Одни

Иногда новости падают на голову одна за одной. Около года назад моя мама умерла после несчастного случая на работе. У меня остался только папа. Все остальные родственники жили достаточно далеко, да и я их не знал особо, так что да - кроме отца никого и не осталось. Первые месяцы было очень тяжело. Тяжело учиться, работать, вообще делать что-либо. Ты скорбишь, а когда скорбишь, ничто иное, кажется, не имеет права занимать королевскую ложу внимания в твоей голове. Однако через время королева начала всё чаще и чаще покидать свои покои. Мы начали привыкать. Через полгода отец сообщил мне, что начал отношения с какой-то женщиной. Я вполне его понял и поддержал, потому что в последнее время, кажется, как раз-таки из-за этой женщины, он начал расцветать. До этого он почти всегда был убитый, да и в общем выглядел жалко. Впрочем, как и я. Я как был морально уничтожен, так и оставался, хоть и, как упоминалось выше, с каждым днём становилось всё легче. Учёба скатилась, отношения с друзьями охладели вследствие моей отчуждённости от всего мира. Хороших друзей, с которыми я не только гуляю, у меня двое. В этом плане мне повезло. Значительную долю поддержки в своё время предоставили мне именно они. Знаете, в такое тяжёлое время помощь с домашкой или какими-то другими делами дорогого стоит. Стоит заметить, что меня подбадривал ещё кое-кто - та самая женщина отца, которая в один прекрасный вечер пришла к нам на ужин, где мы и познакомились. Тёткой она оказалась очень хорошей и приятной. Честно говоря, иногда хотелось просто обнять её, уткнуться в её грудь и тихонько захныкать, вот настолько она вызывала подобие материнской ласки. Конечно, эти позывы слабости я оставил при себе, и они остались лишь в моей голове. В одном из разговоров женщина, которую, кстати говоря, зовут Жанна, упомянула, что у неё есть дочь, и родилась она в том же году, что и я. Тогда какую-либо заинтересованность проявили лишь мои гормоны, которые, в общем, быстро успокоились, и о той девчушке я забыл. До сегодняшнего дня, когда она оказалась на пороге моего дома. Конечно, отец вчерашним днём мне говорил, что женщина съедет к нам. По какой-то причине я просто-напросто забыл, что у неё есть дочь, потому просто сказал: "ладно". Единственное, что меня тогда смущало - это то, что теперь каждую ночь из комнаты отца будут доноситься звуки страсти. Так вот, девчушка... Зовут её Яна. Мы оба были смущены положением дел, потому наше знакомство прошло мимолётно: мы боязливо пожали друг другу руки и на это всё закончилось. Кажется, она была смущена ещё больше, ибо знала о переезде сюда раньше меня, и накрутить, кажется, она успела знатно. Дом у нас довольно большой, потому и нашлась отдельная комната на втором этаже для Алисы. Конечно, на двери там был и так желанный всеми девушками замок, чтобы беречь своё личное пространство. А когда в твоём доме находится парень одногодка, кажется, что эта потребность возрастает. А ещё если этот парень незнаком... В общем, вы поняли. Сейчас они привезли довольно мало вещей, только на первое время, сказали, мол, остальные привезут потом. Кажется, через какое-то время мне придется таскать коробки с женскими труселями. Вечером намечался общий, так сказать, семейный ужин. Папа усердно готовил множество вкусняшек, а Жанна ему помогала. К полноценной готовке отец Жанну не подпускал, аргументируя это тем, что ему было бы стыдно заставлять только-только переехавшую к нему в дом женщину готовить, а эта самая женщина парировала тем, что раз уж они начали жить вместе, то и делать всё стоит вместе. Также у них параллельно готовке было и множество других приторных штучек, однако дальше я слушать не стал, ибо что-то внутри меня от этого зрелища кукожило. Яна почти всё время сидела у себя в комнате. Запиралась она или нет я не проверял. Согласитесь, было бы странно, если бы после того, как она зашла в комнату, начну ломиться в дверь я. Между прочим, чувство стеснения у меня присутствует в полной мере. Но на ужин девушка покинула комнату, и вот, мы вчетвером оказались за одним круглым столом. Перед каждым из нас на блестящих белых тарелках красовалось золотое картофельное пюре с большими румяными домашними котлетами, а также всё это было накрыто одеялом из мясной подливы. Мясо, мясо, больше мяса! Помимо этого у каждого стояла тарелка с зимним салатом, который чуть ли не сверкал подобно калейдоскопу благодаря обилию разноцветных ингредиентов в нём. — Приятного аппетита, — прозвучало в унисон от всех нас. Из-за этого совпадения напряжённость, которая слегка витала в воздухе, поубавилась: взрослые