Научи меня жить

— Да я же чуть не сдохла сейчас!!! — шёпотом процедила она, и сглотнула ком страха в горле. — Ну, я б первую помощь оказал, — усмехнулся физрук. Девчонка снова нахмурилась, и с силой оттолкнув его в грудь, громко прошагала в ванную, чтоб прийти в себя. Уваров с ухмылкой подошёл к двери и навалился плечом на косяк, наблюдая, как девушка умывается и хмурится. Спустя минуту, закрыв воду она обошла дверь и вытерла лицо. Оттолкнув дверь, девчонка уставилась на физрука, чтоб тот отошёл с дороги и выпустил ее, но тот сделал шаг внутрь, обхватив за плечи Вику. Повернув ее к зеркалу, он стянул ее резинку и запустил пальцы в волосы на висках, осторожно прочесывая к затылку и глядя в глаза через зеркало. — Ну и ещё это был эксперимент, — спокойно произнес Вадим, глядя в красноречивый взгляд ученицы. — ты ведь сама говорила, что чувствуешь когда я зол. Почему сейчас повелась? — с ухмылкой спросил Вадим, продолжая прочесывать волосы девчонки. — Да потому что я не успела среагировать и оценить вас! Я увидела, что вы залетели как будто в ярости, и инстинкт самосохранения сработал, чтоб вы не прибили меня. Нервы уже не выдерживают, Вадим Юрьевич! — тихо выпалила Кузнецова в зеркало. — Не надо так делать больше никогда! Вы если отомстить хотите, лучше ударьте в следующий раз, так хотя бы будет быстро и понятно. Учитель усмехнулся, и почувствовав, что Вика более менее пришла в норму, выпустил из рук волосы, и обхватил ее за талию. — Дыши, — строго, но тихо скомандовал Уваров и девчонка сделала глубокий вдох, затем выдох и повторно. — умница. Твоя ошибка была в том, что ты стоя за этой дверью, перебирала разные варианты, из-за чего я могу злиться, но ты не попыталась почувствовать этого. Я тебе говорил: верь своим ощущениям, — в том же тоне проговорил мужчина, и девчонка поджала губы, тяжело выдохнув. — пойдем отсюда. Девушка отшагнула в сторону и Вадим выпустил ее из рук, давая свободу действий. Как только Кузнецова оказалась в спальне, она резко остановилась и округлила глаза, шумно вздохнув.

***Flashback***

— Нужна правда? — в моих глазах появился недобрый огонек. — Да, я злюсь! Я злюсь, из-за того что не знаю где мой друг и что с ним, из-за того, что я не представляю себе что сказать Даше про мое отсутствие ночью! Я злюсь на себя, из-за того, что… — я махнула рукой на кровать. — …было здесь сегодня ночью. Я повела себя как… Вы хотели чтоб я это сказала? Вы довольны?! — я схватилась за руку Уварова, лежащую на моей талии, отчего та ещё сильнее сжала мое тело, и пробежал разряд тока. Мужчина ухмыльнулся. — Вполне доволен. Только особо не иронизируй. Твои эмоции сейчас меня не волнуют, если хочешь ударить — бей сколько влезет, — после этих слов Вадим резко замолчал, и приблизившись к губам, посильнее обхватив подбородок, стал говорить медленно, грубо, отделяя каждое слово. — Только имей ввиду, что от каждого твоего действия могут быть последствия. Причем малоприятные.

