Побег

      Чего Сампо ожидал от этого дня? Да в целом, ничего. Простой заказ от человека, пожелавшего остаться анонимным. Насторожило ли это Сампо? Вообще нет. Каждый второй его клиент предпочитал работать анонимно. Вот и сейчас то же самое.       В этом заказе действительно не было ничего сложного. Проникнуть, украсть реликвию, уйти, забрать деньги из обусловленного места и оставить там заказ. Ожидал ли Сампо какого-либо подвоха? Определенно, нет. Думал ли он о том, что это ловушка? Ну, может, где-то в глубине души у него были подобные подозрения, но не больше чем всегда.       И вот, гордый, умный, честный, неподкупный Сампо сидит за решеткой на промозглом полу и жалеет, что вообще взялся за это. Жил бы себе, помогал Наташе, обеспечивал бойцовский клуб постояльцами. Не жизнь, а сказка. Но нет, это точно не для него. Жизнь без риска и воровства — глупа и неинтересна. Эта жизнь не для него.       Для него — бесконечные догонялки с среброгривыми стражами, где он всегда на шаг впереди. Но только не в этот раз.       Сампо не ожидал, что его — самого честного и умного, неуловимого и неприметного человека на свете смогут поймать. Тем более так глупо. Фальшивым заказом.       Но это так. Он действительно повелся. И вот, коротает часы своей недолгой жизни за решеткой. Пускай с другой стороны и сидит крайне привлекательный рыцарь.       Гепард же чинно сидел и заполнял отчёт, как будто и не он придумал план по поимке Сампо. Как будто он не дико горд своим подвигом. А для него, для всех среброгривых рыцарей это можно считать подвигом. Сампо до этого слишком умело скрывался и слишком был настороже.       Но не в этот раз. В этот раз он слишком глупо попался. Настолько глупо, что Гепард сразу, как только тот попытался хоть что-то предпринять схватил его и упек за решетку.       — Кхм. Я тут уже долго сижу. Может, ты что-то уже предпримешь? У меня задница затекла уже тут сидеть. Хотя бы организуй полежать. Или поесть, — Сампо не устраивало его положение. Полтора часа он сидит, жалуется на свою бренную жизнь, а Гепард игнорирует его.       — Сампо, помолчи ради всего святого. Ты уже раздражаешь… Я сосредоточиться не могу, — Ландау устало потёр переносицу и отложил отчёт, — Уже час беспрерывно говоришь. У меня нет ничего что может тебе помочь.       — Ключ от камеры?       — Сампо, ты идиот? Я наконец тебя поймал. И ты предлагаешь мне отдать тебе ключ от камеры?       — Попытаться стоило, Геппи, — это прозвище Гепард всей душой ненавидел и презирал. Даже если его говорила сестра. А от Сампо это было слышать просто невыносимо.       — Сампо, замолчи. Ради всего Белобога, замолчи, а то я за себя не отвечаю.       — Геппи не понравилось прозвище? Я же так старался, пытался достучаться до тебя… А ты, эхх, — Сампо встаёт из угла камеры и подходит к решетке, — Если так раздражаю, то сделай хотя бы что нибудь, — хищная ухмылка расползалась по его губам.       — Сампо, клянусь, если я когда-нибудь кого-нибудь убью, то тебя, — Гепарда было сложно вывести из себя. Но если полтора часа капать ему на мозги… Если Сампо будет полтора часа капать ему на мозги, то крайне легко.       — Так отпусти меня и не будет болеть голова. Все легко, — Сампо делает вид, что он крайне логичен.       — Мне тебе премию дать?.. — Гепард наконец встаёт из-за стола и подходит к решетке, — Предлагаешь мне тебя отпустить?       — Да.       — Если бы все было так просто… — Гепард на мгновение задумывается, а рука Сампо проходится по бёдрам Ландау, крепко их сжимая, — Ты что творишь?! — тот почти шипит.       Руки Сампо движутся вверх, проходятся по талии, оглаживают грудь Гепарда, прощупывая все его тело. Ландау стоит, ошарашенный — такого он точно не ожидал.       Когда Сампо потянулся к заднице с Гепарда как будто спало окоченение.       — Что ты творишь?! — он отшатнулся от Кески как можно дальше. Но в следующую секунду раздался хлопок, в глазах потемнело и сознание утекло далеко и надолго.

