A Puzzle in Patient Hands

            Когда Эндрю Миньярд просыпается четвертого ноября на третьем курсе, он понимает, что день будет действительно тяжелым. Апатия — это отсутствие эмоций. Это факт. Но то, что Эндрю не позволяет себе чувствовать что-либо, не означает, что чувства полностью пропадают. Парень прорабатывает с Би собственные эмоции в течение нескольких лет, но он все еще не позволяет себе чувствовать до конца. Иногда что-то вырывается наружу перед тем, как он успеет осознать это. Эндрю становится гораздо легче проживать собственные эмоции, но ему предстоит еще долгий путь, прежде чем он позволит себе полностью чувствовать. Например, желание. Хочется гореть изнутри, если он посмотрит на что-то слишком пристально. К примеру, влечение к Нилу Абраму Джостену. Эндрю действительно хочет его. Эндрю Миньярда тянет к Нилу Джостену. Усталость? Это все еще то, что он не в силах сдерживать. Она пробирает его тело до самых костей, заставляет чувствовать, будто он рыба, порезанная идеально острым ножом. Страх? Не то, что он когда-то признает, но это все еще здесь. Не имеет значения, насколько он ненавидит негативные эмоции, потому что они всегда проявляются как какая-то слабость. Эндрю Миньярд просыпается четвертого ноября на третьем курсе и понимает, что этот день будет ужасным, потому что первое, что он чувствует — страх. Кошмары и тревожные мысли пропитывают его мозг насквозь, и вдруг ранее успокаивающая тяжесть тела рядом на кровати превращается в монстра, который пробрался к нему ночью. Непрекращающееся ощущение чужих рук на шее и давление в собственной груди заставляют парня слепо наброситься. С тихим ворчанием тяжесть чужого тела падает с кровати. Эндрю чувствует ужасное удовлетворение от пустоты рядом с собой. Он открывает глаза и облегчение от того, что он избавился от монстра рядом с собой, исчезает. То, что секунду лежало на кровати — не монстр. Никогда им не было, и, скорее всего, никогда им не станет. Он ударил Нила в область груди. Парень, поднявшийся на край кровати, смотрит на Эндрю так, будто желает проникнуть блондину в голову и убрать каждое неприятное воспоминание. При этом он выглядел очень обеспокоено. Вероятно, это сильно отразилось на лице Нила, раз Эндрю решает снова закрыть глаза. — Прекрати пялиться, — произносит Эндрю сквозь сжатые зубы с очень-очень маленькой морщинкой на лбу. Эндрю позволяет себе почувствовать небольшой укол вины, за то что набросился на парня, прежде чем собственный мозг останавливает его. Из-за ужасных вещей, совершенных жестокими людьми, он имеет право так реагировать. Он не ответственен как за поступки людей в прошлом, так и за свои реакции сейчас. Это никогда не было, и не будет его виной. Ему правда становится лучше. Сон возле стены отлично помогает чувствовать себя в некой безопасности, но иногда… Когда настают дни, приближенные к ноябрю… Что ж… Иногда бывают плохие дни. Сегодня определенно плохой день. Сегодня День Рождения Эндрю и Аарона. Черт. К тому моменту, когда Эндрю открывает глаза, Нил лежит на скрещенных руках лицом вниз, его глаза закрыты. Нил,который всегда слушает и слышит. Нил, который останавливается, если его попросить, и понимает то, чего не понимают другие. Иногда Эндрю не знает, нужно ли сказать что-то с наигранным гневом, или просто следует произнести с равнодушным лицом, что он ненавидит Нила Джостена. Потому что это правда. Ненависть к Нилу Джостену реальна. Потому что рыжеволосый открыл его душу нежными руками, с которыми Эндрю встречается очень редко. С заботой и добротой, Нил Джостен так легко открыл сердце блондина, которое должно было быть спрятанным за железной стеной, и взял его в собственные руки, словно это нежный цветок. Эндрю ненавидит Нила, потому что тот заставляет его чувствовать. Как Эндрю уже говорил:

«Любовь и ненависть — две стороны одной медали»