***Flashback end***

— Бли-ин! — выдохнула Вика. Мгновенно развернувшись, она налетела на учителя, заключив того в крепкие объятия и прижавшись щекой к груди, умоляюще, с тревогой, забегала глазами по стене справа от себя. Дыхание снова участилось и сбилось в тяжёлое. — Простите меня пожалуйста, за то что я толкнула вас. Я-мне… я вообще не должна была руки распускать! — запереживала школьница, дрожащими пальцами, монотонно поглаживая плечи мужчины. Вадим положил руки на ее спину, ожидая, когда девчонка придет в себя. — Я настолько идиотка, что сама себе очередной раз могилу рою, прекрасно зная, что за всё нужно отвечать. Простите меня пожалуйста, Вадим Юрьевич, — на одном дыхании выпалила Кузнецова, чувствуя животный страх и панику, от понимания того, что ситуация, которую устроил физрук несколько минут назад, может повториться снова и скорее всего, ее сердце не выдержит такого шока. — Будем считать, что пранк вышел из-под контроля, — тихо засмеялся Уваров и девчонка подняла глаза, чуть отстранившись, чтоб оценить его эмоции. Видя, что учитель в нормальном настроении и не собирается ее убивать, она пару раз кивнула, и отпустила его. — Спасибо, — буркнула Вика, и обхватив себя руками отошла от него к кровати. — Угомонись, мышка, — сказал физрук и махнул рукой на кровать, проходя к столу. — все знания приходят на практике, и я бы не стал тебя учить подобным способом, если б не был уверен в твоей выдержке, — он налил в кружку воды и подошёл к девушке, протягивая ей. — я тебе уже говорил, что если взялся учить, то научу, — сев в кресло напротив, мужчина сцепил руки в замок и уставился на Вику. — ты всегда можешь отказаться, оборвать сделку и больше не участвовать в этом, — спокойно произнес Уваров, на что Кузнецова отрицательно покачала головой. — Нет. Мы будем заниматься и я буду делать всё, что нужно. И Макс не заразится! — твердо процедила Вика. Мужчина ухмыльнулся. — Вот и славно. Допивай и у меня будет для тебя задание, пока твой мозг в тонусе, — отозвался Вадим. Девчонка сделала несколько последних глотков под его пристальным взглядом и поставила кружку на стол. Он протянул ей ее резинку и начал в серьезном тоне объяснять суть. — Значит смотри: в этой комнате есть важный документ. Я не ограничиваю тебя во времени, по крайней мере до полуночи, но даю всего три попытки на поиск. Всё, что от тебя требуется: найти и объяснить ход своих мыслей. Можешь рассуждать в процессе, либо рассказать, когда его найдешь. Если найдешь. В процессе я не стану отвечать на твои вопросы, поэтому задавай сейчас. Кузнецова легла на кровать и скользнула взглядом по потолку, обдумывая всё. — Как мне понять, что это именно он? Как он выглядит? — Это просто небольшая стопка листов в одном файле, без папок и всяких вызывающих мелочей, — пояснил учитель, чуть прищурившись и внимательно уставился на девчонку, ожидая ее вопросов. — Насколько это важный документ, от 1 до 10? — 10, — не задумываясь отрезал Уваров и Вика покосилась на него. — У меня три попытки, чтобы залезть в три места? — Верно. Она задумалась, и прищурившись, метнула взгляд по стене напротив. — Я вас поняла. — Можешь начинать, — физрук взглянул на наручные часы и пересел на свое кресло, откинувшись на спинку.

Pov Вика:

Я скрестила ноги и закинула руку за голову, полностью обдумывая ситуацию. — Можно же вслух озвучить сразу? Не буду мешать? — Я весь во внимании, — отозвался Вадим. — Так, хорошо. Допустим, это ОЧЕНЬ важные документы, и их нужно спрятать так, чтоб никто не нашёл. Я бы спрятала, конечно, на нижнем уровне, раз туда не попасть простым смертным, но если они здесь, значит ими наверняка часто пользуются, или они должны быть всегда «под сердцем». Помним, что школа полна шпионов и сыщиков, которые вечно что-то ищут, и проникнув в комнату, станут переворачивать в первую очередь все ящики и шкафы. Где обычный человек станет искать «очень важный документ»? Наверное где-то в глубине. В ящике под замком, в ящике с двойным дном, и в самом темном углу, забитом всякими вещами. Если обычные люди станут искать там, то нам нужно сделать ход конем. В первую очередь станут переворачивать ящики стола и комод, потом шкаф и тумбочки, а после — кровать. Но мы необычные, поэтому прятать нужно наоборот, не в глубине, а на поверхности. Поверхность должна быть не особо открытой, правильно? Нам ведь не нужно, чтоб сыщики пришли, увидели на комоде файл и утащили его, поэтому все-таки немного глубже уходим. Допустим, можно спрятать за картину, но там будут искать сразу, как только оброют всю комнату и не найдут ничего, поэтому нам не подходит, — я задумчиво размахивала кистью, всматриваясь в плинтус, между потолком и стеной, пока физрук с ухмылкой слушал мой лепет. — наверное не станут искать в ванной, и в целом туда можно было бы засунуть, но нам не подходит, потому что мы же знаем, что бумага в файле, и она в скором времени потеряет свой нормальный вид, получается не подходит. Итого: всю мебель перерыли, в ванной нет, в ящиках нет, на поверхностях нет. За комод прятать не будем, потому что есть Маша, которая может их случайно найти, что нам тоже не на руку. На гардину вешать — себя не уважать, ну что это такое? Придут сыщики, занавеску пошевелят, а там в самом верху висит то, что они даже не мечтали найти. Не пойдет. Что делать? Допустим, я — Вадим Уваров и я — один из самых высоких в школе. Прятать нужно на поверхности, — я повернула голову на шкаф. — высокая поверхность — шкаф, но не забываем, что есть Маша и неглупые шпионы, поэтому думаем чуть дальше, чем они.

