Бракованный

AU: Crosshair’s chip was no deleted Болезненная пульсация. Удар за ударом пронзают череп, разливаясь звенящей болью, буквально раскалывающей разум надвое. Пальцы стискиваются на цевье винтовки, изодранные в кровь костяшки пальцев белеют от напряжения. Обезумевшие, пустые глаза смотрят в одну точку невидящим взглядом. Прицельщик готов поклясться, что он слышит каждый удар сердца, выстукивающего свой медленный ритм. Эти пульсации пронзают его, отдаются в голове, в ушах, почти заглушая непрошенный голос. Треск. Привкус крови и дерева во рту. Вторая половина зубочистки падает на пол со стуком, кажущимся невыносимо громким, почти разрывающим барабанные перепонки. Кажется, что звук падения отдаётся в ушах целую вечность бесконечным эхо, растворяющемся в ненавистном голосе. Хорошие солдаты выполняют приказы. Эта фраза повторяется в голове Прицельщика раз за разом, отливаясь тяжестью, мигренью, словно весь его мозг-заевший, проржавевший скрипучий часовой механизм, сводящий с ума беспрерывным нестройным тиком, холодящим внутренности своим скрежещущим голосом. Удар. Звон. Капли крови медленно стекают с металлической стены клетки комнаты. Но Прицельщик не издает ни звука. С кулаков крупными росинками капает кровь, с тихим звоном падая на пол. Он снова сорвался. Ещё один удар. И ещё. И ещё. Боль разливается по всему телу, но не пугает клона. Он давно уже не боится ничего, кроме самого себя. Точнее кроме того, что кроется внутри него. Мучающего, пронзительного голоса. Вдох. Прицельщик задыхается, чувствуя, что ему не хватает воздуха. Ногти раздирают собственное горло до горящих кровавых царапин. Он не слышит собственного дыхания, он не чувствует своего тела. Лишь заглушающий всё голос. Крик. Который никто не услышит. Боль. О которой никто не сожалеет. Монстр. Прячущийся внутри. Есть лишь его голос... И жажда.