выговориться многим бывает полезно. Песни сменились уже несколько раз, а девушка всё не заканчивает. Только речь стала менее внятная, кажется, она пьёт уже шестой шот. Но Антон всё равно прекрасно её понимает — издержки профессии, не иначе. На фоне включается более спокойный трек. Краем глаза шатен замечает несколько парочек, которые уже прижались друг к другу в медленном танце. Но дела ему до этого нет, ибо блондинка уже подходит к кульминации своего рассказа. Рядом с ней садится тот самый парень, который отжигал в центре танцпола. — Мартини два шота, — заказывает он. Антон кивает, не удосужившись даже посмотреть на посетителя. Блондинка раздражённо зыркает на него и продолжает свой рассказ. Шастун внимательно слушает, не отвлекаясь. Ставит на барную стойку два шота, — А мы с вами нигде раньше не встречались? — вновь подаёт голос парень. Девушка замолкает, а Антон всё-таки переводит взгляд на посетителя. Окидывает его изучающим взглядом. — Нет, не думаю, — отвечает и кивает блондинке, желая дослушать рассказ, который уже подходит к финалу. Нет, он не желает дослушать. Совсем. Он желает поскорее отвлечься на что угодно, лишь бы забыть то, что только что увидел. Арсений. Чёртов Арсений сидит прямо перед ним, смотрит своими невозможными глазами и спрашивает, не виделись ли они раньше. Сердце начинает колотиться в разы быстрее, а руки чуть потряхивает, поэтому Шастун убирает стакан, который до этого протирал, подальше, чтобы случайно не разбить. В голове быстрой строкой проносятся стоп-кадры из его жизни, в которых так или иначе фигурирует Арсений. Перед глазами бегущей строкой появляется надпись, выведенная аккуратным почерком на обратной стороне фотографии, когда-то оставленной брюнетом перед отъездом. Боль — всё, что он чувствует сейчас. Чувствует и понимает — не забыл, не отпустил, не переболел. Ему всё ещё больно, всё ещё обидно и грустно от того, как с ним поступил брюнет. Песня, играющая на фоне, нисколько не улучшает ситуацию. Я в глазах твоих видел снег в океане Этим снегом с тобой никогда мы не станем И пускай всё растает, ведь между мечтами Мы теряем любовь, как снег в океане Шастун чудом успевает вовремя вернуться в реальность. Блондинка заканчивает свой рассказ и парень умудряется понять, что же в итоге произошло. Старается утешить девушку, дать какие-то советы, а думает не об этом совсем. Вспоминает те месяцы, которые он прожил, словно в тумане. В тумане боли, отчаяния и безудержной тоски. Девушка отвлекается на телефонный звонок и отходит от стойки. Скорее всего, пошла на улицу. Антон так хочет отвернуться и продолжить рассматривать танцпол, но глаза сами натыкаются на фигуру, всё ещё сидящую напротив. Шатен рассматривает Арсения, что нечитаемым взглядом смотрит прямо в глаза. А такое ощущение, словно в душу. Он просто смотрит, а сердце Антона вновь трескается, распадаясь на части с огромным грохотом. — Антон? — несмело, но достаточно громко, чтобы быть услышанным. Нет, нет и ещё раз нет. Он даже не будет отвечать, не будет заводить диалог. В этом нет совершенно никакого смысла. Что было, то было и это уже никак не исправить. Бармен разворачивается на месте и уходит в служебное помещение, незаметно прихватив с собой бутылку коньяка. Заходит в туалет для сотрудников, закрывается в кабинке, открывает бутылку и присасывается к горлышку. Ему необходимо срочно успокоиться. — Шаст, это всего лишь Арсений, — имя, произнесённое вслух, отдаётся тупой болью в солнечном сплетении, — Он решил ещё тогда, когда ты был на первом курсе. Если ему это не нужно, то и тебе тоже. Подумаешь, встретились в клубе. Он уже наутро или даже через пару часов всё забудет. Расслабься и иди работать, ничего не случится, — парень разговаривает сам с собой. Не боится показаться сумасшедшим, ибо знает, что сюда никто не зайдёт. Коллега вышла на перекур. Сделав ещё несколько больших глотков, шатен закрывает бутылку и выходит из кабинки. Смотрит на себя в зеркало, отметив, что выглядит прекрасно, и идёт дальше. За барной стойкой всё ещё сидит брюнет. Он смотрит на свои руки, сложенные на стойке, и явно о чём-то думает. Но Шасту до этого дела нет. Он также незаметно ставит бутылку на место и берёт бокал в руки, продолжая натирать. Руки почти перестали трястись — в голову ударил градус. Теперь и правда спокойнее. Арсений замечает парня только тогда, когда ещё одна девушка подходит к стойке. Садится через один стул от брюнета и, заказав порцию алкоголя, начинает свой рассказ. Антон заинтересованно слушает, не смотрит никуда, только на неё. А Арсений только на него. Шаст чувствует этот взгляд, но старается не обращать внимания. И под градусом получается намного лучше, знаете ли. Песня Лазарева уже закончилась, на смену ей пришли хиты этого года. Дышать словно легче стало. Арсений, так и сидящий за стойкой, даже перестаёт непроизвольно обращать на себя внимание одним своим присутствием. Ну, до тех пор, пока Шастун на него не посмотрит. Поэтому он старается даже близко в ту сторону не смотреть. Парень не знает точно, сколько брюнет там просидел. По ощущениям, около получаса. Потом ему кто-то позвонил и он удалился. Больше к барной стойке Арсений не подходил в ту ночь. Шастун смог спокойно выдохнуть только, когда Попов ушёл. Придя домой, парень сел на кровать и просто смотрел в стену, размышляя об этой ситуации. Осознание, что ему придётся заплатить из своего кошелька за тот коньяк, что он выпил в туалете, даже рядом не стояло с тем, кого он увидел этой ночью. Коньяк, к слову, достаточно дорогой. Он не понимает, почему так реагирует. Ведь был полностью уверен, что уже забыл, отпустил все обиды. Прошла любовь, завяли помидоры, как говорится. Неужели нет? Ему правда хватило всего одной встречи, чтобы вновь погрязнуть в этом дерьме? Он на это не согласен. Прекрасно помнит, в каком состоянии находился несколько месяцев, переживая эту потерю, и он не хочет испытать это вновь. Не хочет, но отголоски появились ещё в баре. Ещё тогда, когда сердце болезненно закололо, а руки затряслись. Нет, это всего лишь одна встреча. Петербург большой и вряд ли они увидятся вновь. Да и Шастун уверен, что Арсений не будет ради такой мелочи караулить его у клуба. У брюнета слишком много дел помимо этого. Дай Бог, чтобы это всё оказалось правдой.

