Двое в номере, не считая собаки

- Рю, вот ключи, я сегодня буду поздно! - Чуя быстро кинул другу ключи и снова вернулся на кухню. Сегодня, несмотря на несезон, работы было невпроворот. Сначала доставка продуктов опоздала почти на час, заставив всех понервничать. Затем, один за другим приходили заказы от посетителей. Позже, небольшой перекур, который оборвался с приходом на задний двор Дазая. И вот только сейчас, спустя почти шесть часов, Накахара смог спокойно прийти и отдать дубликат ключей. И вот, снова вернувшись на кухню, парень посмотрел на оставшуюся работу. Осталось всего-лишь выгнать Осаму и не сойти с ума. Этот парень совершенно не хотел уходить. Почти весь день он проторчал на кухне, мешаясь под ногами. Нет, несомненно, иногда его помощь была просто необходима. Например, чтобы достать что-нибудь с верхней полки. И на этом, по мнению Чуи, польза от Дазая заканчивалась. Сделав глубокий вдох, парень пошел к шатену. - Будь добр, свали с моей кухни, - пока еще вежливо, не переходя на личности и с относительной вежливостью попросил Накахара. В голосе чувствовались сталь и явное раздражение. - М? Что? - с неизменно раздражающей улыбкой спросил Осаму, разворачиваясь. - Кто-то меня звал? А то я никого не вижу! - Слушай сюда, расточитель бинтов, - взяв шатена за воротник и притянув к себе, прямо в лицо прошипел Чуя. Лицо парня было так близко, что слегка потянувшись, можно было бы поцеловать его. Хотя, в данной ситуации, Накахара скорее хотел его укусить, не иначе. - Пошел вон отсюда. - А если я не хочу? - все еще наклонившись, стоя вплотную к Чуе, прошептал Дазай, не отводя своего взгляда от глаз парня напротив. - А если я хочу тут остаться? - Нет, ты не хочешь, - отчетливо проговаривая каждое слово, Накахара уже едва сдерживал себя. Глаза заволокла пелена гнева, и парень понимал, что еще хоть слово от шатена и можно прощаться с карьерой. С глубоким вдохом и закрыв глаза, Чуя отпустил воротник Осаму. - Съебись в закат. Быстро! - А ты заставь меня, Чуя, - с той же нахальной, самодовольной и безумно красивой улыбкой, словно в шутку произнес парень, смотря в глаза Накахары теплым, мягким взглядом. - Или боишься не справиться? - Последний раз повторяю, пошел вон! - сорвавшись на крик, рыжеволосый взял в руку сковороду. Угрожающе покачивая ей, он прикидывал, куда лучше ее запустить. Самым логичным казалось в голову, но он не хотел чтобы на его любимой сковороде остались хоть какие-нибудь вмятины от удара. Затем его взгляд пал на руки, но, видя количество бинтов, он отказался и от этой идеи. - Не можешь никак решить? - все с тем же издевательским тоном произнес Дазай. Градус напряжения от его слов поднимался все выше. - Подсказать может? Сделав последний глубокий вдох, Чуя поставил сковородку на столешницу и с громким ударом дверью вышел из кухни. Парень направился к своей любимой скамейке, доставая сигарету и закуривая. Взглянув на часы, он понял, что осталось каких-то два часа. Всего два часа, и он сможет спокойно взять мотоцикл, Рю, доехать до моря, а может и до гор. Мечты об окончании дня немного грели душу и успокаивали нервы. С каждой затяжкой восстанавливалось дыхание и способность адекватно мыслить. Докурив, парень сделал пару глубоких вдохов и, натянув на лицо относительно дружелюбную улыбку, снова вернулся на кухню. Новых заказов не было, и быстро посмотрев в зал, Чуя увидел, что посетителей просто нет. - Пятнадцать минут на уборку и чтобы никого тут больше не было. Ясно? - слегка раздраженно, но с явным облегчением произнес шеф. Команда отвлеклась на пару секунд, кивнула и принялась за работу. Спустя пятнадцать минут, как Накахара и приказал, кухня была абсолютно пустой. Проверив, что все поверхности вычищены до зеркального блеска, парень переоделся и пошел к стойке регистрации. - Рю! Ну почему так мало улыбок? Ты же с людьми работаешь! - Дазай, опираясь на стойку, сверлил взглядом коллегу. Нравоучительно подняв палец, он продолжил. - И не закатывай так глаза! А то они могут навечно остаться в