Кис-кис, мяу

      Юнги лежит в обнимку со своей любимой мягкой игрушкой и уже несколько часов смотрит на пришедшее сообщение. Ему тяжело поверить, что Чимин снова заставил его чувствовать себя отвратительно. Разве он многого требует от него? Просто быть вместе, рядом. Хочется, наконец, ощутить поддержку от альфы, в которого когда-то был влюблён, и даже сейчас, вроде бы, чувства к которому по-прежнему не изменились. Омега с ужасом вспоминает брошенные в лицо купюры. Он больше не может плакать, слёзы закончились примерно час назад. Он не в состоянии продолжать убиваться. Сейчас он просто смотрит на текст и не знает, должен ли что-то отправить в ответ? Например: «Забудь меня и этот номер» или «Больше шансов у тебя не будет». Только вот пальцы не двигаются. Мин перекатывается на спину, вытягивает руки с телефоном вверх и вздрагивает от входящего сообщения.

«Я готов на что угодно ради твоего прощения. Я сейчас абсолютно серьёзно. Дай мне возможность доказать, что ты мне действительно дорог. Ключи от кафе у директора, он заезжал вечером, оплатил Хосоку смену и всё закрыл.»

Юнги читает строчки затаив дыхание. В голове много разных мыслей. Сколько он ещё сможет прощать Пака?

«Я поступил как полное дерьмо. Прости. У меня тоже есть свои скелеты и заморочки… Прости меня, Юнги.»

Глубоко вздохнув и подумав, что слишком быстро сдаётся, омега всё же отправляет ответ: «Прощение тебе ещё придётся заслужить.»

«Всё, что скажешь.»

