Bella, ciao!

Она щурится от ярких солнечных лучей и закатывает глаза, когда слышит визги подруг, находящихся неподалеку. Волчицы бегают по пляжу, мочат свои легкие летние платья и привлекают внимание работающих на виноградниках альф. Мужчины и молодые люди тактично отворачиваются, но Линсу видит, как изредка их заинтересованные взгляды падают в сторону резвящихся юных девиц. Она лениво поднимается на локтях, оглядывая это вопиющее поведение, и вздыхает, все равно ответно улыбаясь на их смех. Голову печет, Линсу жалеет, что не взяла плетеную шляпку и накрывает ладонью макушку. От ветра с моря каштановые волосы лезут в лицо, в ушах шумит, а в носу стоит соленый аромат с терпким привкусом на языке. Именно из-за этого ей не сразу удается услышать приближающийся запах взрослого оборотня. Замечает она это только тогда, когда сверху вдруг появляется большая тень, скрывшая ее от беспощадных солнечных лучей. Девушка сначала непонимающе повернулась, после чего соскочила, садясь на песке и прижала короткий подол развивающегося платья к бедрам. Ее возмущённый взгляд встретился с пристальным, с насмешливыми искорками на дне. — Идите домой. — голос хриплый, низкий, не терпящий возражений. — Мои подруги ещё не купались. — Если отец узнает? — мужчина расправляет над ней края своей белой рубашки с коротким рукавом, как бы создавая импровизированный навес, чтобы защитить девушку от солнца. — Он в курсе, что мы гуляем. — черты лица альфы заостренные, с красивыми раскосыми глазами, загадочной родинкой под одним, и золотистым загаром юга. Внутренне она содрогается исходящей от оборотня внутренней силе и ощущает волнение при виде широкого разворота плеч. — Вы отвлекаете работников. — Это уже их вина. — фыркнула Линсу и потянулась, чтобы подняться, как вдруг ей протянули руку. Мысленно она уже решительно отвергла ее, но внешне вдруг засомневалась и к своему удивлению приняла помощь от чужака. Он поднял ее на ноги с лёгкостью, а она ощутила от его ладони звериную силу, таящуюся где-то глубоко внутри. Зрелый волк. Сколько ему лет? — Я провожу вас до тропы, чтобы вы были в безопасности. — Я с подругами и сестрой. Нет нужды. — она нахмурилась и подобрала свою сумку, делая шаг в сторону, выходя из-под навеса рубашки. Мужчина тут же опустил руки и тень пропала. — Голову напечет. — А вы ко всем омегам так внимательны? — Нет. — коротко ответил он. — Как вас зовут? — Линсу. — мужчина вскинул брови. — Вы дочь Ли Хонсу? — Да. — иронично улыбнулась девушка. — Уже страшно? — Трудности всегда раззадоривают, не иначе. — А вы…? — Ким Тэхен. — Владеете этим виноградником? — заинтересованно вытянула шею она, разглядывая за его спиной трудящихся альф и крупные гроздья винограда, летящие в плетеные корзины. — Да, поэтому предпочитаю, чтобы мои работники выполняли все в срок, а не тратили время на созерцание…красоты. — умело подобрал он слово, усмехаясь. Ее глаза раздраженно сверкнули. — Выгоняете с пляжа? Это уже не ваша территория. — А вы хотите проверить? — на какое-то мгновение Линсу даже смутилась и засомневалась в своей правоте. — Идите по домам, на улице зной. — Пойдем, когда захотим. Скажите своим…работникам, чтобы меньше отвлекались и работали! — фыркнула девушка и водрузив сумку на плечо, самодовольно развернулась и пошла быстрым шагом в сторону резвящихся подруг, которые лишь мельком успели заметить общение их скромной младшей с самым завидным женихом южной резервации. — Скажу, строптивая! — окликнул мужчина в ответ и в его низком баритоне явно слышалась снисходительная