таком положении! Чуя, слыша весь этот разговор, не мог сдержать легкой улыбки. Подойдя к стойке, он кивнул Акутагаве, что можно ставить сигнализацию. - Планы поменялись. Я сейчас домой, потом заберу тебя. Ключи от машины дашь? - полностью игнорируя Дазая, буквально лежащего на стойке, Чуя улыбнулся и протянул руку. - Обещаю быть самым нежным и не разбить твою драгоценную принцессу! - Ага, постарайся, - устало глядя на парня протянул Рюноске, но все же дал ключи. Чуя, уходя, просто кивнул, оставляя двух администраторов на их местах. Заведя машину друга, он довольно быстро и даже почти не нарушая ограничения скорости, доехал до дома. Быстро переодевшись, он съездил до магазина, и закупившись красным полусладким, снова приехал домой. Подождав еще какое-то время, он взял с полки свои ключи от мотоцикла, накинул кожаную куртку, и положив в рюкзак шлем для Рюноске, отправился к отелю. Вечерний город умиротворял. Закат еще не начался, но вечерняя прохлада брала свое. Быстро пролетая на мигающий желтый свет, Чуя чувствовал себя живым. Небольшая опасность всегда помогала ему ощутить хоть что-то, кроме тоски и отчаяния, которое поселилось в его душе с момента переезда от родителей. Он их едва помнил, да и они про него вспоминали редко. И как бы парень не ненавидел это признавать, он все еще отчаянно пытался добиться их расположения. Заходя в поворот, Накахара не сбавляя скорость опасно накренился, почти до земли, чуть ли не обдирая ткань джинс. На выходе же он добавил еще больше скорости. На территорию отеля он буквально влетел, оставляя на асфальте след от резины и поднимая небольшое облако пыли прямо в лицо Осаму. - На смену пошел. И привел мне сюда Рю, - приоткрывая визор, грозно сказал Чуя. Опираясь двумя ногами на землю и удерживая мотоцикл, он открыл рюкзак. Достав шлем для Акутагавы, он еще раз посмотрел на Дазая. - Я не понял, ты слушать разучился? Все же нужно было тебе мозг венчиком через задницу вправить? - А смелости хватит, Накахара? А то днем даже сковородку не запустил в меня, - с издевкой проговорил шатен подходя вплотную к парню. Облокотившись на руль мотоцикла, он наклонился еще ближе, словно проверяя границы дозволенной наглости. Взгляд карих глаз был направлен прямо на Чую, который старался изо всех сил сдержать румянец, который слава богу скрывал шлем, и рвущиеся наружу эмоции. - Руки убрал с руля. Быстро, - с явным раздражением, ядовито бросил Накахара, слегка отодвигаясь назад. - Хорошо, как скажешь, - с притворным послушанием, убрав руки с руля, Осаму сделал шаг вбок и положил руки на талию рыжеволосого. - Так лучше, солнышко? - с явной насмешкой в голосе прошептал Дазай, наклоняясь все ближе и ближе к губам парня. Хлесткий звук пощечины разрушил тишину двора. На щеке шатена остался очень четкий след от руки Накахары. Тот все еще сидел на мотоцикле. В его глазах горела всепоглощающая ярость и желание уничтожать. Сделав очередной глубокий вдох, чтобы хоть немного прийти в себя и успокоиться, парень продолжал прожигать взглядом Осаму, который выглядел не так уверенно, как раньше. - Не знал, что тебя так просто остановить, Дазай. Обычно же требуется куда больше усилий, - с едкой, насмешливой улыбкой произнес парень, явно стараясь задеть шатена словами, и желательно - как можно больнее. Глядя на след алевшей на его щеке пощечины, Чуя слегка обрадовался страданиям шатена. Тот все еще стоял на своем месте, держа руку у щеки. - Тебе стоило сказать серьезно, что тебе не нравится мое внимание, Чуя, - слегка уязвлено, но все еще сохраняя гордость и легкую улыбку произнес Осаму. Подарив еще один мягкий, но до чертиков соблазняющий взгляд, парень пошел ко входу в отель. В последний раз обернувшись, и держа дверь открытой, Дазай произнес, слегка повысив голос, чтобы слова точно долетели до юноши, сохраняя слегка насмешливый, но такой родной и привычный голос. - Хорошего вечера и постарайся не разбиться. Рыжеволосый шокировано смотрел на удаляющуюся фигуру парня и просто не понимал, как ему реагировать на