Pov автор:

Кузнецова встала на кровати, прошла по ней в сторону шкафа, и постояв пару секунд возле него, взяла кресло, переставив его от левой стенки шкафа к правой. Заскочив осторожно на кресло, которое спинкой упиралось в стену, а подлокотником в фанеру шкафа, девчонка постаралась заглянуть на шкаф, но ей не хватило немного роста. Закусив губу, она вскинула правую руку и уставилась на физрука, который невозмутимо наблюдал за ней. Осторожно коснувшись верхней поверхности, девушка скользнула пальцами вдоль проема между стеной и задней фанерой шкафа, щурясь, боясь получить занозу или наткнуться на паука. Чуть спустив пальцы в углубление за шкафом, проводя вдоль него, она кончиком пальца коснулась чего-то, что явно не должно там находиться. Нахмурившись, она сначала чуть одернула руку, но вернув, нащупала шелестящий материал. Ухмыльнувшись, она попыталась понять, каким образом это закреплено, и чуть потянув вверх, поняла, что сидит это нечто очень плотно. Пробежав пальцами по боковой стороне файла, Вика догадалась, что он висит наискось, значит закреплён за одну из дыр. «Гвоздь?» — Так, — буркнула Вика, пытаясь отцепить находку. — Я гениальный сыщик, Мне помощь не нужна, Найду я даже прыщик На теле у слона. Бывал я в разных странах И если захочу, *Девчонке удалось вытащить то, что искала, и она осторожно подняла руку над шкафом, умоляюще вскинув брови, следя за тем, чтоб не тянулась никакая паутина* То поздно или рано Я всех разоблачу. *Убедившись в том, что это то, что ей было нужно, она, мурлыкая песню, спрыгнула со стула, и направилась к физруку с находкой* Как мышь, крадусь во мраке, Плыву, как камбала, *Уваров протянул руку, чтоб забрать документ, и взглянул на часы, отложив его в сторону. Девушка оперлась на стол руками и с вызовом вскинула подбородок, уставившись с улыбкой на мужчину.* А нюх, как у собаки, А глаз, как у орла. Договорив песню, девчонка уселась в свое кресло, и уставилась уже серьезно на Вадима, который прищурившись смотрел на нее. — Семь минут, Кузнецова, и одна попытка, — как-то строго проговорил учитель и девушка замялась. — у-мни-ца. Удивила, — потерев губы указательным пальцем, заключил физрук и Кузнецова все-таки расплылась в широкой улыбке. — Удивила, — прошипела девчонка, радуясь победе. — А что там? — осторожно спросила Вика, кивнув на файл и мужчина вскинув брови, взглянул на него. — А, это, — взяв документ в руки, он усмехнулся, рассматривая его. — а это, Кузнецова, мой срок… — с ухмылкой, твердо заключил Вадим. Девушка поджала губы и сглотнула, серьезно смотря на находку. — …и если б вы тогда воспользовались твоим мозгом, а не искали эту чёртову черную папку у меня по ящикам, то для вас все закончилось бы ГО-РАЗДО раньше, — весело заявил Уваров и с вызовом уставился на Вику, которая уже поникла и смотрела куда-то в одну точку на столе. — А почему они хранятся не внизу, где нибудь в сейфе, или в городе, в квартире, подальше отсюда? — тихо с тревогой спросила девушка, не поднимая глаз. — Так ты же сама пришла к выводу, сама все поняла, — усмехнулся физрук, и достал сигарету, отходя к окну. Девчонка смотрела на край документа, не желая читать что там написано, и ощущала ком в горле. Учитель присел на подоконник, закурил сигарету и уставился на Вику. «Господи, как же я боюсь жить дальше. Каждый прошедший час, все стремительнее приближает нас к концу. И я боюсь неизвестности, но кажется, я боюсь сильнее узнать правду. Здесь есть лишь два исхода: ты либо умрёшь, либо сядешь. Значит мы обречены? Или если нет никаких «нас» вовсе, то обречены ты и я. Ужасно страшно и больно. Мне нечем дышать. Я вдруг осознала в какой-то момент, что без тебя не справляюсь, но так и не смогла принять факт, что у нас с тобой нет будущего. Я не знаю твоих планов, не знаю, хотел бы ты быть со мной когда нибудь вместе, за пределами этого болота, или я лишь «важный объект» на этой территории и в городе ты бы не захотел со мной возиться. Ты взрослый человек, а я ещё глупая