***

Он больше туда не приходил. Антон спокойно отрабатывал свои смены, не встречая никого, даже смутно напоминающего Попова. На танцполе никто больше так не отжигал и никто не прожигал его взглядом у барной стойки, заставляя сердце биться с неумолимой скоростью. Он и не вспоминает об Арсении совсем. Видимо, всё-таки стало легче. Вот только его поведение в ту ночь напрягает. Не дай Бог, у него, Антона, остались какие-то чувства. Парень просто не переживёт этого. Каждый раз, когда он заходит в клуб, судорожно оглядывается по сторонам, надеясь, что не увидит какого-нибудь голубоглазого брюнета, танцующего в центре зада. И не видит никого похожего ровно месяц. Ровно через месяц Антон стоит у барной стойки. Сегодня четверг, посетителей не так много, как по пятницам, но всё равно хватает — клуб то в центре города. И, о Боже, только не это. Он видит. Видит в центре танцпола плавно двигающегося брюнета, даже не смотрящего в его сторону. Шатен молится всем богам, в которых не верит, чтобы Арсений не заметил его. Но, кажется, чтобы молитвы были услышаны, нужно быть верующим. Попов замечает. Как кажется Антону, просто случайно пробегается взглядом по барной стойке, сначала даже не заострив внимание. Только через несколько секунд встаёт на месте и возвращается взглядом к Антону. Шаст смотрит исподлобья сквозь чёлку, так что Арсений точно никак не увидит, что был замечен. Брюнет отходит в сторону и только через пару минут решается пойти к стойке. Шатен берёт в руки стакан и начинает спокойными движениями увлечённо протирать его. Арсений садится на то же самое место, где сидел ровно месяц назад, и просто пилит бармена взглядом. Шастун держится. Ему сегодня никто из посетителей не жалуется и сейчас не подходит, чтобы заказать алкоголь, поэтому отвлечься совершенно не на что. Но он упорно держится. Не смотрит в сторону брюнета. Куда угодно, но только не на него. — Антон, это ты? — Арсений старается перекричать бьющую по ушам музыку. И Антон его слышит, но делает вид, что звук до него не дошёл. Брюнет пересаживается на пару стульев правее, теперь сидя прямо перед шатеном, — Антон? Парень всё-таки поднимает на него взгляд, ибо такое явное игнорирование выглядит, как ребячество. Антон не ребёнок, ему уже 22 года, он взрослый человек и не будет устраивать обиженные сцены. — Да, я Антон. Откуда вы знаете, как меня зовут? — ну, может и будет. — Ты серьёзно? — брюнет усмехается, но это звучит нервно. Шастун вдруг понимает, что всё ещё помнит все привычки Арсения и помнит манеру поведения вдоль и поперёк. Понятия не имеет, почему не забыл это всё, и это раздражает. — Да, вполне, — Антон не знает, что за идиотский спектакль он устраивает. Вроде в театральный поступил Арсений, а не он. И воспоминание о том, как они вместе хотели туда поступить, как эта идея провалилась и как старательно Арсений пытался отказаться от поездки, но Шаст уговорил сквозь боль, бьёт по голове, словно булыжник. Сердце вновь взрывается болью, которую шатен старательно игнорирует. — Может, выйдем поговорить? — предлагает неуверенно. Глаза метаются туда-сюда, а пальцы теребят край рукава — как ему не жарко в клубе в чёртовой толстовке — значит, нервничает. Антон помнит все его привычки и даже знает, что нужно сделать, чтобы брюнет сию секунду успокоился. И это ужасно нервирует. — Я на работе, — пожимает плечами только. Как ему кажется, он выглядит достаточно так, словно ему совершенно плевать на эту ситуацию и человека, сидящего перед ним. Парень искренне надеется, что так он и выглядит. — К тебе всё равно никто не подходит, — шатен только пожимает плечами, не сдвигаясь с места. Арсений вздыхает, насупившись. Антон видит — брюнет очень хочет поговорить. Только вот о чём? Всё, что было, уже прошло, нет смысла пытаться что-то изменить спустя столько времени. И плевать, что сердце разрывается от желания подойти и обнять, почувствовать то тепло, что когда-то давно согревало, посмотреть в эти голубые глаза и утонуть в них. Плевать, ведь когда-то давно эти голубые глаза растоптали это самое сердце. Арсений больше не пытается завести разговор. Ведь нет смысла спрашивать о том, как у Антона дела и как он провёл эти несколько лет. Это будет звучать слишком неуместно. Брюнет лишь смотрит взглядом побитой собаки, но Шастун старательно его игнорирует. Больно, слишком больно. Антон возвращается домой в ужаснейшем состоянии. Это уже второй раз, когда ему совершенно нет дела до красивого видов, мимо которых он проходит. Он глубоко в мыслях и смотрит себе под ноги. Это второй раз, потому что первый был ровно месяц назад. Сквозь пучину мыслей шатен улавливает громкие шаги за спиной. Кто-то очень быстро бежит за ним. Кажется, уже около минуты. Парень уже и забыл, что так быстро ходит. Обернувшись, Антон видит брюнета, что стремительно приближается к нему. Сердце уходит в пятки, ладони вмиг потеют, а желание сбежать растёт в геометрической прогрессии. Но он ведь не трус, не так ли? Не будет же он убегать от какого-то парня, который всего лишь однажды разбил ему сердце. — Почему ты так…быстро ходишь, — Арсений останавливается, положив руку на плечо шатена, и старается отдышаться. На месте прикосновения остаётся будто ожог. — Привык, — и звучит, кажется, обычно. Ничего такого в этом тоне нет. Но брюнет вздрагивает, или Антону показалось? Последний раз Шастун разговаривал с ним таким тоном очень давно, ещё до истории с этими отношениями. — Антон…давай поговорим, пожалуйста, — отдышавшись, брюнет выпрямляется, но руку с плеча не убирает. Поэтому Антон сам скидывается её с себя и отходит на шаг назад, сохраняя дистанцию. — О чём? — О том, что случилось, о наших отношениях, о… — Антон не даёт договорить, громко фыркнув. — Нам не о чем разговаривать, Арсений, — брюнета прошибает током. Антон слишком давно не называл его полное имя таким безэмоциональным тоном, — У меня с тобой нет никаких отношений уже очень давно. Что случилось, то случилось, изменить ты это никак не сможешь. — Почему не смогу? — былая уверенность пропадает. Арсений снова выглядит, как тот загнанный одиннадцатиклассник, которого Шастун защитит. Даже сейчас, смотря на него, появляется секундное желание обнять и спрятать от всех проблем и невзгод. Но нельзя. Не после того, что случилось. — Потому что. — Но должна же быть причина. — В этом уже нет никакого смысла. Да, мы встречались, но уже нет. Любовь давно прошла и ты ясно дал мне этого понять, — Антон вздыхает так, словно уже устал от этого диалога. — Но ведь ты даже ситуации не знаешь! — возмущённо. — Я и не хочу знать, понимаешь? Просто не хочу. — Но… — Прекрати. Это обычная школьная влюблённость, которая прошла уже давно. Мы оба повзрослели, пора бы тебе это понять, — решив поставить точку, Шастун разворачивается и быстрым шагом уходит. К счастью, брюнет не пытается его догнать. — Я не верю, что ты считаешь это обычной школьной любовью! — доносится за спиной громкий голос. Антону требуется много усилий, чтобы не развернуться. Он прав. Шастун не считает этой школьной любовью. И, кажется, он совсем не вырос из неё. Всё студенческое время парень был уверен, что забыл, переболел, что всё прошло. Но нет. Не прошло ничего. Ни боль, ни любовь. И он не знает, какое из этих чувств сильнее.

***

Попов оказывается очень настырным. Несколько раз в неделю Антон идёт на смену, а у бара неизменно сидит Арсений. Он встаёт, как только шатен подходит ближе, но последний просто проходит мимо. Когда смена заканчивается, Шаст выходит из бара и вновь встречается с голубыми глазами. Зрительный контакт не длится и секунды. Шатен вновь проходит мимо, не обращая на парня никакого внимания. И это происходит каждый раз, каждую неделю уже месяц. Вы бы знали, как Антона это раздражает. Потому что сердце сжимается каждый раз, когда он проходит мимо печального взгляда. Походы на работу превращаются в каторгу. Он не может спокойно стоять за барной стойкой, зная, что в любой момент к нему может подойти Арсений. Он даже курить выходить не через обычный вход, а через чёрный, чтобы случайно не наткнуться на него. Антон не знает, сидит ли Попов у входа всю смену или приходит во время начала и конца, но проверять не рискует. А ещё он снова пьёт. Пару раз в неделю перед работой заходит в магазин и покупает несколько бутылок коньяка. Пьёт, чтобы забыться. Черныш вновь напоминает брюнета, который также смотрел своими невозможными глазами и ластился, требуя ласки. Его квартира вновь в идеальной чистоте, он начал читать книги, как делал в универе с учебниками, а в голове вновь бардак. Он понимает, что Арсений не отстанет, но что с этим делает, представления не имеет. Им нет смысла о чём-то разговаривать. Шатен всё для себя понял ещё на первом курсе спустя месяц, как Арсений не появлялся на связи. Какой смысл сейчас что-то обсуждать? Парень не выдерживает, когда подходит к концу второй месяц. Смена заканчивается, Антон выходит из клуба. Как обычно, со скамейки тут же вскакивает Арсений, надеясь, что в этот раз к нему подойдут и поговорят с ним. Шастун не подходит. Он смотрит в глаза пару секунд, не останавливая шаг, а потом кивает головой, призывая идти за ним. Брюнет сразу оказывается рядом, ожидая, что же скажет Антон. — Что тебе от меня нужно, Попов? О чём ты хочешь поговорить? — обоим становится неуютно от такого обращения, но Антон вида не показывает, всё также идёт быстрым шагом, невозмутимо смотря вперёд. — Как у тебя дела? — господи, серьёзно? Это то, что ты хочешь спросить? — Серьёзно? — шатен даже поворачивает голову в его сторону, рассматривая напускное спокойствие в голубых глазах. Но быстро отворачивается, не желая поддерживать зрительный контакт ещё дольше, — Дела прекрасно. Ещё идиотские вопросы будут? — Почему ты переехал именно в Питер? — Поверь, точно не из-за тебя, — шатен усмехается, поворачивая голову на разведённые мосты. — Можно я объяснюсь? — Нет, — сказал, как отрезал, — Кажется, я уже говорил, что смысла в этом не вижу. — Но ведь ты можешь перестать так относиться ко мне, если узнаешь причину. — Арсений, я не хочу её знать, ты понимаешь это или нет? — А как мне тогда наладить отношения с тобой? — А тебя кто-то просит об этом? Точно не я, мне это нахрен не сдалось, поверь, — и смотрит так, что хочется сквозь