похихикали, а мы с Яной улыбнулись. Начав ужин, наши родители начали активно болтали о всякой всячине. Иногда копейку вставлял и я, что-то комментируя. Дочь Жанны же, сидящая напротив меня, молча ела и смотрела на говорящих. — Кстати говоря, Лёша, ты в какой школе учишься? — спросила у меня Жанна. — В шестьдесят девятой, — ответил я не без улыбки. Уголки губ женщины тоже поднялись. — Яна учится в сорок второй, — сказала она, — кстати говоря, тоже в девятом классе. А, ещё интересно. Ты к экзаменам готов? Всё-таки май месяц. Да, за окошком уже иногда процветала жара под тридцатку и по утрам пели птички. Ну и так называемое ОГЭ скоро, как же без него. — Ну, точно сказать не могу, но вроде бы сдать должен. Не хочу гадать. — Готов он, - уверенно начал мой отец, - В школе их готовят по полной программе. Пробники как орешки, — сказал он, после чего щёлкнул язычком. К счастью он не знает, что все эти пробники были списаны, и гордится своим сыном. На деле я прилично скатился по учёбе. — А у Яны... - осеклась мама девушка, - хм, может, сама расскажешь? — с улыбкой обратилась к своей дочери Жанна. Она явно хотела, чтобы та не чувствовала себя как-то отчужденно, потому мой и отцовский взоры во всё внимание направились на девушку. Та странно зыркнула в сторону матери, улыбка которой оказалась полна лукавства, и вздохнула. — Экзамены эти ваши. Я к ним с прошлого года готовлюсь, так что они у меня будут как эти... Орешки, во, — в конце она довольно мило улыбнулась. У меня аж что-то ёкнуло. Всё-таки Алиса была довольно миловидной. Это была длинноволосая блондинка с редкими вкраплениями русых локонов. Лицо её было аккуратным и хорошеньким, без какой-либо капли макияжа, что удивительно для девушек её возраста (хотя сейчас она дома и, кажется, ей просто не было смысла делать этот макияж). И без этих красок на лице она выглядела очень даже красиво. Одета она была в красное оверсайз худи без рисунка, а на её ножках, ляжки которых выглядели довольно массивно, были натянуты джинсы. Ступни же облегали тёмно-синие носочки с какими-то рисунками. В общем, все постепенно оживились и начали общаться. Даже с Яной мы пару раз перекинулись словами. В большей части про одноклассников, мол, какие они у нас в большей степени тупорылые. В доме воцарилась уютная семейная атмосфера, отчего настроение на оставшийся вечер у меня было прекрасное. Помыть посуду вызвался отец. Жанна осталась с ним, а мы с Яной разошлись по своим комнатам. Я спокойно сидел в компьютере, бесцельно шарясь на всяких сайтах, как вдруг в мою комнату постучались. — Можно войти? — раздался голос Яны из-за двери. Попроси она это раньше, до ужина, так я бы ни за что её не впустил бы. Со вчерашнего дня в моей комнате царил полный беспорядок, но перед ужином я хоть маленько да прибрался, так что можно не стыдясь впускать сюда девушек. Нет, конечно, я не надеялся, что какая-нибудь Яна или Жанна увидят порядок в моей комнате и скажут: "О боже, какой чистюля! Возьми меня прямо на этом чистом столе!" Честное слово. Мне просто было бы стыдно, увидь они мою комнату в хаосе. — Да, конечно, — ответил я. Дверь неспеша открылась и оттуда выглянула голова девушки, а после и остальные части её тела оказались в моей комнате. Я уже встал с компьютерного кресла и пошёл к ней, так как сидеть перед гостём как-то не очень. Хоть она и будет жить в нашем доме... В любом случае, я говорил про комнату. Стоит заметить, что у нас была разница в росте. Я был плюс минус на около двух десятков выше неё, так что смотрел на девушку я частично сверху вниз. — Что случилось? — спросил я, пытаясь говорить максимально спокойно, как бы ей не показалось, что я как-то недоволен её визитом. — Там это, — мялась Яна, перебираясь с ноги на ногу, а руки она держала в кармане худи, беспощадно его оттягивая от неудобства, — телевизор не включается. Я всё там перепробовала, а он того, — с каждой секундой ей становилось всё неловче и неловче, — ты понял. — Ну, пойдем, что поделать. Честно говоря, она казалась на года два младше меня. Либо это я слишком взрослый, либо она слишком мелкая. Но вот мы уже оказались в её комнате, которая находится довольно далеко от моей. Несмотря на то, что девушка прожила здесь всего день, по комнате сразу видно, кто здесь живёт. Здесь было обилие разных вещей, но вместе с этим они не засоряли пространство, а были аккуратно разложены по местам, которые, кажется, являются их родными. Меня немного интересовал вопрос, зачем ей телевизор. Вроде б по ней не скажешь, что она любит смотреть первый канал или Россию культуру со спицами в руках. Однако, оказавшись