Солнце в дождливом городке

      С момента начала просмотра прошло уже больше половины фильма. Мальчики уже успели выпить по бутылке пива. Сейчас они держали в руках по второй початой бутылке светлого. Менажница тоже постепенно пустела. Что Феликс, что Хёнджин уже знатно расслабились в такой атмосфере. Алкоголь немного отдавал в голову, отчего их обсуждения, которые вытекали из комментариев по поводу киноленты, были весьма броскими. Они отличались от тех разговоров, которые мальчики заводили в трезвом состоянии.       Когда фильм уже двигался к концу, они допили крайние банки с пивом, перейдя к соджу. Феликс подставил две стопки, а Хёнджин открутил крышку от зелёной бутылки и наполнил оба сосуда. Феликс поднял руку с рюмкой соджу и произнёс: – Говори тост, а то мы как-то и не выпили ни за что, – его голос стал ещё ниже, чем был днём. Видимо, такова реакция его организма на выпитое. – Хм, надо подумать... – Хёнджин сложил указательный и большой пальцы "галочкой" и прислонил этот жест к подбородоку. Веки же он сощурил, а глаза навострил куда-то в сторону. – А давай-ка выпьем за этот вечер.       Он поднял руку с напитком и устремил её в сторону Феликса. Чокнувшись стеклянными рюмками с прозрачной жидкостью в них, парни одновременно залили в себя соджу, а затем так же синхронно поставили посуду на стол. После первого тоста за вечер ребят окончательно разморило. Соджу дал в голову быстрее и сильнее, чем до этого пиво. – Феликс, а какая у тебя фамилия? – ни с того, ни с сего брякнул Хван. – А я не говорил? Я Ли Феликс. – Да у тебя же на бейдже просто имя. А с Чаном вы двоюродные, значит, фамилии у вас разные. – Как у тебя всё логично, Шерлок, – после этой фразы они оба посмеялись.

***

      В комнате был выключен весь свет. Исключение составлял фильм, который был выведен на телевизор, что висел на стене. Атмосфера была очень уютной и по-особенному тёплой, такая, которую Хёнджин чувствовал только находясь рядом с Феликсом. Тело же Хвана блаженно разморило на удобном и мягком диване. Он в прямом смысле растёкся в многочисленных подушках, являющихся частью интерьера комнаты. Сейчас Хван ощущал себя в своей тарелке, находясь в этой квартире и сидя рядом с её хозяином. Чувствуя сонливость, он перестал следить за кинолентой, которая уже близилась к финалу. Он прикрыл глаза, проваливаясь в лёгкую дремоту.       В один момент сквозь неё он почувствовал, как что-то сверху аккуратно опустилось на его ноги. Оказалось, пока он находился в полудрёме, Феликс сменил позу. Теперь его тело лежало боком, голова с блондинистыми волосами покоилась на хвановых бедрах, лицом же он был обращён к экрану телевизора, ноги Феликс согнул в коленях. Хёнджину теперь расхотелось спать, он не мог сомкнуть глаза, зная что прямо сейчас Ликс так уютно лежит на нём. Где-то минуту он смотрел на светлую макушку, затем, подняв руку, Хван лёгким движением забрался пальцами в чужие чистые волосы. Массажными движениями Хёнджин нежно пропускал между пальцами феликсовы локоны. Спустя какое-то время этих телодвижений он всё ещё не убрал руку. Вдруг Феликс повернул голову в сторону Хёнджина, заглянув в его чёрные глаза. Он провёл глазами по лицу брюнета, остановив взор на пухлых от природы губах. Феликс смотрел на них секунд пять, а затем вновь вернулся к тому, с чего и начинал – к глазам. Хёнджин ответно взирал на красивое веснушчатое личико, приковав взгляд к нежным розовым губам, сильно напоминающие своей формой бантик. Вдруг у Хёнджина что-то щёлкнуло в голове в этот момент. Не разрывая зрительного контакта, он прошептал: – Ликси, я хочу тебя поцеловать, – почти неслышно ровным тоном озвучил желание Хёнджин.       Глаза Феликса на секунду стали ещё больше и чуть круглее, когда он услышал это. Он перевернулся с бока на спину, всё это время неотрывно глядя на Хёнджина. Феликс проговорил так же негромко: – Ну, так чего же ты ждёшь? – блонди закусил нижнюю губу между двумя рядами ровных зубов.       