Просто останься

Активный семейный день вымотал Сяо Чжаня не меньше а-Юня, но в отличие от сына он не мог уйти спать в 9 часов вечера. Они с мамой разложили покупки, он даже смиренно померил две купленные ему футболки и пару джинс, и теперь сидел дремал за столом, пока мама смешивала какие-то травы, чтобы заварить чудодейственный эликсир. – Ты же с кем-то встречаешься? – вывел его из оцепенения голос мамы. Сон как рукой сняло. Сяо Чжань тут же встрепенулся, выпрямил спину и проговорил: – Я убью Сюань Лу. – Не надо убивать Лу-Лу, – спокойно ответила женщина, – она мне ничего не говорила. А вот теперь мне обидно, что она знает, а я нет! Сяо Чжань вздохнул. – Мы… не совсем встречаемся. Ещё рано о чём-то говорить, – он призадумался, – как ты тогда догадалась? – Думаешь, я плохо знаю родного сына? Я уже давно догадывалась по нашим разговорам. В твоей речи стал часто мелькать таинственный знакомый. Сложно было не заметить, с каким воодушевлением ты о нём говоришь, – она внимательно вглядывалась в его реакции, и Сяо Чжань практически не дышал. – Сегодня я в этом окончательно убедилась. Ты целый день с кем-то переписываешься. Ты редко отвлекаешься на телефон, когда мы вместе, но сегодня тебе нужно было ответить в мгновенье ока. Сяо Чжань почувствовал долю вины за то, что был прикован к WeChat на протяжении дня. – У него завтра важное событие, – начал оправдываться он, – я переживаю. – Я всё понимаю, – мягко ответила мама, – мне просто интересно. Но если тебе не хочется пока делиться, ничего страшного. – Не то чтобы я специально скрывал. Мы просто… совсем мало знакомы. – Пей чай, – проговорила мама и пододвинула к нему чашку. Сяо Чжань сделал глоток, прежде чем она продолжила, – он альфа или бета? Или, может, омега? Он чуть не подавился, удивлённый широтой взглядов своей мамы. Отношения двух омег были не самым принятым в их консервативном обществе вариантом. – Ничего нового, он – альфа, – ответил Сяо Чжань. Мама слегка свела брови, выражение её лица стало задумчивым. – Могут быть трудности. Я так понимаю, ты ещё не знакомил их с Юнь-Юнем, – Сяо Чжань покачал головой. – Стой, а он знает…? – Конечно! Я бы не стал скрывать, что у меня есть ребёнок! – Это хорошо, – ответила мама и снова попыталась жестом привлечь его внимание к чаю. – Ты же знаешь, что омеги в детстве особенно восприимчивы к феромонам альфы. А-Юнь растёт без второго отца. Тут стоит вести себя очень аккуратно. Он может крепко привязаться или наоборот отнестись враждебно, со страхом. Сложно предугадать. – Вторичный пол а-Юня пока что определён только по тестам, которые не дают стопроцентной гарантии, но я понимаю, о чём ты. Заводить отношения с бетой было бы гораздо менее рискованным вариантом. И это он ещё решил не распространяться о части проблематики, которая гложила его куда больше, чем психология полов. – В любом случае, при разумном подходе и взаимных чувствах у любой ситуации существует решение! – восторженно произнесла мама. – Я очень рада, что тебе понравился молодой человек. «Знала бы ты, мама, насколько молодой», – хмыкнул про себя Сяо Чжань, выдавливая из себя непринуждённую улыбку. – На самом деле, – продолжила женщина с радостными нотками в голосе, – я же могу посидеть с а-Юнем, если ты хочешь встретиться с ним на выходных. – Мама, – возмущённо протянул Сяо Чжань, – я не оставлю тебя! Ты наконец приехала в гости. Тебе тоже не просто выкроить время на такую дальнюю поездку. – Эй, вообще-то я не только по тебе соскучилась! У меня есть замечательный внук, с которым мы можем веселиться целыми днями! – её взгляд был таким добрым, а предложение таким