Come on, boy

Чонгук гладил волосы девушки, что лежала на его коленях, пока он устало отбросил голову и прижал её к стене. Кайл и Сонми тоже сидели на полу нуждаясь в воде, которой в их маленькой комнате где они обычно отрабатывали новые песни на своих практически «украденных» инструментах — барабанная стойка, две электро-гитары и микрофон с большой колонкой, казалось, что может быть лучше для кучки студентов увлекающихся музыкой? Комнатушка была маленькой, максимум 7 людей бы вместила, но их четверо, места хватает. Стены увешаны искусственными гирляндами с зелёными листочками, такими же как инструментами — украденными уличными знаками разных форм и цветов. Помимо декора на металлических стенах этого гаража, было много ржавчины, которая как-то по особенному покрывала только углы и часть середины. Много полок со старыми игрушками и вазонами, которые две девушки, одна та, что ищет воду, другая та, что лежит на коленях и истощенного Чонгука, который и слова сказать не может после их новой песни, что они исполнили только что, принесли и поставили на эти полочки, чтобы создать хоть какую-то атмосферу. На самом деле ощущалось это помещение куда приятней чем простой, забытый богом гараж. Летом тут было прохладно, несмотря на то, что на улице по +29, зимой обычно куда теплей, а если ещё включить обогреватель, тепло странным образом не выходит наружу, остается и согревает всех четверых подростков. —Я за водой.-едва прошипела Сонми, кашляя несколько раз. В этой песни партий у неё мало, но устала она не меньше Элис, которая была главной вокалисткой для этой чудесной группы, которую все вместе ребята так и не могут назвать нормально, то тупое название, то надоело, поэтому для бабушек у подъезда они просто «ребятишки с гитарами», тоже звучит. Высокий блондин, с довольно американской внешностью — Кайл, измученно поднимается за Сонми держась за одну из нижних полок, чтобы не упасть. У барабанщиков, тоже жизнь не хороша, знаете ли, особенно, если петь одну песню без перерыва 16 раз. Именно столько раз они повторили одну песню, потому что эту божественную, жаркую и просто зажигательную мелодию невозможно не выучить идеально. —Я с.-простонал он выпрямляя спину и прочищая горло—С тобой.-закончил тот, снимая и кидая свою ветровку в руку Чонгука, который, казалось сейчас тоже откинется.—Укрой ребёнка, замёрзнет.-сказал он об Элис, что уже засыпала на бедных дрожащих коленях парня. Чонгук расправил синюю ветровку накинув на плечи Элис, которые уже давно покрыты мурашками от холода и пота, что смешались вместе. Миниатюрная девушка собрала ноги, прижала ближе к себе, тихо сопела, когда её дыхание наконец успокоилось, а горло наконец перестало болеть от слишком пламенных, высоких нот. Все они — студенты, а она — когда-то просто школьница, которая проходила мимо кучки подростков которые играли в этом же гараже. Сами не знают как, но они нашли себе вокалистку, устроили ремонт в гараже, даже нашли себе парные футболки, с единым символом J, на каждой вещи. Опустив голову он продолжил гладить пряди длинных, тёмных волос Элис. Его дыхание всё ещё было слишком быстрым и громким, сердце билось бешено от длительного выступления, руки немножко дрожали, но всё же оставались на макушке девушки, которая по привычке усаживалась «слишком близко» по словам Чонгука, потому, что от таких близким прикосновений его сердце даже через час не успокоится. Он смыкает губы, смотрит на её личико, закрытые глазки, длинные ресницы, ровный носик и большие щёки, за которые Кайл любит мацать брюнетку, а иногда дражнить. Чонгук тоже любит эти щёки, любит смотреть как они краснеют от жары или от эмоций, любит когда они складываются в улыбке, такой искренней, прям как… как… Элис уже казалось уснула, её веки больше не двигались а руки ослабили хватку за свои ноги, и она уже не вертелась и давала Чонгуку спокойно гладить её волосы. Даже через, возможно первый сон, она кинула маленькую улыбку, такую искреннюю будто ей только что подарок сделали — подарили отдых. Парню было тяжело наблюдать за ней, его губы сминались в недоумении, он тяжело дышал и всё больше удивлялся что-ли… «Какой нормальный человек после двух часов пения будет улыбаться через сон? Недостаточно устала?"