И Богиня позволила Эндрю подтвердить это. Он может с уверенностью сказать, что да, Эндрю ненавидит Нила из-за этих четырех букв, которые он испытывает к рыжему. Блондин терпеть не может ложь, но если бы он мог обманывать себя еще немного, что не любит этого парня, он бы сделал это. Эндрю Миньярд стал бы лжецом лишь единожды. Может быть, он сможет найти какую-то брешь. Мысль о самом слове-признании существует, так что, технически, он никого не обманывает. Действия значат гораздо больше слов: слова могут стать обещаниями, которые иногда могут быть нарушены. Кто бы ни сказал, что слова могут ранить, он чертовски прав. Ведь если Эндрю когда-то скажет Нилу простое «Я люблю тебя», это будет означать, что он отдает всю свою открытую душу ему, в грубоватые из-за шрамов руки. Он пока не готов к этому. Это будет ощущаться словно падение. Будто ты стоишь на краю крыши. И если он предаст всю свою душу, это тоже самое, что он перенесет тяжесть тела на пятки и полетит вниз. Это оно. Падение. Любовь. Что угодно. Эндрю осматривает комнату, надеясь избавиться от привкуса желчи, поступающего к горлу, которое появилось из-за его ужасных мыслей. Кевин все еще крепко спит, потому что он не проснется, пока кто-то не начет душить его подушкой. Ники сонно смотрит на лежащего Нила. Эндрю устал. Он хрустит запястьями. Ему нужны ножи. Некоторое время назад он решил спать с повязками, но без ножей в них, чтобы случайно не ранить Нила. Рыжеволосый, словно слыша мысли блондина, тянется к прикроватной тумбочке и протягивает два любимых ножа Эндрю. Он так благодарен. Наверное, он напишет об этом чуть позже в своем дневнике. Благослови его маленькое гейское сердце за то, что оно выбрало Нила. Эндрю удалось выбрать Нила. Рыжий не надеялся получить что-то от него, а просто находился рядом. Это выбор Эндрю и ни чей больше. Словно птицы исполняют брачный танец, чтобы выбрать партнера. Блондин отчаянно пытался сдержать смешок. Глаза Нила все еще закрыты, так что Эндрю поднес руку к его лицу и слегка коснулся двумя пальцами под подбородком. Он слишком устал. Сейчас его День Рождения. Эндрю не праздновал его до появления в жизни Аарона, потому что он просто напросто не знал дату этого «праздника», и никто никогда не говорил ему. Однажды Кэсс поняла, что его День Рождения прошел, и устроила ему вечеринку. Вечеринку-сюрприз. Тогда Эндрю чувствовал что-то близкое к счастью. Дрейк же воспринял эту новость спокойно и уже вечером преподнес парню собственный подарок. Он взял значение от слова сюрприз, потому что Эндрю был действительно удивлен. Губы Эндрю кривятся от воспоминаний. Отвратительно. И ему опять придется сглотнуть это. Нил взглянул на Эндрю и все понял. Он знает. Нил всегда знает и всегда понимает. Он поворачивается к кровати на другом конце комнаты и тихо, потому что чертов Кевин все еще спит, попросил: — Ники, можешь сделать завтрак? — Ммгхгмх, — вяло отвечает парень. Ники заставляет себя сесть на край койки, спуститься с верхнего яруса, а после, взяв свои одеяло и подушку, выходит из комнаты. Нил поднимается и подходит к койке Кевина, который все еще едва слышно сопит. Рыжеволосый слегка фыркает и хватает лодыжки парня под одеялом, оттягивая его от подушки. Кевин моментально подскакивает и кидает свою подушку в Нила. — Пошел нахуй. Нил снова фыркает, только намного громче. — Иди завтракать. Ты проспал. Глаза Кевина мгновенно расширяются, он быстро встает с кровати и принимается одеваться. Нил все еще стоит возле его кровати, опираясь ладошками на бедра, смотрит с весельем в глазах. Будильник Кевина срабатывает именно в этом момент. Парень застывает, прекращая надевать его ужасные джинсы. Он медленно поворачивается, его глаза сужаются. — Я действительно ненавижу тебя. — Уже слишком поздно, ваше высочество. Кевин фыркает и продолжает надевать джинсы, берет