Часть 2
27 августа 2024 г., 01:30
Евпатий проснулся с громким криком. К нему тут же подбежала девушка с мокрым полотенцем.
— Тише. Видишь, крови нет. — она показала тряпицу — Тебя ранили, а рана зажила. Это было давно. 13 лет назад.
— 13 лет назад?
— Да. Ну, вот и вспомнил, слава богу. Ордынцы решили, что ты мёртв. А к утру ты очнулся. Теперь ты десятник у князя Юрия. Катерина тоже выжила, с ней все хорошо.
— У князя Юрия?
— Да. Учишь дружинников сражаться слаженно, а не вразнобой.
— Этот дом помню. — Евпатий покрутил головой, осматривая обстановку.
— Это твой дом.
— Это Рязань. — утвердительно произнес мужчина, посмотрев в окно.
— Мы в Рязани, да. Ты после той раны, как проснёшься, многое забываешь. Но потом вспоминаешь. — Настя поправила его мокрую челку. Коловрат посмотрел на стол.
— Там… блины. Я помню.
— Дети любят. У тебя их двое, Ваня и…
— Ждана.
— А я тебя Коловратом назвала в детстве, помнишь? А теперь тебя все так и называют. — когда девушка наклонила голову, Евпатий увидел шрам, оставленный 13 лет назад стрелой.
— Настя? — вглядываясь в лицо напротив, произнес мужчина.
— Твоя жена. — со смешком ответила девушка.
— Настя.
— С добрым утром. — аккуратно обняла ладонями лицо мужа Настя.
— Коловрат? Проснулся? Князь на стену зовёт. Чужие к городу скачут. — послышался приглушеный голос с порога.
— Это Каркун. — узнал своего друга Коловрат.
— Каркун, верно. — ответила ему жена.
— Встал тут, натоптал. Что тут стоишь? Ты хоть бы снег стряхнул, натоптал ведь. — в избу зашла девушка лет 18-19. Звали ее Лада. Она помогала Насте по дому да за детьми приглядывала. На плече она несла коромысло с двумя ведрами, наполненными водой почти доверху.
— Проходи, не пролей. — Каркун любезно придержал для нее дверь.
— А то хозяева на тебя браниться будут. — стряхивая снег, приговаривала девчушка.
— С чего вдруг? — Каркун одновременно с Ладой резко развернулся и столкновения с ледяной водой ему не удалось избежать.
— Ой! Бес лохматый! Накаркал опять.
Наверное Каркуна именно потому и прозвали так. Накаркает чего нибудь и пойдет.
— Ты вчера Добромира предупреждал, что ордынцы рядом ходят. Не послушался тебя, воевода, теперь со стены рвётся. Хочет в чистое поле биться. Ой. Ну, не дурень? Эх. Толку от него мало, еще и старый. Вот я бы толково командовал и сотней и тысячей. И квас бы кислый запретил пить. — сели на коней мужчины и поскакали к стене.
В Евпатием все здоровались, кто его видел.
— Здравствуй, князь.
— Здравствуй. Князь Юрий хмурым взглядом смотрел в даль. Рядом с ним неизменно стояла Катерина. Боевого облачения на ней не было, как на остальных, так как она не чувствовала как таковой опасности.
— Что думаешь, Коловрат? — обращаясь к другу спросила девушка.
— Стягов не видать. Значит это не ордынцы.
— И что орут, не слышно. — проговорил князь.
— Жечь их надо! Ордынцы это! А ну давай поджигай! Надо их для острастки долбануть, чтобы мало не показалось! — сказал воевода.
— Ты забыл. На башню прибежала дочка князя и принесла тому рукавицы меховые. — Что, батюшка, война будет?
— Ну-ка, девонька, скажи, отсюда можешь попасть? — обратился к Катерине воевода.
— Ну так а зачем мне стрелять, если они на нас не нападают.
— Целься, ребятки. Лучники направили в скачущих к городу людей горящие стрелы. — Ну что, стреляем? Воевода ждал указаний князя.
— Ждём.
— Ждём. Катерина спустилась на помост ниже. К лучникам. У одного паренька с лука сорвалась стрела, но девушка успела направить ее в землю. Горящая стрела скрылась в снегу.
— Дурень пустоголовый. — прикрикнула девушка, отвешивая подзатыльник парню.
— Простите. — промямлил он.
— Бог простит. А я запомню. — пожурила Катерина.
— Брянские это, брянские! — закричал кто-то, заметив знамена.
— Князь Брянский с дружиной на крестины прибыли!
— Тихо! Расходись! Успокойся! Ну, и чего я говорил? Чё суматоху такую пОдняли! — начал говорить воевода, будто сам пару минут назад не паниковал. Катерина покачала головой и отдала приказ стражникам.
— Отворяй ворота, храбрецы! Встречай гостей!