девчонка, и чувствую себя обузой для тебя. Я всегда думала, что все злодеи и отрицательные герои находятся в фильмах и книгах, но не в жизни. И как правило, им подходят такие же девушки, как они сами. Я бы, наверное, тебе подобрала половинку, лет 27-32, с яркой внешностью, харизмой и высоким ростом, совсем немного ниже тебя. Такую же властную как ты, с ослепительной, завораживающей улыбкой и хитрыми глазами. Возможно, она носила бы каблуки, платья или юбки карандаш, темную помаду и может быть короткие волосы. Как если бы надменность, ну или пассивная агрессия была человеком, то это была бы твоя женщина. Она безусловно знала бы чего хочет и брала то, что задумала, без особых усилий. И по сравнению с этим типажом, я — просто смех. Глупый, закомплексованный подросток, не умеющий жить, не умеющий делать выбор, делать хоть что-то серьезно, а не играть каждый раз в русскую рулетку, делая в чем-то выбор. Наверное поэтому я и держусь за тебя, потому что от тебя исходит власть и сила, которой нет у меня, и ты меня дополняешь. Крепкое плечо рядом, которого так не хватало всегда. А я слишком мягкая, и могла бы дополнять тебя. А хочешь ли ты? Я не знаю и не хочу узнавать, потому что трусливая и боюсь услышать в ответ „нет“, или что-то вроде „ты себя видела? Ты кого из себя возомнила, девочка?“» Уваров потушил окурок, обошёл стол и взял документы, чтоб вернуть на место. Девчонка выпорхнула из мыслей, наблюдая за мужчиной и слегка улыбнулась, глядя на него. Почувствовав жжение на руке, она расцепила пальцы, которые до боли впивались в кожу, пока Вика находилась в раздумьях. Вадим быстро слез со стула, вернул на место и устремив взгляд на Кузнецову, вернулся в кресло. Девушка утонула в его глазах, сглотнув ком, и тепло улыбнулась, рассматривая все черты лица Уварова. Минуту она сверлила его взглядом, не думая ни о чем, кроме того, что есть здесь и сейчас. Вдох. Выдох. Вдох. Улыбка медленно сползла с лица Кузнецовой и она опустила пустые глаза на грудь учителя, мелко моргнув. Встав с кресла, она в два шага добралась до кровати, легла, и стала ждать продолжения экспериментов. Мужчина проследил за ней глазами, и пересел в ее кресло, придвинув к кровати поближе. — Продолжаем? — Да, — выдохнула Вика, глядя на стену. — Футболку снимай, — строго произнес Вадим, на что девчонка непонимающе покосилась на него и тот предупреждающе вскинул брови, поднявшись с места. Девушка села, стянула элемент одежды и Уваров быстро вернулся из ванной с ухмылкой, держа кружку с водой. Кузнецова недовольно покосилась на нее. — Я надеюсь, что до этого не дойдет. Физрук вскинул подбородок. — Чё ты так реагируешь на нее? Это ж не кислота. — Да кто вас знает, чем вы там промышляете, — проворчала Кузнецова, закрыв глаза, и не услышав никакого ответа, посмотрела на мужчину. Тот с красноречивым взглядом смотрел на нее, мягко улыбаясь и девушка тяжело вздохнула. «Только не выливай сейчас.» — Всё, давай. Глаза закрывай и настраивай дыхание, — вернулся в серьезное состояние физрук, отставил кружку и облокотился на колени, нахмурив брови, наблюдая за Кузнецовой. — значит так, слушай меня. Сейчас ты вспомнишь любую ситуацию связанную со мной, когда была напугана. Сегодняшняя не считается, вспоминай что-то похожее. Твоя задача — погрузиться не слишком глубоко, и всеми силами постараться осознать, что все нереально. Когда ты научишься понимать и отличать реальность от видений, тогда ты сможешь их контролировать и они перестанут тебя изводить. Они будут работать на тебя. Давай, глубокий вдох и выдох ещё раз. Сейчас тебе нужно просто во сне осознать, что это сон. Всё, — в спокойном тоне проговорил мужчина и девчонка не реагируя старалась концентрироваться на дыхании и его голосе. — если готова, пошевели пальцами, чтоб не сбиваться с настроя. Кузнецова слегка дернула указательным пальцем, и Уваров кивнул своим мыслям. — Можешь начинать. Не бойся, я слежу за тобой, если что, то помогу, — заключил Вадим и девушка снова сделала глубокий вдох.

