Скетчбук

✩*⢄⢁✧ --------- ✧⡈⡠*✩

Москва шумела и гудела, продолжала кипеть работой, несмотря на то, что уже был поздний час. В салоне дорогого авто едва звучала музыка, а через тёмные тонированные стёкла практически не попадал свет уличных фонарей. Московский напряжённо выдохнул. Он вкладывал в развитие магистральных трасс столицы миллионы рублей, а пробки в городе всё никуда не девались. Михаил резко выкрутил руль, перестраиваясь в соседний ряд и съезжая с трассы, уходя на другую развязку. — Не надо так дёргать машину, — голос Саши прозвучал тихо, вкрадчиво. — Тебе же дороже, — Питер провёл по всей длине члена языком, заглатывая его на половину. Московский прошипел, стараясь сконцентрироваться на дороге, а не наслаждении. — Я стараюсь, но знаешь, как тяжело сосредоточиться. — Будто впервые это проходим, — спокойно ответил Саша, выпуская член из-за рта и начиная медленно водить ладонью. — Ты главное на меня не отвлекайся. — Как мне не отвлекаться, когда твой блядский язык ласкает мой член? — Не выражайся, — ведя губами по головке. — Сейчас судьба всей России в моей власти, — за щёку. — С чего-то? — колкого ответа не последовало, только зубы совсем слегка коснулись возбуждённого органа. Московский мгновенно откинул голову назад, выжимая тормоз, останавливаясь на светофоре. — Ладно, понял. — Замечательно, — томно. Серые глаза азартно блестели в полумраке. Саша вновь заглотил член доходя практически до основания. Миша переместил одну руку с руля на каштановую макушку, сжимая волосы у корней. Слегка надавливая и удерживая его голову. Романов сжал бедро Москвы, максимально расслабляя горло, выдыхая тёплый воздух через нос. Миша отпустил волосы, давая сделать Романову глубокий вдох. Глотнув кислорода, Питер вновь приник к изнывающему члену, начиная делать более быстрые движения. — Саша, — едва проговорил Московский, ощущая скорую разрядку. Он хотел остановить его, но, видимо, у мужчины на этот счёт были другие планы. Романов опустился по самое основание, чувствуя горечь спермы на языке. Москва закатил глаза, закусывая губу. Благо горел красный свет. Саша послушно всё проглотил и последний раз провёл языком по уже обмякшей плоти. Он сел ровно на своём месте, открывая бардачок и доставая откуда салфетки. Московский застегнул штаны, стартуя со стоп полосы. Его рука легла на бедро Петербурга, слегка сжимая его. — Уже проходили, — приподнимая бровь. — Дотерпи до дома, — спокойно говорил Саша, вытирая уголки покрасневших и опухших губ. — Непременно, — сказал Миша, вдавливая педаль газа в пол.

✩*⢄⢁✧ --------- ✧⡈⡠*✩