заманчивым, что сопротивление сына начинало рассыпаться. – Кто как не я тебя понимает? Вряд ли у работающего отца-одиночки есть много времени для свиданий! Просто иди развейся и ни о чём не думай. – Спасибо, – проговорил Сяо Чжань. – Может быть, я и правда его спрошу. Внутри него тотчас родилось нетерпение подскочить и побыстрее убежать в свою комнату настрочить сообщение Ибо с вопросом, в силе ли ещё его предложение. – Я буду только рада, что могу тебе хоть чем-то помочь. – Ты мне всегда много помогаешь, - он протянул руку, чтобы накрыть ладонь матери. – Если бы я жила ближе, то могла бы помогать гораздо больше, – вздохнула женщина, – но ты же знаешь, какой твой отец коренной сычуанец. Я несколько раз предлагала ему переехать поближе к тебе. – Нет нужды создавать вам неудобства! Ты же видишь, что я со всем справляюсь! – Вот и справляйся давай со своими отношениями! Я же вижу, как у тебя горят глаза. Мне приятно видеть это после всей истории с Яньлинем, – стоило ей произнести это имя, как голос сразу же стал строгим, а на лице отобразился гнев. – Мама, – вздохнул Сяо Чжань, – я тоже виноват, что жил в мире, который придумал себе сам. То, что у нас оказались слишком разные жизненные планы, это нормально, единственное – мне стоило разобраться в этом гораздо раньше. Я сам закрывал глаза, не желая решать свои проблемы. – Ты ничем не оправдаешь в моих глазах человека, который бросил собственного ребёнка. – Ребёнка, которого он не хотел, и к которому не был готов, – пусть он и проговаривал ставшие привычными для него мысли многолетней давности, где-то под ложечкой всё равно заныло от старого ощущения брошенности. У него давно не было глубоких чувств к этому человеку, скорее всего ещё с тех пор, когда они были вместе, но именно это продолжало на него давить, растекаться горечью по вкусовым рецепторам. Узнать о своей ненужности в столь уязвимый момент было слишком больно, слишком граничило с предательством, и оставило слишком глубокий шрам. Он хотел бы прогнать прочь все эти мысли, порождающие в нём новые страхи и неуверенность. – Ладно, давай не будем об этом, – смилостивилась мама, – ты прекрасно знаешь моё мнение на этот счёт. – Да, не надо об этом, пожалуйста, – его голос стал слегка раздражённым, он правда не любил поднимать снова и снова эту тему, словно всё его будущее теперь зависит от итогов тех отношений. – Я и так прокрутил у себя в голове всю свою жизнь тысячу раз, пока смог примириться с воспоминаниями. Я ни о чём не жалею. – Ты и не должен! У тебя растёт маленькое золотко! Единственное, что теперь важно во всей этой истории. Пора писать новую главу и идти дальше! Так что проведи уже полноценный день со своим танцором! Сяо Чжань медленно оторвал взгляд от чашки и прищурился. – Говоришь, значит, Сюань Лу тебе ничего не говорила? Мама подавилась воздухом, не зная, как теперь выкрутиться. Сяо Чжань откинулся на спинку стула, сложив на груди руки. – Я тебе не говорил, что он танцор. Кое с кого чужие секреты льются водопадом! – Не ругайся на Лу-Лу, она хорошая девочка! – поспешила возразить покрасневшая мама. – Ты бы знал, с каким трудом я выведала, что у тебя кто-то есть! Она за тебя очень переживает и… – Ладно-ладно, – Сяо Чжань снисходительно помахал рукой, – я ещё ей это припомню. Спасибо за козырь в рукаве. Он еле сдерживал улыбку, наблюдая за тем, как мама не знает, что теперь сказать. Он не собирался злиться, потому что правда не скрывал ничего намеренно, но это всё равно будет повод подразнить подругу в будущем. Лукаво улыбнувшись, Сяо Чжань проговорил: - Ну что она тебе там рассказала? Колись теперь. - Ничего