усмешка. Ли цокнула и закатила глаза, сводя брови к переносице. Колени все еще подрагивали от воспоминаний о тяжелом запахе альфы. Пытаясь выбросить его навязчивый образ из головы, она подошла к подругам, недовольно обводя их взглядом. — Долго мы еще здесь будем? Мне голову уже печет. — Соён тоже собиралась домой. Вы идите, а мы еще искупаемся. — девушки улыбнулись, но Линсу знала, что улыбка предназначалась не ей, а мужчинам позади, работающим в поте лица. Омега нахмурилась, потому что тоже была бы не прочь окунуться в прохладной воде моря в такую знойную погоду Антьяго, но не умела плавать. — Хорошо, тогда мы поймем. Только не выходите замуж, не предупредив, а то явно настроены. — усмехнулась девушка, намекая на флирт подруг. Те в ответ дружно захихикали. Линсу пошла вперед, пока Соён старалась выжать намоченные края своего платья и поэтому шла медленнее. Взор младшей омеги невольно упал на виноградники и ее сердце тут же подскочило, когда она заметила, что старший сын семьи Ким провожает ее заинтересованным, долгим взглядом. Ее желудок внутри всколыхнулся, но это не было похоже на бабочек, скорее на захват духа от такого пристального внимания взрослого альфы. Мужчина стоял, скрестив руки. Ветер с моря лохматил его темные волосы и колыхал льняную бежевую рубашку с коротким рукавом. Под его присмотром рабочие перестали отвлекаться и занимались ветвями винограда. Альфа смотрел на них до тех пор, пока юные девушки не скрылись на аллее гранатовых деревьев, куда просачивались только тонкие нити солнечных лучей. Омеги, держась под руки, направились в сторону семейного особняка Ли. — Я видела, как ты говорила с Тэхеном. — вдруг заговорила Соён. — Его все же зовут Тэхен? — она вспомнила, что он представлялся, но совсем забыла и переспросила для убедительности. — Он даже не представился? — возмутилась она в ответ. — Нам лучше не общаться с ними, ты ведь знаешь, что наши семьи давно враждуют из-за территорий. — Мне он не интересен. — наморщила нос Линсу и поджала губы, вспоминая взгляд раскосых глаз и мужественное лицо. — Давай лучше обсудим твою помолвку. — Нет. — Соён спешно осеклась. — То есть, мне бы не хотелось это сейчас обсуждать. Я такая разгоряченная и веселая после пляжа! Хочется думать только о мамином пироге с вишней и прохладной кровати. — если младшая омега и насторожилась, то не показала этого и ласково улыбнулась, соглашаясь с сестрой. — Тогда давай…наперегонки? — Линсу сорвалась с места, пуская пыль из-под туфель. Соён возмущенно выдохнула и младшая засмеялась в ответ, ускоряясь. Так девушки добежали до крыльца семейного особняка, где их уже встречала домоправительница. После принятия душа, посвежевшие и расслабленные теплой водой, они прошли в сторону столовой, где уже за общим столом собиралась семья. Во главе находился отец, чью щетину уже тронула благородная седина, по правую руку старший брат, как обычно только вернувшийся с работы из города, а по левую мама, держащая на руках малютку Субина, младшего альфочку. Соён приземлилась рядом с мамой, а Линсу подсела к брату, который лукаво улыбнулся ей и тут же протянул тарелку с кусочками говядины. — Как прошел день? — интересуется Минхо, пригубляя стакан со свежевыжатым соком. Поодаль стоял графин с оранжевой жидкостью сквозь которую виднелись мякоть и дольки апельсина. — Хорошо. Мы ходили на пляж и очень устали. — ответила девушка, нарезая себе хлеб. — Пляж? Это который в стороне Ланьясу? — отец свел брови к переносице и омеги сразу поняли, почему он так отреагировал. — Мы