Дазая, его внимание и все эти назойливые попытки привлечь его, Чуи, внимание. Как будто Осаму совершенно не понимал, что Накахара и так смотрит только на него, не замечая других людей. Как будто у этого недоумка не возникало мысли, что все его касания так раздражают только из-за того, что Накахара боялся потерять лицо и раскраснеться перед всеми, как пятнадцатилетняя девчонка. Все еще смотря на вход в отель, Чуя словно растворился в своих мыслях. Парень не понимал, что же ему чувствовать. И правильным ли в этой ситуации будет чувствовать хоть что-нибудь. С одной стороны его радовала забота Осаму, пусть и натянутая и скрытая под тонной насмешек и язвительности. С другой же, с каждым днем все тяжелее было терпеть присутствие этого напыщенного павлина и его дурацкие, совершенно невыносимые, но такие родные шутки и приставания. С тяжелым вздохом парень тихо прошептал себе под нос : - Да как же тебя понять… - Не помешал самокопаться? - с легкой улыбкой тронув друга за плечо спросил Акутагава. Парень, как обычно, практически подкрался к Чуе, заставляя того слегка подскочить на мотоцикле. - Помешал, - ответил Накахара, опуская визор шлема и разминая спину. Подав второй шлем другу, парень выровнял мотоцикл, чтобы Акутагава мог сесть. - Понял, извини, больше так не буду, - надев шлем и забрав у друга рюкзак, Рюноске сел сзади, держась за плечо Чуи. - Скорее всего. Рыжеволосый ничего не ответил, лишь кивнул и завел мотоцикл. Дождавшись, когда друг обхватит его за талию, он тронулся с места, плавно выезжая с парковки. С каждой секундой Накахара все больше и больше ускорялся, проскакивая на мигающие светофоры. Выехав на шоссе, парень выровнял скорость, и, чувствуя крепкий хват Рюноске на своей талии, слегка улыбнулся. Он помнил как всего год назад Акутагава предпочел бы умереть, чем сесть на этот мотоцикл. Да и чего уж там, сердце Чуи грели воспоминания, как и он отказывался садиться к другу в машину, мотивируя это тем, что тот его убьет быстрее чем проедет хотя бы пять метров. Теперь же, оба парня вполне не представляли своей жизни без транспорта друг друга. Стоило Акутагаве где-нибудь услышать слово “мотоцикл”, как в нос сразу бил запах полировки для фар и в голове сразу рисовался знакомый образ Чуи, в шлеме, нагло объезжающего машины в пробках. Накахара же в свою очередь, едва слыша ласковое обращение к любому транспорту, сразу видел перед своими глазами Рюноске, который заботливо полировал капот своей принцессы, смотря на машину таким влюбленным взглядом что становилось страшно. За машину. Проезжая по пустому шоссе, парень старался максимально отпустить мысли. Скорость и ощущение ветра на костяшках пальцев с этим очень хорошо помогали. Объятия Акутагавы со спины также давали чувство спокойствия, защищенности. Сколько бы раз Чуя не говорил своему другу, что на мотоцикле, прямо под вторым сиденьем установлены специальные ручки, чтобы тот мог держаться за них, тот с извечной улыбкой продолжал обнимать Накахару, объясняя это тем, что так спокойнее. Да и рыжеволосый понимал, руки Акутагавы вокруг его талии не позволяли окончательно забыться и заставляли себя держать хоть немного но в рамках правил движения и не превышать так сильно. Аккуратно сбавив скорость, Чуя затормозил возле небольшого ограждения, установленного рядом с пристанью. Выключив двигатель, парень поставил подножку у мотоцикла и снял шлем. Свежий, вечерний ветер ударил ему в лицо легкими каплями воды и соли. Сделав глубокий вдох, Накахара размял затекшие плечи и закинул голову на плечо друга, все еще сидевшего сзади него. С Рюноске было приятно говорить, но еще приятнее с ним было просто молчать. Парень мог успокоить одним своим присутствием и легким, ненавязчивым, но таким нежным объятием. Немногие люди могли похвастаться талантом успокаивать будто бы одним только своим взглядом. Чувствуя руки Акутагавы вокруг своей талии, парень устало улыбнулся и прикрыл глаза. Он не спешил начинать разговор. Чуя просто сидел и слушал шум прибоя. Медленно