особенного. У неё был а-Юнь, когда я набрала её спросить рецепт из моментов в WeChat. Я стала расспрашивать, где ты, и она призналась, что на свидании. Что тебе понравился альфа, но ты переживаешь из-за а-Юня. Это всё. Сяо Чжань смотрел на неё выжидающе. – Хватит на меня так смотреть! Кроме того, что он танцор по профессии и чуть младше тебя, она ничего не сказала. Это я тебя должна допрашивать, а не ты меня! «Чуть», – ухмыльнулся про себя Сяо Чжань, смилостивился и наконец улыбнулся. – Я бы тебе рассказал, но мы правда виделись несколько раз, – спокойно проговорил он, вздохнув. – Ну вот и не трать на меня столько времени! Иди уже договорись с ним о встрече! Сяо Чжань поколебался ещё минутку, прежде чем встать из-за стола. Он помыл свою чашку под возмущения мамы, что она всё сделает сама, и вернулся, чтобы приобнять её и чмокнуть в щеку. – Спасибо, – проговорил он тихонечко. – Иди уже, скажешь мне, о чём договорился, – прежде чем он успел скрыться в своей комнате, она добавила. – Не смей переживать о нас с а-Юнем, у тебя в распоряжении все выходные. Сяо Чжань кивнул и поспешил написать Ибо, не вернулся ли случайно его отосланный сосед. Тот не отвечал целых полчаса, которые омега не мог делать совершенно ничего, просто лёжа таращился в пятно света от лампы на потолке и считал удары сердца. Когда наконец пришёл восторженный ответ альфы, что друг всё ещё у родителей, а он всё ещё одиноко проводит вечера за приставкой, Сяо Чжань встрепенулся ещё больше. Они договорились встретиться в субботу в четыре часа дня, и сон окончательно его покинул. Это так скоро. Они встретятся послезавтра.

***

Сяо Чжань с трудом отбился от мамы, которая пыталась запаковать ему с собой целый холодильник еды. – Мам, – протянул он в мольбе, – мы договорились заказать доставку! – Ну и как часто мне выдастся возможность покормить твоего альфу? – возмутилась женщина. – Он не мой альфа, – на автомате буркнул Сяо Чжань, упаковывая в сумку всё, что необходимо для похода в гости с ночёвкой. – А шампунь тебе зачем? – не унималась мама. – Не думаю, что у него нет шампуня. Ладно молчу, – проговорила она на безмолвный упрёк в глазах сына. Сяо Чжань размял вспотевшие ладони. Нервы зашкаливали, и ему уже поскорее хотелось просто выбраться на улицу. Он наспех оделся, чтобы в очередной раз не передумать, что надеть, и стал обуваться. – Не смей возвращаться до завтра, – проговорила провожающая его мама. – А если мы поругаемся, и я вернусь, то ты меня не пустишь домой? – Не пущу! – непоколебимо ответила женщина, заставив Сяо Чжаня улыбнуться. – Спасибо ещё раз, – проговорил он, закрывая за собой дверь. – Обязательно пиши или звони, если что-то нужно. – О небо, ты думаешь я с одним ребёнком не справлюсь? Не буду я тебе писать, даже не смотри на телефон. Сяо Чжань всё равно отправил ей ещё одно сообщение, прежде чем поднялся на нужный этаж по адресу, который ему дали. Дождавшись грозного стикера в ответ, он ухмыльнулся и нажал на дверной звонок. Стоило Ибо открыть дверь, как в него ударил полюбившийся свежий запах, и сердце тут же сжалось от тоски. Он скучал и больше всего хотел прямо с порога просто зарыться носом альфе в шею, но сдержался и просто шагнул внутрь в ответ на приглашающий жест. – Привет, – тихо проговорил Ибо и прокашлялся, пропуская его дальше в прихожую. Он тоже его не касался, словно боясь, что одно единственное прикосновение способно воспламенить в мгновенье накалившийся между ними воздух. – Привет, – с робкой улыбкой ответил Сяо Чжань. Между ними повисло небольшое молчание, и Ибо засуетился, поспешно начав экскурсию по квартире. – Тут