the need to save her

С тех пор, как Джуён стал помогать следователю Киму, он начал ездить в совершенно неожиданные точки Сеула. Джуён всегда считал себя хорошим водителем - он никогда не гонял, но и не медлил, всегда был аккуратен и вежлив. Поэтому оказавшись на пассажирском сидении рядом с Ким Сону, что крутил руль будто детской машинки, Ли уже несколько раз успел засомневаться в адекватности инспектора, что выдал лейтенанту его права. Сону же за рулем успевал и покурить, и ответить на звонок из штаба, и даже уточнить что-то по их с Ли и Джи делу. А Чанмин, казалось, уже привык к такому стилю вождения (и даже жизни) Кима. Он легко поддерживал с ним беседы, сидя на заднем сидении и не отрываясь от экрана своего ноутбука. Сону постоянно спрашивал, что он делает там, согнувшись в несколько раз, а Джи постоянно ссылался на рабочие программы и статьи для университета. Так и проходила большая часть их поездок - лихач Сону, занятой Чанмин и почти отдавший богу душу Джуён. Но в этот раз поездка для последних была очень важной, поэтому Ли внимательно смотрел в окно, будто исследуя местность, а парень на заднем сидении выглядел так, будто был в трансе. — Ребят, да расслабьтесь вы, все выясним сегодня, не зря же подполковник дал нам этот адрес. — Сону не то, чтобы не разделял их волнение, но пытался хоть как-то разгрузить обстановку. — Ким, я репетирую то, что скажу, не отвлекай меня. — отрезал Чанмин. — Ли, ты правда думаешь, что это хорошая идея? — Он явно справится лучше чем мы с тобой. — Джуён продолжал смотреть через стекло, отвечая на вопрос. Сейчас они направлялись к той самой автомобильной мастерской, в которой в последний раз заметили машину О Сэми. Вопросом оставалось кто и зачем вообще привез её туда, и сегодня им предстояло выяснить это. Именно поэтому они с Сону сейчас были в штатском, а Джи готовился к тому, чтобы выудить хоть какую-то информацию, раз камеры как всегда были сломаны. Даже, возможно, попросить те самые записи в журнале посещения, о которых с Ли говорил следователь Ким. Сейчас их погоны были совсем не кстати - нужно было действовать максимально незаметно. Когда они доехали, перед ним стояла совершенно обычная автомастерская, и к их везению клиентов сейчас совсем не было. Сону высадил их двоих, и скрылся где-то за соседним зданием, и когда они стали подходить, Джуён, словно тень, спрятался за бетонным углом, пока Чанмин уверенно шёл к основному входу. Уверенность была напускной - на самом деле он был в панике, боясь, что напортачит и все испортит. — Вы что-то хотели? — мужской голос послышался как только Джи переступил порог мастерской. Действительно, он зашел без ключей в руках и не заехал на машине - это уже странно. — Здравствуйте, — за прилавком сидел мужчина средних лет, и его внешний вид совершенно не внушал довериях Чанмину, — я, на самом деле, с довольно необычной просьбой… — пара глаз внимательно сканировала парня, будто пытаясь догадаться, что ему надо, пугая того еще сильнее, — Скажите, к вам примерно пару месяцев назад не заезжала девушка на старом Киа Спортейдж коричневого цвета? Теперь взгляд напротив стал еще тяжелее, а его неопрятная одежда и заваленный каким-то мусором стол стали катастрофически враждебными в глазах Джи. — Если честно… — начал мужчина, а Чанмин уже приготовился к поражению, — не помню. Дадите мне минутку поискать в журналах? Парень только кивнул, не веря в успех. Он готовил различные варианты развития событий, но сейчас они все просто вылетели из его головы. Пока работник ушёл куда-то, глаза Чанмина начали бегать по помещению мастерской. Помимо них внутри находился ещё один мужчина, но он не обращал ни на что внимания, копошась в одной из припаркованных внутри машин. Именно сюда какой-то ублюдок привез машину Сэми, а после сбросил её в реку. Возможно, даже этот мастер починил её тормоза, кто знает. Но из гневных мыслей Джи вырвал