      Юнги откидывает смартфон на кровать и закрывает лицо руками. Он решает, что ему срочно надо как-то расслабиться. И будь, что будет. Ведь он уже давно принял внутри себя решение, просто никак не мог решиться его озвучить. Последний шанс. Омега даст ему последний шанс, правда последний. Если они не смогут преодолеть такие вещи, как простое повседневное общение вдвоём, то он больше не будет пытаться.       Именно в этот момент Мину жутко хочется вдохнуть аромат Чимина. Почувствовать на себе его тёплые ладони и услышать, что тот правда сделает всё возможное. Собирая свои последние крохи самообладания и не желая оттягивать неловкий момент, омега находит телефон и набирает номер. Отвечают тут же. — Юнги… — гулко выдыхает Пак. — Привези мне чего-нибудь сладкого, — выдаёт омега, чем ошарашивает альфу. — Сейчас? — осторожно спрашивает Чимин. — Да, желательно с цитрусовым вкусом… — быстро шепчет Мин. — Фрукты? — уточняет Пак. — Нет, пирожное или тортик, с мандаринами, — закусывая губу, отвечает Юнги. — Эм… Ты уверен? — всё ещё не верит альфа в то, что слышит. — Да. И нам надо поговорить. — Пауза. — Только не слишком торопись. Я хочу успеть сходить в душ. — Мин замолкает и ждёт ответ. — Да, конечно кот… — Пак запинается. — Я могу называть тебя так или мне не стоит? — Можешь, — Юнги сглатывает и прикрывает глаза. Он очень хочет прямо сейчас почувствовать рядом тёплый сандал и мандарин со свежей травой, но даже себе самому сложно признаваться в подобном. А ещё, ему нужно немного времени, чтобы обдумать свой план. — Котёнок, прости меня за сегодня… — всё же произносит альфа. — Не за сегодня. — Что? — теряется Пак. — Чимин, был чудесный день, а вот к концу ты его испортил и, надеюсь, объяснишь почему. Думаю, мне тебе не надо объяснять мою реакцию? — выдыхает Юнги. — Не надо… Прости меня, буду у тебя через час, — отвечает Пак с дрожью в голосе. Очевидно, что он боится. Внезапный хрупкий мир, тем более от достаточно импульсивного и обидчивого омеги может рухнуть в любой момент. Ощущение, что они оба ходят по тончайшему льду. Если оступиться, то утонут оба, раз и навсегда. Чимин это прекрасно осознаёт. — Тогда до встречи, — Мин сбрасывает звонок.       Надо оторвать себя от постели, но сил в нём словно не осталось. Превозмогая желание продолжать лежать, он поднимается и тащится в душ. Главное — успеть высушить волосы, а то на улице уже достаточно холодно, и выбегать с мокрой головой точно плохая идея. Болеть у него нет времени. Надо будет работать. Только вот делать это без выходных Юнги больше не намерен. Он планирует завтра же заняться размещением объявлений с вакансией. Для начала — на всевозможных сайтах в интернете. Дальше — как пойдёт, если надо будет, то и на улице расклеит. Главное не растерять настрой.       По завершению водных процедур, омега чувствует, что ему стало значительно легче, даже в голове всё уложилось по местам. Часы показывают, что совсем скоро должен приехать альфа. В душе он пробыл дольше, чем планировал, поэтому хватает фен и скорее сушит волосы. Как только он заканчивает с последними прядками, то смотрит на себя в зеркало. «Думаю, я не настолько притягательный, чтобы раскидываться такими альфами. К тому же, он мне нравится, как бы я не пытался отрицать или задушить в себе эти порывы… Ну почему всё так сложно?» — думает Мин.       Омега возвращается к себе в комнату и начинает собираться. Надевает на себя широкие спортивные штаны, чёрное худи и шапку такого же цвета. Ему автоматически хочется утеплиться и, возможно, защитить себя от не самого простого разговора. Мин понимает, что они сейчас либо договорятся, либо и правда конец всему. И он снова будет одиноким омегой с кучей проблем, заботами и не вспомнит о своём поле до ближайшей течки. Течка… По телу Юнги пробегает приятная дрожь — тогда с Паком ему было очень хорошо. Хотя он по-прежнему не может простить альфе того, что тот вот так, прямо в кафе, лишил его девственности.       На телефон приходит сообщение о том, что Чимин на месте и ждёт на улице. Мин читает его и выходит из дома.       Альфа стоит около подъезда, тоже одет во всё чёрное. В одной его руке — коробочка, а вторую он протягивает в сторону омеги: — Идём в машину, иначе ты тут замёрзнешь, — просит Пак. Юнги внимательно смотрит на протянутую ладонь и, заглядывая в глаза альфе, берётся за неё. Он чувствует, как дрожит от волнения рука Чимина. Значит ему правда не всё равно, что между ними происходит. — Купил тебе два пирожных — одно с настоящими дольками мандарина, а второе с заливкой из цитрусов, надеюсь тебе понравится, — он за руку ведёт Мина в сторону автомобиля и старается понять настроение омеги. — Почему ты вдруг попросил такую сладость? — Подумал о твоём аромате и мне захотелось чего-то подобного, — тихо, почти шепча, отвечает омега. — Юнги… — Останавливается Чимин. — Не знаю, имею ли я сейчас на это право, но… — Пак обнимает Мина и аккуратно прижимает его голову к своей шее, давая возможность вдохнуть запах. Омега берётся пальчиками за рукава на куртке и с удовольствием втягивает аромат, о котором так долго думал. Ему хочется надышаться им, впустить глубже в лёгкие. Он пряный и одновременно свежий, такой приятный. Собственный ландыш окутывает их обоих, создавая своеобразное сплетение фруктового и цветочного букетов. Так они стоят минут пять, пока Мин сам не отстраняется. Пак проводит свободной рукой по щеке омеги. Он кажется ему сейчас таким хрупким, открытым перед ним. — Прости меня, пожалуйста. Я правда виноват перед тобой, — произносит с сожалением Чимин. — Я, видимо, слишком неудачно тогда пошутил, — отзывается Юнги. — Дело не в тебе. Просто не только ты остро реагируешь на все эти темы с деньгами. Только поводы у нас немного разные, — смотря в глаза, отвечает альфа. — Давай всё же сядем.       