ванная, а там комната моего соседа, – проговорил он, указывая на закрытую дверь справа. – Соседа, которого ты выгнал, чтобы я пришёл? – лукаво улыбнулся Сяо Чжань. – Я не настолько жесток! – протянул Ибо, поднимая вверх брови, губы его искривились в гремлинской улыбке. – Нет, на самом деле, у нас недельный перерыв, и он улетел навестить родителей в Корее, – объяснился альфа, жестом приглашая его пройти дальше в открытую слева дверь. Перед глазами Сяо Чжаня открылась небольшая, но уютная комната, с высокими потолками и очень рациональной обстановкой. Пространство в одной стороне было практично разделено на два этажа, так что внизу помещался аккуратно застеленный матрас, а сбоку вела наверх лестница на деревянную площадку с плазмой, креслами-мешками и полками со шлемами. Сяо Чжань упорно рассматривал именно эту часть интерьера, стараясь не спускать взгляд на уютную «спальню» и не представлять, как хочет там побыстрее оказаться. Он прокашлялся и повернулся в другую сторону, держа обе руки в задних карманах. Ибо мгновенно начал поправлять какие-то лежащие на столе у окна тетрадки, словно они до этого уже не лежали измеренные под линеечку. – Это старая переделанная квартира со специфической планировкой, – проговорил альфа, – зато аренду можно потянуть двум студентам. – Тут очень уютно! – ответил Сяо Чжань с искренним восторгом. – Да, но есть один существенный недостаток, - Ибо показал рукой в сторону открытой двери дальше, – моя комната проходная, а вон там дальше наша кухня, – затем он повернулся назад в сторону другой двери, – поэтому у меня там есть табличка с «Не беспокоить!», но это не особо действенно. – Да, соседа и правда стоило выгнать, – хитровато сощурившись протянул Сяо Чжань и остался очень доволен, заметив, как соблазнительно шевельнулся кадык альфы, когда тот взволнованно сглотнул. – На кухне особо ничего нет, я не шутил про доставку, – проговорил Ибо. – Мы там максимум можем попить чай. Даже рамён обычно варит Сынён. – О, я имею представление о твоём рационе по твоим фотографиям, – ответил омега. – У тебя тут такая чистота и порядок, – он подошёл к полке и начал разглядывать всевозможные награды. – Ну, размеры этого жилища вырабатывают любовь к минимализму. – У меня она неспособна выработаться в любых условиях, – сказал Сяо Чжань, взяв в руки одну из фигурок, оказавшейся призом за первое место на региональных соревнованиях. Он осторожно провёл пальцем по гладкой металлической поверхности и вернул статуэтку обратно. – В свои студенческие годы я едва мог пригласить гостей в свою комнату в общаге. Им просто было бы некуда сесть среди моего барахла. Ибо засмеялся. – Я бы всё равно пришёл, – проговорил он, приближаясь на опасное расстояние. Из окна на них светило яркое солнце, но Сяо Чжаню это совершенно не мешало фокусировать свой взгляд на пухлых губах альфы. – Хочешь заказать что-то поесть? – шепнул Ибо совсем рядом. – Позже, – ответил Сяо Чжань и сократил между ними последние сантиметры, протягивая руку, чтобы притянуть альфу к себе. Тут никого кроме них не было, и он блаженно застонал, ничуть не скрывая, как мечтал об этом поцелуе. Они замерли на моменте, когда альфа глубоко засунул ему в рот язык, и Сяо Чжань блаженно зарыл ему в волосы руку. Всего за какую-то минуту каждое их действие приобрело развратный характер, и с каждой следующей секундой всё сильнее срывало тормоза. Это было совсем не похоже на те чувственные поцелуи, которыми они осыпали друг друга раньше. Невыносимая жажда лилась с них обоих, смывая своим потоком. Омега отпрянул только для того, чтобы подтолкнуть альфу ближе к стенке, и