под покровом солнца в 5:53

Проснувшись на утро, Субин никого в доме так и не заметил. Он по-прежнему был один, и это его радовало. Но даже не смотря на то, что никого нет дома, он начал собираться в школу. Это был понедельник, первым уроком химия. Химию Чхве не любил, поэтому решил, что выйдет немного позже, чем обычно. Без разницы, опоздает он на урок или нет, предмет все равно отстой. Одевшись и собрав рюкзак, Бин пошел на кухню. Там он заварил себе чашку чая и сделал небольшой завтрак. Обычно парень не завтракал, но сегодня, из-за отсутствия родителей, он решил перекусить. Так как времени у него было еще много, Бинни подумал, что может посидеть немного в интернете. Зайдя в YouTube, он увидел пре-дебютную песню Babymonster — "Dream". Эта песня вдохновила его на написание небольшого стиха. Субин редко писал какие-то небольшие стихи, но сегодня ему захотелось написать что-то подобное.  “No matter what, no matter when, always be you. Always love yourself. No matter who, no matter how, always stay with friends. Always stay strong.  Everyone on this planet needs help, just remember it.  Never give up” Эти слова пришли в голову парня очень быстро, он даже не задумывался пока писал это. Эти слова так же были важны для него, и он знал, что они помогут не только ему, но и другим людям. Субин боялся куда-то это выложить, поэтому он покажет это только Сону и Чонвону. Допив чай, Субин заметил, что ему пора выходить в школу. И вот, собрав все свои вещи и положив кружку в раковину, он направился в школу. *** Так как Бин вышел немного позже, ему придется идти по обычному маршруту. Через парк не получится в этот раз, это немного расстроило Субина, но такие мысли быстро развеялись когда он вышел из дома. На улице была немного пасмурная погода, но именно такая и нравилась ему. Поэтому любой маршрут приносил удовольствие, даже самый невзрачный. Идя по немноголюдной тропинке, редкие лучи солнца освещали дорогу и голову Бина. Из-за светло-голубого цвета волос солнце лишь немного пекло его голову, аветер немного развевал пряди парня. Вся эта атмосфера казалась ему до предела знакомой. Но он не собрался думать об этом и гадать, что же именно все это напоминало. Хотелось лишь наслаждаться каждой секундой проведенной на улице.  Спустя несколько минут спокойных блужданий по улице, Субин дошел до самой школы, где его уже ждал друг. Сону был удивлен тем, что его товарищ пришел так поздно, это не было свойственно ему. Он быстро осмотрел Бина на наличие синяков и ссадин, но он ничего не нашел кроме яркой улыбки старшего. Это порадовало Кима. Он приобнял друга и улыбнулся ему в ответ. Из-за звонка, что должен был быть через четыре минуты, мальчики попрощались и разошлись по своим классам, не успев ничего обсудить. Субин неспешно пошел к себе. От одной мысли о предстоящем занятии становилось печально — "Дурацкая химия...", — Любовь он к ней явно не проявлял, да так, что начал идти еще медленнее. Кабинет находился на третьем этаже, а он был на первом. Неспешным шагом, Бинни начал подниматься наверх, на его удивление, к нему не подошел ни Сонхун, ни друзья Сонхуна. Они обычно подходили в самом начале дня, чтобы испортить настроение Субину. Но даже не смотря на это, ему было не по себе от одной мысли о них.  Наконец, дойдя до кабинета химии, он заходит в класс и занимает свое место, раскладывая вещи. Пока он их раскладывал, прозвенел звонок, и в кабинет зашел учитель. Этот урок не предвещал был интересным, поэтому Чхве подпер голову ладонью и начал размешать о своем. Он думал лишь о том чувстве, которое стало появляться в его жизни все чаще, но ничто не могло объяснить эти ощущения. С каждой новой мыслью Субин всё больше путался, и, как ему казалось, разгадка все больше отдалялась от него. Он пытался вспомнить хоть какую-нибудь небольшую деталь, которая помогла бы ему найти причину этого чувства. Но даже спустя весь урок парень не смог хоть что-то вспомнить на этот счет. Мучительный урок наконец-то закончился. Субин быстро собрал свои вещи и направился к следующему кабинету, в этот день у него с Сону уроки были в соседних кабинетах. Так что Бин всю эту перемену провел со своим лучший другом за обсуждением школы, учителей и странного чувства, возникшего так внезапно.  — Я правда не понимаю почему оно так знакомо, но в тоже время так туманно... — задумчиво рассуждал старший, всеми мыслями проваливаясь в свои догадки и теории. В его голосе слышалось отчаяние от сложившейся ситуации. Кима забавляла сосредоточенность друга, но и в то же время он начинал волноваться. Все ли будет хорошо с этими новыми чувствами? Может, плод всех психологических травм, которые он получал повседневно, наконец созрел? Сону поприобнял своего друга и начал его приобадривать. По крайней мере, он правда пытался, хотя было видно, что ему это дается нелегко. На это Субин искренне улыбнулся, такие моменты были особенными для него. Пожалуй, Сону он ценил больше всех. Вся эта атмосфера напряжения и моментального расслабления слишком увлекла ребят. Людей вокруг уже не было, но они не заметили этого из-за своего оживленного диалога. А зря. Субин стоял спиной к холлу и не видел, что происходит за ним. В отличии от друга, Сону видел все, и как только он увидел их — его выражение лица тут же изменилось. Словно инстинктивно, он немного отошел от Субина, и, подняв голову, встретился взглядами с Сонхуном. Старшего хватают за плечо и резко разворачивают на 180 градусов, из-за чего тот чуть не упал. Все произошло слишком резко и неожиданно. Субину понадобилось около двух секунд, чтобы прийти в себя от такого разворота. Он поворачивает голову, чтобы увидеть, кто сделал это. Конечно, Чхве догадывался кто это, но не хотел в это верить. Неужели опять они? Да, перед ним оказались Сонхун, Джей и Хисын. Пожалуй, Бин не успел полностью осознать, кто стоит перед ним, как вдруг все свело из-за острой боль в области рёбер. От такого удара Субин потерял равновесие, но его поймал Сону и незаметно для других подмигнул другу. Все происходило слишком быстро, пожалуй, старший даже не заметил этого. Не успел парень до конца подняться, как вдруг его руки заломили, а его самого уже начали оттаскивать в спортивный зал. Это происходит снова. С каждой секундой ему становилось страшнее, и всё больше начинало трясти. В отличии от других, для Субина это время шло в разы дольше, чем обычно. Каждая секунда ощущалась мучительно, словно была вечностью. А те трое только и наслаждались страданиями парня. Кинув свой «объект для издевательств» на пол, парни пошли закрывать двери и брать плойку для волос.  — Субин-а~... ты соскучился по нам за выходные? — с высокомерием и натянутой улыбкой произнес Сонхун. Выглядел он сейчас точно как ребенок, что по незнанию замучил бабочку до смерти, оторвав ей крылья. Отличие было лишь одно — он делал это специально, потехи ради. — Ты сегодня выглядел слишком веселым... мне это не понравилось, вот ты тут и оказался, забавно, правда? — в его словах так и слышались издевки и насмешки над беднягой. — Хисын, давай начинать, больно я соскучился по этим крикам~ Ли ничего не ответил на слова Хуна, он лишь включил плойку и стал ждать. Это время для Субина было самым ужасным и страшным. Он точно не знал, когда раскаленный предмет коснется его кожи и оставит новый ожог, которых на его теле было уже достаточно. Рубашка распахнулась, утюжок коснулся его белоснежной кожи, и зал вновь заполнился истошными криками. От того, насколько громко Бин кричал от боли, связки горла просто разболелись, но эта боль была в разы меньше той, которая плавила его руку. С каждым разом Хисын все дольше и дольше держал плойку на коже Чхве. Отвлекли его шаги со стороны Джея, и в момент когда он подошел, Ли убрал утюжок от обуглившийся кожи общей жертвы. Лицо Бинни все было красным, по его пухлым щечкам текли слезы, горькие слезы отчаяния и боли. Даже капилляр в глазу лопнул. У нормального человека эта картина наверняка вызвала бы невероятное чувство эмпатии, но у них. Не смотря на то, насколько сильно уже измучался Субин, Джей ударяет его в область живота. От полученной порции боли тот упал на деревянный пол в зале. Пак идет к нему и