громкий голос возвратившегося мужчины. — Я нашёл кое-что, но можно сначала спросить - почему вы интересуетесь этим? Вот оно, всё-таки спросил. — Это машина моей девушки… хотел кое-что уточнить про это. — Вашей девушки? — Да. — Чанмин старался врать как можно более правдоподобно. — Вы знаете, из-за чего она приезжала сюда? — проверяет его. — Не знаю подробностей, но были какие-то проблемы с тормозами, она долго не решалась разобраться с этим. — Тогда для вас плохие новости, — он бросил старый журнал на свой стол, обходя его и усаживаясь обратно на стул, — такая машина действительно ремонтировалась у нас, но приезжала на ней не девушка. — Что? — отыгрывает не удивление, а будто вселенскую грусть, — Так я и знал. — Простите? — заинтересованность заблестела в темных глазах мастера, ведь он почти сразу догадался, к чему ведёт тон парня. — Ну а вы как думаете, — досадно усмехнулся, — захотела бы, отправила меня, а она… — отвернулся от стола, громко вздохнув, — А мы ведь вместе эту машину покупали, а теперь она дает ездить на ней какому-то… Номер 67-КО-1783, верно? — Я сейчас скажу его имя, разберитесь с ними обоими, как так вообще можно. — Чанмину повезло, что существует не только стереотипная женская солидарность. — У меня есть некоторые подозрени… — Квон Ынхёк. — Блять… простите. — Джи запрокинул голову, выругавшись. — Ничего страшного, я понимаю вас… — Ещё раз спасибо большое и прошу прощения за беспокойство. Поставлю вашей мастерской самый высокий рейтинг. — Сделайте им что-нибудь обидное, удачи. Чанмин кивнул и поспешил к выходу, пряча трясущиеся ладони в карманы свободных штанов. Работнику мастерской могло показаться, что он находится на грани истерики, но на самом деле парня трясло от того, что все получилось провернуть и очень легко, даже не потребовалось переходить на запасные планы. Хоть когда-то ему повезло. Он быстрым шагом завернул за угол, спускаясь к оговоренному заранее проезду, где они трое вновь встретятся. В голове крутилось только названное мужчиной имя - Квон Ынхёк. Оно говорило ему решительно ничего, но Джи надеялся, что для полицейских оно окажется знакомым. И его надежды оправдались. — Квон Ынтэк работает со мной на участке, — Джуён возник будто из ниоткуда, равняясь с младшим на тротуаре, — старший лейтенант. Лично для меня это прямое доказательство причастности нашего отдела ко всему этому. — Но назвали же… — Квон Ынхёк его подставное имя. — Чанмина очень удивил такой ответ следователя, — Он выдал мне это, когда мы выпивали с начальством, мы иногда балуемся таким. В ту же секунду подъехал седан Сону, и они быстро заняли прежние места, готовясь пересказывать тому все произошедшее. *** Джуёну не давало покоя то, насколько хорошо всё складывалось. Вернее, оно хоть и складывалось, но не давало никаких ответов. Лейтенант уже не сомневался, что за всем случившимся стоит полковник Ли, но главного ответа не было - зачем он сделал это и причём здесь вообще подруга Джи Чанмина? Между ними не было совершенно никакой связи - Джуён проверил всех ее родственников, благо получить доступ к такому можно всего лишь заболтав секретаря Кан. Её семья никак не была связана хотя бы со знакомыми Ли Санёна - отец работал в логистической компании, мать была школьным учителем. Оба погибли почти тринадцать лет назад в автокатастрофе. Из других родственников - бабушка по отцовской линии, но и здесь ничего необычного. Да и сама эта девушка, О Сэми, особо ничем не выделялась, даже штрафов за езду почти не было. Не мог человек без штрафов сесть за руль пьяным. Что-то подсказывало Джуёну, что О Сэми и Ли Санёна могли связать либо случайность, либо какой-то на данный момент неизвестный человек, и второй вариант казался инспектору наиболее правдоподобным. Почти все свое свободное время Ли проводил в подобных раздумьях. Он думал о полковнике пока заваривал кофе у себя на кухне, иногда даже