Мой дорогой самоубийца

Очередная бессмысленная дискуссия с матерью заканчивается до жути болезненным сообщением, которое подобно ножу вонзается в разум…«Лучше бы я тебя не рожала», и Хану мерзко. Ему тошно от себя и от своей скудной жизни. Тошно от осознания, что он никем не любим. Утопая в осознании и собственной людской печали, он отбрасывает свой телефон в сторону, а затем обессиленно падает на кровать. Веки тяжелеют, его глаза закрываются. Хочется выплакаться, но слёзы наотрез отказываются течь. Кажется, что глаза уже иссохли. Этот маленький человек просто устал от своей бесполезности. Раз за разом погружаясь в свои мысли, он словно попадает в паутину суицидального соблазна. Он давно мечтает закончить свою никчемную жизнь, но каждый раз он надеется… Надеется, что в его жизни начнется белая полоса, и хоть что-то изменится. Но видимо вся ненависть этого жестокого мира обязана была обрушиться на него, ведь по какой-то совершенно неясной причине, его жизнь — это сплошная чёрная полоса. Пролежав ещё некоторое время наедине с этими мыслями, Джисон встаёт и медленно идёт за своим кошельком. Для начала судорожно перебирает трясущимися пальцами другие предметы, что лежат на тумбе. Наконец заглянув в кошелёк, он видит несколько смятых, потрёпанных жизнью, купюр. Много времени на размышления не ушло, и Хан, отбросив все сомнения, набил свои карманы всем необходимым: телефон, кошелёк. На этом всё. Далее лишь вынужденный поход до ближайшего бара. Ночь сегодня привычно тихая, спокойная. Сквозь кромешную тьму нельзя было бы разглядеть ничего, если бы не фонарные столбы-исполины. Ничто не помешало добраться до бара. На все свои оставшиеся карманные деньги, Хан покупает несколько бутылок красного вина. К счастью, официанты оказались вежливыми, и заказ принесли практически сразу. Руки жадно впиваются в бутылку, а вслед за ними следуют и губы, плотно обхватившие холодное горлышко. Залпом выпито не менее двух бутылок, и уже помутневший взгляд ходиками елозит по помещению. Необычайно большое количество посетителей заставило Хана подзадуматься, ведь обычно здесь засиживается не более пяти человек. От каждого столика исходит людской гул, а алкоголь беспрерывно разливается по бокалам. Несмотря на подозрительно большое количество людей в помещении, взгляд Хана цепляется исключительно за одного незнакомого ≪персонажа≫, который активно что-то высматривает в своём телефоне. Взгляд притупляется. Хан засмотрелся, и в голове зародилась непривычная мысль о парном суициде. В ту же секунду в голове мелькает дума о том, как же отреагирует симпатяга на то, что Хан вот-вот к нему подойдёт и предложит осуществить нечто столь странное. Да, это действительно глупо и совершенно бессмысленно, но сейчас Джисону всё равно. Сейчас он просто хочет умереть, но в одиночку делать шаги навстречу неизбежному как-то…страшно? Да, это до безумия страшно, поэтому Хан допивает свою последнюю бутылку, и без раздумий подходит к чужому столику. –Что думаешь о том, чтобы покончить с собой вместе? — с хрипотцой проговаривает шатающийся парень, одной рукой придерживаясь за столик, дабы не потерять равновесие. Незнакомый молодой человек отрывается от своего телефона, начинает решетить Хана изучающим взглядом. Перед ним стоит молодой парень в потрёпанных джинсах и сером худи. Он стоит, и смотрит своим затуманенным взглядом, кажется, прямиком в душу, дожидаясь ответа. –Это сколько же ты выпил, чтобы такое спрашивать у левого человека? — с некой усмешкой в голосе ответил парень, продолжая разглядывать пьяного Хана. Джисон стоит, пропускает через себя каждое словечко, и ничего на это не отвечает. Слабеет, начинает сильнее шататься, стараясь не свалиться обессиленно прямо перед незнакомым человеком. Последний же, заметив это, начинает размышлять над тем, что придётся делать с этим чудаковатым. –Давай ты сегодня переночуешь у меня? А то видимо ты уже сам до своего дома не дойдешь, — и, так и не дождавшись ответа, настойчивый парень практически выносит пьяного молодого человека из бара, после чего и вовсе бесцеремонно усаживает его в свою машину.