Инструкция по вывозу ребенка в чемодане

И вот настал момент истины. Минхо с Джисоном переместились в партер. Рядом с ними сидели еще четыре финалиста. Ли сжимал руку младшего и смотрел в упор на ведущую, выходящую на сцену и машущую рукой всем зрителям, вновь приветствуя их. Внутри обоих трепетало ожидание с нетерпением и билось об ребра, чуть ли не ломая их. Парни оба были напряжены, сжимая замок своих рук, хотя оба даже не помнили как взялись за руки, но сейчас не это в центре их внимания. Сейчас все самое важное будет говорить эта японка. Ведущая одарила всех яркой улыбкой и опустила глаза в свой планшет. — Переходим к торжественной части нашего фестиваля! Награждение! Из пяти конкурсантов, сумевших пробиться в финал, получат денежные призы, и не только денежные, только двое. У нас есть две награды — она указала рукой на кулисы и вышли две девушки, держащие в руках два разных кубка — победитель нашего конкурса — одна из них подняла кубок вверх, — и приз зрительских симпатий! — вторая подняла другой. — А кто же эти два счастливчика, узнаем сразу после показательного номера! По залу прокатился то ли раздраженный, то ли разочарованный вздох. Женщина удалилась и в зале потемнело, а когда свет снова включился, то на сцене был какой-то взрослый японский коллектив, но всем финалистам было явно все равно на них, они все хотели, чтобы быстрее этот номер кончился. Хан оглянулся, Минхо смотрел в одну точку где-то на сцене, балерина тряслась и обнимала сама себя, еще трое смотрели в пол и покачивались взад-вперед. Джисон мог даже сказать, что он тонул в напряжении исходящем от них, а еще у него кажется начала отниматься рука, потому что напряжение одного из танцоров Джи чувствовал еще и физически. Сон поглаживал руку старшего большим пальцем, но видимо это несильно помогало. Номер тянулся бесконечно долго, но все же и у него есть конец, Слава тебе Господи. На сцену снова вышла ведущая, держа в руках два конверта. Музыка затихла. Было слышно как сердца бились в бешенном ритме, а та явно не спешила, оттягивая момент и накаляя обстановку в зале. — В первую очередь мы наградим победителя! — звенящая тишина — Победителем этого года становится… — она начала вскрывать конверт и все пятеро танцоров в первом рядом подались корпусом вперед — Барабанную дробь попрошу! — кажется цокнул весь зал, но все равно начали стучать ладонями по коленям. — В это году побеждает… Хо затаил дыхание, все внутри напряглось до предела, натянулось как струна и кажется уже вот-вот может исполниться его мечта. — Джиро Накамура! Цзинь… Внутри что-то оборвалось и тело расслабилось. Аплодисменты и счастливый крик парня ушли на второй план, звуча будто откуда-то из другого помещения. Минхо повернул голову к Хану. Тот смотрел на него обеспокоено и что-то говорил, но Ли не мог сосредоточиться на его словах. Он чувствовал как в глазах скопилась влага, но не стекала по щекам. Нельзя. Он сильный. Хо здесь. Он финалист. Он один из лучших танцоров. Нельзя сейчас давать разочарованию в себе накрывать его, устраивая бедлам в мыслях. И ЛиНоу почти смог утонуть в своих мыслях, но его спас от противных липких чувств громкий голос ведущей… — Приз зрительских симпатий достается Ли Минхо! Все как застыло в моменте. Ли будто забыл, что это его имя, или просто не мог пошевелиться, пока Джисон не пнул его, призывая очнутся и вернуться в реальность. Ли поднялся на сцену и встал рядом с Джиро. Он был немного растерян, в душе был небольшой раздрай, но в голове начал восстанавливаться порядок. — Что за потерянность на лице я вижу? — хихикала ведущая и приобняла парня за плечо. К Ли подошли и вручили ему какую-то коробку с призом, чек с приличной суммой денег и кубок, где было выгравировано его имя. Его, мать его, имя. — Давайте дадим слово нашим победителям — улыбнулась женщина и протянула микрофон Накамуре. — Я очень рад, что смог выиграть. Безмерно счастлив находиться здесь. Спасибо за поддержку моим друзьям, семье и тренеру, который подготовил меня. Это почти полностью его заслуга, что сейчас я такой и сейчас стою здесь! Спасибо! — он поклонился и протянул микрофон Минхо, улыбаясь парню. Ли взял микрофон и на секунду задумался, после чувствуя как вдруг все негативные чувства отступают. — У меня противоречивые чувства. Сначала я почувствовал себя просто ужасно, когда не услышал свое имя как победителя, но сейчас что-то в груди будто расцветает и заставляет меня улыбаться. Я танцор и деятель искусства, а искусством надо делиться и поэтому сейчас, находясь на сцене и держа именно этот кубок в руках, я понимаю, что я не уступаю тебе, Джиро. Значит мое танцевание находит отклик в душе людей, значит им не все равно. Значит я делюсь с ними тем, что чувствую сам! И это возможно ценнее всего. Спасибо всем проголосовавшим за меня! Спасибо моим друзьям, которые поддерживали меня! Спасибо Случай, что один из них был рядом. — взгляд Ли приковался к Хану. — Спасибо ведущей, жюри. — танцор поклонился и вернул микрофон жюри. Зал взорвался овациями. Минхо смотрел на зрителей и видел на глазах некоторых блеск. Кого-то тронула его речь. Он вернул свой взгляд на Джисона, тот хлопал и улыбался больше всех, на щеках его был милый еле заметный румянец и Хо улыбнулся ему в ответ. Ведущая ходила и что-то рассказывала о том, в какой группе будет победитель в качестве подтанцовки, но Минхо ее не слушал, он смотрел на Хана, а тот послал ему воздушный поцелуй и показал жестом, что пора бы обратить внимание на происходящее вокруг. — На этом наш конкурс подходит к концу! Всем спасибо, кто участвовал! До встречи в следующем году! — воскликнула она и помахала рукой.