мгновенно нырнуть двумя руками ему под футболку, прижимая ладони к раскалённой коже пресса. Он замычал от удовольствия, и ему совершенно не было стыдно. Он быстро поцеловал его ещё раз, оттягивая зубами его нижнюю губу, и опустился на колени, чтобы немедля стянуть вниз спортивные штаны Ибо, освобождая для себя его начавший твердеть член. – Блядь, – прошипел Ван Ибо, откинув назад голову, – ты такой… – он снова выпрямился и опустил взгляд, наблюдая, как омега без стыда и совести оказывает внимание его внушительному достоинству. – Какой? – лукаво произнёс Сяо Чжань, оттягивая ниже крайнюю плоть, припадая губами к головке. Он не понимал, зачем притворяться, что они оба не ждали этого момента, и наслаждался обескураженным взглядом альфы. Он с упоением ласкал возбуждённую плоть, всем своим видом демонстрируя, что именно этого десерта он ожидал больше всего. Ибо стонал, не зная, где найти место голове, то откидывая её назад от одолевающих его ощущений, то возвращая назад, чтобы созерцать совершенно развратную картину в ярком солнечном свете. Когда Сяо Чжань уже приспособился, как захватывать глубже, и обхватывать плотнее, не жалея собственных челюстей, Ибо отстранил его и махнул головой в сторону постели. Он поднялся только, чтобы сделать пару шагов и тотчас упасть на мягкое одеяло, зная, что альфа сейчас последует за ним и накроет его своим теплом. Он уткнулся носом в хлопковую ткань, чувствуя, как с него бесцеремонно стаскивают джинсы сразу с боксёрами, одетыми ради приличия, и недовольно замычал: – Ты застелил чистое бельё, – он ещё раз вдохнул очевидный аромат порошка, и повернулся к раздевающемуся Ибо, – не делай так больше. Ты знаешь, как мне нравится твой запах? – он не дал тому возможности стащить до конца штаны, потому что притянул его к себе, прижался, нарочито его обнюхивая. – Не меняй его в следующий раз, пусть здесь всё пахнет тобой. Ибо почти зарычал, снова бросаясь к его губам в каких-то хаотичных кусающих поцелуях. Они не обращали внимания, что путаются в остатках не сброшенной одежды, шаря руками везде, где могли, соприкасаясь возбуждёнными телами. Ибо сначала как-то освободился одними ногами от своих штанов, а затем стащил с Сяо Чжаня футболку. Он не был в состоянии оторваться от его губ даже на то короткое мгновенье, чтобы отбросить её куда-то подальше. Их всецело переполняло желание чувствовать друг друга, лишая возможности трезво мыслить и дышать. Совершенно обнажённые, горячие тела сливались вместе, словно были созданы только для этого. – Как ты хочешь? – тихо прошептал Ибо, замедляя их бешенную ласку, и нежно поглаживая бёдра Сяо Чжань. – Хочешь в этот раз быть сверху? Омега немного растерялся, но послушно переместился, седлая бёдра альфы. Ему было всё равно. Он был просто готов, уже. – Я не это имел в виду, – ответил альфа, – но так тоже хорошо, – он двумя руками очертил упругий живот, поднимаясь выше к стоящим соскам. - А как? – заинтересованно и слегка смущённо проговорил Сяо Чжань. – М, я могу тебя принять. Сяо Чжань почувствовал, как горячая волна окатила его с головы до ног, и практически потерял способность говорить, выдавив из себя одно лишь удивлённое «О». – Это необязательно! – поспешил его успокоить Ибо. – Тебе может это не нравиться, я не настаиваю и… – Я, – Сяо Чжань прикрыл глаза, потому что этот разговор становился смущающим, особенно в этой позе, когда он всё ещё во всей красе возвышался над альфой, – я об этом не подумал, потому что у меня не было такого опыта. Ему такого не предлагали, а зная стереотипность мышления своего бывшего, он сам и не стал бы. Его одолевали волнение, любопытство