Готический зал

Как символ начала яйцо разобьётся, И расцветёт незабудки цветок, С пионами вместе в букет соберётся. На камень могильный положен он в срок. – Что мы называем любовью? – Незримо, Оно не доступно глазам простых нас. Но то, что нас тянет к ней – неизлечимо. Подобный момент опишу я тот час. Однажды глазами простого мальчишки, А дальше Олегом его будем звать, Узрит был мужчина, красив он был слишком, Да так, что аж начал буквально смущать. Мужчину, подобного ангелу ль чёрту, Мы с вами Дмитрием назовём. И так получилось, что к этому лорду В команде соперником быть обречён. Ни гру́сти, ни радости, смешанных чувств Только вызвала эта новинка. Но Олег, просто томно и тяжко вздохнув, Засыпал, в предвкушении поединка. Точно он не готов был с глазу на глаз Встретить ночи бессонной причину. Он статный, красивей людей в много раз. Трудно встретить такого мужчину... Олега брат, Саша, подбадривал парня И всё он пытался настроить его, Но эта задача элементарна: Димитрий в его голове глубоко. Однажды он в тройке на испытанье Поехал в машине бок о бок одной, А по дороге чуть спёрло дыханье, Смущение вдруг накатило волной. И старший заметил Олега терзанья, Но виду подать он совсем не хотел, Себя он так вёл с первого испытанья, Всё носом своим перед младшим вертел. Зардевшиеся щёки по прибытии, Собраться нормально он так и не смог. Очередное кровопролитие, Родившее больше любовных тревог. В назначенном месте в назначенном часе Привычно для всех колдуны собрались. О́бнял Дима Олега, а тот как в экстазе Сбежал. Он закрылся в уборной, вбежал без оглядки, Словно трус, так бездумно слинял. А за ним Дима, будто играл он с ним в прятки. Олег тяжко дышал и молчал. Старший медленно шёл к трясущимся телу Приобнял за плечо. В ответ вздрог. Олег близок был к истерии пределу, Но повернуться он смог. Парень был насторожен, встревожен И всё же На ласковый жест обижаться не гоже, Хоть мозг с сердцем был и противоположен. Дима всё ближе, и вот обнимает влотную желанное тело, Олег за спиной его руки сжимает и носом вдыхает сильней. У младшего бабочки в животе, и лицо вмиг покраснело, Лоб горячий, а кровь по венам течёт быстрее и быстрей. «Не бойся, я рядом. Всё хорошо, я с тобой.» И вот этот мир на осколки рушится. Ноги ватные, и ты опять стоишь полуживой, А вместо мужчины на полу растекается лужица. Он крепко держит, ему можно доверять, Ты пытаешься себя в руках держать, пока целует он, И вот опять Всё как в тумане, из уст проклятый стон. «А я люблю тебя, Олеж» «Я тоже, Дим, я тоже»