Pov Вика:

Вдох. Секунда. Две. Глубокий выдох Шаг в пропасть. Шесть секунд. Рывок за горло и туловище. Удар спиной в поверхность. Я распахнула глаза, увидев, что сверху сидит физрук, вжимая меня за горло с яростью в кровать. Тот слегка ухмыльнулся, нависнув над моим лицом. — Ну, молодец! Продлила Павленко жизнь на сутки — умрет на день позже, — усмехнулся Уваров. — и завтра, к вечеру в школе будет уже два трупа, — процедил он с ухмылкой. — Два трупа, — шёпотом повторила я, и обречённо закрыла глаза, рвано выдохнув. Оттолкнувшись руками от кровати, Вадим достал из кармана телефон, и стал что-то печатать. Я отвернула голову, и пустым взглядом уставилась на окно, повторяя про себя одну и ту же фразу: «Я не пожалею о том, что сделала.» — Даже не скажешь ничего? Последнее слово там, последнее желание? — усмехнулся учитель. — Мне нечего сказать. Я не жалею о том, что отдала свое лекарство другу. — медленно проговорила я обречённым тоном. — Частично, его лишили антидота из-за меня, — я повернула голову на физрука, и посмотрела с ненавистью в глаза. — из-за моей невнимательности в библиотеке. В ЭТОМ моя вина! А перед вами я виновата лишь в том, что забралась в вашу комнату. И за ЭТО я прошу прощения! — Вадим ухмыльнулся, и открыв рот, хотел снова что-то ответить, но его перебил звонок. Встав с кровати, он занял свое рабочее место, открыл ноутбук и ответил на звонок. «У меня ощущение, что это уже было. Дежавю какое-то. Только я не помню что будет дальше, но я как будто уже была в такой ситуации.» Уваров с силой ударил кулаком по столу, отчего я испугавшись вскочила с места. — Тш-ш! — на живот легла рука и я распахнула глаза, увидев рядом физрука. — Черт, — прошипела я, нахмурив брови и обхватив лицо руками, приводя в норму дыхание. — Что произошло? — спросил физрук, убрав руку с моего живота. Я потерла лицо и убрав руки, уставилась в потолок. — Я вспомнила ситуацию, когда украла у вас антидот для Ромки. Тот момент, когда вы напали на меня и сверху сели, угрожая, что будет два трупа. Потом слезли и я задумалась о том, что это всё уже было, как дежавю типа. Пока я думала об этом, вы по столу ударили и я офигела от неожиданности. Испугалась, — договорив, я моргнула и взглянула на учителя. Вадим внимательно слушал и смотрел куда-то перед собой. — У меня каждый раз появляется ощущение, что это дежавю, но я не могу понять, что все не по-настоящему. Я хочу ещё раз! — недовольно процедила я, и нахмурилась, закрыв глаза. Вдох. Секунда. Две. Глубокий выдох Шаг в пропасть. Шесть секунд. Рывок за горло и туловище. Удар спиной в поверхность. Я распахнула глаза, увидев, что сверху сидит физрук, вжимая меня за горло с яростью в кровать. Тот слегка ухмыльнулся, нависнув над моим лицом. — Ну, молодец! Продлила Павленко жизнь на сутки — умрет на день позже, — усмехнулся Уваров. — и завтра, к вечеру в школе будет уже два трупа, — процедил он с ухмылкой. — Два трупа, — шёпотом повторила я, и обречённо закрыла глаза, рвано выдохнув. Оттолкнувшись руками от кровати, Вадим достал из кармана телефон, и стал что-то печатать. «У меня ощущение, что всё это уже было.» — Даже не скажешь ничего? — в унисон с физруком проговорила я, и открыла глаза, уставившись на него. — Ух-ты! И что это значит? — непонимающе усмехнулся Уваров, мелко моргнув несколько раз. — Это всё уже было, — ответила я, и физрук недоверчиво вскинул брови. — Сейчас вам позвонят и вы будете говорить по английски, требовать какой-то пароль, — заключила я. Мужчина схватил меня за затылок, притянув к себе, и уставился в глаза. Я часто-часто задышала, всматриваясь в бездну темноты. — А ты прорицательница? — надменно усмехнулся физрук, вскинув подбородок и переместив руку на мою нижнюю челюсть. Я не успела ничего ответить, и была прервана звонком. Уваров нахмурился, посмотрел в экран и резко перевел взгляд на меня, сдавив нижнюю челюсть сильнее. — Как ты это сделала? — угрожающе спросил Вадим и я физически почувствовала, как он начинает злиться. — Отвечай, я сказал! — Я это просто знаю. Это всё уже было. Уже было! «Или будет? Я могу знать будущее? Я могу, я вижу видения и сны.» — Хотя нет!!! — громко воскликнула я, на что физрук закрыл мне рот. Я рывком оторвала его руку от лица. — Ничего не было, ничего нет! Всё не по-настоящему! — Ты совсем с катушек слетела, Кузнецова?! — гаркнул физрук, и хлопнул меня по щеке. — Да пошел ты нахер! Этого не было в прошлом и не вижу в будущем, значит этого вообще нет! И тебя нет, придурок! — разразилась я, ударив пару раз с силой в грудь Уварова, который все это время с оскалом слушал меня. Он замахнулся и наотмашь ударил меня по голове. Я сжалась от боли и головокружения, поставив блок руками. — Ты ниче не перепутала, девочка? — пробасил Уваров, схватив меня за волосы и уставившись в глаза. — Нет! — в том же тоне рявкнула я, ощущая дикую боль от удара и захвата. «Это все не по-настоящему, как отсюда выйти? Что нужно сделать? Почему я чувствую боль, как будто это всё реально?»