даже их не встретили. Члены семьи Ким предпочитают свои частные угодья. — подала голос Соён, до этого отпустившая голову и вяло ковыряющаяся в тарелке. — В следующий раз никакого пляжа. — Но ведь мы гуляли с подругами! — Никакого пляжа. — принципиально заявил альфа, бросая строгий взгляд на возражающую младшую. Мама прочищает горло и поддерживающе улыбается, желая перевести плавно тему. — Но ведь девочки просто гуляли, думаю, это пойдет им на пользу. Соён совсем скоро выйдет замуж и уедет из твоего дома, а ты запрещаешь ей наслаждаться любимыми местами родных плантаций. — с укором сказала женщина. Отец в ответ насупился, но промолчал, ибо за имением такой привычки всегда соглашался с женой и слушал ее во всем беспрекословно. — А если я не хочу замуж? — вдруг тихо проговорила Соён. — Я его не люблю. — голос омеги был подавленный. Линсу, до этого уже направившая кусок мяса в рот, остановилась, наблюдая за реакцией родителей. — Кого? Намджуна? — Да. — Он прекрасная партия, милая. — мама поджала губы, накрывая ладонь дочери своей рукой. — Он владеет акрами земли и работает хирургом в своей клинике. Ты будешь за ним, как за каменной стеной и… — женщина не успела договорить, так как Соён резко соскочила из-за стола, громко отодвигая стул, ножки которого проскрипели по полу. Она взглянула на отца и в отчаянии выбежала из обеденного зала, оставляя семью в тишине. Минхо и Линсу переглянулись. — Чего это с ней? — непонимающе прошептал брат. — А вы не замечали, что каждый раз, когда речь заходит о Намджуне, она сердится и всем видом показывает, что не хочет быть его женой? — Но почему? Я встречал его в городе, мы ужинали в ресторане и, могу признать, он даже лучше меня владеет илиаху*. А еще он щедрый и интеллигентный. — Соён его не любит. — В нашей семье браки заключаются не по любви. — хмыкнул Минхо. — Кто сказал? — буднично спросила она. — Я стану первой, кто выйдет замуж по любви. — За кого же? Есть кто-то на примете? — заинтересованно прошептал парень. Омега невинно похлопала длинными ресницами. — Может и есть… — неопределенно отозвалась, продолжая дальше трапезу молча. В голове почему-то прочно засел образ старшего сына Ли, которого она сегодня встретила на пляже, но она поспешила отогнать его и полностью окунулась в мысли о сестре. После ужина девушка ненадолго уснула, а когда очнулась, то на улице уже сгустилась тень. После дремы ей пришлось долго приходить в себя. На тумбе горел ночник, а в ногах лежали учебники, по которым она готовилась к аттестации. Зевая, омега поднялась с кровати, когда вдруг послышался странный стук около окна. Он продолжался несколько раз, пока она не поняла, что это камни. Линсу накинула поверх ночного платья халат и отдернула шторы, после чего открыла балконные двери, осторожно выглядывая наружу. Сначала она никого не заметила, улавливая в тишине ночи лишь стрекот цикад и редкие переклички птиц. Глазами охватив дальние холмы и южные горы в тумане, омега было хотела уйти, как заметила в тени маленький, сверкающий огонек сигареты. Она сощурилась, чтобы приглядеться и на свет подвесной лампы крыльца вышел Тэхен. Мужчина, который не выходил из ее головы весь вечер после встречи близ виноградников. Линсу охнула удивленно и схватилась за перила балкона, словно потеряв равновесие от увиденного. — Ты что здесь забыл? — Amore mio, я разбудил? Может это была любовь с первого взгляда? — Я отца позову! — Зови. Я скажу, что пришел просить твоей руки. — его уста тронула ухмылка. — Ты…ты нахал! Ты спятил! — раздраженно ответила