***

      Рассудок возвращался медленно. Крайне медленно. Пришло понимание того факта что двигаться он не может. Руки были связаны над головой, а ноги привязаны к кровати. «Что за черт? — проносится в мыслях, — Почему я связан? Почему не могу говорить?!» Потом чувствуется тяжесть. На нем кто-то сидит. Не нужно быть гением, чтобы понять, кто именно. Сампо. Черт. «Почему он сидит на мне?!» Он не просто сидел, а ерзал задницей, каждый раз задевая член Гепарда.       — О-о-о, ты проснулся, я так погляжу, — Сампо наклоняется к уху Ландау и с придыханием произносит, — Может мне стоит вытащить кляп?       Ох, как бы много Гепард бы сказал ему. Но судя по всему тот даже и не собирался доставать кляп.       — Даже не спросишь, для чего ты тут? Ах, да... Ну что же, придется тебе помолчать. Я надеюсь ты уже заметил.       Он заметил. Он лежал в одном нижнем белье. Черт. Когда... Глупый вопрос. Зачем ему это?!       Сампо решил хранить гордое молчание и проигнорировать мысленный вопрос Гепарда, пройдясь жадным взглядом по обнажённому телу Ландау.       Сампо жадно облизался и наклонился вниз, пройдясь губами по груди Гепарда. Рукой он огладил его сосок и сначала нежно погладив, ущипнул.       — Мх-х...       — Ну что же ты, Геппи... Не переживай ты так, — наглая ухмылка и Сампо языком обводит второй сосок, зубами слегка прикусывая его, — Нравится? — тот отстранился и почти прошептал на ухо.       Гепард мог лишь тихо простонать в кляп и податься бедрами вперед.       — Ого, да тебе прямо-таки не терпится! — Сампо очень нагло, крайне нагло и похабно улыбается.       Он отстраняется, слезая с Гепарда, но лишь за тем чтобы наклониться к его паху.       — Раз уж тебе не терпится... То стоит начать, — он стягивает с того белье, оставляя его болтаться на ногах.       Наклоняясь, обхватывает член Гепарда и целует головку, слегка подув на нее. Двигает рукой вверх-вниз, продолжая покрывать поцелуями.       — Хочешь большего, м, Геппи? — Сампо наклоняется и вбирает член в рот. Языком проходится по венкам на нем и насаживается до конца.       Ритмично двигается, поглаживая бедра Гепарда и удерживая их на постели.       Ландау пытается сделать хоть что-то — податься вперед, вырваться, дернуться, но получается лишь стонать в такт движениям Сампо. Тот слишком резко двигается, облизывая и насаживаясь на него. Чуть сжимая горло он умело подводит Гепарда к концу.       — Нравится, — Сампо отстраняется, сжимая член рукой, — Тебе нельзя кончать... Сейчас нельзя, — очень многозначительно. И непонятно.       Но непонимание исчезает, как только Сампо садится на Гепарда, прижимаясь задницой к его члену.       — Продержись подольше... — Сампо обхватывает член, направляя его в себя, — а то... М-хх... Х-хаа... Наконец-то ты внутри... — он насаживается на член до основания, чуть постанывая и улыбаясь, — постарайся не кончить слишком быстро... А то накажу...       Гепард не может сдерживаться. Он чувствует Сампо. Его вес, то, какой он горячий внутри, то, как он стонет, каждый раз, когда Гепард достает до той самой точки. Ах, как же бесстыден Сампо. Он насаживается глубже и глубже, наклоняется ниже и целует грудь Гепарда, покрывая ее засосами, переходит к соску и кусает его так по-собственнически, так жестоко и нежно, что Ландау выгибается на кровати и кончает в Сампо громко мыча в кляп.       — Неужели наш капитан такой неженка что продержаться больше пяти минут не может? — Кески нагло ухмыляется и слезает с того, — Полагаю, настало твое наказание и моя череда наслаждаться.       Черт. Черт-черт-черт. Гепард действительно не ожидал такого. Его не прельщала идея быть оттраханным Сампо. Ему определенно даже не нравилось, как звучала эта идея.       — Не волнуйся, больно тебе точно не будет, — улыбка от уха до уха, и Сампо тянется куда-то к тумбочке, — Смазка.       Сампо придвигается обратно, устраиваясь между ног Гепарда. Какого было удивление Ландау, когда тот вытащил кляп изо рта.       — Хочу слышать твои крики, — поясняет с таким спокойствием, как будто не он собирается сейчас его отыметь.       — Может все таки выпустишь меня? — последняя надежда.       — Чтобы ты убежал? Вот уж нет... Если так хочешь, могу отвязать ноги, — и снова похабная ухмылка.       Сампо отстраняется, развязывает узлы на ногах и пристраивается обратно, снова между ног Гепарда.       Выдавливает смазку на пальцы и обильно смазывает промежность Гепарда.       — Ты же не хочешь, чтобы в первый раз тебе было больно, да? — проталкивает внутрь палец, массируя стенки.       — Просто прекрати уже... — Гепард бы прикрыл глаза руками, но те связаны... Как же стыдно... Перед преступником, врагом представать в таком виде.       — О не-е-ет. Я тебя не оставлю такого нежного, и пылающего. Ты такой горячий внутри... Чувствуешь? Уже два.. Ты так прекрасно принимаешь... Меня... Представь, как хорошо тебе будет, когда я войду...       Гепард лежит с закрытыми глазами и старательно игнорирует пальцы Сампо и его слова... Такой позор... Но член снова заинтересованно встаёт и дергается от каждого движения внутри.       — Все... Хватит уже... Просто вставь уже... — почти шепчет Гепард.       — Я же не хочу, чтобы тебе было больно, Геппи, — Сампо наклоняется к лицу и целует губы Гепарда, нежно вылизывая их.       — Ты! Что... — Сампо добавляет третий палец и вновь целует Гепарда, облизывая губы и стремясь разжать зубы, протиснуться к языку, — Мх-х!       Гепард сжимается внутри и снова кончает.       — Воу... Я не ожидал от тебя такой прыти, Геппи...       Сампо вытягивает пальцы из него и вновь нежно целует. Закидывает ногу Гепарда на плечо, отстраняясь и нежно целует коленку.       — Сейчас я наконец в тебя войду, Геппи, — поцелуи не прекращаются, пока Сампо входит внутрь. Для Гепарда это в любом случае первый раз. Нужно быть нежным.       — Ах-х, Сампо! Ч-черт... Больно... — в уголках глаз блеснули слезы, но тот зажмурился, привыкая, — Нежнее пожалуйста...       Сампо покрывает колено поцелуями и резко двигается вперёд.       — ХА?! — Гепард выдыхает, испуганно, — Ч-что ты сделал!?       — Не волнуйся, — ещё резкий толчок и поцелуй-укус в коленку, — тебе же нравится.       Гепард прикрывает глаза, загнанно дыша и постанывая от каждого толчка Сампо. Тот каждый раз задевает внутри простату, каждым толчком, в то же время заполняя его всего, не давая ни минуты подумать и отдохнуть.       Каждый толчок — новый фонтан удовольствия, и Сампо это знает. Он безумно радуется, каждый раз слыша стоны Гепарда. Не каждому доведётся услышать и почувствовать это. То, как капитан среброгривых рыцарей, пойманный и обездвиженный, стонет под опасным преступником, врагом Белобога.       Последнее движение бедрами и Сампо кончает глубоко в нутро Гепарда.       — Что же, теперь ты точно мой, Геппи, — Сампо выходит из него и развязывает тому руки, — надеюсь, тебя не потеряли.       — Ха-а... Ненавижу тебя... — сил определенно не было. Он попытался приподняться, но руки затекли, а задница болела. Сампо просто лежал рядом и смотрел. Долго, проникновенно.       — А я тебя люблю, — и улыбка наглая-наглая.       И бам. И снова темнота и ускользающее сознание.

***

      Гепард снова в темнице. «Неужели сон? — проносится в мыслях, — Да не могла такая ерунда присниться. Не мне. Чертовщина»       Гепард оглядывается и видит, что дверь в камеру открыта, а на столе перед ним лежат ключи от этой самой камеры. Которые были при нем. Всегда висели на поясе.       А рядом с ключами записка: «Если читаешь — проснулся. Понравилось?) Не забудь написать в отчёте о том, как нагло тебя обманули и вынудили отдать ключ. P.S. мы точно ещё встретимся, Геппи P.P.S. не забывай, ты теперь мой»       Содержание записки определенно было не из приятных.       Теперь Гепард ощутил и другое — безумно болела задница. Пускай он и сидел на подушке, — стоп на подушке? откуда? — филейная часть все равно пульсировала и болела.       — Сампо... Черт, идиот, — Гепард против воли улыбнулся и уткнулся лбом в многострадальный отчёт.