просыпая растворяющиеся гранулы мимо кружки, думал о пропавшей девушке, пока ставил нужный режим у стиральной машины, пока заваривал рамён, пока созванивался с мамой, пока… Список можно продолжать бесконечно. Это дело завладело им, стало его главной целью, ведь в нем соединялось столько важных для него аспектов. Он невероятно сильно хотел помочь своему другу в поиске пропавшей подруги, хотел показать, насколько его начальство прогнило, хотел доказать, что если ты будешь честным и справедливым, то обязательно достигнешь всего своими силами, хотел доказать ему, что… — Следователь Ли, вас вызывает полковник Ли. Как гром среди ясного неба. Джуён только допечатал необходимый отчёт и собирался ехать к Киму и Джи, но произошло то, чего он боялся в глубине души. Ли Санёну что-то нужно от него, и дай бог это будет что-то не связанное с подполковником Кимом и его тайным делом в целом. — Я сейчас буду, благодарю. Дойти до кабинета начальника было настоящим испытанием. Каждый шаг казался тяжелее предыдущего, ладони вспотели от попытки сохранить спокойно лицо. Он пытался убедить себя, что все будет в порядке, но звон в ушах заглушал его мысли. Тихо постучавшись в дверь с табличкой «Полковник юстиции Ли Санён», младший лейтенант дождался короткого «Войдите» и открыл дверь. — Здравия желаю, товарищ полковник. — Ли отдал честь и закрыл за собой дверь, ни на градус не отворачиваясь от старшего по званию. — Следователь Ли, я вас ждал, присаживайтесь. — он ладонью указал на кожаный диван, что стоял прямо перед его рабочим столом. В этом кабинете Джуён бывал крайне редко, поэтому страх неизвестности накрывал его еще сильнее. Он привык видеть Ли Санёна у себя на кухне, но никак не в их участке. — Джуён-а, — резко перешел на неформальный тон, даже в кресле развалился будто сильнее прежнего, — как служба? — Все как обычно, Ли-ним, — Джуён хоть и сохранил уважительный тон, но все равно обратился к старшему не по званию, — не понимаю, как у нас до сих пор растут деревья, если мы каждый день тратим столько бумаги. Его остроумная ремарка вызвала короткий смешок у Санёна, а у младшего от него по спине пробежали мурашки. — Тут ты прав, вроде ставим печати и подписи каждый день, а стопки дел ниже не становятся… У подполковника Кима так же? Джуён перестал дышать. — Подполковник Кима? — Джуён-а, давай вот сейчас уже без шуточек и увиливаний, — теперь они смотрели друг другу прямо в глаза, но у младшего перед ними была будто пелена, ведь его поймали с поличным, — чем ты занимаешь в западном отделении почти каждый день, а? У следователя не было готового ответа на подобный вопрос. Он часто думал о том, как его поймают, но подходящих слов так и не нашёл. Тишина казалось бесконечной, а стук пальцев мужчины по телефону был словно удары набата. — Что он хочет от тебя? Заплатил за какую-то работу? — Нет, скорее я ему задолжал. — язык Джуёна двигался будто самостоятельно, без поддержки самого Джуёна. — И что же ты задолжал ему? — Мне бы не хотелось посвящать вас в подробности моей личной жизни, но я обещаю, что это никак не связано с вами или деятельностью нашего отдела. — бровь Санёна изогнулась в недоверии. — Ты же понимаешь, что это звучит максимально странно? — Ну а вы бы поверили, если бы Ёнджэ пришел бы к вам и попросил познакомить его с младшей сестрой вашего соперника по службе? Секундная тишина, что для Джуёна стоила нескольких лет жизни и вороха седых волос, прервалась заливистым хохотом старшего. Он даже прикрыл лицо рукой, никак не унимаясь. — Ли, я не стану ничего тебе сейчас делать, потому что отмазку ты нашел гениальную. — он встал, за пару шагов подходя к младшему со спины, — Но, во-первых, — рука на его плече, — не стоит играть на моих семейных чувствах, в том числе и на чувствах к твоей семье, — ладонь сжалась, — и не играй с огнём, знаешь же, как это опасно. Детишек за такое обычно наказывают. Как только