и возбуждение, смешавшись в один клубок непристойных идей. – Просто скажи, хочешь ли ты попробовать, – мягко проговорил Ибо, продолжая гулять руками по его телу. – Хочу… когда-нибудь… – он не успел добавить «Наверное», когда альфа схватил его и уложил рядом собой так, что их лица оказались совсем рядом. – Что значит «Когда-нибудь»? – М-м, я понятия не имею… как доставить альфе удовольствие таким способом, я хотя бы изучу вопрос. Ибо расширил глаза на секунду и скривил губы в хитрой ухмылке. – Ты точно знаешь, как быстрее изучить этот вопрос, – проговорил он, – просто трахни меня сегодня. Сяо Чжань рассмеялся, отводя лицо, но его догоняли короткие поцелуи везде, куда альфа только мог дотянуться. – Ты вообще человек, Ван Ибо? – промычал он, когда тот закинул на него ногу и взял его руку, чтобы направить на своё бедро. Сяо Чжань не смог удержаться и крепко сжал его ягодицы, позволяя своему пальцу нырнуть дальше туда, куда обычно путь заказан. Он чувствовал, как его сердце стучит где-то в горле, но не мог остановиться, одновременно волнуясь и наслаждаясь интимностью этого момента. Он смелел, ощущая, как альфа податливо подаётся ему навстречу, одновременно целуя его губы. Осторожно водил по складкам мышц, вокруг манящего входа. Ибо тёрся влажным членом о его живот, сильнее раздвигая ноги, и Сяо Чжань чувствовал, как его всё больше и больше уносит желание двигаться дальше. – Наверное, у тебя есть смазка, раз ты это предложил, – прохрипел он, и альфа выпрямился, переместился в сторону к удобно расположенной в стене нише, достал оттуда смазку и презервативы. Затем он лёг на спину, призывно раскрываясь, и прошептал, – иди ко мне. Сяо Чжань послушно устроился у него между ног, чувствуя, как пульсирует от предвкушения его собственный член. Он взял предложенный тюбик, открыл и щедро смазал пальцы, чтобы начать растягивать безбашенного альфу. – Не бойся, можешь войти быстрее, я привыкну, – проговорил Ибо, схватив его руку за запястья, и направляя дальше, словно зная, что Сяо Чжань будет вечность медлить даже с одним пальцем. – Я боюсь, – честно признался омега, – боюсь сделать тебе больно. – Я тебе всё расскажу, просто добавь второй палец, а то я схожу с ума, как хочу тебя. – Ты узкий, – вроде бы просто констатировал факт Сяо Чжань, но они оба громко выдохнули. Он двигался быстрее и быстрее под руководством Ибо, наклоняясь ниже, чтобы целовать его в губы. Ибо был так доверительно расслаблен, что он тоже отпустил себя, действуя скорее интуитивно, так, как ласкал бы себя. Альфа стонал, подстраиваясь в нужный угол, чтобы его пальцы попадали именно туда, где ему было особенно приятно. Он потянулся за квадратной упаковкой и распаковал презерватив, велев Сяо Чжаню не останавливаться, сам раскатал его по его крепко стоящему члену. Омега вздрогнул и выпустил пальцы. Он тоже был готов. Повинуясь чистому желанию, он пристроился и двинулся внутрь. Искреннее блаженство на лице Ибо придавало ему уверенности и заставляло двигаться быстрее в поисках той самой точки, которую уже нащупал рукой. Он выгибался, чуть меняя угол, концентрируясь только на реакциях партнёра, и застонал с Ибо в унисон, когда тот выдохнул: «Хорошо» и жестом показал не останавливаться. Он и не собирался, нависая над альфой, напряжённо держа на весу тело, двигаясь в заданном ритме, боясь сдвинуться и потерять найденную позу и сбиться с темпа. Ибо положил руку ему на плечо, насильно опуская ниже, заставляя покинуть свою налаженную позицию ради поцелуя. Он сдвинул их чуть ниже, комкая простыню и отбрасывая в сторону небрежно смятую футболку. Теперь омега уложился