в комнате все вопросы отпали - рядом со средних размеров плазмой красовалась новенькая четвертая плейстейшен. Видимо, мой папа обо всём позаботился. — Так-так, ну что тут у нас... — пробормотал я, подходя к виновнику торжества, пока Яна стояла около двери, оперевшись на стену и оставив руки во всё том же кармане, хотя бы уже не мучая его гимнастическими упражнениями. На милом личике девушки была сесть стеснения и неловкости чистой воды, что, стоит заметить, выглядело забавно. Её пухленькие губки были приспущены, а взгляд метался из стороны в сторону. Телевизор и вправду не включался. Я потыкал кнопки на нём самом, потыкал на пульте. Приставка на удивление тоже не работала. Мои извилины начали активно шевелиться, пытаясь понять, в чём дело. Хвала небесам (или всё-таки какой-нибудь отдельно взятой извилине), что я решился взглянуть на удлинитель. Нет, дело не в том, что вилки телевизора и приставки не были вставлены, как раз таки наоборот, они отлично держались на своём месте. Просто сам удлинитель был отключён. В гробовой тишине комнаты последующий "Щёлк!" было слышно чересчур отчётливо, аж Яна слегка дёрнулась от неожиданности. Тут же заработала приставка и телевизор. — Спасибо большое, — подходя ко мне сказала Алиса, — в чём там было дело? — Удлинитель был отключён, — выпрямившись сказал я. — Оу, — произнесла девушка, от неудобства одной из своих рук теребя локон волос около лица. Кажется, за всё наше короткое общение ей больше всего было неудобно. — Ничего страшного. Удлинитель хорошо спрятан, поэтому ты бы вряд ли нашла его, чтобы посмотреть. — Ага, — тяжело вздохнув сказала она, видимо, о чем-то задумавшись, — ещё раз спасибо. — Не за что. Я направился к выходу из комнаты, как вдруг она меня окликнула Лёшей. — Что? — А какие тут игры есть? — задала вопрос девушка, взяв в руки джойстик и сев на пол напротив экрана. — Не помню, — ответил я, хоть и задался вопросом, почему она просто не дождется загрузки и не посмотрит. Хотя очевидно, что она хочет завести диалог с таким прекрасным парнем, как я — А чья это приставка? — Ну, наша. Девушка почему-то сразу застеснялась, а я не сразу понял смысла сказанного. Вроде бы ничего такого. Может быть, она надумала? Или я надумываю? Да чёрт его знает. — Ну, то есть моя с отцом, — пояснил я, — а что? — Да просто спросила, — как-то смущённо ответила девушка. Мы ещё простояли в тишине несколько мгновений, глядя друг на друга, как неожиданно от Алисы поступило интересное предложение: — Может, поиграем вместе? Одной всё равно скучно, — говоря это, она в очередной раз одной из рук поправила локон волос на лице, который, однако, уже был поправлен и по сути она просто провела рукой по лицу. В свою же очередь я согласился и уселся относительно рядом, взяв в руки второй джостик. Наш выбор пал на какие-то гонки на двоих игроков, ибо других игр и не было. Да и этот вариант нас обоих вполне устраивал. Знаете, эти самые двойные режимы, где экран делится на два сверхсжатых прямоугольника? Так вот, у нас такой и был. Мы около трёх часов усердно катались на разного рода машинах, по первой оценивали их внешний вид и активно соревновались. Спустя некоторое время от тем машин мы перешли на темы личностного характера, рассказывая про себя. Кто чем увлекается и как кто живёт. Конечно, это было поверхностно, но всё же. Как оказалось, у нас была разница лишь в месяц, и старшим оказался я. А также у нас на удивление оказалось довольно много общих интересов, что и растянуло наш разговор. Отец Яна несколько лет назад попросту бросил её, и до недавнего времени её мать была гордой матерью одиночкой, но ей, как процитировала сама Яна, «захотелось рядом крепкого мужского плеча». Я усмехнулся и сказал, что с этим у моего папы проблем уж точно нет. Как раз закончив разговор про родителей и посмотрев на время, мы поняли, что пора расходиться спать. Мы вместе вышли из комнаты, спустились на кухню, попили воды, а когда начали подниматься услышали странные звуки, раздававшиеся со стороны комнаты родителей. Я не сразу понял, что к чему, а вот Яна полностью покрылась краской и начала тупить взгляд. Только когда я ушёл в свою комнату я понял, отчего она смутилась. Кажется, наших родителей не особо смущало то, что их комната находится не так уж и далеко от лестницы. Что стоит подметить с этого дня - так это то, что если я и не сдружился с Яной, то мы определенно стали приятелями, что точно хорошо, ибо нам всё-таки жить в одном доме. Где-то под одиннадцать ночи я лёг в свою кровать, однако то и дело воротился. Уж больно много всего за сегодня произошло.