она, повышая голос. — Для тебя кто угодно, amore mio. — Если тебя сейчас увидят, то будет большой скандал. Тебе ли не знать. — он молчит. Затягивается сигаретой, щурится и смотрит куда-то в сторону задумчиво, пока легкий теплый ветер треплет волосы. Он приносит аромат цветов, терпкий запах вина и мускусный альфы. Тяжелый, сильный, доминирующий, но в то же время ненавязчивый и освежающий. — Что если я потерял голову? Я влюбился без памяти, как увидел тебя. — Ты всем омегам такое говоришь? — Нет. — он хмурится, будто оскорбленно. — Мне понравился твой запах. Ты веришь в истинность? — Я не верю в любовь с первого взгляда и в то, что враждующие семьи могут помириться. — За счет выгодного брака — вполне. — В чем выгода? — В территориях. Если объединим усилия, то будем получать больше прибыли. Бизнес. Тебе не понять, крошка Ли. — Ты назвал меня глупой? Я учусь в университете на факультете биохимии, закатай губу, Тэхен. — ее глаза гневно сверкнули в ночи, она даже забыла о формальной вежливости с незнакомцем, сразу показывая свой вспыльчивый характер. — Я не говорил, что ты глупа. В нашей семье только мужчины заняты финансовыми вопросами, женщины наслаждаются жизнью. Для тебя я хочу того же. Я скоро встану во главе семьи, стану pater familias. — он бросил тлеющую сигарету точно в мусорный бак и выпустил дым в воздух сквозь приоткрытые губы, не отрывая от нее черных глаз, в которых отражалось южное, звездное небо и настоящий огонь. — Ты станешь моей женой. Будешь Первой омегой семьи, клана. — Ты самоуверенный. — она хмыкнула, придерживая низ своей атласной ночнушки. Он лишь на мгновение перевел свой взгляд на ее сочные бедра, сверкнул глазами, и вновь посмотрел ей в лицо. — Я привык получать то, что хочу. — А я привыкла делать то, что хочу. — Всегда пожалуйста. Если станешь моей женой, я горы для тебя сверну. Ты будешь вольна делать все, что пожелаешь. — он склонил голову, выказывая тем самым уважение. Девушка расширила глаза, ведь альфы обычно никогда не показывали кому-либо такое уязвимое место, как шею. Это знак покорности и доверия. Они ведь знакомы всего ничего! — Pazzo! — выдохнула омега и резко скрылась с балкона, зашторив панорамные окна. Однако глаза ее, сощуренные и внимательные, все-таки проводили одинокую фигуру мужчины в ночи. Она выглянула, но альфа, будто почувствовав, повернулся, из-за чего ей пришлось испуганно спрятаться вновь. Он постоял еще недолго и вскоре ушел, скрывшись за деревьями, а она выключила свет, проходя обратно в сторону своей постели. Щеки пылали от смущения, сердце внутри билось с такой силой, что становилось страшно, не проломит ли грудную клетку. Нахмурившись, Линсу вновь легла, укрываясь одеялом, несмотря на то, что в эту ночь ей было как никогда жарко. *** На утро девушка проснулась в смятении. Противоречивые чувства и воспоминания о ночном разговоре с Ким Тэхеном не позволили хорошо отдохнуть, поэтому стирать белье вместе с сестрой она шла угрюмая и не разговорчивая. Впрочем, Соён, кажется, это было только на руку. С вечернего ужина она не проронила ни слова, поэтому собиралась дальше продолжать себя терзать мыслями и волновать близких красноречивой холодностью, что ей было так не свойственно. Она была общительной и живой, а еще безумно любила клубнику, которую отец отказывался выращивать из-за неплодородной почвы на участках. Соён пусть и была старшей, но обязательствами тяготилась и всегда мечтала, идеализируя всех вокруг. Поэтому Линсу знала, почему сестра не хочет замуж за серьезного доктора Ким Намджуна — у нее на примете был легкомысленный любовный интерес. Смазливый альфа из ближайшего бара, работающий там официантом. Самовлюбленный нарцисс, умело знающий и применяющий трюки обольщения с жаждой пополнить свой список покоренных, разбитых сердец. Младшая омега была чересчур расчетлива и разумна для своего возраста, от того всячески предостерегала ветреную старшую, которая с розовой пеленой на глазах отказывалась замечать очевидное. Но она искренне верила, что Соён рано или поздно одумается, и взглянет на Намджуна по другому. Он действительно был прекрасным мужчиной, за которого даже Линсу была бы готова выйти замуж. Надежный, ответственный, верный, что еще нужно омеге? Девушка вздохнула и поставила корзину с бельем на землю, наблюдая за тем, как сестра опускается на колени, чтобы прополоскать цветную ткань в проточной реке. От тяжести разболелась голова и спина, поэтому она не спешила приниматься за стирку, что заметила Соён. — Может поможешь? — Сейчас отдохну и помогу. Как там Юсон? — Зачем спрашиваешь? — слишком резко ответила она. Линсу пожала плечами, подставляя расслабленное лицо лучам солнца и ветру. Днем обещали настоящее пекло и духота уже ощущалась в воздухе, который близ холмов преобразовывался в густую дымку. — Он тебе не пара. — С чего ты взяла? Он мне нравится. — Нравится и любить — разные вещи. Ты спрашивала, что он к тебе чувствует? Хочет ли семью, серьезные отношения? — Ты как мама. — ощетинилась старшая, с особым остервенением начиная тереть ткань платья. — Юсон говорит, что еще не время и ему не хочется так рано терять свободу. Что мы еще молоды. — Не связывайся с ним. Он кроме себя любимого никого не замечает. Ты для него станешь очередной, а не единственной. Тебе это надо? Где твоя гордость семьи Ли? — Линсу вздрогнула, когда сестра вдруг рывком поднялась, кидая мокрое платье ей прямо в руки, чем намочила всю одежду. — Это не твое дело. — огрызнулась она и развернулась, быстрым шагом уходя в сторону особняка вдоль виноградников. Младшая омега сдула челку со лба и медленно выжала воду из ткани, оглядывая свой почти насквозь промокший белый сарафан. — Честное слово, как маленькая. Правда глаза колет. Почему я не старшая? — раздраженно прошипела Линсу. Девушка надеялась, что сестра успокоится и вернется, чтобы помочь со второй корзиной, но она не появилась ни через тридцать минут, ни через час. Она в панике опустила руки, беспомощно взирая на два тяжелых таза одежды, мысленно посылая ругательства в сторону ранимой Соён и в сторону своего же языка без костей. Под солнцем становилось жарко. Голову пекло и ей захотелось пить. Она понимала, что нужно сходить и позвать помощника в особняке или попытаться самой донести. Второй вариант был самым трудновыполнимым. Линсу наблюдала за бликами на воде, слушала шум бегущей реки и не сразу заметила, как сзади кто-то приблизился. Одна из корзин с бельем вдруг пропала, хотя стояла около ног. Девушка обернулась, тут же заливаясь краской. — Снова вы? — Мы так резко перешли на «вы»? — Тэхен усмехнулся, коротко оглядывая ее влажное платье. — Нуждаетесь в помощи? — Нет. — Это был риторический вопрос. — мужчина наклонился и подхватил на руки вторую корзину, прижимая обе к груди и закрепляя их под мышками. — Они же тяжелые! Одну могу нести я. — Ни в коем случае. Показывайте дорогу. — Только оставите у ворот, хорошо? В особняк нельзя. Сегодня отец дома. — альфа кивнул, пропуская девушку вперед и бодро следуя за ней. — Мое предложение все еще в силе. Я хочу взять вас в жены. — А я не хочу к