Тот самый взгляд

Спустя два месяца, 2 дня, 3 часа и 21 минуту Шон поднимал последнюю коробку в квартиру Мелендеса. Нельзя было точно сказать, кто был больше всего рад этому, так как радовалась даже кошка, которая ни на шаг не отходила от нового хозяина. Нил понял, что проиграл это борьбу за авторитет в семье. Да, можно было точно сказать, что у них теперь семья. По крайней мере, ощущения были такие. На работе по прежнему никто не знал, кроме любопытных Лим и Браун. Теперь уже доктор Браун была по праву доктором, ровно как и сам Шон. Новые аспиранты уважали этих двоих даже больше, чем Мелендеса и Одри. — Возраст ближе, взгляды понятнее, — оправдывалась Одри, злостно размешивая сахар в чашке. Нил лишь усмехался, хотя тоже был не особо рад такому развитию событий. Эндрюс, вроде, был всем доволен, хотя осознание того, что Мерфи теперь полноценный хирург и с ним стоит считаться его бесило. Ровно как и Мелендеса в самом начале, от чего он шутил, что президент поликлиники скоро в него влюбиться и его придется вызывать на дуэль. — Не дури, — вздыхал Шон. Вот последняя коробка была разобрана и мужчина глянул на довольного парня. Его парня. Официально и без всяких недосказанных непоняток между ними. Если кому-то из них что-то было непонятно, они сразу же выясняли это. Мёрфи стал более открытым и уже не дёргался от неожиданных касаний со стороны мужчины. Это, конечно, замечали коллеги, но ссылались на то, что Нил просто заменил Шону Аарона. Тот, между прочим, подозревал, что у них какая-то химия, но все же молчал и не высказывал свои предположения. Мелендес включил музыку и поставил чашку в кофеварку. Он влюбил шатена в этот напиток, добавляя туда кленовый сироп и овсяное молоко. — Мне нравится эта песня, — улыбнулся Шон. — Ты снился мне сегодня. — Да, и что там было? — Ты готовил блины, а я играл с Фог. Она была беременна от кота на верхнем этаже. У них были интересные котята. — хмыкнул парень. Он поставил последнюю деталь на полочку в гостиной — фотографию с братом. Нил взял кофе и подошёл к парню, нежно обнимая его одной рукой и целуя в плечо. Тот спокойно выдохнул и глянул в окно, наслаждаясь ароматом кофе. Из кухни еле доносился запах свежей клубники. — Звучит очень семейно, — улыбнулся мужчина и уткнулся носом в плечо парня. Ему хотелось оберегать его постоянно. Интересная штука — любовь. Нил часто думал о том, как у них сложились эти отношения и через что они прошли. Он вспоминал проваленые свидания, так как у Мерфи просто случались истерики с ничего. Потом, конечно, они выясняли, что это не просто так и у этого есть причина, есть триггер, но по началу Шон словно не хотел открываться. Он не верил, что может быть интересен. Однажды он вообще заявил, что нужен Нилу только для секса. Тогда Мелендес за малым чуть не двинул его со злости, но вместо этого прижал к себе и не отпускал, пока парень не выплакал все эмоции. Лим называла это шоковой терапией и говорила, что он играет на нервах любимого. Шон же после этого открывался ещё больше. Возможно, где-то его методы были грубыми по отношению к личным границам юного хирурга, но они давали свои плоды. И самый сочный, на данный момент — совместное проживание. — Ты думал когда-нибудь о детях? — Я всегда хотел детей. — не задумываясь ответил мужчина. — Но мы же оба не имеем маток, чтобы выносить плод. — Мы можем усыновить или удочерить ребенка, если нужно будет. — беззаботно заявил Нил. Шон резко развернулся и глянул на него, словно тот заявил, будто излечил всех в мире от рака. — Что? — Ты правда думаешь, что я буду хорошим отцом? — Я этого не говорил. Я лишь хочу сказать, что пока нам рано об этом думать. — Мелендес улыбнулся и чмокнул парня в нос, от чего тот скривился, но потянулся следом за поцелуем в губы. В этот момент Нил подумал, что Мерфи и вправду был бы хорошим отцом. Нежным, мудрым, талантливым, умным и чутким. Он умел чувствовать людей, но по-своему, не показывая того, что проживает эмоции вместе с человеком. Пусть они ему непонятны, но он сопереживает. По-своему, уникально, необычно. * Нил смотрел на то, как Мёрфи ведёт двоих аспирантов в свой кабинет для обсуждения деталей операции. Он видел, как нервничают новенькие. Они знают, что здесь явно работать будет только один, и то, в онкологии, но практику нужно пройти всем и общую. Они нервничают, так как когда только попали сюда, Эндрюс нарасказывал им страшилок про доктора Шона Мёрфи, аутиста и гения. Они ещё не знают, что этот парень введёт их в ступор не своим диагнозом или гениальностью, а своей простотой. Их взгляды пересекаются и Шон улыбается мужчине. Тот кивает и поворачивает голову в бок, где доктор Клэр Браун морщила нос от того, что шатену опять выпало дело интереснее. Прямо как они с Лим. — Тоже нас вспоминаешь? — улыбнулась она, выходя из палаты и наблюдая за его взглядами. — А ты вечно пытаешься читать мои эмоции. — Не безуспешно, заметь, — женщина хитро усмехнулась и глянула на Браун. Та улыбнулась ей и скрылась за ширмой. — Что между вами? — спросил Мелендес. Теперь хитрая усмешка царила на его губах. — Не переживай, нетрадиционная пара у нас только вы. Я хоть и восхищена Клэр, как девушкой, но сугубо в интересах карьеры. — Лим строго глянула на коллегу и тот кивнул, не желая разбираться в этом. Хотя, конечно, было интересно бы узнать, что на уме у этих двоих. Все же их объединяет одна тайна… — Доктор Мелендес! — кричит аспирантка из кабинета Шона. — Что случилось? — Вас зовут! — и он срывается на бег. Зайдя в кабинет, он видит следующую картину: шатен сидит за диваном и тихонько плачет. — Господи, доктор Мёрфи, все в порядке? — он наклоняется и шепчет уже только для Шона, — не самое лучшее поведение при аспирантах, знаешь ли. — Да, но Фог реально беременна, — счастливо шепчет шатен и показывает переписку с ветеринаром. — Отлично, теперь тебе ещё и вещие сны снятся, — улыбается Нил и помогает ему подняться. У них всё будет прекрасно, он это чувствует. Он видит это во взгляде Шона.