свой свитер и выходит из комнаты. Нил прикрывает дверь как можно осторожнее и, поворачиваясь, спрашивает: — Хочешь, чтобы я запер дверь? Эндрю делает небольшую паузу. — Да. Замок встает на место. Эндрю против собственной воли оказывается в безопасном пространстве, но смиряется с этим. В комнате, закрытой от всего мира, вместе с Нилом, Эндрю действительно чувствует себя спокойно. Он не может позволить себе чувствовать себя комфортно, потому что это означало бы, что он признает собственный страх, а бояться чего-то — абсолютная слабость. Открыться кому-то — значит, быть в очередной раз использованным. Но не с Нилом. Никогда. Понимать эмоции слишком тяжело. Эндрю заставляет собственное тело сесть на кровати. Он чувствует себя слабым. Его мозг и тело живут разной жизнью. Слабость ощущается вовсе не в физическом плане, никак нет. Это происходит очень редко, только, возможно, если он действительно приложит достаточно усилий на корте? Но не сейчас. Его слабость проявляется просто от существования. Это не истощение его мускулов и костей, никак нет. Эндрю действительно очень устал. Да, сегодня, он ужасно вымотан. Эндрю смотрит на Нила с апатичной маской на лице, и тот глядит в ответ. Хватка блондина за собственные локти ослабевает. Его апатичная маска все еще на месте, но Нил может прочесть некие спокойность и благодарность в его позе. По тому, куда наклонена голова, как сильно напряжены плечи и по положению его стоп, по его осанке. Эндрю ощущает себя открыто, но не уязвимо. По большей части, ощущение уязвимости следует вместе с дискомфортом, с ощущением, будто тебя разорвали на части, и не важно, болит у тебя что-то или нет. Но с Нилом он ощущает себя просто открытым настолько, чтобы рыжеволосый смог что-то в нем разглядеть. Увидеть какую-то скрытую часть и все равно остаться рядом. И Эндрю действительно позволяет ему это, потому что знает, что Нил никогда не нарушит обещание быть рядом. Нил подходит к кровати и присаживается на пол перед Эндрю. Он наклоняет голову, и блондин повторяет движение. Их секретный язык. — Ты в порядке? — Прямо сейчас? Да. Голова Нила поднимается в знак благодарности, а не отклонении ответа парня. Нил понимает. Они учат русский язык, но они еще не настолько уверены, чтобы говорить на нем очень часто. Эйдетическая память Эндрю очень помогает, но он не хочет говорить на другом языке, пока у Нила это не очень хорошо получается. Нил поднимается и начинает готовиться ко дню. Он надевает бриджи, пока Эндрю осматривает его и решает закрыть глаза от ужасного вкуса парня в одежде. Видимо, что-то похожее на отвращение или боль отразилось на его лице, потому что Нил ухмыляется. Лицо Эндрю снова становится непроницательным, как и всегда, и он начинает собираться вместе с Нилом. Когда оба готовы, они направляются в ванную комнату, чтобы почистить зубы и умыться. Ни один из них был ответом на вопросы другого, но, если им приходиться пройти долгий путь к восстановлению, они делают это вместе. И так, после чистки зубов, парни отправляются на кухню — С Днем Рождения, именинник, — весело ухмыляется Ники. Нил едва приподнимает бровь, Эндрю молчит. Он глядит на Ники и тарелку с панкейками. Кузен делает такую для него и Аарона каждый год. Аккуратные «21», написанные взбитыми сливками, виднеются на самой верхушке стопки. Мило. Эндрю кивает Ники, и его ухмылка превращается в самую счастливую улыбку. Быть добрым к людям — это то, над чем Эндрю и Би работают уже долгое время. Остальные люди называют это банальными манерами, но у Эндрю их никогда не было. Его доброта основывается на игнорировании многих вещей, так что кивок головой можно расценить как рождественский подарок для Ники. И так, они садятся и начинают есть. Затем Нил уходит на занятия, а Эндрю остается в общежитии под предлогом болезни. Сегодня не самый лучший день, поэтому