вздохнув, Накахара все же убрал голову с плеча друга, и слегка обернувшись, улыбнулся. - Стало легче? Или мне еще помолчать? - с заботой спросил брюнет, легко убирая руки с талии парня спереди. Его голос, как обычно тихий, спокойный и даже слегка уставший, мягко обволакивал Чую, даря ему необходимый покой. - Все нормально уже. Но спасибо за беспокойство, - с мягкой улыбкой парень поправил волосы, и снова обернувшись, оперся локтями на руль мотоцикла. В последних лучах заката таял берег причала, а проходившие мимо суда и низко летающие чайки наполняли воздух такими родными сердцу Накахары звуками. Все еще расслабленно смотря на воду он просто думал. Мысли плавно текли одна за одной, словно сигаретный дым сквозь пальцы, наполняя голову совершенно ненужными переживаниями. Спустя немного времени, парень приподнял голову, любуясь на последние яркие всполохи неба, на котором уже потихоньку зажигались звезды. Слегка потянувшись, он, словно невзначай, держа нейтральный, но слишком уж напущено-скучающий голос спросил. - Вот скажи, он ведь придурок, да? - Вы друг друга стоите. Только ты меньше раздражаешь, - честно, и даже как-то слишком быстро, словно заранее зная вопрос, ответил Акутагава, совершенно не сдерживаясь. Парень прекрасно понимал, что от него сейчас требуется максимальная искренность, и, несмотря на слегка язвительный тон, он совершенно не собирался занимать чью-либо сторону. Ему было хорошо просто говорить правду, которую он, как никто другой, прекрасно замечал и осознавал. - О, спасибо за столь изысканный комплимент. Я польщен, - крайне саркастично, словно стараясь добавить в голос как можно больше язвительности протянул Чуя. В глубине души он может и понимал, что Рюноске прав, как и в большинстве случаев, но как же сильно парень не хотел это признавать… - И ты прекрасно знаешь, что я прав. Не надо строить из себя черт его знает что. Тебе не идет. - О, совсем забыл у тебя спросить, что мне идет, а что нет, - не сбавляя оборотов, парень, заметно напрягшись, развернул корпус и стал прожигать друга, сидящего сзади, немигающим взглядом голубых, словно сделанных изо льда, глаз. Сделав излишне глубокий вдох, от которого закружилась голова, парень простонал, закрывая глаза рукой, слегка отклоняясь назад: - Не начинай, пожалуйста. Чуя, ты же понимаешь, что соври я тебе - я бы купался в море, молясь выплыть к началу завтрашней смены? Не отводя взгляда, Накахара чуть было не прыснул со смеху. Слишком уж драматично выглядел и звучал его друг. В такие моменты рыжеволосый начинал понимать Дазая. Доставать, действовать на нервы да и просто мучать людей, казалось бы безобидными - а в его случае такими они и были - шутками, было действительно приятно. Конечно, не так приятно как затыкать того же Осаму, но в целом, ощущалось тоже неплохо. - Не выплыл бы. Ты плаваешь херово. И нет у тебя завтра смены, - цокнув, парень повернулся обратно, к рулю, показывая, что разговор на время закончен. Снова надев шлем, он уже был готов был уехать с места. Почувствовав руки друга у себя на талии, он почти убрал подножку, чтобы выровнять мотоцикл, но его действия прервала вибрация телефона в кармане. Проматерившись, он, очень нехотя достал его из кармана. На экране высветилось сотня бессмысленных сообщений от Дазая. Сжав зубы, Чуя разблокировал телефон, и быстро пробежав глазами по тексту, выдохнул, стараясь унять раздражение. Ничего важного или срочного написано не было. Все те разрозненные сообщения больше выглядели как бред горячечного больного. Либо же вусмерть пьяного идиота. Убрав телефон обратно, Накахара все же убрал подножку, и удостоверившись, что Рюноске держится за него, выехал с парковки. Домой Чуя практически летел. Ветер неприятно бил по шее, не защищенной воротником куртки, возвращая водителя из мира собственных мыслей в реальность, не позволяя пропускать повороты и слишком сильно ускоряться. - Что от тебя хотел этот бинтованный? - не нарушая традиций, Акутагава воспользовался гарнитурой в шлеме только на обратном пути. Ему