-думал он про себя, всё больше завораживаясь улыбкой Элис. Компания или так назвать Группа, вместе уже 3 года, за это время успели стать лучшими друзьями, а Элис с Сонмин лучшими вокалистками в школьных конкурсах, или университетских мероприятиях. Ребята виделись только раз или два на неделю, иногда кого-то не пускали гулять, у кого-то экзамены, выкручивались как могли. Сыграли всё что могли, уже начали свои песни писать, и собирать популярность в интернете, особенно два красавчика барабанщик и гитарист, которыми были Кайл и Чонгук. Странная связь была между всеми, все чувствовали… тепло? Нежность или просто дружбу? Братскую любовь? Может просто судьбу, но то, что они все вместе, это точно правильно, и это должно стать их будущим. Наконец собравшись с силами Сонмин и Кайл покинули гараж, ничего не сказав перед выходом, пошли в ларёк недалеко, где могли бы купить воды. На улице середина весны, довольно тепло, но в гараже проходил ветер, забирая тепло, летом, это прекрасное свойство, но весной или осенью немного расдражало. С громким закрыванием двери Элис немного нахмурилась, заметив это Чонгук снова приступил гладить волосы, пристально пытаясь сдерживать возбуждение, каждый раз когда эта «маленькая» школьница-выпускница ложится на его колени после длительных вокальных приёмов. Каждый раз когда сопела или стонала от усталости, парень ощущал колики — как младенец, думал, как бы уйти отсюда быстрее, думал, как бы забыть это и случайно не услышать эти звуки в его плохих снах… Да только одна улыбка, которая всё ещё была на её лице, доводила его до срыва, хотелось наклониться и. поцеловать? Вернее… обнять со всей дури, не пускать и обнимать до конца жизни? Да, именно этого он хотел, понимая что слишком ужасен для маленькой безобидной девочки. Сладкая улыбка Элис не заканчивается, а странное желание пронзает сердце Чонгука изнутри. Может сейчас? Или… Чем она заслужила это? Расплачивается за грехи родителей, или почему в неё по уши влюбился такой ужасный парень? Он тоже не знал, только нервно кусал губы, трогал волосы, и смотрел в одну точку на лице Элис. Такая большая, татуированная рука Чонгука, по сравнению с её головой… её волосами и маленькими плечами. Казалось она весит несколько грамм, и завтра ей рано утром просыпаться в садик, хоть и скоро ей 17 лет, пока такому «плохому» для неё Чонгуку всего на два с половиной года больше, но разница для него была большой. А для неё может и идеальной… Ветер снова проникает внутрь, заставляя руки продрожать, ибо на нём была только белая майка, которая на широких плечах и едва заметной была. Гирлянда на стене тоже пошатнулась, издавая успокаивающий звук, как казалось. Одна из мягких игрушек на полке упала, теперь стоят не ровно, что, вероятно бы рассердило двух девушек, которые к этим полками не достают. Парень снова и снова задумывался, судорожно водил глазами и кусал губы… Осмеливался… —Ты мне нравишься Эли…-прошептал тот проводя рукой последний раз по её длинным прядям волос, останавливаясь ниже шеи, на плечах, и оставляя свою руку там.—Слышишь ты или нет… Ты мне нравишься, я люблю тебя, я… люблю. -остановился он, наконец облегченно от стольких мук в молчании, упёрся головой к стене, последний раз окинул взглядом голову девушки, закрыл глаза и улыбнувшись, спокойно задремал, нагло улыбаясь своим мыслям и едва чутному сопению девушки.