есть приходится только из необходимости. Кевин ворчит Эндрю о том, что тот нет отвезет его на корт, но после долгого молчания и проницательного взгляда блондина уходит на свои занятия. Эндрю не думает, что Ники хочет задеть кого-то своими действиями или словами. Он просто очень любит болтать. Однако он никогда не извиняется за свои слова и поступки. — Так это… Собирается ли Нил подарить тебе действительно хороший секс на День Рождения? — произносит кузен с довольной ухмылкой на лице, подмигивая и игриво двигая бровями. Он действительно не умеет фильтровать речь. Взгляд Эндрю становится холодным и острым. Он сидит в гостиной на мягком кресле-мешке, пока Ники стоял в дверном проеме, перекатываясь с пяток на носки. Эндрю не отвечает. От одной мысли об этом Эндрю хочется выпустить все содержимое желудка наружу. Воспоминания о руках Дрейка, касающихся его, когда он этого не хотел, заставляют его хотеть свернуться калачиком и не дышать. Рвите и меняйте его кожу, пока не появится новая, никем нетронутая. — Ты когда-нибудь, — Эндрю сглатывает, — думаешь, прежде чем говорить? — холодно спрашивает он. Ухмылка Ники испаряется. — Я просто подумал- — Ты подумал неправильно. Или, может быть, ты не думал вообще. Эндрю смотрит на Ники, тот смотрит в ответ. Гримаса на его лице искажает естественные черты. — Просто, вы с Нилом вместе. Эндрю не перебивает его, поскольку он больше не отрицает этого. Называть это ничем — очень сильное преуменьшение. Это действительно существует. Они не бойфренды или возлюбленные, потому что называть их взаимоотношения таким образом, то же самое, что пытаться поместить огромную вещь в слишком маленькую коробку. Это было нечто другое, их личное. Это преуменьшение, если назвать их «парнями», «возлюбленными» или «партнерами». У них было нечто, гораздо большее. Это что-то больше похоже на «родственные души», хотя и этого все еще не достаточно. Это просто они. Два человека, которые понимают друг друга, словно на коже каждого была написана подробная инструкция по применению. Когда-то инструкция была непонятной, словно на неизвестном языке. А сейчас? Они настолько изучили друг друга, что Эндрю смог бы прочитать эту инструкцию даже в темноте. — Я просто думал, что ты можешь типа- — Не предполагай, что я люблю или не люблю. Ники замолкает и смотрит на него с чем-то на лице, что напоминает сострадание и печаль. Эндрю понимает из-за чего это, и издает звук, похожий на рык. Ники качает головой и уходит. Лицо Эндрю смягчается. Большинство эмоций, которые он когда-либо показывает, чаще всего нужны для того, чтобы оппонент отступил. Не путайте с эмоциями, проявляющихся во благо других людей. Эндрю садиться обратно. Он смотрит на часы на противоположной стене комнаты. 8:20 утра. Он слышит звук открывающейся двери и хватается за запястья по привычке. Аарон появляется в дверном проеме, и он опускает руки. Они смотрят друг на друга. Бровь Эндрю слегка приподнимается. — С Днем Рождения, придурок, — произносит Аарон после бесконечного молчания. Язык Эндрю прилип к небу. Он чувствует себя опустошенно после разговора с Ники, так что едва мог произнести хоть одно слово. Конечно, от пройденных сеансов терапии ему становится лучше. Это ужасная кривая дорога с ямами и кочками на пути, но это работает. Эндрю кивает. Аарон смотрит на него и кивает в ответ. Они оба ощущают, что куда-то продвигаются. Их отношения все еще хрупкие, словно фарфор, но это лучше, чем ничего. Аарон, должно быть, увидел что-то в выражении лица брата, потому что он не подходит ближе, а решает развернуться и уйти. Эндрю не знает, что это значит, но это похоже на согласие и некую тоску. Аарон снова кивает и уходит. В последнее время это происходит все чаще. Проскальзывание его эмоций наружу. Эндрю не любит показывать свои эмоции, даже если они похожи лишь на искру в