Спардовое безумие

– Нико! Нико, дорогая, родная, милая! – Наскоро тараторил беловолосый мужчина, проходя вглубь магазина. – Ну чего тебе, Данте? – Усмехаясь, она всё же повернула голову на парня. Лицо девушки было всё грязное от того, как часто она протирала его от выделяющегося пота рукой, обляпанной в смазке. – Такое дело... Сложно сказать. У тебя, кстати, пицца есть? Я голодный! – Мужчина поставил около входа мятежник который он, зачем-то, принёс, – Ну это ещё... Знаешь, мне тут кое-кто понравился... – Ого, неужели? – Нико сняла с себя перчатки и взяла в руку платок, следя за тем как нервозно бегал по помещению беловолосый, – Еда в холодильнике, воду можешь взять из-под крана, если вдруг захочешь. Нема у меня фильтра! – Да понял я, понял... – Хватая первый попавшийся кусок, Данте быстро сделал укус и, выдыхая, всё же продолжил. – Ну в общем. Это новенький в нашем университете, дико странно выглядит и одевается! – Ага? Прям таки новенький? – Девушка положила на стол уже грязный платок и подняла взгляд, – Не девушка, не женщина, а парень? Удивляешь! – Да чёрт с тобой, Нико! Я же тебе тут душу открываю, доверяюсь полностью, а ты! Эх.. Гольдштейн посмеялась. Абсолютно беззлобно, даже с ноткой сочувствия. Парой лёгких движений достала из кармана сигарету и подожгла её. Предложила другу, жестом качнув пачку. – Спасибо, но я откажусь. Всё это весело, круто, я прекрасно понимаю, но чёрт возьми, он сам ко мне лезет! – А кто он-то? – Перебила Нико. – А... Да этот... Ви, чёрт возьми! – Ви? Чёт знакомое... Он с твоего факультета? – Да, с моего. – Данте сделал ещё пару укусов, – И вош шнаешь.. – Прожуй уже. Нихрена не понимаю из твоей речи. Полудемон быстро проглотил непрожеванную пищу и протерев голой рукой жирные остатки, продолжил. – Ну так вот. Значится, этот непонятный субъект... – Какие необычные слова из твоих уст. Подучил? – Не перебивай! Ви этот, короче, очень странный. Лезет ко мне, клеется. То одно скажет, то другое... – Данте делает ещё укус и глядит на Нико, словно давая согласие на ответную реакцию. Та кивает и всё же говорит: – А ты чего? Тебя это задевает, обижает? – Она сделала мелкую затяжку. Младший сын Спарды помолчал, прожевывая и втыкая невменяемым взглядом в пол. Всё же закончил с куском и поднял обратно. – Да не то, чтобы прям обижает. Скорее странно, да и чувствую себя таким... Плохим? – Он словно попытался угадать правильный ответ, с надеждой глядя на Нико. – Я те не человек-подсказка, на меня глядеть так жалобно не надо. – Фыркнула в ответ девушка, выдыхая дым от сигареты. – Чего я сказать то могу, так это моё мнение и виденье ситуации. Ток закончи для начала! – Ой да ну тебя, – Обиженно гаркнул беловолосик, пытаясь куда-то красиво деть руки. Всё ему не то было, вертелся словно шило в заднице. Забив на это гиблое дело не то хер, не то гвоздь, парень продолжил в кои-то веки, – Я не понимаю, что я чувствую. Если обычно я как-то могу сообразить, хотя бы немного, то здесь... Здесь я, так сказать, охуел. – Выраження то выбирай, голубчик. Ты всё ж в моём магазине, а тут, однако, желательно бы без матов. – Хохмой разразилась Нико, пытаясь привести в чувства своего товарища. А следом глядя на его озлобленное выражение лица всё же затихла, сделав очередную затяжку. – Забей. Младший сын Спарды потупил в пол, побил его нервно носком левой ноги, а потом подошёл к мятежнику вспоминая почему он его всё-таки принёс. – Взгляни сюда. – Нико отозвалась на эти слова, удивлённо приподнимая брови. На доле меча было несколько слов аккуратными почерком, который Данте бы назвал "завитушками" из-за выведения каждой буквы. А рядом короткая подпись, состоящая из одной буквы: "V". – Я не знаю, чем таким он это написал, но больше оно не оттирается. Скок стоить будет по.. па... Ну ты поняла. – Говоришь как тот, кто в мечах не разбирается от слова совсем. Истинный покупатель. – Она затушила недокуренную сигарету и подошла ближе, присаживаясь рядом, – Всё тот же Ви, да? Интересно. – Гольдштейн прошлась пальцем по надписи, – Ты как умудрился ему позволить дотронуться до меча? – Да оно само! – Поднимая руки ака "сдаюсь-сдаюсь", оправдывался Данте, – Я, значит, короче, отвернулся, достал тетрадку, а потом смотрю на мятежник, а там... А там этот уже поработал. – Как самая дешёвая проститутка... Деньги. – Темноволосая протянула руку и похлопала пальцами. В ответ неловкое молчание. Та поворачивает голову, а друг нервно копается по карманам. – Ты не взял? – Девушка поднялась с корточек. – Неа.. – Посвистывая, ответил он. – Что ж с тобой делать-то, безмозглое ты чудо. – Работяга потрепала его по голове и продолжила, – Сегодня я тебя выслушаю, а завтра займусь мятежником. Если ты, конечно, деньги принесёшь. Данте улыбнулся и продолжил что-то трепать про этого непонятного Ви, пытаясь выяснить чё ж такое он из себя представляет и что чувствует сам парень. Но об этом поговорим позже.