to the bottom and back to the sky

На мобильный, который Боря умудрился не забыть, приходили сообщения от контакта «Сеструха (срочно)». Телефон неприятно вибрировал в кармане треников. Парень сначала забивал на это, но когда телефон завибрировал в десятый раз, то достал телефон и не заходя в чат прочитал доступные сообщения.

Сеструха (срочно) куда ты успел свалить? отец ходит по дому кричит он к тебе в комнату заходил он думает, что ты виноват в их разводе Борь, мне страшно. Говорит, что если ты сам не придешь, то потом хуже будет Грозится на арест посадить он ко мне стучится… Борь… я его боюсь. он замолчал. я слышу как он ходит по квартире, по телефону с кем-то говорит Борька Оксан, не переживай. Он тебя трогать не станет, он же со мной собрался говорить. Буду завтра. Скорее ближе к утру. Держи в курсе что он выкидывать будет. Если что пиши.

Сколько бы Боря не злился на сестру за то что она лезет не в свое дело, но втягивать в разборки с отцом он ее не хотел. Хэнк был рад что успел сбежать из дома до того как Константин Анатольевич зайдет к нему. Тогда бы он не смог так быстро и просто уйти. Мало Хэнку проблем, так он еще и с Кисой не может ни в какую решить проблему. Он уже был готов получить по роже еще раз, если бы это помогло помириться с кудрявым. Боря тысячу раз пожалел что вообще как-то отреагировал на то что у его отца есть роман на стороне. Лучше бы Кислов разбирался с ментом сам, а потом бы они все вчетвером пошли на базу и занимались своими привычными и излюбленными занятиями. Боря бы на пару с Геной готовили пули для того чтобы пострелять на улице пустые банки из-под пива. Егор бы снова рассказывал друзьям свои мысли, которые ты иногда не понимаешь, но это так интересно слушать. Киса бы вновь терзал струны гитары, наигрывая какую-то незамысловатую мелодию на фоне, вставляя тупые шутки. Хэнк грустно выдохнул и достал из кармана пару соток. На пиво и сигареты хватает. В ближайшем ларьке продают без паспорта. Туда он и направился. Тетя Наташа встретила парня приветливой улыбкой. - Боречка, Зоя в магазин отправила? Или ты сегодня с друзьями? - в этом ларьке он любил закупаться по маминому списку. Быстро и недорого, говорил он ей, когда он приходил домой с полным пакетом. А также любил брать здесь сиги для Кисы и себя. Мел говорил, что от этих дешманских сигарет только больше курить хочется, а Гендос курил чаще только косяки. Вот и запомнила продавщица, что сюда он приходит только по двум причинам. Да она и против не была. Ни разу за два года ни слова отцу бориному не сказала. За это Хэнк ей был благодарен. - Здравствуйте, теть Наташ, мне пачку сигарет и две бутылки пива. - улыбнулся как обычно и протянул деньги. Женщина подала еще две бутылки и многозначительно подмигнула, мол, в следующий раз отдашь. За это он ее боготворил. Такое случалось редко, лишь когда в магазин приходили люди, которых удавалось немного раскрутить на чаевые, а это она умела. Боря сам пару раз чуть не попадался. На деле Тетя Наташа довольно молодая женщина. Лет двадцать пять от силы. Стройная с пышными формами. «Я бы ее в подсобке...» Ване тогда договорить не дали парни слишком странно на него посмотрели, а тот лишь засмеялся в своей манере. В кисиной манере. От теплых воспоминаний Хэнк аж расчувствовался. До жуткого много связывало парней, чтобы ругаться из-за того куда его отец пихает член. Явно ведь Хенкин старший не принуждал Ларису к этому. У них все обоюдно. От этих мыслей светловолосый передернул плечами. Перед глазами вновь появилось искаженное гневом лицо Кислова. Парень снова начал обдумывать то, как они стоят в Рыбачьей Бухте. Вспомнил как Мел тихо говорит, что он реально зарядил пистолеты. А еще кожей ощутил как Кисин кулак впечатывается в скулу. Боря по памяти дошел до базы. Время близилось к семи вечера. Парень не думал, что столько времени проведет в мыслях. За пару часов погода в городе совсем испортилась. Дождь барабанил по крышам, отбивая ритм известный только ему одному. Дверь в здание была не заперта. Толкнув ее одной рукой, Хэнка осветил мягкий свет от одной лампы. На кожаном диване, держа в руках гитару, сидел Киса. Его лицо было умиротворенным, волосы заплетены в хвост на макушке, открывая вид на карие, почти черные, глаза. На шум открывающейся двери он лишь немного повернул голову и снова вернул все свое внимание гитаре. Не набросился с кулаками — уже прогресс. Значит он успел немного остыть. Куртка Вани лежала на полу около автомата, туда же отправил свою. Куртка была мокрая, как и кроссовки. Начинать диалог не хотелось. - Константин Анатольевич к нам с мамой сегодня заявился. Злой