Заключённый и «Сумасшедший» Учёный

Открыв глаза, Неа понял, что он снова нашёл себе приключение на свою многострадальную задницу. В помещении, в котором на данный момент находился Ной, было темно и холодно. Оглядевшись, он заключил вердикт, что его заключили в что-то наподобие тюремной комнаты. Совершенно безвкусное помещение заметил Неа, и здесь экзорцисты не выдали чего-нибудь интересного. Им бы стоило поучиться у Роад, все её пыточные комнаты разнообразны, некоторые поражали архитектурой, другие общим дизайном. К примеру, Неа выделял одно помещение из всего многообразия у Мечты : оно выполнено в тёмном готическом стиле и большей части пола нет — один неверный шаг, и ты упадёшь в пропасть, которая хранит в себе достаточно много мерзостей, пыточных инструментов и всего самого лучшего. Поэтому многие члены Семьи не имели желания злить Роад, даже Узы были смирны перед Старшей, хотя обычно их не заткнёшь и не остановишь. Вот так надо уметь вселять ужас и страх в чужие сердца. Неа мог глаголить вечность насчёт экзорцистов : что у них форма так себе, могли что-то и по-оригинальнее придумать, только пуговицы на одежде хоть как-то спасали общий вид безобразия, безвкусицы униформы; что «Верхушка» набирает кого-попало и «качество» большинства экзорцистов оставляет желать лучшего, скучно, знаете-ли, направо и налево рубить головы жалкого пушечного мяса, хочется сразиться с сильным противником, который не удостоился ещё звания генерала. Серьёзно, экзорцисты не внушают страха, наоборот, при виде их беспомощности и тупости хочется смеяться и блевать съеденным. Неа не ощущал чувства «нам пизда» при столкновении с Ватиканскими шавками, они достойного отпора не могут дать, чего уж там, странно, что Тысячелетний Граф до сих пор не поубивал всех разом, хотя, возможно, он же странный, понимает, что если всех пробивает, то станет скучно. Неа лениво посмотрел на связанного какими-то печатями, которыми был и он запечатан, Тимкампи. Удивительно, что при первом сопротивлении заклинание не сломалось, в кой-то веки Ватикан нанял нормальных людей, хоть что-то из себя представляющих. Возникло даже желание пожать тому человеку руку, который, собственно, и наложил заклинание. Снова оглядевшись, Неа заметил напротив него, в углу сидящего за столом человека, на котором накинут белый плащ, что выдавало его к «классу» учёных. Внешностью он не особо выделялся, только цвет медных волос до лопаток красиво и эстетично поблёскивал из-за света настольной свечи. Так мужчина выглядел как типичный учёный из юмористических рассказов: большие очки в толстой оправе, скрывающие глаза, худенькое сложенное тело и далее по списку. Также Неа не чувствовал в нём нахождение Чистой Силы, значит тот беззащитен…? А это вообще нормально, что такой хлюпик находится с Ноем в одном помещении без охраны внутри…? Да его же убить проще простого, неужели Ватикану настолько насрать на своих же людей? Неа попробовал вызвать Ковчег, только у него не получилось. * — А эти печати хороши… Тогда план «Б» — подумал про себя Неа * — Может по-хорошему меня отпустишь? Если я выйду наружу, то честно, ничего тебе не сделаю — обратился к мужчине Неа, повернувшись к нему лицом. И он действительно не врал. У него сейчас не было настроения убивать, хотелось лишь оказаться на родной кровати, а не оставаться прижатым к холодной, твёрдой стене тюрьмы. Мужчина в ответ никак не откликнулся, даже не обратил свой драгоценный взор (!) на Ноя, будто того не существует в этом помещении. * — Он меня игнорирует или настолько увлечён что-то чирикать на бумагах…? — мрачно подумал про себя Неа * — Эй? Может ради сохранения своей жизни выпустишь меня? Тебе плюс и мне, как никак — снова обратился Неа к мужчине. Опять его встретил игнор. Ной начал немного выходить из себя, что свидетельствовал маленький всплеск Тёмной Материи. Полноценно, скорее всего из-за мощного заклинания, он не мог пользоваться своими силами, они на какой-то срок ограничены. Тимкампи, разделяющий настроение и настрой своего друга и хозяина, начал рычать. И только после этого на них обратил внимание этот мужчина! * — Я это запомню, а после обязательно припомню — мрачно себе отметил Неа * Мужчина отвлёкся от своих бумажек, поправил сползающие очки, убрал прядь за ухо и взглянул на Ноя и Голема, но его взгляд зацепился на Тимкампи, и тот начал более громче рычать на него. — Ты же понимаешь, что я тебя за «просто так», по доброте душевной не выпущу — утвердил мужчина. Неа поперхнулся воздухом от подобной наглости и высокомерия учёного. * — Это за кого он себя принимает, раз подобное глагольствует?! — удивился Неа * и вслух прошипел : — Сегодня я милостив, поэтому мучительно не убью тебя, если ты меня выпустишь. Учёный, не в том положении находишься, чтобы условия диктовать. Мужчина выдохнул, снял очки, протёр глаза и нагло обратился к бумагам, начав игнорировать Ноя! — Я смотрю, ты нарываешься на собственную смерть. Жизнь тебе не дорога, подонок — утвердил, шипя, Неа. — Твое шипение напоминает кошачье, это забавно — еле усмехнувшись, прокомментировал учёный, не отрывая взгляд от бумаг. После он окончательно начал капашиться в документах. Тогда, будто озверев, Тимкампи еле-еле устремившись ввысь, начал биться об решётку, из-за чего учёный дёрнулся, устало на них посмотрел и произнёс : — Утихомирь его. — С хрена с два, когда я тебя просил, ты меня не слушал! — ответил ему с восклицанием Неа. — Серьёзно? Не веди себя как ребёнок, взрослым же человеком являешься… Ох.