Нуждающийся

Кавеха все больше и больше пугают собственные чувства. Один только взгляд аль-Хайтама бросает в жар, пронзает сердце иглой, а прикосновения отпечатываются глубокими шрамами на несколько минут. Кавех по утрам готовит завтрак, и Хайтам всегда его доедает. Доедает, накидывает пальто и уходит на учебу. Однажды, после такого очередного ухода на учебу, после получаса отсутствия Хайтама, Кавех поймал себя на том, что его внутренности будто начинают ныть и кричать когда того нет рядом. Раньше, после ухода Хайтама, он сразу брался за карандаш, начиная умело чертить, думая о том, как бы побыстрее расплатиться с ним. Сейчас же он дрожащей рукой вдумчиво выводил каждую каракулю для того, чтобы после всех его стараний Хайтам взял в руки его чертеж, рассмотрел и проанализировал полностью, хмыкнул и положил обратно. Многим бы показалось это хмыканье неуважительным, но архитектор это видел иначе. Взгляд задержался на несколько секунд после того как Хайтам рассмотрел чертеж. Его пальцы поглаживали бумагу во время чтения, как бы невзначай. Брови к концу раздумий совсем немного нахмурились, а голос звучал чуть тише и бархатнее, чем обычно. После такого анализа Кавеху всегда казалось, что он самый глупый дурачок на всей планете, строящий ложные надежды, которые разрушатся в мгновение ока. На самом деле, его выводы не были ложными. Проходят мучительно долго идущие часы, минуты, даже секунды кажутся мучительными без Хайтама. Из-за своих же чувств и мыслей Кавех готов рвать на себе волосы и биться головой об стенку, но он продолжает лежать на своей кровати, смотря на лежащий рядом лунный свет, утыкаться носом в огромную подушку, которую обнимает руками и ногами, и продумывать каждую деталь. Дверной щелчок разносится эхом в ушах, внутри все волнуется и трепещет, Кавех даёт себе отрезвляющую пощечину, продолжая сидеть за столом в ступоре. Дверь чуть приоткрыта. Кавех слышит шаги Хайтама, то как он переодевается, то как он устало выдыхает. Обычно он приходит позже, но сегодня он и вышел пораньше. Они пересекаются только утром и днём, поэтому Кавех так поздно понял насколько все запущено и насколько он никчемен. Печаль его разъедает изнутри, но, все-таки, это лучше, чем ничего не чувствовать, что является его привычным состоянием. Но не сейчас. Свое нынешнее привычное состояние он бы описал:

'аль-Хайтам не даёт мне покоя, лучше бы я умер. Только перед смертью я бы обнял его, горячо поцеловал, а потом высказался'.

Его нескончаемый поток мыслей прервал стук в дверь. Кавех вздрогнул и сделал быстрый вдох и медленный выдох, чтобы успокоить себя. Подтолкнув дверь, пред ним предстал аль-Хайтам. Он выглядел усталым, но способным ещё хоть что-то чувствовать.

Может и не просто 'что-то'.

—Спасибо за завтрак. - он смотрит Кавеху в глаза, а архитектор молится, чтобы его огромные зрачки не выдали его, чтобы Хайтам не заметил его сбившееся дыхание, не услышал стук бешеного... —Хорошая работа. Она отличается от предыдущих. Будто каждая деталь живёт и дышит. Мне нравится. - Хайтам держит в руках чертеж, внимательно всматриваясь в него. Кавех подходит ближе и замечает улыбку на его лице. Сердце Кавеха заходится быстрее, но он старается выглядеть невозмутимо. —Спасибо. Я...я старался. - поражаясь с самого себя, Кавех не может вымолвить больше ни слова. Он готов провалиться под землю. Хайтам хмыкнул. —Ты странный. - он положил чертеж на стол и посмотрел Кавеху в глаза, но тот сразу отвёл взгляд. —Сам ты странный. Ни с того ни с сего пришел ко мне, взял мой чертеж, ведёшь себя непривычно, и... - Кавех почувствовал на своем плече теплую руку. —Я не имел в виду что-то плохое. - он говорит это тихо, почти шепотом, сдерживая очень крепко, но нежно, плечо Кавеха. —Я знаю. Я не знаю, почему говорю это... - Кавех на грани. Он готов умереть через секунду. Вдруг почувствовав как его тело обливается теплом, находясь в объятьях, а любимые руки поглаживают спину, он утыкается носом в плечо Хайтама, и по его щекам начинают стекать слезы. Всхлипы сразу доносятся до ушей Хайтама, и он поворачивает Кавеха к себе. —Почему ты плачешь? - он вытирает слезы с лица Кавеха. —Потому что я люблю тебя. Я ужасен. Я такой дурак. И что же ты сейчас обо мне... - он не успевает договорить, потому что на его губы аккуратно ложится рука Хайтама. —Тише. Я тоже люблю тебя. - он целует красные щеки Кавеха, —прошу, не говори больше, что ты ужасен. Это самое глупое, что ты мог сказать, - он смотрит Кавеху в глаза, поглаживая его щеки, - потому что ты прекраснее всего, что существует на всем белом свете. Ты мое сокровище. Сердце Кавеха будто останавливается, он задыхается и смотрит в глаза Хайтаму, не веря в происходящее. Хайтам прижимает тело Кавеха к своему. —Послушай. Кавех не может разобрать чей стук сердца он слышит—свой или аль-Хайтама—но он невероятно быстрый. Он направляет взгляд на Хайтама и видит, как на его щеках играет румянец, а взгляд будто наполнен вином. Он приближается и целует Кавеха в губы. Их поцелуй медленный, почти сразу же становится глубоким. Каждый хочет изучить другого досконально: они снимают одежду, прикасаются, громко дышат и издают удовлетворительные звуки, растворяясь в бесконечном тепле друг друга.