очень. Я сначала не хотел маму с ним наедине оставлять, но все это время он на меня волком смотрел. Мне даже показалось, что сейчас набросится на меня. - Ваня был спокоен, медленно перебирая струны. За время своей речи он не посмотрел на Хэнка ни разу. Не похоже на него. Обычно он прожигает дыру в тебе до тех пора, пока не увидит хоть какие-то эмоции. Эмоциональный вампир. - Вань, я извиниться хотел. Не хочу слышать об этом… - подходящего слова он не нашел. Кудрявый поднял наконец на него глаза и удивленно выгнул бровь. На лице начала расцветать та самая улыбка после которой обычно следовала тупая шутка. - Малыш Хэнкин вырос и теперь он не папинкин сынок? - гитара переместилась в подставку, а сам Киса встал и встал около Бори, протягивая руку для их фирменного рукопожатия. Слишком просто. Парень думал что будет сложнее, даже был готов получить пару раз по роже, а тот лишь как кот заглянул за спину Хэнку. - Опа! Это уже куда интереснее. - Он достал из приоткрытого рюкзака бутылку пива, тут же ее вскрывая. Послышался характерный звук, а после пенка вылилась Кислову на руки и кроссовки. Он зашипел и поспешно вытер руку об штанину и отпил с горла. Они переместились на излюбленный диван, который купили они сами в прошлом году. Общими усилиями за полтора года накопили на него. Недорого, но достаточно комфортно. Все свои сбережения в общую копилку вкладывали, а когда привезли сюда — Киса с Хэнком сразу оккупировали. Как говорил Егор — самая лучшая покупка для их базы. - У меня кстати родители разводятся. Мама сегодня ушла, оставила нас с Оксаной на отца. - после пятиминутного молчания выдал Боря. Он не хотел заводить разговор о родителях, но им с Кисой нужно было расставить все точки над «и». Лицо Вани приобрело удивленное выражение. Наигранное, но тем не менее он кивнул, мол, правда? Иногда парни сами удивлялись как могут понимать друг друга только по выражению лица. Вот и Киса понял, когда Боря хмыкнул, потерев переносицу. - Да, я думал, что все обойдется. Отец же трус. Маме бы сроду ничего не сказал. Думаю мама догадалась. Он ей розы притащил. Она их на дух не переносит — аллергия. - Хэнк усмехнулся и сделал два крупных глотка пива. Кислов удивленным уже не был, лишь смотрел перед собой, крутя в руках наполовину пустую бутылку. - У меня мама розы любит. Как думаешь как давно этот урод клинья к ней подбивает? - Боря даже не думает одергивать друга — сам того же мнения об отце. Даже язык уже не поворачивается «отцом» звать. Не думал он что так быстро мнение на этот счет может изменится. Раньше ведь равнялся на него. Всем родственникам говорил, что когда вырастет — будет как папка. Полицейским. Все окружающие люди отмечали схожесть характеров отца и сына. Как бы Боря не хотел быть похожим на мать, но взгляд, тон голоса, кричали о том, что он не может быть похожим на нежную, добрую Зою. Хэнк был копией отца. - Давно, Кис. Месяцев пять. По крайней мере на работе стал задерживаться пять месяцев назад. Может у него и до твоей мамы кто-то был. - Боря поднял грустные глаза на Ваню. Тот задумался. Может сам вспоминал когда мама начала вести себя странно. Лицо парня резко помрачнело. Вспомнил. И скорее всего утешительного в этом мало. Он поднялся с дивана и потянулся к куртке, доставая из внутреннего кармана зип-пакетик с парой таблеток. Ваня не так часто употреблял наркотики вместе с алкоголем, но если до этого доходило, то это был крайний случай. - Хэнк, будешь? Разгрузиться поможет — Кудрявый был неестественно серьезным. Обычно после пива он еще больше начинал проявлять какую-то активность, а тут глаза темные-темные, совсем непохожие на те, которые обычно были у пьяного Кисы. Да и сам Хэнк, если быть честным, был слишком загружен всем тем, что произошло за последние пару дней. В один день вся его жизнь пошла под откос. Он протянул руку, принимая одну белую таблетку. Боря сначала осмотрел ее, а потом закинул в рот, запивая пивом. Ваня повторил его действия и снова уселся на диван, запрокидывая голову. Приход был ярким. Краски на мгновение пропали, но вспыхнули так ярко, будто кто-то выкрутил цветной фильтр на максимум. Голова наполнилась приятной тяжестью, конечности казались слишком легкими. Взглядом Хэнк пытался зацепиться хоть за что-то, чтобы мир хотя бы на пару минут перестал вращаться. Рядом полулежащий Ваня блаженно закрыл глаза. Дыхание замедлилось, будто сознание погружалось в сон, в теле зарождалось приятное тепло. Кожу обожгло холодным прикосновением. Рука Кисы лежала на его горящей шее. Его губы растянулись в пьяной улыбке, которую тут же захотелось стереть с этого лица. Поцелуй был со вкусом табака.