«Нельзя бороться.

Попробуй наоборот,

успокоить.»

Я отпустила его футболку, и наплевав на боль, обхватила руками его голову, пригладив большими пальцами щёки и заглядывая в глаза. Тот непонимающе нахмурился. — Отпусти меня, — твердо сказала я. — пожалуйста, отпусти, — я провела ногтями по его голове, и он тряхнул ей, давая понять, что это неуместно. Я повторила то же самое, и приблизила его лицо к своему, остановив в паре сантиметров от губ. — Я знаю, что это всё нереально. И ты это знаешь. «Как там он говорил нужно выходить из этого?» Я легонько коснулась его губ своими и ощутила, как воздух снова начинает накаляться. Поцеловав более настойчиво, я закрыла глаза, устанавливая медленный, но грубый темп поцелуя. «Точно, нужно всплывать с глубины.» Выдох, чтоб не осталось воды в лёгких. глубже. Отстранилась от физрука, задержав дыхание. Вверх. Секунда. Уваров непонимающе уставился на меня, снова дёрнув за волосы, отчего я чуть не вдохнула. Две. Зажмурила глаза, оскалившись от боли. Четыре. Воздух. глубокий вдох. Удар спиной в поверхность. — Ну, молодец! Продлила Павленко жизнь на сутки — умрет на день позже… — усмехнулся Уваров. «Еще раз!» Выдох, чтоб не осталось воды в лёгких — …и завтра, к вечеру в школе будет уже два трупа, — процедил он с ухмылкой. Закрыла глаза. Вверх. Секунда. Две. Четыре. Шесть. Воздух. глубокий вдох. Открыть глаза. Уставилась на Уварова, который сидел на стуле, слева от меня. Тяжело выдохнула, снова обхватив лицо руками и закрыла глаза. — Получилось, — обессиленно прошипела я. Стерев липкость со лба, я убрала руки на живот и постаралась восстановить дыхание. — Что было? — спросил Вадим, спустя некоторое время, когда я относительно пришла в себя. — Я в какую-то петлю попала, — болезненно усмехнулась я, и устало взглянула на Уварова. — я поняла, что что-то пошло не так, и озвучила это, а потом все пошло вообще через одно место. Мы с вами подрались. Точнее, вы меня избили, наорали и чуть не вырвали волосы. Всё как-то скомкано, я не осознала до конца что произошло, а поняла только, что этого всего нет, и что нужно оттуда выйти. Попробовала один раз, но все началось по-новой. Испугалась, подумала, что не выберусь, решила «не отходя от кассы» снова пытаться очнуться. Получилось, — шёпотом выпалила я, и закусив губу, тяжело вздохнула. — я молодец. Уваров поджал губы и согласно кивнул. — Ты молодец, — он чуть ухмыльнулся, и положил руку на мой живот, чуть пригладив. — отдыхай пока, восстанавливайся. Я кивнула и встала, чтоб умыться и сделать глоток воды, так как от сбившегося дыхания пересохло горло. Встав напротив зеркала в ванной, я открыла воду и нахмурилась. «Мне кажется, что что-то я не так делаю. Все слишком скомкано, решение где-то на поверхности. Выход должен быть гораздо ближе, чем я думаю.» Я облила холодной водой лицо, и протерев глаза, внимательно уставилась на зеркало, выключив воду. Некоторое время рассматривая себя, я пыталась понять свои ощущения. — Ну и что ты чувствуешь? — прошептала я, вглядываясь в свои глаза. — Я снова заплыла слишком глубоко. Нужно «утонуть» на такую глубину, чтоб изначально понимала что происходит. Как-то ведь у меня получается создать ситуацию, когда я вижу тебя в комнате, но этого нет на самом деле. Создать ситуацию, — я закрыла глаза руками, напряженно выдохнув и обхватив пальцами подбородок, задумчиво уставилась на себя. — Мышка, — донеслось из комнаты, и я чуть вздрогнула, повернув голову в сторону двери. Покинув ванную, я вернулась на кровать и села, уставившись на окно, обдумывая всё дальше. — Будем продолжать? — спросила я, посмотрев на Вадима. — Готова? — Угу, — кивнула я, и скинув обувь, вернулась в лежачее положение. Напряжённо вздохнув, я вскинула брови, бегая глазами по стене напротив. — Боишься? — спросил Уваров, всматриваясь в мое лицо. Я перевела на него взгляд и несколько секунд молчала. — Не совсем. Просто я не могу понять, я же была во сне, а боль чувствую как по-настоящему, страх тоже. Однажды Морозов снился, полоснул какой-то острой фигнёй по горлу, так я потом ещё полдня точно ходила, хваталась за больное место, потому что воспоминания были такие, будто это всё правда произошло, а не приснилось. Мне нужно «нырять» в это не очень глубоко, а я никак не могу нащупать эту грань. — Научишься. Верь своим ощущениям, — кратко отозвался мужчина и я снова взглянула на него. — не пытайся понять что-то в видениях, пытайся осознать то, что ты чувствуешь. Я поджала губы, не сводя взгляд с учителя. — Ну смотри, тебе если будет понятнее: отключи мозг, думай сердцем. Делай так, как чувствуешь, что правильно, — чуть нахмурившись пояснил Вадим, и я нахмурилась в ответ, обдумывая всё. — Как чувствуешь, что правильно, — повторила я, обратив взгляд на стену. — а можно я попробую в другую ситуацию погрузиться? Там не было вас, я была одна. Хочу попробовать что-то изменить. — Я в то время уже был в школе? — спросил Уваров, и я кивнула, посмотрев на него. Вадим прикусил губу и ухмыльнулся, думая о чем-то своём, заставив меня нахмуриться. — Что?