Согласие из уст Феликса отзвучало в голове Хёнджина как призыв к действию. Про фильм молодые люди благополучно забыли. Ещё находясь в сидячей позе, Хван стал медленно наклоняться. Его челка и передние пряди упали на лицо, закрывая его глаза как маленькие занавески. Когда Хван оказался очень близко к лицу Феликса, он почувствовал, что от парня пахнет чем-то сладковатым. Очень похоже на тот терпкий пряный запах, когда разворачиваешь из фольги темный шоколад. Хёнджин облизнул языком сухие губы, глядя в карие глаза напротив. Не став более медлить, брюнет потянулся к устам парня, который лежал на его коленях. Феликс, чтобы помочь Хвану, приподнял голову навстречу ему. Молодые люди слились в неглубоком поцелуе, прикоснувшись друг к другу. Без того интимная атмосфера вокруг, созданная полутьмой, ещё больше усиливалась происходящим между ними. Однако, продлился этот контакт не долго.       Чувствуя дискомфорт от такой позы, Хёнджин оторвался от Феликса. Тот открыл сомкнутые во время поцелуя глаза, посмотрев озадаченно. Без слов Хёнджин аккуратно приподнял его за плечи и высунул свои колени из-под Феликса. Всё так же аккуратно положив его на поверхность мягкого дивана, брюнет лёг на него, расположившись очень близко к блондину. Он вытянул ноги в ту сторону, куда были направлены и феликсовы. Хёнджин, можно сказать, навис над ним, переплетая их ноги и колени между собой. Мягко дотронувшись до бархатной щеки Феликса длинными пальцами, он вновь склонил голову и поцеловал его. Феликс ответил на поцелуй, делая его более напористым и пылким. Находясь снизу, он закинул левую ногу на хенджиново тело, а правую руку положил на талию. Получилось так, что другая нога Ли была между двух ног Хвана. Ещё сильнее сведя пальцы на коже, сквозь тонкую футболку Хвана он почувствовал тепло от его тела.       После этих действий Хёнджин не сдержался и углубил поцелуй, пробираясь в рот блондина своим языком. Свободную руку, которой не опирался на диван, он положил на грудь Феликса. Сквозь тонкий бадлон без рукавов он ощутил рельеф его тела, в частности груди. Почувствовав напряжение в опорной руке, он расслабил её и опустил корпус на диван и подмял Феликса под себя ещё больше. Феликс тоже не отставал и всё это время занимался исследованием чужой полости рта. Одновременно, его левая рука не болталась без дела, а также, как и хванова, изучала чужую грудь. Найдя пальцами через слой одежды на мужской груди сосок, он принялся играть с ним. Из-за махинаций с таким особенно чувствительным для Хвана местом, Хёнджин замычал в поцелуй, тем самым подстёгивая Феликса на ещё большую шалость. Он сжал между пальцами горошину, на что последовала очень бурная реакция от брюнета: Хёнджин издал рваный стон и немного поддался всем телом вперёд, бонусом разрывая поцелуй. Его колено, что находилось между бёдрами Ли, так же, как всё тело, ушло вперёд. Хёнджин случайно проехался коленом по всей длине уже твердеющего члена Ликса. Теперь настала очередь блондина тихо подвыть. – Хёнджин, – испуганно начал Ликс, – я не зашёл слишком далеко? – Порядок, – ответил он. – Продолжим? – Да, – уверенно сказал парень.       Хван вернулся к губам Ли, но на этот раз не сильно задерживаясь. Сначала он коснулся их своими, а затем прикусил зубами нижнюю губу и слегка оттянул. Феликс охнул, но не имея ничего против подобного, продолжил это занятие. Однако, у Хёнджина были свои планы. Вместо этого он оставил лёгкий поцелуй на его губах, а после спустился к шее, в процессе не оставляя без внимания подбородок парня. Оказавшись носом перед ухом Ли, он вдохнул его терпкий запах в перемешку с шоколадом. Похоже, Феликс либо прыскается шоколадным мистом, либо пользуется гелем для душа с такой отдушкой. Хёнджин, опьянённый не только алкоголем, но и благоуханием своего объекта обожания, шумно выдохнул в открытое место под ухом того. От хванового обжигающего дыхания в эрогенной зоне Феликс издал низкий гортанный рык. Получив удовольствие от такой реакции, Хван продолжил выцеловывать его шею. Сначала это были лёгкие поцелуи, но затем брюнет вытащил язык и стал рисовать им хаотичные узоры на бархатной коже блондина.       Вдруг Феликс почувствовал лёгкую боль и взвизгнул. Оказалось, что Хёнджин прикусил его за тонкую кожу на шее, тут же зализав место преступления. Войдя в кураж, он начал посасывать всё ту же зону. Вот от такого бесстыдства Феликс, на которого постепенно накатывала тягучая волна возбуждения, не мог более держать себя в руках. Он выгнулся в спине как взъерепенившийся кот, поднимая поясницу и касаясь ею чресел брюнета.       