землю провалиться. Это не он. Не тот Антон, в которого Арсений влюбился, который спас его и помог осуществить мечту. Совсем не он. — Но я всё ещё люблю тебя, — говорит очень тихо. Почему-то кажется, что, если он это скажет, то сразу получит ногой в живот за такое. Но этого не происходит. Антон, кажется, вообще никак не реагирует на эту фразу. Но нет, Арсений видит — напрягся. Слишком хорошо выучил его. — Мне жаль это слышать. — Прошу, остановись, — Арсений хватает его за плечо крепко, заставляя остановиться. На месте касания вновь возникает фантомный ожог. Шастун обречённо понимает, что будет ощущать его не меньше, чем несколько дней. В прошлый раз было именно так, — Я не поверю, что тебе плевать. Это не так, я готов поклясться об этом. Пожалуйста… Антон, — взгляд вновь щенячий, сердце от него щемит, но отвернуться не получается. Что-то внутри заставляет смотреть и смотреть, не отрываясь, — я знаю, что поступил, как последняя мразь. Но, пожалуйста, дай мне всё исправить. Я знаю, что ты тоже ещё чувствуешь что-то ко мне, даже не думай это отрицать. Шатен с минуту рассматривает человека перед собой, решая в голове, кажется, вопрос жизни и смерти. Он помнит, как однажды влюбился в брюнета и был на седьмом небе от счастья, но получил вот такое вот предательство. Возможно, причина действительно была веская — хотя какая для этого может быть причина — но образ предателя уже устоялся в его голове и изменить это будет крайне сложно. Поэтому смысла в оправданиях он не видит. А решать что-то нужно, ведь Арсений стоит в ожидании, разглядывая тёмно-болотного цвета глаза. А ведь раньше они светились, словно изумруды. Конечно, он может просто стряхнуть с плеча руку и уйти по-английски, но не может. Что-то внутри словно заставляет его стоять на месте, не давая даже отвернуться от этих умоляющих голубых глаз. — Удачи, — больше он говорить ничего не хочет. Всё же стряхивает с себя руку, так приятно, но вместе с этим омерзительно лежащую на его плече, и быстрым шагом уходит, исчезая за углом дома. Если Попов так хочет наладить с ним отношения, то ему только и можно пожелать удачи. Придя домой, шатен наспех снимает обувь и верхнюю одежду и идёт на кухню. Ему чертовски хочется выпить. И покурить, да. Поэтому он сидит на кухонном подоконнике с тлеющей сигаретой в одной руке и полупустой бутылкой коньяка в другой. Чувствует себя совершенно опустошённым. — Я ведь спокойно жил, зачем ты вернулся, зачем пытаешься что-то вернуть, — он разговаривает сам с собой, но обращается к брюнету. Кажется, совсем скоро он сойдёт с ума, — Неужели тебе не хватило, ты решил добить меня окончательно? Почему ты такая мразь, Попов. Парень делает пару больших глотков и чуть морщится от крепкого алкоголя, сразу добавляя к этому глубокую затяжку. С другой стороны, буквально час назад он сам дал зелёный свет этому идиоту, пожелав удачи. Он уверен, Арсений правильно его понял, а значит, теперь точно не отвяжется. Но что Антону с этим делать? У него работа, ему нельзя уходить в запой, нельзя из-за нервов срываться на посетителей. А он может. Он мальчик эмоциональный, особенно в таких случаях. Ещё на первом курсе он срывался на друзей, когда те пытались как-то его растормошить. Те, конечно, не обижались, ибо понимали его состояние, но шатену до сих пор стыдно за своё поведение. А если он так будет срываться на ничем не провинившихся посетителей, его уволят через пару дней. На часах 7 утра, вечером ему вновь идти в клуб. Антон, покачиваясь, идёт в спальню, валится на кровать и закрывает глаза. Надеется, что за 12 часов сможет проспаться. А ещё молится всем богам (ты ещё не понял, что тебе это не помогает?), чтобы Попов хотя бы в этот раз не объявился. Хотя, теперь такое вряд ли возможно.

***

И Арсений пришёл. Только в этот раз он не сидел у входа и не вскакивал со скамейки, а был внутри. Вновь танцевал в самом центре, чтобы убить время. Шастун сегодня специально пришёл во всём чёрном, понадеявшись, что останется незамеченным. Как можно не заметить двухметрового бармена, в одиночестве стоящего у барной стойки? Брюнет заметил его ровно через 21 минуту после начала смены и сразу пошёл к стойке. Антон увидел его сразу, как только зашёл в помещение, поэтому всё это время морально готовился к предстоящему диалогу. А диалог будет, он уверен. — Привет, — Арсений опирается на стойку и говорит громко, чтобы быть услышанным. Антон только кивает в ответ, — Как настроение? — Прекрасно, — ладно, Шастун вообще не представлял, как будет выглядеть «налаживание отношений». Если брюнет и дальше продолжит задавать эти идиотские вопросы, ответы на которые никому не интересны, то вряд ли у него хоть что-то получится. Шатен видит, что тот немного расстроился, хоть и быстро спрятал эту эмоцию. Наверняка ждал, что он задаст ответный вопрос. Наивный чукотский мальчик, тебе об этом остаётся только мечтать. — Как день прошёл? — не сдаётся брюнет, выглядя при этом уверенно. Господи, ты пытаешься склеить пятнадцатилетку, Арсений? — Отлично. — Чем занимался? — нет, ну ты прямо мистер оригинальность. — Спал, — исчерпывающий ответ, однако. Брюнет замолкает на время. По лицу видно, как в голове крутятся шестерёнки. Он судорожно пытается придумать, о чём ещё поговорить. Кажется, он думал, что всё будет не так сложно. Нет, а чего он хотел от человека, которого привязал и влюбил в себя по самое не хочу, а потом просто стал игнорировать, находясь при этом за много километров от него. — Не хочешь пойти потанцевать? — Ничего поумнее не придумал, да? Я на работе, идиот, — раздражённо выдаёт и берёт в руки стакан, начиная протирать. Нужно чем-то занять руки, он слишком нервничает в обществе этого голубоглазого придурка. К стойке подходит какая-то девушка и просит налить чего покрепче. О да, это победа. Когда девушка делает такой заказ, это означает только одно — сейчас будет душераздирающий рассказ про какого-нибудь козла или овцу. Антон ярко улыбается, перемещая всё своё внимание только на эту девушку. Краем глаза замечает растерянное лицо брюнета, про которого слишком быстро забыли. Мысленно парень уже танцует победный танец, видя кислую мину на лице этого самодовольного ублюдка. Нервы начинают отступать, ибо он полностью забывает про Арсения, утопая в рассказе русоволосой невысокой девушки. Она рассказывает, что её муж уехал в командировку неделю назад и уже второй день не берёт трубку. — Я уже не знаю, что мне делать. А вдруг он нашёл себе кого-то, понимаете? Я же не смогу без него, я так его люблю, — девушка берёт стопку и разом выпивает, запрокинув голову. Шатен краем глаза видит, что брюнет пересел на место поближе и тоже слушает историю. Нужно же себя чем-то занять, а далеко от Антона он явно отходить не желает, — У нас же всё было хорошо, мы даже планировали ребёнка, — на её глазах выступают слёзы и шатену её крайне жаль. Что-то ему напоминает эта ситуация, — А сейчас он… агрх, — она берёт вторую стопку и выпивает, после жмуря глаза, — Вы понимаете, мы же вместе со школы. Поженились через год после выпуска. Он мне в любви клялся, перед алтарём такие речи говорил, а сейчас что? Он точно себе кого-то нашёл. Девушка ставит локти на стол и кладёт руки на голову, редко всхлипывая. Шастун поворачивает голову к Арсению, на что тот моментально реагирует. Поворачивает голову и смотрит точно в зелёные глаза, которые сейчас смотрят слишком красноречиво. Антон понял, что её история ему напоминает. Точнее, кого. И, судя по тому, как брюнет напрягся, а взгляд стал виноватым, он тоже всё прекрасно понял. Не желая более сохранять зрительный контакт, Антон вновь обращает своё внимание на девушку, сидящую в том же положении. Только на одну стопку стало меньше. — Ну что же вы, не стоит так расстраиваться. Я и сам был в похожей ситуации, уж поверьте, — та поднимает голову и смотрит с лёгким интересом. Из глаз текут одинокие слёзы, окрашенные в цвет туши, — Возможно, у него что-то случилось с телефоном или пропала связь, бывает ведь всякое. Надолго он уехал? — На две недели, — отвечает, шмыгнув носом. — Я думаю, стоит дождаться его возвращения. Если вы так давно женаты и любите друг друга, и даже задумывались над ребёнком, мне кажется, он не стал бы так просто изменять вам. В наше время, конечно, разное бывает, но такую очаровательную девушку я бы не стал обманывать. — Спасибо, — она улыбается уголками губ, смутившись комплимента, опускает взгляд. А Антон прерывисто выдыхает, осознавая, что несколько лет назад успокаивал себя точно такими же словами. — Да ты мастер утешений, — комментирует Арсений, когда девушка уходит. Антон строго смотрит на него, заставляя весёлую улыбку покинуть это самодовольное личико. — Знаю, на себе испробовал, — брюнет гулко сглатывает. Он понял, о чём говорит Шастун. Попов опускает взгляд на руки, начав перебирать ими. Нервничает. Конечно, как в такой ситуации не нервничать. Сейчас у него в голове появляется примерное понимание, до чего он тогда довёл Антона. Шастун молча ставит стакан, ранее удерживаемый в руках, на полку под стойкой, и так же молча уходит в туалет для сотрудников. Руки немного потряхивает, так что он решает умыться. Смыть с себя воспоминания, навеянные ничего не подозревающей девушкой. Он так хочет забыть всё то, что было. Забыть своё счастье, обретённое лишь на время, и забыть алкогольную депрессию. Вот только такое из памяти выгнать не удаётся никаким алкоголем и даже наркотой. Он пробовал — не получилось, только здоровье подпортил. Умывшись, парень опирается руками на раковину и смотрит в зеркало. Под глазами вновь начали появляться мешки из-за алкоголя. В точности, как тогда. Шатен трясёт головой, стараясь выбросить эти воспоминания хотя бы на время и, нисколько не успокоившись, возвращается обратно. На его удивление, брюнета у стойки не оказывается. Даже в центре танцпола его нет. Значит, пошёл домой. — Понял, что натворил, и по-тихому съебался. Попов, ты удивительная мразь, — бормочет Антон под нос, усмехаясь. Этот человек не перестаёт его удивлять и парень не знает, радоваться этому или плакать. Закрыв смену, шатен выходит из клуба и, к своему счастью, у входа брюнета тоже не оказывается. Что ж, это первый раз за столь продолжительное время, когда он сможет спокойно дойти до дома.