плечо освободилось, Джуён встал и одной головой поклонился Санёну. — Я не играю с огнём, а пытаюсь добиться номера девушки, поэтому, позвольте вытирать об меня ноги в том числе и следователю Киму. А вот здесь инспектор перегнул. Но Ли Санён не покажет этого, сейчас не время. Младший покинул кабинет со слишком противоречивыми чувствами - теперь ему просто необходимо доказать виновность полковника, но как это сделать, если в западный отдел вход заказан? *** Хотя бóльшую часть своего времени Джэхён оставался дома с Сэми, не менее часто он находился в своем рабочем кабинете. Поэтому ему было важно следить за порядком и там - не только для своего собственного удовлетворения, но и для удовлетворения его клиентов, ведь куда более приятно сидеть в красивом и дорого обставленном месте, чем в пустой коробке. Каждая вещь в его кабинете должна была привлекать, заинтересовывать и одновременно успокаивать состоятельных людей, приходящих на беседы с ним. А Джэхён любил заниматься всем этим - подбирать мебель из дорогой древесины, заставлять полки кремового шкафа книгами и различными статуэтками, долго выбирать нужный тон ковра под кофейным столиком, что ляжет между двумя кожаными креслами. Такое увлечение появилось у него благодаря его хёну, чей домашний кабинет всегда потрясал Ли своей лаконичным стиле и мощной энергетикой. Спустя долгое время он наконец смог встретиться с хёном просто так, без повода. Ли Санён никогда не был против поболтать с младшим за чашечкой кофе, но служба отнимала буквально каждую секунду его жизни, да и Джэхёна за последний год появилась гора неотложных дел. Так они и сидели, по очереди рассказывая о прошедших событиях. Младшему было особенно интересно слушать о событиях семьи Санёна - он был знаком с ними с подростковых лет, можно сказать, что их компанию он предпочитал компании свои деда и бабушки. И проводить с Санёном и его младшим братом все выходные было у него самым любимым видом отдыха, хорошо, что их родители были деловыми партнерами его деда. Санён и Джэхён выручали друг друга еще со школьных времен - старший забалтывал родителей на званом вечере, чтобы второй незаметно подлил в их стаканы алкоголь покрепче, в университете младший покрывал уже тогда лейтенанта Ли перед его родителями, пока тот увиливал на ночные свиданки. В итоге, к сожалению, он женился на выбранной специально для него девушке, но лично он сам никогда не жаловался на это. А для его друга и психотерапевта по совместительству это было дико, но такие отношения в их семье объясняли природу большинства его особенностей. Да, Джэхён предпочитал называть это таким образом. Благодаря такому термину ему было гораздо проще подписывать липовые результаты его психологического обследования. Его хён постоянно говорит, как ему не нравится проходить душные бесконечные кабинеты больницы и как он ненавидит ждать в очереди на полиграф. Остальных врачей он тоже проходит не по совести, а по старым знакомствам, поэтому для службы в органах он всегда готов продемонстрировать нужные подходящие заключения врачей о его физической и ментальной годности и печати на них. Поэтому в помощи друг другу они не отказывали никогда, хотя раньше Ли младший редко просил что-то у своего хёна - точнее было бы сказать, что его просьбы нельзя было сравнивать с тем, чего от него ждал полковник Ли. Но теперь старший мог отплатить за доброту психотерапевта, и последний живёт своей мечтой, и всё благодаря своему другу. — Так может ты уже расскажешь мне, что у тебя происходит? Подобного вопроса Джэхён ждал и ему даже показалось, что тот с ним запозднился. Пока Санён делал очередной глоток кофе из его чашки, которую он привёз к нему офис уже давно, младший готовился выдать давно заготовленный монолог. — Хён, я встретил девушку, которой очень нужна помощь, — собеседник заинтересованно приподнял бровь, — и я понял, что в этой ситуации помочь