темной пещере или маленькую каплю среди океана. Би и Нил говорят, что это часть восстановления. Эндрю не уверен, что это хорошая идея, показывать людям свои эмоции слишком четко. А он чувствует редко. Дверь в общежитие закрывается. Вероятно, Ники или Аарон вышел. Эндрю сидит. И сидит. И сидит. Когда он смотрит на часы в следующий раз, они показывают 10 утра. Блять. Эндрю встает и направляется к кровати. Он наблюдает, как солнечные лучи перемещаются по комнате.10:30… 11 утра… 11:30… Солнце продолжает двигаться. Это небольшое напоминание, что время не останавливается для других. Эндрю Миньярд не исключение. Хотя, он теряет время. Это не хорошо. Он теряет кучу времени. Он слышит, как дверь открывается и останавливается. Кевин? Ники? Нил открывает дверь. Он смотрит на Эндрю. Смотрит так, словно никак не может насытиться видом. Блондин смотрит в ответ. — Ники написал мне. Эндрю с горечью и отвращением вспоминает их последний диалог. — Он написал, ага. — Да. — Ты тоже считаешь, что мне нужен действительно хороший секс на День Рождения, хм? Нил застывает на месте, оставляя одну ногу в воздухе. Когда он ставит ее на пол, гнев вспыхивает на его лице. Он хотел преодолеть расстояние комнаты, но эта фраза, видимо, шокировала его. — Он сказал тебе такое? — в его глазах разгорается целый ад. Нил был в не себе от злости. Эндрю едва вспоминает, как дышать, делая крохотный вдох. — Что он написал тебе? — Все, что смог сказать он. — Твой мальчик не в настроении, так что иди и развесели его, три подмигивающих смайлика, — губы Нила медленно смыкаются, когда он понимает взаимосвязь между этим всем. Он смотрит на Эндрю и ставит собственный портфель на пол. — Да или нет? — четко спрашивает Нил. Эндрю понимает. — Да. Нил подходит к их кровати и садиться на край. Из-за беспокойства его брови нахмурились. — Не смотри на меня так, — противится Эндрю. Нил смотрит на Эндрю так, словно он держит в руках все звездное небо. Иногда блондину кажется, что если он попросит достать луну с неба, рыжий обязательно сделает это. Эндрю не такой уж и романтик, так что он никогда не произнесет это вслух. Это будет очень близко к уязвимой территории. Нил внимательно оглядывает Эндрю, а затем смотрит в окно. — Что тебе нужно прямо сейчас? — шепчет Нил, сохраняя светлую атмосферу вокруг. Эндрю долго молчит. Признать, что что-то не так, означает, что ему нужна поддержка, а это означает, указать на очередную слабость. Эндрю слегка вытаскивает ладонь из-под одеяла, протягивая Нилу собственный мизинец. Уголок рта рыжего поднимается, и он переплетает ил пальцы. Этого было достаточно. Нил понимает это и продолжает сидеть возле Эндрю. Желтоватый свет солнца сменяется оранжевым, а затем ярко-алым, когда Кевин просовывает голову в дверной проем, чтобы напомнить о вечерней тренировке. Блондин не прячет их руки. Нил встает, обещая, что Дэн и Ваймак не будут ему надоедать. Эндрю проверяет свой телефон. Он был включен, но оставлен на беззвучном режиме. Он проверяет входящие сообщения. У него два пропущенных от Кевина и несколько от Ники. Они организовали вечеринку для близнецов. Некоторые вещи сделали монстров ближе, но с Нилом в роли вице-капитана все было еще проще, в большинстве случаев. Первокурсники были иногда раздражающими, и иногда у них ничего не получалось, но все было более-менее нормально. В любом случае, вечеринка предназначена для Аарона и Эндрю Миньярдов. Эндрю не хочет идти. Он знает, что Нил все поймет, а Кевин будет ворчать, это же сплочение команды. Чирлидерша Аарона будет там. Эндрю действительно не хочет идти. Сейчас 18:38, а вечеринка начинается в восемь. Эндрю снова ложится спать, потому что ему больше нечем заняться. Он пытается завязать с курением, бросить эту вредную привычку. Ему не нравится это сейчас, но он знает, что в будущем это принесет пользу. Он засыпает.