… — Ладно, пробуй, потом разберемся, — ответил физрук и большим пальцем почесал бровь, уставившись на меня. Я поджала губы, не понимая его поведения, и закрыла глаза, глубоко вздохнув. Глубокий выдох. Секунда. Две. Три. Четыре. Глубокий вдох. Открыть глаза. Темный коридор. Я судорожно постучала фонарем по открытой ладони, заставляя его работать, но он лишь мигнул пару раз, давая понять, что в нем окончательно сели батарейки. «Да блин, замечательно просто!» Я быстрым шагом направилась по коридору, различая лишь повороты, благодаря тусклому свету подземелья. Стараясь утихомирить слишком частое и шумное дыхание, чтоб слышать что-то кроме себя, я прикладываю к приоткрытому рту кулак, пытаясь затаить дыхание хоть как-то. Подойдя к очередному углу, я прижалась спиной к стене, и медленно высунулась, чтоб оценить обстановку за углом. Пусто. Свернула вправо, по памяти воспроизводя карту подземелья. «Лишь бы никто не выскочил ниоткуда, фонарем отбиваться придется.» Пройдя несколько метров, я заметила приоткрытую дверь лаборатории, из которой сочился свет, и остановилась, обдумывая план. «Там же могут быть не друзья, а кто-то из работников.» Осторожно подошла ближе, попутно молясь всем богам, чтоб не получилось неудобной ситуации. Заглянув в щель, я поняла, что нет никаких звуков, и никого не видно в маленьком помещении. «Отлично, конечно, но где вы?» Я осторожно приоткрыла дверь, и та тихо скрипнула, отчего я округлила глаза, взглянув на нее. Сделав шаг в светлое помещение, я почувствовала, как мои ноги стали подкашиваться от панического страха. «Если свет горит, значит тут кто-то был. Или кто-то есть?» Осмотрев помещение, я положила на ящик неработающий фонарь, чтоб освободить вспотевшие руки. Сделав ещё шаг, я увидела, что в лаборатории есть ещё одна дверь. — Ма-акс! — тихо прошипела я, в надежде, что друзья прячутся где-то и я смогу уйти отсюда с ними. Тишина. Ещё шаг. Дойдя до другой двери, я дернула за ручку, но та не поддалась. Решив, что делать там нечего, я обернулась. «А если они там сидят и не могут выйти? Или их закрыли, как тогда в котельной? Или…» Я быстро метнулась обратно, и с силой дернула дверь на себя. По помещению прокатился скрежет и скрип, от которого я снова сжалась и округлила глаза. «Да тихо!!!» Теперь глазам открылась темнота, в которой было видно лишь металлический блеск поверхностей. Я нахмурилась, пытаясь разглядеть хоть что-то. Вдох-выдох. «Лишь бы никто не выскочил, я же на месте умру» Вдох-выдох. Провела рукой по стене рядом, и спустя несколько секунд нащупала выключатель. Нажав кнопку, я моргнула пару раз, от слишком яркого света, и уставилась перед собой. Эта комната была как предыдущая, только отличалась температурой и содержимым. На двух столах лежали черные мешки, в углу шкафы с непрозрачными дверцами и столик для инструментов. Я шагнула к столу, уставившись на мешок. «Это ведь не то, что я думаю?» Сделав ещё шаг, я нервно покосилась на приоткрытую дверь, и поджав губы, осторожно ухватилась за замок на мешке. Вдох-выдох. Потянула вниз, заставляя его открыться. Труп. «Нет-нет-нет-нет.» Мои глаза округлились, дыхание сбилось и я резко отшагнула назад, ударившись бедрами в соседний стол. Вдох-выдох-вдох-выдох. Ахнув от испуга, я отскочила от столов и в пару шагов вылетела в соседнюю лабораторию, через которую попала сюда. Вдох-выдох-вдох-выдох. Дёрнув дверь, я быстро выбежала в коридор, на ватных ногах, и попыталась рассмотреть дорогу, чтоб сбежать отсюда. «Бли-и-и-ин, что делать-то?!» Со стороны послышались размеренные шаги, и я затаила дыхание, округлив глаза. «Этого еще не хватало!» Вернувшись на пару шагов назад, я потянула на себя дверь, чтоб она закрылась, и та снова громко заскрипела. Я сжалась и зажмурилась, молясь, чтоб никто не услышал этого из коридора. Вдох-выдох-вдох-выдох. Закрыв лабораторию, я резко метнулась в сторону, в поисках места, где можно спрятаться в случае чего.