***

+79*********: Скажи свой адрес. Антон потягивается в кровати, слыша звук уведомления. Голова отзывается резкой болью от неожиданного громкого звука. Этой ночью была не его смена, поэтому он просидел несколько часов на кухне в компании бутылки коньяка и пачки Винстона. Взяв устройство, парень вглядывается в текст сообщения и поднимает брови в удивлении. Вы: С какого перепугу я должен говорить чужому человеку свой адрес? +79*********: Это Арсений. А, ну тогда понятно. Если честно, он не особо то и удивлён. Вы: Так вопрос от этого не меняется. Шатен ухмыляется, зная, как брюнетом воспримется слово «чужому». +79*********: Ладно. Можешь подойти к кафе у клуба? Вы: Зачем мне это делать? У меня выходной, я имею право выспаться и отдохнуть. Он даже удивляется слегка тому, какое длинное сообщение отправил. С Арсением он уже привык общаться односложными ответами. +79*********: Спи, сколько хочешь, но приди сегодня. +79*********: Пожалуйста. Антон на это ничего не отвечает. Убирает телефон обратно на тумбочку и закрывает глаза. Головная боль только начинает затихать, как раздаётся рингтон. — Да ты издеваешься, — но, посмотрев на номер, Антон видит совсем не Арсения. — Привет, разбудил? — Дима говорит довольно бодро. Конечно, у всех нормальных людей уже обед закончился, а Антон только проснулся. — Да нет, я проснулся уже, — голос звучит хрипло, так что парень прокашливается и всё же встаёт с кровати. Нужно выпить таблетку от головы и приготовить что-то поесть. — Ну как там у тебя дела? Как Питер? — Мне здесь нравится. Город красивый, атмосфера такая спокойная. — Да, я когда туда ещё ребёнком ездил, мне тоже понравилось. — Ещё Попов объявился, — он выдаёт это слишком неожиданно даже для себя. Повисает молчание. Дима пытается осознать только что произнесённые слова и понять, как реагировать, — Я ж барменом работать устроился в центре города. Ну клуб этот популярный, так что он тоже решил сходить туда. — И…как? — спрашивает опасливо. — Узнал меня, пытался как-то поговорить. Я его посылал нахуй, конечно, но он ублюдок настырный. Хотел объясниться, но я его всё равно послал. Мне ж нахуй эти объяснения не нужны давно. Вот пару минут назад буквально написал. Попросил прийти в кафе у клуба. — Ты пойдёшь? — Я не знаю, — шатен вздыхает и протирает лицо рукой, стараясь стереть сонливость, — У меня сегодня выходной, хотел отдохнуть, но, видимо, нихера подобного. — Так ты ведь можешь отказаться, — и в самом деле, Антону ничего не мешает просто не прийти. Он ничего Арсению не должен и обещание не давал, что придёт. — Могу, но…блять, со мной какая-то хрень творится. — В смысле? — Я вот на него смотрю, вроде хочется плюнуть и уйти молча. Я ж такой пиздец словил тогда, а он и знать не знает, даже не спрашивает об этом ничего. А с другой стороны, вот мне что-то не даёт так сделать. Я ему пожелал удачи, когда он просил наладить отношения. И я тогда тоже мог просто молча уйти, но вот что-то не давало так сделать. Как будто я должен дать ему шанс. — Шаст, а ты…ну, — друг мнётся, не зная, какие слова подобрать, — может ты всё ещё любишь его? — Дим, ты совсем? Я из-за него тогда чуть не превратился в алкаша и не угробил свою жизнь к чертям собачьим, если бы не вы. Какие, нахуй, чувства у меня к нему могли остаться? — Тох, спокойно, я не утверждаю. Я полностью согласен с тем, что он мразь и поступит бесчеловечно, — шатен беззвучно усмехается, понимая, что «бесчеловечно» не описывает этот поступок даже наполовину, — Просто поразмышляй над моими словами, хорошо? — Мгм. Они ещё пару минут разговаривают на отвлечённые темы. Антон спрашивает, как они там живут без него, и обещает, что как-нибудь приедет. Прошло всего ничего, а он уже соскучился по любимым друзьям. Идея кажется крайне хорошей. В другом городе Арсений его точно не достанет. Осталось только выпросить отпуск на работе. Пока что решение, идти в кафе или нет, он откладывает. Нужно сходить в душ и приготовить завтрак, поскольку в желудке киты бьют тревогу, решив, что парень решил заморить себя голодом. На улице уже начинает темнеть, когда Антон вновь берёт в руки телефон. Он уже успел сходить в магазин и приготовить себе поесть, только что помыл посуду. Решив почистить вкладки в телефоне, парень натыкается на диалог с Арсением. Он уже успел забыть об этом. Вздохнув, он открывает переписку и перечитывает сообщения. Решая, идти ему или спокойно отсидеться дома в законный выходной, он обращается к внутреннему голосу. К великому сожалению, тот упрашивает пойти на встречу. Честно, шатен не понимает, почему его внутреннее «я» так благосклонно относится к тому, кто его чуть не убил. Всплывает утренний диалог с Димой и его слова о том, что, возможно, парень всё ещё к брюнету не остыл. И Антону совсем не хочется в это верить, но все признаки указывают именно на такой расклад. Единственное, что противоречит этому — неприязнь, которая даже не напускная. Ему неприятны прикосновения, взгляды, неприятен и голос брюнета. Но вместе с этим, это всё ему нравится, как нравилось и тогда. Эти противоречия заставляют запутаться в самом себе, вследствие чего шатен идёт в магазин за коньяком после каждой встречи. Такими темпами он вряд ли доживёт до 30. Парень неторопливо одевается, втыкает в уши наушники и выходит из квартиры. Идёт спокойным шагом, что ему совершенно несвойственно, потому что хочет как можно дальше оттянуть эту встречу. Как назло, в рекомендациях появляется та самая песня Лазарева, которую Шастун узнаёт с первых нот. Сразу переключает композицию, стараясь не обращать внимание на неприятные мурашки, пробежавшиеся по спине. Он подходит к заведению, как ему кажется, слишком быстро. Морально он ещё не подготовился к этой встрече, поэтому решает отойти в сторону и выкурить сигаретку. Он совсем не знает, что от брюнета ожидать. Тот не сказал, о чём хочет поговорить и зачем вообще позвал его сюда. От незнания того, что его ждёт, слишком некомфортно. Но делать нечего, он уже пришёл и, если Арсений сейчас сидит в кафе, то, скорее всего, он уже заметил Антона. Выбросив окурок в урну, он заходит внутрь. За всё это время парень ни разу не заходил сюда, хоть и проходил мимо очень часто, когда шёл на работу и возвращался домой. Помещение встречает его теплом, согревая после ноябрьского мороза. Обстановка уютная: стены покрыты бежевой краской, но не выглядят, как больничные; вся мебель выполнена в пастельных тонах, больше всего в зелёных и голубых. Какая ирония. Оглянувшись, шатен сразу замечает чёрную макушку. Попов сел в самом углу у окна, так что точно видел его, но ко входу сел спиной. Дал возможность обдумать всё и уйти в самый последний момент. Как благородно, блять. Но Антон уже пришёл и, несмотря на то, что морально всё равно не готов, возвращаться домой не собирается. Он вышел из дома в такой холод в свой выходной и, если вернётся, то, значит, проделал этот путь зря. Парень проходит к столику и садится напротив. Куртку не снимает, тем самым показывая, что надолго задерживаться не собирается. — Ты пришёл, — произносит тихо Арсений и улыбается краешками губ, — Я всё это время тебя ждал. — Мне очень жаль, что у тебя нет более интересных занятий, — грубо выдаёт Антон. Складывает руки на груди и откидывается на спинку диванчика. Куртка шуршит, что так негармонично звучит на фоне домашнего уюта в кафе, — Зачем ты меня позвал? — Я…Антон, — брюнет прерывисто выдыхает, начав теребить рукав свитера, и опускает глаза, — прости меня, — шатен изгибает бровь, слегка удивляясь, — Я не могу объяснить, что тогда произошло, потому что ты сам этого не хочешь, но…я могу попросить прощения. Я тебя не бросал и даже не планировал, я… — он поднимает голову, смотря теперь чётко в хвойные глаза напротив, — всё произошло случайно. — Ты про наш с тобой союз? — саркастично выдаёт шатен, насмешливо ухмыльнувшись. Брюнет хмурится и мотает головой в разные стороны. — Нет, совсем нет. Это было лучшее время в моей жизни и я совсем не хотел, чтобы оно заканчивалось. Так решили за меня, — Антон хмурится в непонимании, но одёргивает себя, чтобы не задать вопрос. Сам говорил, что не хочет слушать объяснения, — Я совсем не знаю, что с тобой происходило всё то время и даже примерно не представляю, но я понимаю, что ты чувствовал себя ужасно. — Да ты что, — нервы берут своё, поэтому отказаться от