вам. Мне так хорошо. — игриво отозвалась Линсу, улыбаясь. Тэхен хмыкнул. По его виску скатилась капля пота, впитываясь в ворот белой футболки. — Вы правы, слова ничего не значат. Я буду действовать. Что вы любите? — Даже не пытайтесь. — нахмурилась девушка. Они проходили под тенью кипарисов и ворота дома уже виднелись вблизи. — Почему? Я вам не нравлюсь? Только скажите и я перестану действовать вам на нервы. — омега зарделась, сжав край своего платья, ибо гордость не позволяла сказать «нравитесь», а собственные чувства шептали «нравитесь!». — Я еще слишком молода. — Сколько вам лет? — Восемнадцать. А вам? — Двадцать семь. Не такая большая разница. — он улыбнулся обнадеживающе. — Не думайте, что я всем предлагаю выйти за меня. — Я так и подумала. — альфа вскинул брови. — Простите, это выглядит навязчиво. — она взглянула на него украдкой и мягко улыбнулась. — Есть немного. Такой напор может испугать. — Мне редко кто нравится, я не влюбчивый и отношусь к браку слишком серьезно. — Это хорошо. Значит вы встретите достойную омегу. — Я уже встретил и… — он остановился, когда они совсем близко подошли к особняку. — Отступать не собираюсь. — Посмотрим, на что вы способны и держите ли слово. — хмыкнула Линсу, периферическим зрением замечая, как к воротам уже на всех порах мчится гувернер. — Тогда надеюсь еще встретиться. — мужчина оставил корзины около ее ног, и надолго задерживаясь взглядом на ней, все же развернулся и ушел в сторону тропы, ведущей к пляжу. Там сейчас шли работы по сбору урожая. Омега мечтательно вздохнула, скрещивая под грудью руки, и улыбнулась, провожая мужественный стан глазами, как вчера поздно ночью. От созерцания прекрасного ее оторвал панический оклик старика, помощника главной правительницы дома. — Сеньорита Ли! Это кошмар! Страшный сон! — захлопотал театрально мужчина, шевеля острыми седыми усами. — Impazzirò! — Что случилось? — спохватилась девушка, поворачиваясь. — Ваша сестра…! — Что? Что такое? — уже не на шутку перепугалась Линсу, хватая помощника за локти, пока старик пытался отдышаться. Из-за возраста ему все тяжелее было быть как раньше проворным и быстрым. — Сеньорита Соён упала и разбила колени и руки! Dio mio! Как же так! — Где она? Где сестра? — Какое счастье, что сеньор Ким проезжал мимо и как раз ехал к вам! Он увидел юную сеньориту и помог ей. Сейчас они в гостиной. — Намджун? Он там? — Да, да, он помог ей. Доктор такой внимательный, dio mio! — Линсу ринулась в сторону крыльца, придерживая концы мокрого платья, пока старик подзывал молодых работников в саду, чтобы те помогли ему с корзинами стираного белья. Забежав в гостиную, она заметила столпившихся вокруг дивана родителей, брата и горничных. На столешнице стоял графин с водой, было несколько тряпок, бинты и какие-то микстуры. Омега подошла ближе. Намджун сидел с закатанными рукавами рубашки, открывающими смуглую кожу с витиеватыми венами. В руках его покоились пластыри и бинты, а обеспокоенные, светящиеся волчьим алым, глаза смотрели на Соён. Даже у Линсу сердце екнуло от их взглядов друг на друга. — Прошу вас, еще раз приложу антисептик и я больше ни за что не заставлю вас плакать. Нужно потерпеть, mia bella. — его голос низкий, хриплый от волнения. Запах альфы тяжелый, цитрусовый, но успокаивающий своими феромонами, чтобы старшая омега не боялась боли. — Как же так? Почему ты ушла? — мама подняла голову, заметив младшую дочь. — Линсу! Что между вами произошло? — Мы немного поспорили и… — Я виновата. Вспылила. — Соён шмыгнула красным носом и поджала