берет Субина за подбородок. Резко и грубо он поднимает его лицо к своему лицу. В глазах все плыло, наверное из-за того, что падая на пол в этот раз он ударился головой. И не смотря на это Бин держал глаза открытыми, пытаясь рассматривать лицо парня, схватившего его. Он очень хотел увидеть в нем ответ, чем он заслужил это? Может, дело и правда в нем? Неужели это и правда нужно было? Глаза медленно прогружают картинку, но глаза Джея он видел прекрасно. Видел, что у того явно остался план похуже, как именно расправиться с ним на этот раз. Хотя, Субин считал, что хуже плойки уже ничего быть не может. Время, должно быть, остановилось. Может, он его больше не тронет? Сделает поблажку, хотя бы на этот раз, всего лишь раз. Не больше. И в этот самый момент, когда казалось, что тот уже хочет отпустить Чхве, губы Джея коснулись губ Субина. Что, мать твою, происходит? Может, у Бина галлюцинации? Это не может быть реальностью, это не должно быть реальностью. В руках все еще чувствовались остатки силы, но использовать её будет глупо, хотя, когда, если не сейчас? Бинни поднимает руки, о чем он сразу же пожалел из-за ноющей боли, и пихает Пака в грудь. Это отразилось эхом по всему телу, стало еще больнее. А Джей и не сдвинулся, губы всё так же перекрывали губы Субина. Неужели ничего нельзя сделать? Похоже, и правда нельзя. Джей был в разы сильнее, чем он.  Резко губы наконец-то отлипают от него, давая сделать жалкий глоток воздуха. — Ребят, выйдите от сюда нахер. Мне с Субином предстоит еще поиграться, — Мерзкий текст между строк не усваивался в голове, слова лишь отзывались эхом где-то на дне посознания. Сонхун и Хисын вышли из зала. Субин слышал их шаги, как они все дальше и дальше, как они оставляют его наедине с этим монстром. Однако, чувство самосохранения взяло верх. Кое как, Бин приподнялся на руки и начал пятиться назад, ровно до того момента, как он не уперся в стену. Похоже, он сам себя загнал в тупик. Слёзы из его глаз начали бежать еще быстрее, и в конечном итоге страх сковал его тело полностью. А был ли смысл сопротивляться теперь? Он наверняка обречён. Джей подходил все ближе к нему. И вот, его руки коснулись тела Субина. Сначала ключицы, затем пальцы медленно сползли до груди. Чхве пытается убрать от себя чужие руки, но Джей и правда сильнее его. Он снова пытается, на этот раз Пака это слишком сильно вывело. Парень снова схватил плойку и прижал её к ключице, где минуту назад была его рука — Только попробуй закричать. Отчаянный крик, нет, не крик, вопль. На крики не было сил. Рука Джея опять прикоснулась к оголенному телу Бинни. Холодные и влажные пальцы скатывались все ниже по каждой складке кожи и кубикам пресса парня. Каждая секунда казалась чем-то скользким, отталкивающим и неправильным. Голова гудела, тело ныло, а кожа продолжала вздрагивать от каждого прикосновения, все это было мерзким для Субина. Вырваться он уже не пытался, кричать страшно, да и какой смысл? Ему никто не поможет. Он хотел домой. Он хотел спрятаться от всего этого ада под одеялом в своей комнате. Он хотел, чтобы это как можно быстрее закончилось.  Надежда умирает последней. Понятное дело, что теперь единственная надежда осталась на слова. — Пожалуйста, не надо… прошу, Джей... — Еле слышный, почти неуловимый голос протянул последнее слово. Глаза зажмурились, слезы сами снова покатились из глаз, полных безнадежностью. Что уже успели увидеть эти прекрасные глаза? Думал ли кто нибудь об этом? Наверное, прохожие никогда не задумывались, через что ежедневно проходит Субин. А может, по нему даже не видно. Единственное, что выдает его — глаза. Парень снова умоляет, уже громче, настолько, насколько позволяет голос. А Джей словно и не слышал, продолжал водить рукой все ниже по телу парня. Пока в один момент она не спустилась до нижнего белья Бина и не коснулась его члена.  И вот все как в тумане, тело болит, во всех местах. Голова уже ничего не соображает. Субину хотелось просто умереть, умереть прям там. И почему это происходит с ним? Как отмотать время назад и не пойти в школу вовсе? Как спасти себя?