саркастичных комментариев не выходит. Попов вздыхает, но ничего против не говорит. Понимает, что заслужил. — Мне правда очень жаль, что тебе пришлось такое пережить из-за меня. Но я не хотел этого, понимаешь? — бровки домиком, а взгляд вновь щенячий. Антона пробирает крупная дрожь, когда он это видит. Слишком много болезненных воспоминаний, — Ты можешь хоть всю жизнь срываться на мне и отпускать саркастичные комментарии, можешь даже бить. Я привык, ты помнишь это. Но, пожалуйста, прости меня и дай всё исправить. Я люблю тебя и любил всё это время, я не могу так просто отпустить тебя, понимаешь? Не могу. Антон усмехается и отводит взгляд, но быстро возвращает его обратно, а улыбка стирается с его лица. Если бы ты знал, как мне тяжело тебя отпустить. — Не проси прощения, я ведь не злюсь на тебя, — брюнет хмурится, а Антон сидит с совершенно спокойным выражением лица. Естественно, это спокойствие напускное, — Я просто никак понять не могу, откуда в тебе рвение так по-скотски поступать с близкими людьми? — Я же сказал, что не хотел этого. Это было не моё решение. У меня просто не было возможности связаться с тобой, понимаешь? — Но сейчас же ты где-то нашёл мой номер и написал мне. Да и в нашу первую встречу в клубе я как-то не заметил вселенской печали на твоём лице. — Антон… — Нет, замолчи, Попов. Теперь моя очередь говорить, — шатен складывает руки на столе, теперь находясь ближе, и выглядит угрожающе, — Ты уехал за хуеву тучу километров. Да, это моё решение, я тебя заставлял. Но ты ни разу за всё то время не приехал в родной город, хотя у тебя были деньги. Ты получал повышенную стипендию и сам мне об этом рассказывал. Я молчу про подработку, за которую тебе тоже платили не гроши. Резко оборвал связь, при этом зная, что у меня нет денег на поездку сюда. И мне плевать, чьё это было решение. Сомневаюсь, что тебя держали в заложниках и не давали выйти из дома. А сейчас я, спустя два чёртовых года приезжаю сюда, переживший огромную кучу дерьма, в которую меня загнал именно ты, — он выставляет указательный палец вперёд, смотря в огромной ненавистью в потемневших глазах, — а вытаскивали друзья. Я приезжаю, устраиваюсь на работу и спокойно живу, а тут появляешься ты. Опять ты. Радостно танцуешь в центре клуба с улыбкой на губах, а, заметив меня, сразу прибегаешь. В ту встречу я не увидел ни единого признака того, что ты тут метаешься и думаешь, как со мной связаться. Господи, ты додумался спросить, не виделись ли мы когда-то. Серьёзно, Попов? И сейчас ты мне говоришь, что всё ещё любишь меня и хочешь наладить отношения? Ты с дуба рухнул, идиот? Под конец своей речи парень повышает тон, обращая на себя внимание нескольких посетителей. Арсений сидит, вжавшись в спинку диванчика, и смотрит со страхом. В момент у него даже появляется чёткое ощущение, что сейчас Антон с размаху ударит его в челюсть, настолько зло он на него смотрит. В один миг шатен встаёт на ноги и быстрыми шагами выходит из кафе. Настроение настолько ужасное, что он уверен — как придёт домой, точно напьётся. Брюнет тут же вскакивает с места и, забыв про куртку, выбегает следом на парнем. Догоняет только через несколько метров от входа и врезается в спину. Обнимает руками крепко, не давая отстраниться и пойти дальше. — Пожалуйста, Антон, прости меня…прошу… Антон, мне так жаль, я…пожалуйста, — из глаз ручьём текут слёзы, но он даже не улавливает момент начала истерики. Всё, о чём он сейчас думает — не дать Антону уйти. — Отпусти меня, блять! — парень брыкается, но тот обхватывает только крепче, щекой прижавшись к спине. — Антон, я сделаю всё, что ты захочешь, пожалуйста…не уходи, — Арсений срывается на громкий плач, проглатывает некоторые слова, но говорить не перестаёт. Шастун постепенно выдыхается и всё меньше сопротивляется. Когда попытки вырваться прекращаются, Арсений просто рыдает, обнимая парня. — За что мне всё это? — шатен спрашивает это шёпотом, подняв голову к небу. Сейчас он стоит и пытается решить, что ему делать. Хочешься просто отпихнуть брюнета и сбежать домой, где он будет упиваться алкоголем и сигаретами, залечивая душевные раны, которые сегодня разодрал в кровь. Но сердце разрывается от звука, исходящего от Арсения. Антон всегда ненавидел его слёзы. Был готов убить любого, кто довёл его парня до такого. В эту секунду Антон обречённо понимает — чувства не ушли даже наполовину. — Прекрати, — ледяным голосом приказывает Антон. Плач становится всё тише, превращаясь в редкие всхлипы, — Отпусти меня, — вновь приказ, но брюнет не слушается, — Отпусти, идиот, — он прикрикивает и резко дёргается. Арсений от неожиданности расцепляет руки, позволяя Антону отойти на метр. Он смотрит заплаканными глазами, в которых читаются мольбы остаться и не бросать его. Точно так же он смотрел, когда Антон говорил, что Арсений обязан поехать в Питер, — Иди за курткой. — Что? — брюнет складывает бровки домиком, не понимая, послышалось ему или нет. — Иди, пока я не передумал, — более грубо проговаривает шатен. Арсений часто-часто кивает и срывает с место, бегом возвращаясь в кафе. Пока тот впопыхах забирал свою куртку, Антон думал, правильно ли он поступает. Сердце кричало, что да, но разум говорил совсем иное. Шастун просто надеется, что не ошибся, приняв такое решение. Он уверен, что второго раза не выдержит. Когда Арсений выбегает из кафе, на ходу надевая куртку, Антон молча разворачивается и начинает идти. Даже старается немного замедлить шаг, чтобы тому было комфортнее. Антон, ты сошёл с ума, поздравляю. — Куда мы идём? — интересуется брюнет через пару минут. Он уже почти успокоился, только носом шмыгает иногда, раздражая шатена. — Ко мне домой. — Зачем? — Ты можешь развернуться и уйти, если тебя что-то не устраивает, — парень кидает на него грозный взгляд и Арсений замолкает, опустив голову. Он снова напоминает того загнанного подростка, который всегда вёл себя тихо и прятался за Антона, ища в нём поддержку. Сердце щемит. Шастун сегодня точно напьётся. Он не понимает, зачем ведёт Арсения к себе домой. Он может просто встретиться с ним завтра, ибо разговоров на сегодня ему хватило, но почему-то не делает этого. Они уже почти подошли к его дому. Брюнет всю дорогу молчал после того выпада Шастуна, даже глаза на него не поднимал. Он уверен, что брюнет улыбается, осознавая, что Антон повёл его к себе домой. Вот только самому шатену сейчас совсем не радостно. Арсений первым проходит в квартиру по настоянию шатена. Когда первый снимает куртку, сердце Антона делает кульбит и уходит в пятки. Он слишком правильно выглядит в его квартире. Так, будто здесь его место и было всегда. Прямо, как несколько лет назад. — Ты переодеваешься и идёшь спать в гостевой спальне. Прямо и направо. А завтра мы поговорим, — даёт команду Шастун и проходит в свою спальню. Когда выходит, Арсений в коридоре уже нет. Тот пришёл туда, куда ему велели, и судорожно пытался понять, где взять одежду. Но вопрос решился, когда Антон положил свои штаны и футболку на край кровати. — А почему ты привёл меня сегодня, если говорить мы будем завтра? — он спрашивает это с таким любопытным лицом, что становится полностью похож на ребёнка. Если так подумать, со школьных времён он внешне нисколько не изменился. — Чтобы ты не съебался снова, — грубо отвечает шатен и выходит из комнаты, плотно закрыв за собой дверь. На самом деле, это правдивая причина. Он понял это, когда они заходили в лифт. От таких частых встреч с этим человеком воспоминания ударяют в голову всё чаще и чаще, принося будто физическую боль. Парень просто устал это чувствовать. Сердце разбивается на множество осколков каждый раз, когда он грубит Арсению и просит его отвязаться. Но разум старается успокоить, говоря, что так правильно, так и должно быть. Но эффекта успокоения нет от слова совсем. Сначала работало — сейчас уже нет. Он смотрит на брюнета и хочется просто отпустить себя. Довериться сердцу и перестать отказывать этому парню, вновь позволить чувствам раскрыться. Но он просто не сможет закрыть глаза на всю ту боль, которую испытал. Как бы ни хотелось, у него не получается. Парень не знает, как и, главное, о чём он будет завтра разговаривать с Арсением, но он устал сопротивляться. Спустя полчаса шатен заходит на кухню и достаёт из холодильника ещё не открытую бутылку коньяка. Последнюю, к слову. Идёт в