Прикосновение пришлось на их интимные зоны, которые взаимно касались друг друга. Ли не останавливается на этом, а начинает хаотично совершать круговые движения тазом. Эти телодвижения обеспечивали им обоим трение в паховой зоне, окончательно вызывая обоюдное возбуждение. Хёнджин, издав сдавленный стон в чужую шею, направил руку вниз. Отогнув край бадлона Феликса, он запустил под ткань одежды руку, соприкасаясь с разгорячённой кожей тела. Нащупав ощутимый пресс на подтянутом мужском животе, он положил пятерню на одну из грудей Ликса, крепко сжимая её всеми пальцами. Он одновременно начал подстраиваться под ритм Феликса, двигая бёдрами взад и вперёд. Он чувствовал, как его половой орган вплотную соприкасается то с чужой паховой зоной, то с бедром Ли. Тесные джинсы сковывали до предела эрегированный член, обеспечивая их владельцу дополнительное трение.       От приятных и в какой-то степени даже болезненных ощущений Хёнджин начал подвывать прямо на ухо блондина. Слушая его возбужденные стенания и ощущая всю палитру красок от силы трения, взвинченный Феликс бесповоротно слетел с катушек, позволяя себе извиваться под Хваном и густо покрыться румянцем, распространяющимся на всё лицо и уши. Вдобавок жгучее дыхание на нежное ухо окончательно выбивало из парня неконтролируемые для него стоны.       Феликс отзеркалил действия Хвана, также вторгаясь рукой к пылающей под футболкой коже. Он вновь начал водить пальцем по ареолу соска, после сжав самый центр. Хёнджин издал высокий стон, находясь в это время в зоне шеи Ли и выдыхая тому горячий воздух на кожу. Хёнджин начал интенсивнее двигаться внизу, каждый раз метко попадая по всей длине члена Феликса своим, доставляя огромное удовольствие как себе, так и ему. Ликс в такие моменты стонал ещё громче, автоматически раздвигая ноги шире. Ли вцепился в корни волос Хёнджина и потянул его голову к себе. Заполучив лицо Хвана, он, не отпуская, слился с ним в страстном поцелуе. Феликс до сих пор умело одной рукой поочерёдно играл с его сосками, доставляя тому дополнительное наслаждение от процесса.       Хёнджин почувствовал, что он почти на пределе. Через несколько фрикционных движений он достигнул вершины удовольствия. Его глаза непроизвольно закатились, оставив видными только белые глазные яблоки. Дрожа всем телом, он страстно излился в нижнее бельё и светлые джинсы с неожиданно низким рыком. Через мгновение он, ещё не отойдя от таких острых ощущений, свирепо вцепился в приоткрытый рот Феликса своим, по-хозяйски толкая в него длинный язык, в перерыве кусая за губы. В какой-то из таких разов он случайно прокусил Ликсу губу, из-за чего после они целовались уже с привкусом металла.       Блонди, наблюдая за таким мощным оргазмом, не мог не кончить сам в этот момент. Пребывая в сокрушительном экстазе, он разорвал поцелуй, запрокинув голову назад, удачно открыв шею искушённому Хвану. Он вновь подкинул бёдра вверх, ещё сильнее вжимаясь в Хёнджина. Согнув колени, он опёрся на пятки, подгибая пальцы на ногах. Ликс оторвал руки от Хвана и вцепился в обивку дивана, кончая в штаны. Ресницы его подрагивали, издаваемые звуки стали предельно низкими и гортанными. Он ещё несколько раз проехался стволом по паху брюнета. Последний, освободив рот, словно вампир оставлял на шее мокрые засосы и укусы. Всхлипывая от таких манипуляций, Феликс обнял обеими руками Хёнджина за шею, постепенно обмякая всем телом.       Парни оставались неподвижными друг на друге какое-то время. Затем, когда эйфория от оргазма улетучилась, Феликс, ещё находясь под ним, похлопал Хёнджина по плечу и сказал бархатным голосом: – Хён-джин~ни, – запнулся блондин, – пойдём в соседнюю комнату, там кровать намного больше этого дивана.       Промычав в полусне, Хёнджин не без помощи Феликса встал с дивана. Феликс успел выключить телевизор, затем ушёл вперёд, проводив Хвана за собой в спальню. В комнате стояла стандартная двуспальная кровать. Она была застелена ароматно пахнущем хлопковым постельным бельём. Они в одежде завались на простынь и накрылись одеялом. Уже лежа лицом к лицу, Хёнджин поднял голову с подушки и дотянулся до Феликса, оставив на лбу того невинный поцелуй. Он вернулся обратно и закрыл глаза, проваливаясь в сон окончательно. Ликс протянул руку к черным волосам и погладил их. От волос Феликс переместил ладонь на щёку Хёнджина и так же почти невесомо провёл по ней. Убрав руку, блондин ещё немного позволил себе с нежностью изучить глазами парня напротив и, наконец, закрыть глаза и заснуть.