сверху, чувствуя, как упирается ему в живот мокрая головка. Ему казалось, что теперь у него не получается входить достаточно глубоко, но Ибо притянул его снова, чтобы нырнуть языком ему в рот. Он прижимал его к себе, гладил, стонал, выше закидывал ноги, и движения Сяо Чжаня становились естественней. Он наконец поддался порыву, чувствуя, как его член легко скользит в охватывающей его тесноте. Собственное возбуждение брало над ним верх, и он становился напористей, сбивался с ритма, кусая альфе шею, рыча, оставляя свои следы, помечая своё. – Ты такой хороший, – прошептал Сяо Чжань ему на ухо и получил в ответ яркий стон, - тебе нравится быть хорошим? – добавил он, сначала прикусывая, а потом всасывая в рот мочку его уха. – Такой молодец, такой послушный альфа. – Ибо почти вскрикивал на каждое его слово. – Такой разгорячённый и пышущий запахом буйствующего летнего леса. Он опустил руки Сяо Чжаню на ягодицы, прижимая к себе, зазывая вдалбливаться в него ещё сильнее, а затем скользнул пальцами в ложбинку и без предупреждения вошёл сразу двумя пальцами в его истекающий смазкой вход. Омега вздрогнул от неожиданности, резко толкнувшись вперёд, вызвав у альфы пронзительный крик. Двойная стимуляция отдавалась в каждом его нерве, и он чувствовал, как движется к оргазму. Им даже не мешал сбитый хаотичный ритм, в котором они двигались, всё время смещаясь, из-за невозможности выдерживать на одном месте этот шквал ощущений. Сяо Чжань кончал громко и несдержанно, глубоко насаживаясь на длинные пальцы, сжатый крепкими мышцами. Он так кричал, словно это был самый яркий оргазм в его жизни, игнорируя возможное наличие за стеной соседей. Придя в себя, он слегка отстранился, не двигаясь наружу, и охватил рукой член альфы. – Можешь… – Ибо притянул его к себе и обрывисто прошептал дрожащими губами, – ещё меня похвалить? – Мой альфа такой молодец, – уверенно проговорил Сяо Чжань, ещё раз толкнувшись глубже и крепче обхватил его член. – Самый лучший… Хватило всего пару движений, чтобы Ибо кончил, забрызгивая спермой свой живот и руку Сяо Чжаня, выворачиваясь в разные стороны, пытаясь убежать от нахлынувшего экстаза. Тяжело дыша, они лежали некоторое время молча, отходя от количества эмоций. Затем омега нашарил рукой свою футболку, чтобы вытереть руку и заодно обтереть ею альфу. – Твоя футболка… – удивлённо встрепенулся Ибо, наблюдая за этой картиной. – Плевать, – спокойно ответил Сяо Чжань, – уверен, у тебя найдётся для меня что-то, в чём я могу пойти домой. Закончив свои манипуляции, он довольный лёг назад, устраиваясь на плече альфы. Ему даже не мешало то, что они оба были липкие от пота, настолько сильно сейчас хотелось быть ближе, вместе. – Ащ, – Ибо хихикнул, прикрывая рукой глаза, – это было слишком странно, да? Сяо Чжань аж привстал. – Что было слишком странно? – он глянул на закрывающегося подрагивающего альфу. – Ты теперь смущаешься или что? – он наклонился ближе и заговорщицки проговорил. – Я буду тебя хвалить и трахать, когда ты пожелаешь. Из уст Ибо вырвался смешок. – Я тебя тоже могу хвалить и трахать, если захочешь. – Хочу, – уверенно проговорил Сяо Чжань, покрывая лицо альфы поцелуями, – с тобой я всё хочу. Даже то, о чём сегодня ещё не знаю, тоже хочу. И ты правда самый лучший. Ибо мучительно застонал, развернулся, обняв подушку, пряча лицо. И это было слишком мило. Сяо Чжань не стал его насильно поворачивать, а просто обнял со спины, продолжая шептать глупости ему на ухо, заставляя сильнее зарываться в простыни. Он чувствовал, как безумно скачет его сердце, и как в его душе выходит за свои берега бесконечный океан тепла.