коридор и берёт из куртки сигареты. Как только он устраивается на излюбленном подоконнике, из телефона, лежащего на столе в паре метров от него, раздаётся рингтон. Вздохнув, Антон слезает, берёт устройство в руки и садится обратно. — Привет, — это снова Дима. Не стоит долго гадать, чтобы понять, зачем он звонит, — Ну как? — Я сходил. — Как всё прошло? — Я ещё не понял, — слышится звук зажигалки, а потом молчание длиной в несколько секунд — первая затяжка, всегда самая приятная, — Но сейчас он в моей квартире. — Не понял, — голос друга в секунду начинает хрипеть, так что ему приходится прокашливаться, — Вы потрахаться успели уже, что-ли? — Конечно, блять. Все два года только и думал, как бы ему присунуть, — он говорит это слишком громко, не задумавшись, что даже не закрыл дверь на кухню, а значит, в гостевой спальне его точно услышали. Конечно, эта фраза не скрывается от Попова, который как раз выходил из комнаты, чтобы дойти до туалета. Брюнет шокировано поднимает брови, боясь даже подумать, о ком может идти речь, и на цыпочках подходит к кухне. Встаёт за углом, чтобы его не было видно. — Я его привёл сюда, чтобы мы завтра поговорили, — он делает очередную затяжку и, зажав сигарету в зубах, а телефон между ухом и плечом, открывает бутылку, сразу делая несколько глотков. — Так, подожди. Если ты собираешься поговорить с ним завтра, нахрена ты его сегодня то привёл? — Дима, кажется, совсем не понимает, что происходит. Я тоже не понимаю, Дим, я тоже. — Я вроде понял причину, но не знаю, верная ли она, — шатен ставит звонок на громкую связь и кладёт телефон на подоконник. Убавляет громкость, надеясь, что в гостевой спальне не будет слышно. Скорее всего, брюнет сидит в телефоне или спит. Тем временем Попов опасливо выглядывает из-за угла, видя, как парень вновь присасывается к бутылке коньяка, а в руке тлеет сигарета. Он выпучивает глаза от увиденного, но вовремя убирает голову из прохода, когда Антон ставит бутылку на подоконник. — Ты там пьёшь опять? — Забей. Короче, помнишь, ты сегодня просил поразмышлять о том, что я всё ещё к нему могу что-то чувствовать, — Антон даже понижает голос, чтоб уж наверняка. — Помню, конечно. — Кажется, ты был прав, — шатен обречённо вздыхает и делает новую затяжку, обращая внимание на то, что сигарета почти истлела, — Я ему в кафе всё высказал и уже почти ушёл, но этот баран догнал меня в нескольких метрах от входа и не дал уйти. Он стоит, обнимает и ревёт, просит, чтобы я его простил и не уходил. Ну я не выдержал. Вспомнил даже, как ещё в школе был готов любого убить, кто его до слёз доведёт. — Помню такое, да, — друг, судя по звуку, улыбается, но улыбка эта грустная. — Ну вот я и привёл его сюда после этого. Прошло так мало времени, а я уже устал. Я вроде и понимаю, что его нужно слать куда подальше после такого, но не могу и всё тут. — Потому что ты его всё ещё любишь, — тихо отвечает Позов, вздохнув в унисон с парнем. Тот выбрасывает окурок в пепельницу. Брюнет стоит за углом и улыбается. Он услышал от самого Антона, что тот всё ещё любит его. Пусть он и не сказал это ему лично, но сути это не меняет. Это значит, что у него есть шансы, чтобы всё вернуть. Радость омрачает звук зажигалки, который он слышит с кухни. Ещё раз осторожно выглянув, он видит, как Антон затягивается уже новой сигаретой, а потом запивает это коньяком. Сердце кровью обливается от вида того, что его любимый Антон так стремительно гробит своё здоровье. Становится ещё хуже, когда брюнет понимает, что это из-за него. — О чём завтра будешь с ним разговаривать? — Я не знаю. Наверное, стоит обсудить, в каких мы сейчас взаимоотношениях и что вообще будет происходить дальше. Хотя я и сам не знаю ответы на эти вопросы. — Ну вот вместе с ним и узнаете. — Мгм, — шатен вновь затягивается. Брюнет решает больше не подслушивать, итак уже достаточно узнал. Также тихо идёт обратно в комнату, забыв, зачем вообще выходил. Ему радостно от того, что Антон действительно всё ещё любит его. Но сейчас нужно понять, что ему делать, чтобы парень смог простить его. Он таких дров наломал, что сделать это будет явно непросто.

***

Брюнет просыпается в совершенно незнакомой комнате. Воспоминания о вчерашнем вечере вернулись только через несколько минут после пробуждения, в течение которых парень судорожно пытался понять, где находится и кто его похитил. Понимает, в чьей квартире ночевал, когда наконец понимает, что за запах витает в этой комнате. Запах Антона. Арсений очень давно не чувствовал этого запаха, до вчерашнего вечера. Бывало, идёт по питерским улицам или просто сидит в своей квартире, как вдруг на пару секунд появляется этот аромат. Запах дома. Именно так парень обозначал его всегда, и до, и после переезда в Петербург. Брюнет потягивается на кровати, выгибаясь дугой, и садится на самый край, опустив ноги на пол. На удивление, он не чувствует холодного пола, как это было всегда — пол здесь с подогревом. Когда опускает глаза, видит, что на нём чужая одежда. И она тоже пахнет Антоном, хотя за ночь должна была пропитаться запахом самого Арсения. Парень встаёт с кровати и подходит к двери, осторожно приоткрывает её. В голове проскальзывает мысль, что ему тоже нужно было сделать пол с подогревом. Слишком приятно идти по квартире с самого утра и не чувствовать холодного, словно лёд на катке в центре города, пола. В квартире стоит тишина, прерываемая тихим посапыванием из комнаты с закрытой дверью. Несложно догадаться — там спит Шастун. Как только брюнет подходит ближе к двери, в нос ударяет едкий запах перегара. Он вспоминает, как вчера вечером, подглядывая за Антоном, увидел, как тот хлещет янтарную жидкость прямо из горла бутылки, закуривая сигаретой. Зайдя на кухню, Арсений морщится от прокуренного воздуха. Антону было так сложно открыть окно на проветривание? Прищурившись, ибо глаза жжёт, брюнет подходит к окну и полностью открывает, сразу ёжась от холодного воздуха. На подоконнике он не замечает ни бутылки коньяка, ни пачки сигарет, только полная пепельница. Парень вытягивает руку со стеклянной пепельницей за пределы квартиры и переворачивает, наблюдая, как окурки быстро падают вниз, а пепел кружится в воздухе, подхваченный слабым ветром. Окно всё же закрывает, а затем открывает обратно, но на режим проветривания. Он не хочет заболеть здесь, да и Антон тоже простудится, а этого Арсению не хочется ещё больше. Решив надолго не задерживаться в прокуренной кухне, брюнет выходит в коридор, а оттуда попадает в зал. Главная комната у Антона обставлена максимально минималистично: небольшой диван, средних размеров телевизор, стоящий на журнальном столике напротив, одно кресло в углу комнаты, рядом с которым стоит комод, и, в общем-то, всё. Вся мебель отделана в чёрных тонах, только разного оттенка. Ковра на полу никакого нет, да и зачем, если пол с подогревом. Чтобы выглядело так, словно тут и правда кто-то живёт. Судя по всему, в этой комнате Антон не бывает совсем. На журнальном столике пыль, как и на подоконнике и на комоде. Комната действительно выглядит пустой, неживой даже. Нет никаких растений, обои белые, как в больнице. Ни одного лишнего предмета. Ни тебе фотографии в рамке, газет или книг брюнет также не наблюдает. Зато цепляется взглядом за белый прямоугольник, что скрывается в тени телевизора у самой стены. Предмет почти упал за столик, когда Арсений хотел его достать, но успел поймать. На белой поверхности ровным почерком написана надпись, которую он помнит слишком хорошо. Он лично писал её больше трёх лет назад, стараясь выводить красивые, ровные буквы, когда рука тряслась. Вспоминается, в каком состоянии он это писал: глаза болели от слёз, как и голова, и были красные, в горле стоял ком — он совсем не хотел уезжать. Арсений видит их с Антоном общую фотографию, сделанную очень давно, когда переворачивает этот небольшой, плотный лист. На глазах наворачиваются слёзы от одного только взгляда на эту фотографию. Брюнет быстро смахивает их и кладёт фото на своё место. Как раз вовремя, потому что через пару секунд в проходе появляется заспанный Антон, хмуро смотрящий на Попова. — Ты что тут делаешь? — голос хриплый и не только ото сна. Сразу слышно — он выпил, и выпил много. — Проснулся только, хотел осмотреться, — Арсений пожимает плечами, делая непринуждённый тон. А сам прячет руки в карманы