***

Парни вышли из концертного здания. Минхо держал подмышкой огромный пластиковый чек, в этой же руке на пальцах за бантики висела коробка с подарком. Второй рукой он держал ладонь Джисона, а тот нес его кубок. Они шли молча до самой комнаты. Зайдя в нее, Хан поставил кубок на стол, Ли сложил рядом остальное и они оба встали лицом к друг другу, смотря в глаза и сохраняя молчание. Сон сдался первым и накинулся на Минхо с объятиями, крепко сжимая его в своих руках, но не говоря ни слова, а старший обнял его в ответ. Хан чувствовал его улыбку, чувствовал биение его сердца, прижимаясь к его груди щекой. — Давай оставим это без обсуждения — предложил Ли. — Тебе неприятно? — Я все сказал на сцене, Хани. — Джисон кивнул на его слова и тут же го улыбка сменилась на удивление, а по комнате звонко раздался шлепок. — Пойдем, угощу нас мороженым или чем-то еще вкусным. — За что ты шлепнул меня?! — начал протестовать Джи и пошел за старшим, уходящим к двери. — Твоя задница была слишком близко к моим рукам, я ничего не мог поделать! — с тоном «а как по-другому» пожал плечами Минхо и открыл дверь, выпуская Хана и улыбаясь, — Прошу, мадмуазель. Парни вышли с территории проживания и направились к центру города. Они много баловались в основном Минхо. Пока шли и искали, где бы им перекусить и отдохнуть. на улице уже смеркалось и народу было не так много, что было парням на руку. В итоге они решили нигде не останавливаться и просто взять что-то с собой. — Нам два латте с… — Минхо притормозил и посмотрел на список сиропов, Джисон уставил туда же — В один кофе мятный сироп, а в другой. — он посмотрел на Хана, а тот тыкнул в строчку, где была нарисована клубника и рядом японская надпись — в другой клубничный. Минхо видимо сделал несколько ошибок в словах или грамматике, потому что продавщица молчала какое-то время, а потом кивнула и хотела отойти, но начал говорить Джисон, но не на японском, а на английском. — Нам еще четыре тайяки с шоколадной пастой. Видимо хороший английский Хана она поняла лучше, чем ломанный японский Ли. Старший закатил глаза и посмотрел на Хана. — Куда нам? У нас полный холодильник пудингов и моти, которые нужно съесть до отъезда. — Съедим, не переживай. — пожал плечами Джисон и толкнул танцора в плечо.

***

Парни сидели на лавке в тихом парке и разговаривали. Ни о чем. Было уже очень поздно. Очень темно и очень тепло. И много всякого «очень». Стаканчики из-под кофе давно пусты, сладости съедены и они, как маленькие дети, играли в камень-ножницы-бумага. Проигравший выкидывает мусор, а до ближайшей помойки метров тридцать. — Я выиграл! — завопил Хан и вскочил с лавки, танцуя вокруг себя и получая шлепок — И куда ты руки распускаешь? Бегом до помойки и обратно. Мне тут страшно одному сидеть. — Так пошли со мной. — Может еще вместо тебя сходить? — закатил глаза Джисон, но увидев, что Ли уходит поспешил за ним, взяв его под руку и обнимая ее. Было далеко за полночь и часы висевшие на фонарном столбе показывали почти час ночи, а это значит, что гуляют они почти четыре часа. Надо возвращаться, хотя и не хотелось заканчивать эту прогулку, ведь обоим было хорошо. Оба хотели остаться в объятиях ночи и друг друга, а не идти в комнату, чтобы давиться пудингами, которые они не доели. Еще столько мест в Токио, которые они не посетили и мысленно оба дали обещание, что обязательно вернуться сюда вдвоем, чтобы обойти все и везде, насладятся компанией друг друга. Насладятся друг другом. Но возвращаться пришлось. Подпинывая друг друга, подкалывая и заполняя улицу смехом, воплями и шуточной руганью. Только вот на территории корпусов оба стихли и уже тихо дошли до корпуса, а там и до комнаты поднялись почти спокойно. Наперегонки. Минхо влетел в комнату первый, издавая победное «ага!» и завалился спиной на кровать, Джисон упал сверху и начал играть бровями. — Развлечемся? — промурлыкал он на что получил закатывание глаз от старшего и тихий смех. Но потом оба перестали хихикать и посмотрели друг другу в глаза. Повисла тишина. Парни опустили глаза на губы друг друга. Мир схлопнулся, а их губы соединились в поцелуе. Мягком, нежном и будто бы даже воздушном. Ли сминал губы Сона, будто бы пробуя их на вкус, и оплетал его руками, не желая, чтобы Хан куда-то уходил. Тот и не собирался, отвечая на поцелуй, немного неуверенно, но не менее чувственно, чем Хо. Легкие чуть ли не жгло, поцелуй начал превращаться в бойню за инициативу, парни кусали губы друг друга, оттягивая и зализывая собственные укусы, Ли отстранился первым, а Джи, выдохнув, ткнулся своим лбом в чужой. — Нам надо съесть все пудинги, хотя ты уже итак на вкус как они. — А тебе еще план придумывать, как лететь обратно на багажной полке. — Лучше бы молчал. — Так заткни.