было не столько интересно, что так сильно могло разозлить Чую и заставить практически потерять свою обычную уравновешенность, сколько страшно за свою жизнь. Накахара ехал так, словно был один, и по всей видимости, был готов впасть в транс, совершенно забыв про друга, что сидел сзади. - А? А, да ничего. Сотня тупых сообщений. Ничего необычного, - на удивление спокойно, без какого-либо намека на раздражение ответил Накахара. Взгляд парня все еще был прикован к дороге, но теперь он был более сфокусированным чем раньше. С легкой насмешкой в голосе, он продолжил. - Не решил ли он часом выпить сегодня? - А ты не помнишь, что каждый раз как пьешь ты - пьет и он, причем по чистой случайности? - явно веселясь, Акутагава поддерживал разговор. Он давно понял, что любимая часть его поездок с Чуей это возвращение домой, когда и он, и его друг спокойно говорят. С довольно резким поворотом на очередном светофоре, парень слегка прошипел, но тут же улыбнулся своим мыслям. В этих поездках несмотря на крайне агрессивный и порой чересчур опасный стиль вождения было что-то родное, умиротворяющее. Что-то возвращающее к жизни, дающее ей смысл. - Так у него вроде бы смена сегодня должна быть, нет? - слишком уж незаинтересованно для излишне любопытного человека спросил парень, притормаживая на перекрестке. Не то чтобы ему не казались странными столь постоянные совпадения, нет, даже наоборот. Он считал их вполне закономерными. Но от этого отнюдь не становилось легче. Сердце продолжало ныть, а глаза, устремленные на дорогу и скрытые визором шлема, смотрели устало, с необъятной грустью. - Да нет вроде бы. У него выходной, а сегодня в ночную этот новенький, Ацуши. - А… Да… Точно… - Ты плохо скрываешь свое любопытство, ты же это знаешь? - все также, с легкой, дружеской насмешкой, Акутагава спросил, расцепляя руки. Мотоцикл был заглушен и припаркован рядом с его машиной во дворе уже их с Накахарой дома, а Чуя все еще сидел в шлеме с открытым визором, смотря в пустоту. Легонько похлопав друга по плечу, Рюноске снял свой шлем и аккуратно слез с мотоцикла. Не хватало еще задеть любимый транспорт парня и получить от него по голове. - Пойдем, тебя дома твое вино ждет. Практически незаметно кивнув, Чуя снял шлем, и в скором времени уже сидел дома, на своем любимом подоконнике. Держа за ножку элегантный и до невозможности тонкий бокал, парень мерно покачивал его, любуясь на насыщенный цвет вина. Капли красного цвета оставляли легкие, едва уловимые разводы на стенках, заставляя рыжеволосого приковать к ним внимание. - А вот чисто гипотетически, сойдись я и эта мумия… - задумчиво протянул Накахара, сделав глоток. - Какая была бы твоя реакция? - Я бы уверовал во всех богов. И ушел бы в храм служить. Чуть не подавившись со смеху, Чуя оторвал взгляд от окна, и слегка скользнув взглядом по другу, продолжил: - Рю! Я серьезно вообще то! Какая была бы твоя реакция? - слишком уж разгоряченно для третьего бокала спросил парень. То ли вино сегодня было особо крепким, то ли был слишком сложный месяц, но парень чувствовал, что уже сейчас голова начинала становится ватной, а сознание постепенно затуманивалось. Такого с ним не случалось со времен, как он впервые пил с какой-то странной компанией, наполовину состоящей из тогдашних его друзей, и даже как-то не думал, что через семь лет он будет сидеть так: с другом, на подоконнике, обсуждая невзаимную влюбленность в общего коллегу. - Ну порадовался бы я за вас. Смазку бы подарил. Что еще ты от меня услышать хочешь? Знаешь же, что я в ваши отношения не лезу никак. - А мог бы! - Нет, не мог бы. И вообще, ты спать идти не планируешь? - с ноткой заботы, но все еще не убирая сарказм из голоса спросил Акутагава, пересаживаясь чуть ближе к подоконнику. - Уже почти полночь. - Нет, не планирую. Я не лягу спать раньше Дазая! - с пьяным смешком ответил рыжеволосый, заканчивая очередной бокал. Слишком уж хорошим был вечер, чтобы так рано идти в постель. Да и статус Дазая “в сети” указывал на то, что в скором времени