домашних штанов, ибо те ещё немного подрагивают от воспоминаний, так резко нахлынувших на парня. — Зачем? Ты здесь ненадолго, — Шастун уходит в коридор, не задержав на брюнете взгляд и на секунду. Арсений вздыхает, опустив голову. Какую же огромную ошибку он совершил. — Алло? — Арсений отвлекается от заучивания конспектов, когда ему звонит неизвестный номер. — Привет, это Серёжа, — человек по ту сторону звучит совсем не дружелюбно, или Арсению показалось? — Привет, что-то случилось? — брюнету никогда не звонили друзья Антона без надобности, так что сейчас Серёжа точно потревожил его не для того, чтобы узнать, как у парня дела. — Слушай, ты эту хрень бросай. Я Антона знаю давно, ему отношения на расстоянии не подойдут совсем. Ты ж его угробишь, идиот, — на заднем плане слышится чей-то смех, но очень отдалённо. Скорее всего, прямо сейчас в соседней комнате может находиться Антон. — В смысле? У нас же всё нормально. — Это тебе так кажется. Слушай, пока я не приехал и не лишил тебя возможности как-либо контактировать с Антоном голыми руками, советую самому расправиться с этим делом. Серёжа кладёт трубку, видимо, решив, что разговор закончен. А вот Арсений так не считает. Но армянин не берёт трубку, когда Попов перезванивает. И на второй, и на третий раз тоже. Юноша сидит в общажной комнате в полном одиночестве и совсем ничего не понимает. Первое, что приходит в голову — написать Антону. Вот только этот вариант студент отметает сразу. Он Серёжу всегда немного побаивался. Если хвостатый узнает, что шатен о чём-то узнал, Попову явно прилетит. Он уверен — Матвиенко будет не в тягость навалять ему. Арсений даёт себе время подумать над этим разговором до конца дня, а потом уже что-то решать. Вот только и вечером в голову ничего не приходит. Парень весь день, скрипя сердце, игнорировал Антона, который уже три раза ему позвонил и написал не меньше 10 сообщений точно. Шастун знает, что Арс сегодня свободен весь вечер и предупредил бы его, если бы появились какие-то планы. Попов уверен — Антон сейчас нервничает жутко, потому что почти ни разу он вот так шатена не игнорировал. Писать Шасту и рассказывать всё ещё кажется идиотской идеей, а других вариантов брюнет придумать не может. Денег на поездку в родной город у него нет от слова совсем, ему на еду кое-как хватает. Если Антону расскажет — тот сразу к Матвиенко пойдёт, Арсения слушать точно не станет. Остаётся надеяться, что хвостатый расскажет всё сам или шатен где-нибудь наскребёт деньги на поездку в Питер. Вот только всё больнее и больнее смотреть на входящие вызовы от «Тоша<3», который он принять не может. Знает, что, если придумает отмазку, Антон поймёт сразу, да и врать ему совсем не хочется. А по-другому здесь никак, Шастун будет спрашивать, почему тот не отвечал, пока не услышит правду. Но он не думал, что это всё так затянется. Арсений возвращается в гостевую спальню, садится на кровать и молча смотрит в гостиную, ибо дверь не закрыл. Слышно, как льётся вода — скорее всего, Шаст пошёл умываться или в душ. Когда шум воды стихает, брюнет слышит шаги, а после недовольное цоканье. — Ты зачем окно открыл? — наезжает, только ступив на порог спальни. — Так там вся кухня прокурена, я проветрить решил, — Арсений говорит тихо, запуганно. Не привык он такого злого Антона видеть, да и не привыкнет никогда, парень уверен. — А мне прокуренная и нужна. — А я там задыхаюсь, — вдруг заявляет брюнет, даже повысив голос на пару тонов, о чём сразу же жалеет. Антон, только развернувшийся, чтобы уйти, разворачивается на пятках обратно и смотрит изумлённо, приподняв брови. — А ты здесь не живёшь, если что, — отчеканивает таким холодным голосом, Арсению даже кажется, что он физически этот холод чувствует. — Прости, — тихо даже не говорит — пищит парень, опустив голову. Смотрит на свои ноги, боясь поднять взгляд. Шатен стоит на пороге ещё несколько секунд, после удаляясь в свою спальню. — На кухню зайди через минут 10, — добавляет перед уходом. Брюнет кивает, хотя его уже никто не видит, кроме голубя, что сидит на внешнем подоконнике, называемом отливом. Арсений послушно дожидается, когда пройдёт шестая часть от часа и встаёт с кровати. Руки начинает немного потряхивать от напряжения, которое в этой квартире ощущается максимально, поэтому парень идёт неспешным шагом, дабы оттянуть разговор. Проходя мимо спальни Антона, дверь в которую открыта нараспашку, брюнет заглядывает внутрь: кровать не заправлена, одеяло лежит смятым комом, на полу возле кровати стоит пустая бутылка коньяка и пачка сигарет. Он курил на кровати без пепельницы? Брюнет заходит на кухню. Шастун уже сидит за столом, перед ним бутылка минералки, опустошённая наполовину, на противоположном краю стола кружка кофе. — Спасибо, — Арсений садится на табурет, делает небольшой глоток кофейного напитка, отмечая, что там ровно столько сахара и кофейного порошка, сколько ему нужно. Запомнил. — Не за что, — Антон на Попова даже не смотрит, разглядывает окно, что находится позади брюнета, — Ну и чего ты добиваешься? — Арсений хмурится, а Антон рад, что не видит эту складку меж бровей, которую всегда хотелось разгладить, — Ты ведь не собираешься просто так от меня отстать, верно? — Попов угукает в ответ негромко, — Не понимаю только, на что ты надеешься. Вот и хочу понять, кстати. — Антон, я же говорил, я очень хочу наладить отношения. — Ты вообще понимаешь, что ты сделал, прежде, чем просить меня о таком, — шатен всё-таки переводит взгляд на парня, недовольно глядя. — Я не могу понять и даже представить в полной мере, но я знаю, что тебе было ужасно плохо, — брюнет гулко сглатывает, начав переживать ещё больше под таким взглядом зелёных глаз, — Но ведь все ошибаются, да? Я хочу исправить свою ошибку, если ты позволишь, конечно, — он говорит уверенно, но негромко, боясь разозлить Антона ещё больше. — У меня нет ни одной гарантии, что ты не сделаешь так ещё раз. — Я могу тебе пообещать, поклясться, всё, что захочешь. — Ты мне уже обещал! — неожиданно вскрикивает шатен, наклонившись чуть вперёд, из-за чего выглядит очень угрожающе, как кажется Арсению, — Мы оба друг другу обещали, много чего обещали. Оказалось, что только я могу сдерживать эти обещания. Так какой мне смысл от твоих слов? — Но я умею сдерживать обещания, — хочется заявить это громко и возмущённо, но это совсем не тот случай, когда ему позволено вести себя подобным образом. Поэтому это звучит скорее с интонацией оправдания. — Я уже увидел, как ты умеешь их сдерживать, — фыркает шатен, открывает бутылку и делает несколько больших глотков минеральной воды. Голова заболела только сильнее, когда он повысил голос. Один вред от этого Арсения. — Это не моё решение было, я же говорю. — Почему-то на меня никто так повлиять не смог, а ты так легко отказался от нас, — факт, произнесённый вслух, отдаётся болью в обоих сердцах одновременно. — С чего ты взял, что легко? — кровь начинает вскипать, ибо Антон не знает ничего, а раскидывается такими громкими словами. — А с чего я должен думать по-другому? — Да потому что ты не знаешь ничего, а уже нагоняешь на меня. — Ну так расскажи мне, давай. Удиви нахуй. — Это Матвиенко! — нервы всё же не выдерживают, итак измотанные за последний месяц, поэтому Арсений вдруг вскакивает из-за стола, чуть не опрокинув полную кружку кофе. Голос звучит так громко, что голова шатена начинает гудеть после ночной выпивки, — Он мне позвонил и угрожал, потому что я тебя угроблю отношениями на расстоянии. Ты видел моё телосложение и его? Что я должен был сделать? — Сказать мне, например, нет? — Так он мне позвонил, когда вы все вместе были. Я слышал твой голос из соседней комнаты. Он бы узнал и отпиздил меня, понимаешь? А он может, я блять знаю! Шастун не отвечает ровным счётом ничего. В туго соображающем мозге только сейчас начал загружаться весь диалог. — Подожди, тебе Серёжа угрожал? — Арсений закатывает глаза и вздыхает громко. — Да. — В смысле? Почему? — Потому что, цитирую: «Я ж Антона знаю давно, ему отношения на расстоянии не подойдут. Ты его угробишь, идиот» — парень старается проговорить всё ровно таким же тоном, что и Матвиенко в том телефонном разговоре. Шатен округляет глаза, глупо пялясь на Арсения. Наконец, приходит осознание, что Арсений не отказывался от него. Его просто запугали. — Но ты же мог написать мне