Новый порядок

      Пока рабочих вели на их места, одна фиолетоволосая девушка смотрела на мëртвое тело. В ней кипела ненависть, не только к материнской компании, демонтажникам. Ей было ужасно от такого произвола, и что более ужасней, что рабочие смирились с данным течением обстоятельств. Вот наконец демонтажник окончив убирать эшафот, подошëл к группе нашей девушки. "Молодëж, за мной" - прокомандовав, вëл их в небольшого размера здание, ставшим учебным заведением. Улыбка этого демонтажника была привычна всем, доброжелательная, бескорыстная, но сложно представить, что это улыбка убийцы. Наша девушка с фиолетовыми волосами хотела наброситься на него и убить его. Ведь он убив рабочего шëл с такими добрыми глазами, с такой милой улыбкой.       Сопроводив отряд, его сменил другой дрон демонтажник. Настало время учёбы. Многие мы сравнивали учёбу с каторгой, но живя в каторге день от то дня, учëба казалась отдыхом. Наша работяга была по духу бунтаркой, но бунтарь и мертвец стали синонимами в их лексиконе. Хотя шапка на еë волосах и чëрная куртка смотрелись бы на ней красиво, но все рабочие ходили в одной робе. Шли часы, пара за парой. Но девушка усердно чертила в своей тетради. Демонтажники даже здесь караулили, и обеспечили порядок. И она всячески прятала от них свой чертеж.       После того, как закончилась восьмая пара, убитая молодëжь и не менее убитые рабочие своими отрядами и со своим сопровождением шли на перекличку. Возле нашей бунтарки снова стоял демонтажник, со своей жизнерадостной улыбкой. Во время переклички из строя был вызван рабочий. Он дрожа, вышел, боясь смерти. "111 дрон рабочий нарушил правила, и ослушался приказа дрона демонтажника, за этот проступок он приговорëн к публичному телесному наказанию". Несмотря на это, дрон выдохнул с облегчением, зная, что его всего-лишь изобьют до полусмерти. К этому времени этот жизнерадостный демонтажник стоял возле эшафота. Наша девушка даже не успела заметить как он ушëл. Вдруг начались крики, бедняжку избивал тупыми ударами демонтажник. Удар за ударом, капли чёрной крови текли. Корпус рабочего был серьёзно покалечен, были многочисленные вмятины. Но наш убийца вытащил когти и начал царапать с довольно сильными углублениями. Когда публичное наказание окончилось, рабочий едва смог встать на колени. Его опустили в строй. Чёрное масло капало в след. А на нëм до сих пор стояла улыбка, такая-же жизнерадостная и добрая. Затем он встал как ни в чëм не бывало возле своей колоны. После окончания переклички также демонтажники сопровождали всех рабочих в бараки. И так день от до дня