Ноктюрн

Поздний вечер. За окном темнота. В просторной зале горит приглушенный свет. Ирик небрежно сидит за мольбертом, без стеснения любуясь Артюром. Он обнаженный, совсем белоснежный в этом грозном полумраке, прикрытый лишь одной полупрозрачной шалью. Он сочиняет ноктюрн – ещё один – многомиллионный, но самый чувственных из всех, что создал за всю свою жизнь. Руки Артюра бегают по клавишам, глаза Ирика горят. От любви, от простого человеческого желания, что он в который раз показывает любимому. Ноги сами его несут, и Ирик опускает прохладные от волнения ладони на плечи Артюра, легонько поглаживает, целует не скрытую светлыми волосами шею. Ладони медленно двигаются вниз по груди и вскоре оказываются на талии. Там кожа нежная, бархатистая, в многочисленных родинках и россыпи веснушек. Ирик опускается на колени, крепко-крепко обнимает сзади. – Что ты делаешь? – спрашивает Артюр, пытаясь высвободиться из горячих объятий любимого. – Использую авторский метод погружения в работу. Сначала трогаю предмет обожа.-тьфу, рисования. И только потом приступаю. Ты ведь знаешь, что нам обоим работается лучше в присутствии друг друга. – Ты мне мешаешь, отпусти. – Ничего не могу с собой поделать, – Ирик целует его в бок и обмякает, все еще обнимая Артюра. – Дорогой, по-моему ты хочешь спать. Пойдем в кровать? Ирика поднимают с колен, бережно целуя в щеку. Он слушается и сонно кладёт голову на плечо любимого. Постель приятно обдает разгоряченные тела прохладой. Ирик тянется за поцелуем, получая вместо него множество. Все они сладкие, ласковые. Те, что может дарить только по-настоящему родной человек.