Пари, или Не надо обманывать подруг

За обедом Ингрид почти забыла то, о чем она хотела спросить подругу. Обед удался на славу, настроение девушки заметно улучшилось, и она даже не вспоминала тот шокировавший ее рассказ. После обеда Ингрид решила продолжить знакомство с особняком подруги. Поднявшись по лестнице, она оказалась на втором этаже. Здесь стояли ящики с какой-то аппаратурой, частично распакованной. Протиснувшись сквозь весь этот хаос, девушка оказалась в зале, посреди которого находился двухметровый цилиндр из плексигласа. При виде этого цилиндра Ингрид вздрогнула. Она вспомнила «Историю Катрин». Осторожно, на цыпочках, она подошла к цилиндру и провела ладонью по его стенке. Затем поглядела вверх. Высоко, под самым потолком, с установленной на рельсах лебедки свисал крюк. Видимо, этот крюк был предназначен для того, чтобы поднять некий груз, перенести его по воздуху и затем опустить внутрь цилиндра... Ингрид нервно сглотнула – она догадывалась, для какого груза все это предназначено. Вдоль стены зала вела спиральная лестница Ингрид поднялась по ней и оказалась возле пульта управления лебедкой. Сейчас пульт был обесточен, и Ингрид немного успокоилась. Обстановка ничем не напоминала описанный в «Истории Катрин» мрачный бункер, ставший местом заточения героини и в финале – склепом для нее. Сквозь широкие окна зал с расставленной в нем аппаратурой освещало вечернее солнце, и в его лучах все казалось таким безобидным... Внизу раздались шаги. — Вот ты где! – услышала Ингрид голос своей подруги. – А я тут тебя ищу... — Сьюзи... – Девушка набралась смелости. – Я все хотела тебя спросить... Я глянула рассказы на твоем планшете... — И как тебе? Понравилось? — Отвратительно! Авторов подобных историй надо проверять у психиатра! Особенно это, как его, «История Катрин». Сьюзен ответила не сразу. — Скажи, Ингри... – произнесла она после нескольких секунд раздумья, – ты любишь ужастики?.. — Конечно, люблю! Только при чем тут... — Понимаешь, Ингри... В этой жизни есть много вещей, которых мы боимся. Мы боимся насилия, боимся болезни, боимся собственной беспомощности... Ныне мы боимся слишком многого, и в итоге страх сам по себе мешает нам жить. Возможно, чтобы избавиться от страха, стоит взглянуть ему в глаза? — М... может быть... — Скажи: когда ты смотрела фильмы, где персонажей связывали... Не испытывала ли ты при этом двойственного чувства: с одной стороны – что-то вроде страха и отвращения; с другой – тебе хотелось вновь пересмотреть эти моменты, хоть ты и не желала признаваться в этом самой себе? Я еще раз повторю: говори правду! Ингрид отвернулась. Она почувствовала, что краснеет. — Д-да... – произнесла она, слегка запинаясь. – Со мной бывало такое... Знаешь... когда я была маленькой, я любила играть в «конфету». Я заворачивалась в одеяло, и мама обматывала меня лентой. Мне нравилось так лежать – обездвиженной и беспомощной. Сьюзен улыбнулась. — И у меня было нечто подобное... только не со связыванием. Когда я была маленькой, у меня подобное чувство – смесь притяжения и отталкивания – вызывали аниматоры в ростовых костюмах. Я побаивалась их – мне казалось, что их заставляют носить эти костюмы силой. И в то же время мне нравились эти костюмы... Когда я подросла, я догадалась... не сразу, но догадалась. Маска как бы освобождает нас от бремени собственного «я»... и в то же время принимает на себя наши тяготы. Переставая быть собой, мы становимся более уверенными в себе. — Парадокс... – Ингрид не ожидала от подруги таких рассуждений. – Ты сама пришла к подобным выводам, или... — Отчасти сама... отчасти мне помог Дэвид. Он говорит, что желание и страх – две стороны одной медали. Мы пугаемся наших желаний – боимся, что не сможем их осуществить, или осуществим слишком легко... — Давай напрямик. – Спустившись по лестнице, Ингрид встала лицом к лицу со Сьюзен. – К чему ты клонишь? — Я с самого начала зметила, что тебя что-то тревожит. Может, ты раскроешь мне?.. — После того,как я почитала рассказы с твоего планшета... Господи, это пишут нормальные люди?! — Я еще раз повторю: ты любишь ужастики? Считаешь ли ты Кинга, Баркера, Карпентера здоровыми людьми? — Конечно!.. К чему ты клонишь?.. — Даже здоровым людям нужно иногда чуть-чуть безумия. Чтобы победить свой страх, надо встретиться с ним лицом к лицу, позволить ему пройти через себя; и тогда там, где был страх, останешься лишь ты. Ингрид не нашлась, что на это ответить. Молча она спустилась с лестницы; Сьюзен смотрела ей вслед. Когда Ингрид проходила мимо цилиндра, она остановилась. — А зачем тебе нужна вот эта штука? – спросила она, повернувшись к все еще стоявшей на лестнице Сьюзен. — Это? М-мм... – Девушка пожала плечами. – Это аквариум. Говорят, вид плавающих рыбок очень успокаивает. — А вся эта аппаратура, видимо, для поддержания жизнедеятельности рыбок? — Знаешь, некоторые рыбки бывают такие капризные в уходе... — ...Особенно если вместо воды сажать их в застывшую эпоксидку, да? Теперь уже Сьюзен не нашлась что ответить. С лицом, выражавшим одновременно недоумение и тревогу, она стояла на лестнице, в то время как ее подруга приближалась к ней. — Скажи честно, – в голосе Ингрид звучала угроза, – что вы здесь задумали? Только не надо мне рассказывать байки про рыбок! Кстати, я приняла меры, на тот случай, если ты решишь поступить со мной, как поступил в «Истории Катрин» с главной героиней ее парень! Перед тем, как приехатьк тебе, я написала электронные письма своим ближайшим друзьям, а также в полицию. В письмах я рассказала о том, что собираюсь к тебе, а также изложила свои подозрения. Если я не вернусь, письма отправятся к адресатам, и они будут знать, где меня искать. А теперь говори: что вы с Дэвидом собираетесь здесь устроить?! На лице Сьюзен тревога уступала место изумлению. — Ингри... – протянула она, – как ты могла такое подумать? Впрочем, – добавила она, – отчасти ты оказалась права. Да, я решила воспроизвести те ощущения, которые испытала Катрин в рассказе. Разумеется, у меня и в мыслях не было использовать эпоксидную смолу, и тем более подвергать подобному риску кого-то из посторонних... — Сьюзи... Это никакое не «чуть-чуть», это самое настоящее безумие! Неужели ты собираешься подвергнуть себя такому риску?.. — Дэвид считает, что риск можно свести к минимуму. Идем вниз, мы все тебе объясним...