Такими темпами придут люди из Ватикана и тебе не поздороваться, ты здесь всё время заключения не будешь сидеть — проговорил учёный. — Ха, меня Ватиканскими шавками не запугаешь. Понимаю, что скорее всего здесь надо мною станут ставить опыты, но припоминая никчёмное качество набранных «Верхушкой» людей, во время «пыток» я спать буду и видеть хорошие сны — усмехнулся Неа. В ответ мужчина выдохнул, встал и направился к Ною и Голему. Не обращая внимание на Неа, он дал «щелбан» разгневанному Тимкампи, тем самым выводя его ещё больше. Увидев подобную реакцию, мужчина по-доброму улыбнулся. — У него есть имя? Он забавно, мило гневается и очень похож на тебя, когда ты шипишь на меня — произнёс учёный, посмотрев в золотистые глаза Ноя. — Твоё веселье кратковременно, как и жизнь — проговорил с твёрдостью в голосе Неа, ответно смотря на мужчину. Внезапно в помещение зашёл низкий молодой человек тоже в белом плаще, то есть этакий друг по разуму и не только, судя по большим очкам в толстой оправе этого мужчины. Не то, чтобы Неа как-то глумился над людьми с очень плохим зрением… Просто такой общий вид человека напоминал ему его брата Тики Микка, который до определённого момента и не перед Шерилом, носил точно такие же очки, а выглядел в них достаточно глупо. Ничего Неа не может с собою поделать, подобная ассоциация возникает сама по себе. Молодой человек, взглянув украдкой на Ноя, стушевался, но всё-таки обратился к мужчине — коллеге с явно выраженным беспокойством и волнением : — Аллен, здесь так шумно… С тобой всё хорошо?! Мне позвать «их»? Учёный ему мягко улыбнулся и сказал : — Здесь буянит чужой Голем, всего-то. Я в порядке. — А?! Хорошо… Чего я ещё зашёл-то… Точно! — бормотал вслух себе под нос молодой человек. На его плече висела крупная сумка, которую он открыл, достал из неё контейнер и продолжил : — Мне Джерри сказал, что уже как несколько дней ты не поднимался наверх, поэтому я принёс тебе сегодняшний ужин. И… Каково твоё самочувствие?.. Может попросить тебя заменить на время?.. — Спасибо, Джонни. Сегодня я и правда увлёкся. Поставь-ка на стол. Моё состояние стабилизировалось, нет причин волноваться. Это всё? Никаких ко мне новостей с «Вверху» нет? — проговорил учёный. Молодой человек снова украдкой посмотрел на яростно выглядящего Ноя, из-за чего Неа недовольно цокнул. — Нет-нет, на этот раз я без поручений тебе. Тогда, я пойду? Завтра поднимись пожалуйста и покушай — произнёс напуствующе Джонни и вышел из помещения. — Какая забота, аж смотреть тошно — прокомментировал Неа, Тимкампи кивнул его мысли. — Разве в Семье нет подобных взаимоотношений? — задал риторический вопрос учёный. Он погладил Голема средним пальцем, из-за чего тут чуть его не откусил, посмеялся и сел за свой стол. Ночь прошла в поблёскивании настольной свечи, в звуках чирикания на бумаге. Проснулся Неа от характерного рычания Тимкампи. Однако, что его удивило, он не увидел своего Голема перед собой, заключённого печатями. Повернув голову в сторону решётки, перед Ноем открылась следующая картина : учёный, замотанный в непонятную ткань(?), мягко улыбался Тимкампи, который гневно кружился возле мужчины. Аллен(?)посмотрел в сторону заключённого, кивнул ему и проговорил, обратясь к Голему : — Ты налетался? Тебе пора. Тимкампи сел на искусанный, подставленный палец мужчины, тот направился в сторону Неа. Он открыл дверь решётки и впустил внутрь Голема. — И что это такое было? — мрачно спросил Неа, с недовольством глядя на Тимкампи, который не был запечатан печатями. Ною казался этот факт крайне несправедливым. — Ты чутко спишь, вот в чём причина — туманно ответил ему учёный. В помещение зашли люди, покрытые полностью красной тканью, сопровождающие высокого мужчину пятидесяти лет с короткими, зачёсанными назад коричневыми волосами и с странными усами. Он обратил свой острый, немного упрекающий взор на учёного, тот же ему вежливо поклонился. — Аллен Уолкер, Вам известна причина столь раннего прихода людей из Ватикана, не так ли — утвердил мужчина. — Я догадываюсь — ответил ему учёный, смотря со сталью в ответ. — Впервые за свою работу в должности специального инспектора из Центрального Управления я наблюдаю столь наглого, возомнившего себе что-то, простого учёного. Надеюсь Вы объяснитесь достойно. Возьмите его под стражу, а Ноя отведите в лабораторию — высказал мужчина. На Неа наложили дополнительные печати, которые сильно отличались от первых символами, оформлением, и они, казалось, были слабее. Аллен же, перед своим задержанием, вытер платком кровь из носа. По какой-то причине, ему резко стало хуже, чем несколько минут назад. Его лицо побледнело, а пальцы рук мелко дрожали.