стоит ожидать звонка. Или в сообщения. - Да и вообще, - на секунду прервавшись, парень поправил телефон, лежащий на коленях и снова устремил взгляд в окно, словно теряясь в своих мыслях. - Ведешь себя как мать. - Я веду себя как адекватный человек. Ты же сам завтра будешь умирать от похмелья и недосыпа! - слегка повысив голос, Рюноске взглянул на друга и нежно, но настойчиво забрал наполовину пустой бокал из рук. Слегка вздохнув, парень поднес его к губам, и спустя секунду, бордовая, вяжущая жидкость разлилась по языку и немедленно стекла дальше, по горлу, слегка обжигая его. Передернувшись от недовольства, парень поставил бокал на пол и подошел к подоконнику, где сидел Накахара. Молча опустив голову на плечо друга, он скользнул взглядом по экрану телефона, и, зацепившись глазами за уведомления о пропущенных и все еще поступающих звонках просто стер их. Тихо, без каких-либо ярких эмоций, словно он говорил о чем-то совершенно будничном, не интересовавшем его абсолютно, Акутагава спросил. - Ответишь? Это Дазай. - Я знаю, - не поднимая взгляда от окна, парень ответил. Легким движением руки, парень заправил длинные волосы, вылезшие из хвоста, за ухо, и, не глядя на телефон, смахнул иконку, принимая вызов. - Мумия, ты очень не вовремя. - Чуя, солнышко, - запинаясь, и до необычайности медленно, словно нараспев протянул шатен по ту сторону. - Ты знаешь, ты такой зайка… Прыснув со смеху, Накахара быстро поставил телефон на громкую связь перед тем как ответить : - А ты такой дебил. В чем причина звонка? Что ты хочешь? - Я тебя хочу… - все еще протягивая слова, ответил Осаму. - Ты пьян, и поэтому несешь хуйню. Протрезвей сначала, а там уже поговорим! - раскрасневшись и изрядно смутившись, но не сбросив вызов ответил Чуя. Он лишь подмигнул Акутагаве, и поудобнее устроившись на подоконнике, продолжил слушать, явно наслаждаясь этим шоу. - А ты у нас очень трезв, да? - раздался все тот же мелодичный, обволакивающий, с легкой хрипотцой голос, заставляя Накахару краснеть все больше и больше. - Но вообще, знаешь что? Действительно, стоит поговорить на трезвую от этом. Или тебе опять не хватит смелости? А, Чуя? Раскрасневшись еще больше, парень с немым вопросом и явным смущением взглянул на друга, что едва сдерживал смех, прошипел, все еще стараясь звучать хоть немного угрожающе: - Ебальник завали и съебись спать! Я не собираюсь с тобой говорить! - Неужели мое солнце так легко смутить? - с явной издевкой, но таким сладким, бархатным голосом спросил Дазай, словно вел самую обычную беседу. - Наверно именно поэтому ты никогда не смотришь мне в глаза… Интересно, а если тебя заставить, ты покраснеешь, или же наоборот, побледнеешь? Или, может, сразу в обморок упадешь? - Дазай… - раздраженно простонал Чуя, почти срываясь на рык в надежде наконец заткнуть парня, что так легко портил идеальный вечер одним звонком. - Ох, как это мило сейчас прозвучало! Я аж захотел это услышать вживую! - слишком уж воодушевленно воскликнул парень, но в следующую секунду слегка изменил тон. - Мори тебя просил завтра прийти на работу. Сказал, что у нас какие-то очень важные гости, и он не хочет чтобы твои повара облажались. - Что? Он же знает, что у меня выходные! Пусть возьмет… Пусть кого угодно другого возьмет! - с явным недовольством, моментально переключившись, парень прорычал, явно показывая раздражение ситуацией. “Видимо, теперь вечер действительно не спасти…” - пронеслось у него в мыслях. - Двойная оплата, бутылка того самого Шато Петрюс восемьдесят девятого года… - чуть ли не пропел Дазай, стараясь звучать как можно более убедительно, пока передавал слова босса. - И недельный отпуск после их выезда… - Я согласен! - быстро проговорил Накахара. - Надеюсь, завтра не твоя смена? - Не угадал, мой дорогой. Я завтра заменю Ацуши. Так что до завтра. Готовься к разговору! - едва Дазай договорил, Чуя скинул вызов, и, спрятав лицо руками шумно выдохнул, стараясь справиться с эмоциями. Завтра его ждал поистине тяжелый и неприятный во всех отношениях день…