***

      Хёнджин проснулся наутро с головной болью и ощущения сильного желания сходить в туалет. С трудом подняв веки, он первые десять секунд тупо пялился на белый потолок. Повернувшись в сторону, он увидел около себя мирно спящего Феликса на соседней подушке. Он поднял голову и осмотрел окружающую его обстановку. Поняв, что находится в чужой комнате и, более того, не в своей кровати, Хван начал копаться в голове в поисках воспоминаний о вчерашнем вечере. Хёнджин начал с того момента, когда они с Феликсом только сели за просмотр кинофильма. Он выстроил у себя в голове цепочку событий. Воспоминания, завершающие прошлую ночь, как будто сковородкой огрели Хвана по голове.       Порываясь встать, он тихонько оторвал спину от кровати, приняв сидячее положение. После так же аккуратно встав, он на цыпочках ушёл из комнаты, прикрыв за собой дверь. Не в силах больше терпеть, он первым делом пошёл в туалет. Зайдя в помещение, он приспустил джинсы, с трудом отклеив присохшее к коже нижнее бельё. После облегчения мочевого пузыря, заспанный Хёнджин переместился уже в ванную комнату. Он помыл руки и, наклонившись, окатил водой лицо. Заглянув в висящее над умывальником зеркало, он попытался мокрыми руками привести в порядок кавардак на голове. Без расчёски этого сделать было проблематично. Поэтому он ушёл из ванной комнаты, забив на эту идею.       Опять оказавшись в коридоре, его внимание привлекла распахнутая дверь в зал, где остался срач со вчерашних посиделок. Джинни, движимый желанием помочь хозяину квартиры, принял решение ликвидировать это безобразие, в который он тоже внёс вклад. Он вынес мусор, помыл посуду и вытер липкий стол, на котором это всё стояло. Он смахнул крошки с дивана и поправил на нём подушки, сбитые их вчерашними откровениями. Найдя веник и совок в туалетной комнате, Хёнджин даже подмёл полы в помещении.       Добросовестно выполнив уборку, он нашёл свой телефон и другие вещи. Честно говоря, он не желал уходить вот так, не попрощавшись в Феликсом и не поблагодарив его за доброту. Нет, его абсолютно не смущало то, чем они занимались прошлой ночью, ведь ему всё ещё нравился Феликс. Он чувствовал эйфорию и трепет от осознания этого факта. Но так же в его голове засело двоемыслие.       Вместе с эйфорией Джинни испытывал и сильный страх, что трезвый Ли будет жалеть о вчерашних действиях, совершённых на пьяную голову. Но, он не мог оставаться ещё дольше в квартире этого человека в таком, мягко сказать, непрезентабельном виде. Его совесть не позволяла ему уйти просто так, поэтому он достал телефон и стал писать Феликсу в мессенджере. @hwnghnjn_ 9:33       Ликси, извини за то, что ушёл пока ты спал. Если честно, мне просто необходимо было привести себя в порядок после вчерашнего @hwnghnjn_ 9:34       Спасибо за вечер @hwnghnjn_ 9:34       Ты был прекрасен, мне всё понравилось💖       Отправив сообщения, Хёнджин взял свои вещи и вышел из квартиры Ли.

***