губы, когда смоченная антисептиком ткань коснулась ее ран. Намджун постоянно контролировал, чтобы не давить слишком сильно и слушал болезненные стоны, от которых внутри все сжималось. — Как обычно. — цокнул отец. — Хорошо, что к нам приехал Намджун. Иначе осталась бы ночевать в той яме. — Не осталась. Выбралась бы. — надулась девушка и зашипела от боли, поэтому альфа тут же отдернул руку, точно его обожгли. — Я бы все равно пошла ее искать. Я хотела извиниться. — сказала Линсу, переглядываясь с сестрой. — Это я должна извиняться. — Но как замечательно, что это все-таки был Намджун! Он донес нашу девочку на руках. Спасибо вам, сеньор Ким. Вы спасли мою дочь. — Что вы, сеньора Ли. — усмехнулся мужчина, убирая окровавленную белую тряпку и накладывая пластыри, профессионально, но бережно и осторожно, с особой заботой и нежностью, словно ухаживал за хрустальной куколкой. — Любой бы поступил на моем месте также. — Нам повезло, что вы еще и доктор! — ответила мама, радостно улыбаясь. Соён оглядела свои колени и локти, которые были надежно закрыты слоем пластырей, после чего взглянула на Намджуна, который в свою очередь тоже смотрел ей в глаза. Девушка смущенно отвернулась. — Спасибо. — тихо поблагодарила она. — Берегите себя. — альфа поднялся с места. — Где я могу сполоснуть руки? — Ох, давайте я покажу! — мама тут же спохватилась и увела его за собой. Линсу подошла к сестре ближе, усаживаясь на край дивана, побуждая старшую приподняться, чтобы освободить место. — Как ты? — Испугалась, а так все хорошо. — она улыбнулась слабо. — Прости, что оставила тебя там одну. — в ответ младшая проверила, слушает ли их еще кто-то, после чего наклонилась ближе и зашептала. — Я встретила Тэхена. Он помог донести корзины. — Что? — охнула впечатлительно Соён. Линсу шикнула. — Тише! Никто не знает. — Но как же так? Су, нам нельзя с ними общаться близко, тем более с будущим главой семьи. — Дак он не соврал? — О чем? — Тэхен сказал, что скоро станет pater familias. — Не соврал. Его отец тяжело болен и готов уступить ему место во главе клана. — Это ведь хорошо? Наши семьи перестанут враждовать! — широко улыбнулась девушка, с надеждой глядя на старшую сестру. — Никто не знает, как будет. Говорят, что Тэхен пошел характером в прадеда, как раз в того, из-за кого произошел конфликт. Он доминантный альфа, они сильнее и намного тяжелее по характеру. Если ты приглядела его, то подумай тысячу раз! — Я тоже не подарок. — хмыкнула омега, поджимая губы при воспоминании о руках мужчины, о его низком голосе, об уверенности и спокойствии во взгляде. Рядом с ним ей нравилось быть кокетливой, веселой, легкой, романтичной — собой. — Тэхен старше тебя на девять лет! — И что? Наш отец старше мамы на десять. Династия. — издала она смешок и хитро прищурилась. — Я жажду подробностей твоего прекрасного спасения! — Какого еще спасения? — негодует Соён, заливаясь краской и подтягивая к себе ноги. — Намджун, ты в беде и он…несет тебя на руках! — воодушевленно проговорила Линсу, прижимая ладони к быстро бьющемуся сердцу. Старшая омега пожала плечами, опуская взгляд и тихо пробубнила. — Он проезжал на машине мимо, как он сказал, потому что я не видела дороги из ямы, и заметил мое розовое платье. Я помню, как увидела его в свете полуденного солнца: в шляпе-токилье, в рубашке, в брюках, в часах. Как всегда. Словно на приеме вождя юга. Полагаю, он и так там бывал ни раз. — омега вздохнула. — Я была уставшая, в грязи и в слезах… Наверху шумел мотор автомобиля, перекрывая звуки ветра и стрекот