***

— В тебе очень туго, Субин-и~ — кажется, этот голос стал еще противнее. — В следующий раз подготовься к нашей встрече, я буду с нетерпением ждать ее — Ухмыляясь, Джей ушел. Субин не слышал слов парня. Он лишь плакал, свернувшись клубком в самом дальнем углу спортивного зала. Все его мысли были запутаны, и ему лишь хотелось забыть обо всем. Убежать, спрятаться, смыть с себя всю эту грязь. Смыть ощущение чужих холодных рук на своём теле. Парень уже и не знал, что и делать. Стоит ли звонить куда-то? Ему никто не поможет. Ни родители, ни учителя, ни ученики... даже Сону. Никто ему не поможет. Никто ему не помог. Это конец, наверняка конец. Мысли не укладывались в голове, все казалось таким бессмысленным. А как он будет смотреть людям в глаза? Что скажет его мать, если узнает? А отец? Отец наверняка изобьет его, сказав, что он "педик" и "терпила", раз не смог защитить себя. А что он скажет Сону? Что тот подумает, если узнает, что его использовали как дешёвую шлюху? А вдруг, он и вовсе отвернется от него? А бабуля?.. что она скажет на этот счет? Даже думать не хотелось. Он наверняка расстроит её. И очень сильно. — Я... такой неудачник... — то ли в слух, то ли в мыслях произнёс Субин. Что ему теперь делать? Перевестись в другую школу? Уехать в другой город? Попробовать засудить этих троих? Теперь это все кажется бессмысленным и жалким. А может?.. — ...Просто бросить всё?.. — его ослабленные руки невольно потянулись в рюкзак, в маленький кармашек за припрятанным там лезвием для канцелярского ножа. Парень и сам не знал, для чего он там хранит его, но знал что оно ему скорее всего понадобится. На его лице не было ни одной эмоции, он лишь хотел в глубине души никогда не появляться на этот свет. Это все точно было зря. Абсолютно всё. Пожалуй, и правда будет лучше, если он уйдёт. Плевать, что скажут другие, когда он уйдет, уже никто его не осудит. Он будет в покое, он ведь заслужил это. От одной только мысли, что этого всего не будет, стало так легко. Словно всех проблем и правда не существует, их никогда и не было, это все лишь его выдумка. И сам он тоже выдумка. Это все нереально, его родителей не существует, Сону не существует, бабули не существует, этих троих не существует. Все это — он навязал себе сам. Бинни сел, опираясь спиной на стену. Холод от стены охлаждал уже почти зажившие ожоги. Приятно. Пальцы слабо сжимают ледяное лезвие. Кажется, Субин мог увидеть свои карие глаза в отражении штуки, которую он так неуверенно держал в руке. Руки уже оголены, на тыльной стороне красовались совсем свежие ожоги, но на них ему было наплевать. Да, пожалуй, он готов решиться сделать это. Уже ничего не важно, никто не важен, все это в прошлом, которое больше не будет мучать его. Рука подставляет острый край к запястью. Вены уже вздулись, Субин так и не понял почему. Самый кончик медленно впивается в линию на руке, уже даже видно каплю крови, которая так и была готова скатиться по запястью на пол. Резкое движение рассекает кожу, пол секунды, и эта линия наполняется красной жидкостью. Странно, ему должно быть больно, но ощущения приятные. Порез явно был глубоким, раз кровь так сильно бежала из руки. Но этого мало. Он хочет еще. Вторая линия, третья... Субин не смог насичитать точное количество, но, как он запомнил, больше шести раз руку с лезвием он не дёргал. Капли слились в одну струю, что уже начала наполнять лужу рядом с сидящем парнем. Забавно, что так вышло. Бин и до этого думал об этом, не всерьёз, так, просто пробегающая мимо мысль. Кто бы мог подумать, что его всё таки доведут. Все, слез больше нет, боли в теле угасла, единственное, что он чувствовал — как тянет раны, как они горят и пульсируют. Теперь ничего не важно, о чем можно подумать перед смертью? Наверное даже не о том, что скажут люди, когда найдут его. На это плевать. Может, подумать о том, как бы сложилась его судьба? Это бесполезно, родители всегда говорили ему, что он полный ноль. Глубоко внутри он привык к тому, что он полный ноль, так что, сомнений, что это правда не было никаких. В память резко врезались строчки, которые он написал утром. Ему даже стало смешно, сам велел никогда не сдаваться, и тут же бросил все и ушел. В глаза темнеет, этот яркий утренний взгляд гаснет, он потух еще сорок минут назад, но сейчас от него не осталось ничего. Ощущение тревоги медленно ускользало, так захотелось спать... Глаза закрылись. Да, пожалуй, он знал, что это последнее, что он увидит в своей жизни. Спортивный зал. Плойка. И лужа его крови. 

***