Сигнализация машины отзывается на снятие блокировки, и Чимин ведёт омегу. Открывает дверь и пускает внутрь, сам же быстро перебегает и садится, оставляя коробку с пирожными на панели впереди. — Всё мое детство, а в школе особенно, со мной хотели дружить только по двум причинам, — начинает Пак, — это возможность списать, потому что я всегда хорошо учился, и мои деньги с положением. Всем хотелось успешного друга, которого можно использовать. Поэтому, когда ты… В общем, я подумал, что ты со мной так же из-за денег, и я… Вспылил. Прости. — Чимин всё это время сидит и смотрит куда-то вдаль через лобовое стекло. Юнги не торопится ответить ему. Для него становится некоторым открытием то, что Пак тоже не был счастлив, несмотря на наличие многих благ, которых не было у него самого. — А я подумал, что тебе от меня нужен только секс, и настолько, что ты даже готов заплатить за него… — тихо отвечает омега и тоже смотрит вперёд.       В машине некоторое время стоит тишина. Но потом Чимин тянет руку к Юнги и берёт его ладонь в свою. Подносит к лицу и оставляет лёгкий поцелуй на тыльной стороне. — Я немного не понимаю твоего желания ограничить нашу близость… — Пак не успевает закончить фразу. — Только не порти всё вот так сразу, — хмуро смотрит на него Юнги. — Подожди, дай мне договорить, — просит его Чимин, и Мин кивает. — Так вот, я не понимаю. Вроде как, у нас уже всё было, но… Но я с уважением отношусь к твоему личному пространству, и, если ты просишь меня пока повременить, я принимаю этот факт. Просто пойми, я только учусь. Ты первый мой парень, — немного смущённо улыбается Пак. — У нас всё так вышло, да. Только я не хочу торопиться. Мне хочется больше романтики и возможность почувствовать… Почувствовать каково это, встречаться с кем-то. Понимаешь? — спрашивает омега. — Кажется, да, — тихо говорит альфа и поглаживает большим пальцем руку, которую так и не выпустил. Юнги смотрит в глаза своему пока ещё парню и собирается с мыслями. — Не знаю, как мне хватило сил позвонить тебе сегодня, но у меня есть условия, если ты и дальше хочешь продолжать со мной встречаться, — произносит омега. — Я уже писал, что сделаю всё, — твёрдо отвечает Пак. — Тогда, так, — Мин забирает руку и во все глаза смотрит на альфу. — Никаких других омег. — Да я и не собираюсь тебе изменять! — восклицает Чимин. — Вот не надо, я помню ту вонь, когда ты пьяный примчался ко мне, — зло смотрит на него Юнги. — А, да… это было случайностью… — Теперь без случайностей, Чимин, — грозно говорит омега. — Я понял, что ещё? — С тебя три красивых свидания, — выдаёт Юнги, — и никакого секса, пока я не разрешу. — Хорошо, — тут же соглашается Пак. — Вот так просто? — приподнимает бровь Мин. — Да, для тебя я постараюсь. Не хочу терять своего цветочного котёнка, — улыбается альфа, — а целовать тебя мне тоже нельзя?       Юнги глубоко вздыхает — не может он запретить ему этого, потому что сам хочет. Омега тянется к Паку. Губы встречаются в лёгком касании и между ними словно ток пробегает. Чимин старается целовать нежно, как самое драгоценное, что есть в его жизни. В сердце словно залили горячее какао и топят там зефир. Он ощущает невозможный прилив нежности, теплоты и радости. Его омега не сбежал, а понял и простил. К тому же, он отделался очень просто. За его выходку он ожидал чего похуже, но Юнги оказался настолько неиспорченным, и, кажется, сам хочет удержать хрупкий мир. Альфа отрывается и оставляет поцелуи на закрытых веках омеги, аккуратно касаясь тонкой кожи, затем проходится едва уловимыми прикосновениями губ по скулам и оставляет целомудренный поцелуй у виска. Прижимает ближе к себе и не хочет отпускать его никуда. Так хорошо и тепло сейчас, когда они восстановили понимание, хотя Пак прекрасно понимает, что ему выдали небольшой, но такой важный сейчас кредит доверия. Он должен вернуть его сполна и даже больше. Просто свидания, что может быть легче? — Погоди, — отодвигается альфа, — а как твоя работа? Ты по-прежнему один, — говорит Пак. — Да, поэтому в твоих интересах помочь мне найти кого-то на смену, — хитро улыбается Мин. — Значит, ты меня ещё и используешь? — по-доброму усмехается Чимин, а Юнги зависает на том, как щурятся его глаза, делая лицо таким лучистым и добрым. — Немного, — улыбается в ответ омега. — Так можно, я совсем не против. К тому же, вариант не работать ты точно сразу отметёшь, значит буду помогать хоть так, — вздыхает Пак. — И не смей мне больше предлагать бросить работу, — бурчит Юнги и сам тянется к губам альфы.       Ему сейчас так хорошо и комфортно, что он бы с радостью остался тут — выпил чай, съел пирожные и продолжал сидеть в аромате своего альфы.       Порой, услышать другого или же заставить себя говорить — очень сложно, но Мин рад, что они смогли решить возникшую проблему. Он планировал злиться, кричать, что альфа не имел никакого права вести себя подобным образом, и что он подпустит его к себе только после того, как тот искупит все свои грехи, но желание просто быть рядом, делить произошедшее на двоих и дать им ещё один шанс — вот, что оказалось сильнее и ценнее в этом закатном моменте.