цикад. Он возвышался и его взгляд был взволнованный, но вопреки этому действия оказались хладнокровными, точными и быстрыми. Намджун снял шляпу, отдав ее своему помощнику, после чего спрыгнул вниз, не побоявшись запачкать белые льняные брюки. Я сидела на земле, упираясь в нее руками и смотрела на альфу, словно на божество, спустившееся ко мне, чтобы помочь и спасти. — Сеньорита Ли, — позвал он, присаживаясь на корточки, чтобы оглядеть меня. Голос его был мягкий, ласковый, успокаивающий, точно он говорил с больным ребенком или пациентом. — Вы можете встать? — Лодыжка. Я неудачно приземлилась. — он протянул ладони и посмотрел мне в глаза, как бы спрашивая разрешения, чтобы коснуться бархатной кожи. Я кивнула и тогда его грубые пальцы нежно надавили на болезненное место. Из горла невольно вырвался писк. — Это ушиб, сеньорита. Не переживайте, все будет хорошо. — Намджун выпрямился, чтобы в следующее мгновение подхватить меня на руки так легко, точно он держал пушинку. Он передал меня помощнику, чтобы выбраться самому, после чего вновь забрал меня, дабы отнести к машине. Я тогда крепко вцепилась в его шею, боясь, будто он отпустит, хотя знала наверняка, что этого никогда не случится. Я так плохо чувствовала себя, что запомнила лишь его терпкий аромат кедра и еле уловимый запах дорогих сигар. Его смуглая кожа на солнце казалась еще темнее. Альфа помог мне опуститься на сиденье машины, оглядывая порванное платье, кровь на руках и ногах, заплаканное лицо. Я выглядела не то что бы как невеста мечты или та омега, которая ему, такому порядочному, действительно могла понравиться. Но Намджун был непреклонно спокоен и учтив, как и все доктора… — И что? Дальше что? — неугомонно подпрыгнула Линсу. Соён вздохнула устало. — Дальше ты знаешь. — О чем вы говорили в машине? Он тебе понравился? Сеньор Ким такой благородный… — мечтательно улыбнулась младшая. — Просто повезло, что он оказался там вовремя. Ты ведь знаешь, что мой жених немногословен. — слово «жених» уже на удивление не вызывало негативной реакции. — Я рада, что с тобой все в порядке. — девушка погладила сестру по здоровой ноге, осматривая пакет льда на ушибленной лодыжке, о которой они говорили ранее. — Может лучше ты расскажешь о Тэхене? Завидный холостяк в наших землях. Все девушки в восторге, как только видят его. Говорят, что у него сеть собственных ресторанов, доставшихся от отца. Там готовят волшебную пасту! — А ты откуда знаешь? — нахмурилась Линсу. — Слухи. Я же говорю, он очень популярен у омег. — Понятно. — она резко поникла, отодвигаясь, чем вызвала у сестры непонимание. — Так и думала. Обычный ловелас и искатель приключений. — Я бы так не сказала. — недоуменно ответила Соён. — Он волк-одиночка, а такие очень преданы. Не любит большие компании, с девушками краток, воспитан, не позволяет легкомысленно флиртовать. — Волки редко связываются с людьми. — Наша мама человек, а отец волк. Еще один пример. — улыбнулась старшая. — Девочки, сеньор Ким остается на ужин. Составьте компанию. — из ниоткуда появился папа, заставив омег вздрогнуть. — Он потом уезжает? — спросила Соён. — У него операция в городе. Ему нельзя надолго оставаться у нас. А хотелось бы, да? — подмигивает альфа, растягивая губы в довольной ухмылке. — Пап… — стонет девушка и закрывает лицо руками. Линсу смеется и кивает. — Конечно хочет! Это же ее жених! — Су! — раздраженно окликает старшая, но та уже убегает, оставляя после себя лишь шлейф тонкого сливочного аромата, мелькающий в памяти белый сарафан и переливы звонкого смеха. ***