«Вика, включай мозг живее!»

«Это Войтевич и он сюда зайдёт.»

«Откуда

такая уверенность?»

«Я знаю, я чувствую, что это именно он, и он сюда зайдёт.» Я рванула к двери в холодильник, и забежав внутрь, потянула ее за собой. — Твою ма-а-ать! — прошипела я, зажмурив глаза от громкого звука. Обернувшись, я снова встала в ступоре, уставившись на мешки. «Что же делать?!» В пару шагов подбежав к столу, я присела и спряталась под него. «Херня какая-то получается, дура что ли?!» Быстро выбравшись, я потерла лицо рукой и уставилась с ужасом на тело Сони, приложив к губам кулак.

«Если я

залезу в мешок,

меня вряд ли

станут там искать.»

«Вика, их вывезут из школы утром!»

«Я в этом не уверена!

Их могут распечатать сейчас

и меня убьют!»

«Вик, верь своим ощущениям, это всё уже было!» В соседней комнате послышался скрежет. Я округлила глаза и уставилась на дверь. Ноги подкосились и я ощутила ступор. Медленные шаги в сторону двери. Я обернулась и тихо проскользнула к шкафу. Открыв дверцы, увидела, что там слишком мало места, чтоб спрятаться, но если очень изловчиться, то можно. Скинув обувь, я засунула ее туда, и усевшись на колени, максимально тихо и быстро сдвинула все содержимое в сторону стенки. Вдох-выдох-вдох-выдох. Залезла внутрь и прикрыла дверцу, уперевшись макушкой в боковую стенку. Закусив губу, я чуть затаила дыхание, и метнула глазами молнии, сжимая в руках балетки. Скрежет. Вдох-выдох-вдох-выдох. Зажмурилась, вслушиваясь в каждый шаг человека снаружи. «Блин, он ведь наверное слышал, что я закрыла эту дверь и теперь станет меня искать. Че-е-ерт!!!» Человек сделал несколько медленных шагов, и я услышала шорох пакета. Звук замка. «Твою мать, я не закрыла мешок!!!» Вдох-выдох-вдох-выдох. Снова шаг и шорох пакета. Замок. «Проверяет что-то?» Тишина. Секунда. Две. Три. Пять. «Че ты там встал? В мешок залез? Иди уже отсюда, ради всего святого!!!» Шаг. Ещё шаг. Мои руки стали неконтролируемо дрожать от перенапряжения, и я приоткрыла рот, чтоб дыхание было более тихим. «Вика, спокойно сиди, я прошу тебя, не двигайся!» Ещё шаг. «Надеюсь, что ты не ко мне идёшь?»