***

Он снова просыпается, когда слышит открытие двери, и быстро проверяет свой телефон. 19:30. Эндрю садиться, когда дверь в комнату открывается, и Ники аккуратно входит внутрь. Он быстро проходит к шкафу, ищет свои вещи, которые Эндрю подарил ему, возможно, год назад. Он внезапно останавливается. — Мне жаль — слышится из уст Ники. Эндрю прожигает его взглядом. Мысленно отсчитывает тридцать секунд. — Ты действительно знаешь, что слова значат для меня, — это негласное доказательство. Ники улыбается ему через плечо, воспринимая молчание Эндрю как отказ. Блондин роется в нижнем ящике тумбочки, где лежит пачка Мальборо «на всякий случай», кладет ее в карман вместе с телефоном и направляется в гостиную. — Заставь его пойти — умоляет Кевин Нила, не замечая появление блондина. — Попроси его сам, — чуть громче отвечает Нил. — Я никуда не пойду — непринужденно отвечает Эндрю, абсолютно точно зная, чего Кевин хочет от Нила. — Но, — поворачивается Кевин, начиная возражать. — Нет, — Эндрю еще раз проверяет свой карман, в котором у него обычно лежат сигареты. Он уходит и поднимается на крышу. Он сидит на краю, чувствую учащенное сердцебиение. Страх от возможного падения заставляет его кровь бегать по венам быстрее. Эндрю верит, что Нил понял, что именно он имел в виду. Блять. Эндрю верит Нилу. То, что он действительно признает. Блондин достает телефон из кармана, обращая внимание на цвет задней панели. Такой же, как и у Нила. Он помнит день, когда выбирал их и ставил рыжему тот забавный рингтон. Фыркнул внутри себя от мысли, насколько Нил невнимательный. Он снимает блокировку с телефона и печатает: «Принеси мне торт». Берет пачку сигарет из кармана, поджигает одну и вдыхает столько никотина, сколько ему действительно нужно. Это в стиле Нила Джостена. Эндрю смотрит на горизонт и наблюдает. Спортсмены университета возвращаются обратно в общежитие после ужина. Он смотрит на них лениво, словно кошка, лежащая на дереве. Иногда они с Нилом сидят здесь, и он слушает, как рыжий выдумывает глупые истории про студентов. «Марк, только что написавший все экзамены, надеется на сдачу, а на самом деле проваливается. Его девушка думает, что он ленивый мудак. У него двенадцать сиблнгов, а еще он только что принял тот факт, что он влюблен в своего лучшего друга, несмотря на то, что он гомофоб. Что думаешь?» Эндрю позволяет уголкам рта приподняться и выгибает бровь. Он слышит скрип открытия двери и звук удара ботинок об бетон, который создается намеренно. Он проверяет телефон и видит время 20:56. Нил присаживается рядом с ним и протягивает большой кусок шоколадного торта с белым кремом по краям. — Хотел, чтобы тебе достался самый большой кусочек, — Нил ярко улыбается ему. Эндрю смотрит на сигарету, которая уже давно потухла, и берет тарелку. Блондин пробует торт. Он восхитительный. Доев, парень отодвигает пустую бумажную тарелку и пластиковую вилку в сторону. Бросает взгляд на Нила. Облизывает губы, чтобы избавиться от послевкусия шоколада. Глаза рыжего бегают по губам парня напротив. Эндрю смотрит на Нила. Шрамы на его лице некрасивые. Они убийственные. Они не привлекательные, но они описывают всю сущность Нила, дополняют его, поэтому Эндрю любит их. Без них Нил не был бы Нилом. Эндрю смотрит на парня напротив и действительно хочет. — Да или нет? — говорит Эндрю, пока он не передумал. — Да, — отчаянно отвечает Нил и Эндрю целует его. Эндрю целует Нила и тонет. Это не ощущается как фейерверк или взрывы. Это ощущается, словно ты завернут в мокрую ткань летней теплой ночью. Чем резче поцелуи, тем глубже тонет Эндрю. Он тонет, тонет и всплывает, чтобы подышать. Когда он открывает глаза, Нил задыхается. Одна рука Эндрю запутана в рыжих прядках, а вторая — нежно, что блондин сам удивился, поглаживает след от ожога на щеке. Руки Нила прижаты к бедрам. Потому что Нил знает. Знает, что нельзя прикасаться, что нужно попросить, знает, как сильно Эндрю ненавидит сладкое, знает, что Эндрю действительно старается справиться с этим. Знает его. Нил Джостен знает Эндрю Миньярда. Он понимает его. Он видит его. И это больно, быть открытым ощущается, словно ты горишь. Словно игривая кошка кладет мягкую лапу на раскаленную печь, ничего не подозревая. Нил знает Эндрю настолько сильно, что тот ненавидит его. Ненавидит также сильно, как хочет его. Он хочет Нила настолько сильно, и это действительно больно. Но. В конце концов. Быть видимым и узнаваемым насквозь ощущается, словно падение. Будто расправляешь зажившие крылья после сильного перелома. Эндрю знает, он когда-то упадет. Он уже. Но на этот раз, вместо разбивания о землю, после падения следует полет. И вместо боли это ощущается, словно свобода.