потом? — Он бы узнал, потому что я прекрасно знаю твой характер. Ты бы сразу к нему пошёл, а меня бы не стал даже слушать, — тон снижается до тихого, ибо горло начинает болеть. Брюнет садится обратно за стол и разом выпивает половину напитка, наплевав на то, что это практически кипяток. — Арс, я…я же этого не знал, — Антон звучит поражённо, смотрит точно также. Арсений язвительно усмехается, глядя на него. — Я тебе об этом и говорю. Ты мне не дал даже объяснить всё, но при этом смотришь и разговариваешь так, будто я приехал обратно в город и прямо в лицо тебе плюнул. Экран телефона Антона, лежащего на середине стола, загорается от пришедшего уведомления. Оба синхронно опускают на него взгляд. — Вспомни говно, вот и оно, — комментирует еле слышно Антон, резко хватает устройство и выходит из кухни. Арсений хмурится и выходит следом. Шатен закрывается на балконе, показывая руками, чтобы брюнет ждал в комнате. Тот послушно садится на кровать Антона, глядя на парня. Тот что-то нажимает в телефоне, после прикладывает его к уху. Как только абонент берёт трубку, парень начинает очень злобно что-то говорить. В комнате не слышно совсем ничего, зато прекрасно видно, как широко парень открывает рот при разговоре, эмоционально размахивая руками, и как лицо искажается в гримасе злости. И это выглядит даже страшнее, чем то, как он смотрел на Арсения все эти дни. Попов быстро понимает, что происходит. Сейчас Антон кричит на Матвиенко за то, что он сделал когда-то давно. Судя по тому, что рот шатена не закрывается уже минуту, он даже слово не даёт абоненту вставить. Разговор длится не дольше двух минут, за которые Арсений весь сжимается, сидя на краю кровати, ибо на такого Антона смотреть страшно до безумия. А ещё он боится, что Серёжа приедет и наваляет ему. Это кажется настолько неизбежным, что всего Попова передёргивает от одной только мысли, а по спине бегут мурашки. Шатен возвращается в комнату красный, как помидор, потому что кричал слишком сильно, и тяжело дышит. Арсений боится даже вздохнуть громче обычного, чтобы внимания на себя не обращать. Подбирается весь и замирает, со страхом в глазах глядя на шатена. Тот уходит на кухню, оставляя парня одного в комнате. Арсений слушает тяжёлое дыхание за стеной и громкие шаги — Антон ходит туда-сюда по кухне, стараясь справиться со злостью. Вдруг все звуки затихают, из-за чего брюнет настораживается, и с кухни слышится оглушительный звон битого стекла об пол. А затем второй. Решив не дожидаться третьего, Попов тут же поднимается с кровати и несётся на кухню. Тормозит на самом пороге, потому что весь пол в осколках. Не заметив брюнета, Антон замахивается и разбивает ещё одну тарелку, но уже об стену. Брюнет осторожно идёт по кухонному полу к Антону, вокруг которого единственный безосколочный участок пола, и неожиданно для последнего обхватывает руками. — Отпусти, блять! — тот кричит неимоверно громко и брыкается даже сильнее, чем тогда, около кафе. Но Арсений не отпускает, а держит сильнее, стараясь не сдвигаться под напором парня в сторону, дабы не наступить на осколок. — Антон, успокойся! — он старается перекричать шатена, но тот всё не перестаёт. Сделать Попов больше ничего не может, потому смиренно держит его и вкидывает подобные фразы, ожидая, когда всё закончится. Шастун выдыхается спустя несколько мучительных минут. Почти повисает в руках спиной к брюнету и тяжело дышит. В момент разворачивается на 180 и обнимает Арсения так крепко, что дышать становится невозможно. Но Арсений не возникает совсем, обхватывает руками покрепче и гладит по спине неторопливо, успокаивая. — Я так, сука, по тебе скучал, блять, — сквозь зубы проговаривает Антон, утыкаясь лицом в изгиб шеи. — Я тоже, Тош, я тоже, — он говорит почти шёпотом, сохраняя атмосферу долгожданного спокойствия. И не важно, что сотки осколков, разлетевшихся по всей кухне, не очень то похожи на признак спокойствия. У этих двоих всё всегда было иначе. Арсений поворачивает голову, с трудом видя пол, и старается вывести парня с кухни, не покалечив ноги им обоим. Получается это на ура. Брюнет, не расцепляя объятий, заводит парня в спальню и усаживает на кровать. — Тош, отпусти, пожалуйста, — шатен мотает головой в разные стороны, только крепче сжимая. Стоять в таком положении неудобно, поэтому Арс садится на колени парня, сцепив ноги за его спиной. Эта поза у многих ассоциируется совсем с другим, но это не то. Сейчас совсем не до пошлостей, сейчас происходит долгожданное воссоединение двух любящих сердец. — Антош, я тебя люблю, слышишь? И любил всегда. Я бы никогда даже мысли не допустил о том, чтобы сделать тебе больно. Тош, слышишь? — парень кивает, щекоча кудряшками щёку. Попов улыбается от приятных щекочущих ощущений, зарывается рукой в русые кудряшки, массируя голову, которая за последние полчаса разболелась настолько, что в пору застрелиться, — Отпусти, пожалуйста, — предпринимает ещё одну попытку освободиться Арсений. Нет, он бы просидел в этих объятиях вечность и даже слова бы не сказал. Но сейчас он хочет дать Шасту таблетку от головы и убрать осколки с кухонного пола. На этот раз Антон слушается, убирает руки, которые теперь лежать по бокам от него, что очень неудобно. Но деть их некуда. Арсений слезает с колен парня и садится перед ним на корточки, поставив обе руки по бокам от него. — Сиди тут, я тебе таблетку от головы принесу и минералку, — парень кивает и следит за Арсением, что уже выпрямился и покидал комнату. Через минуту он вернулся, протянув белый кружок в одной руке и бутылку с минералкой в другой. Антон послушно выпивает и ставит почти пустую бутылку на прикроватную тумбочку. — А вот теперь ложись и отдыхай. Я пойду на кухне приберусь. — Арс, нет. Я же беспорядок навёл, я и буду убирать всё, — Шастун подрывается с кровати, но Арсений усаживает его обратно, надавив руками на плечи. — Отдыхай, я сказал. Хоть какая-то польза от меня будет. Если бы не я, вообще бы не было этого беспорядка, — он удаляется из комнаты слишком быстро, прихватив с собой коньяк, а Антон так и сидит с открытым ртом, не успев сказать и слова. — Если бы не ты, я бы умирал изнутри всю оставшуюся жизнь, — он говорит это совсем тихо в пустоту комнаты. Антон ложится на кровать, накрывшись одеялом. Балконную дверь он закрыть забыл, потому в комнате ужасно холодно. Голова постепенно успокаивается, пока с кухни слышатся приглушённые звуки веника и стекла — Арсений заметает осколки в совок. В голове не укладывается, что всё это произошло из-за его друга. Да, Серёжа изначально относился к брюнету хуже всех и про отношения на расстоянии отрицательно отзывался именно он. Но Шаст никак не мог предположить, что его друг способен на такое. Ведь, даже на расстоянии, Антон был счастлив, потому что у него был Арсений. А Матвиенко лишил его буквально всего, думая, что сделает лучше. И сам видел, как шатен сгорает с каждым днём, как спивается и бьётся в истериках, но не сделал ничего. Не позвонил Арсению, отменив свои угрозы, не признался Антону. Он не сделал ровно ничего и строил из себя хорошего друга, который желает ему самого лучшего. И какой он после этого друг? На балконе Антон высказал парню всё, что о нём теперь думает. Не поскупился и на слово «предатель», коим именовал Серёжу. Из телефона раздался рингтон — звонил Дима. Значит, он уже что-то знает. Но у шатена нет сил на то, чтобы разговаривать с кем-то, да ещё и об этой ситуации. Хоть он и вымотался, но вновь может разозлиться, а на второй раз его уже никто не остановит. Купить билеты в родной город теперь не составит труда, так же, как и уехать туда этим же вечером. Он только зря потратит нервы Арсения. Арсения, который всё это время его любил и скучал. Который никогда не подумал бы его предать или сделать больно… Брюнет возвращается в комнату, молча подходит к кровати с другой стороны и лезет под одеяло. Шатен тут же разворачивается к нему лицом и обнимает, ощущая то самое тепло, по которому скучал столько времени. Арсений обнимает его холодными руками, согреваясь, а тело парня покрывается мурашками от такой резкой смены температуры. Но слишком плевать на такие мелочи, когда парень, наконец, может утонуть в нежности и уюте, и ощущаться это будет правильно. Потому что человек правильный. …Арсений, которого Антон любил, любит и всегда будет безмерно любить.