ей смогу только я. Даже она сама для себя представляет опасность. — Джэхён, опять старая песня? — Я совершенно серьёзно. — Да-да, как будто ты впервые… — Хён. — таким тоном младший почти никогда не говорил с Санёном, от чего тот даже от удивления застыл на секунду, — Я очень благодарен тебе за помощь, без тебя я бы действительно не смог сделать ничего из задуманного, — говорил медленно, будто выделяя каждый слог, — но ради безопасности и комфорта моего любимого человека я не могу вдаваться в подробности всего, что произошло. Тишина повисла всего лишь на пару секунду, после чего кабинет заполнился глубоким мужским смехом. — Боже, Джэхён, обожаю в тебе эту черту быть максимально серьёзным, — его смех не унимался, но он продолжал говорить, — ладно-ладно, я понял. К тому же, та ситуация оказалась очень выгодной для нас обоих. Твоя прекрасная принцесса О Сэми, — старший заметил, как нахмурились брови мужчины, когда он произнес её имя, — сейчас сидит в построенной тобой башне, а я избавился от некстати появившегося трупа. Идеально провернули. У человека в погонах априори не может быть проблем с законом, и не потому, что он следует каждой его букве, а потому что он подстраивает эти самые законы под себя. Санён прожил с таким кредо почти всю сознательную жизнь. Сначала ему помогали состоятельные и влиятельные родители, а дальше он сам начал создавать собственное имя, и ради этого он не гнушался никаким средствами - он мог и открыто подлизываться к своему руководству, а мог будто из тени дергать ниточки у своих послушных марионеток, которые выполняли всю грязную работу за него. Джэхёну это одновременно и не нравилось, и вызывало сильнейшее уважение. Санён, в свою очередь, тоже был в курсе большей части того, что произошло в семье его друга. Тот не любил обсуждать это, но последствия болезни его матери казались старшему очевидными. Ли про себя отмечал, что Джэхён один из самых умных людей, которые ему встречались, но когда дело доходило до девушек, его благоразумие и спокойствие будто бесследно исчезали. Но до этого такие вспышки чувств он мог контролировать, а в случае с этой О Сэми… будто сорвавшийся с цепи пес. Она конечно немного напоминала его мать внешне, но в остальном объяснения просто не было. И хоть Санён не лукавил, когда говорил, что всё произошедшее между ними было выгодно и для него самого, поведение младшего всё равно вызывало у него некоторые опасения. К той теме они больше возвращались, вновь обсуждая что-то о политике. — Ну что, наверно, мне уже пора. — Санён уже убирал зарядное устройство в свой портфель, пока Джэхён уносил их чашки, — Надеюсь, в следующий раз мы встретимся в твоём новом доме, нужно же обмыть новоселье. — Я только за, — младший улыбнулся, подходя к двери, — только нужно будет заранее договориться, чтобы я всё подготовил. — Я обязательно приведу Ёнджэ, он тоже соскучился по тебе. На этом они и расстались, и только садясь в свой внедорожник Санён понял, что прошедший месяц выдался крайне странным - без его ведома действуют буквально все вокруг - и младший брат, и близкий друг, и подчинённые. Больше всего хотелось разобраться с другом и одним конкретным подчинённым, ведь от них двоих в карьере подполковника теперь зависело очень многое. *** Встреча с хёном стала для Джэхена как глоток свежего воздуха, хотя конечно их диалог в некоторых моментах шел тяжело. Это стало чем-то необычным в череде дней, когда его мысли были забиты только одним - поиском решения проблемы с поведением Сэми. Не будет преувеличением сказать, что даже такой квалифицированный специалист, как Ли, не сразу понял, что делать. Беспокоило сразу две проблемы - во-первых, её редкие, но очень продолжительные и выматывающие истерики. После второго такого припадка он признал, что их катализатором стали успокоительные, которые он давал ей после эпизодов её непослушания. Среди их побочных эффектов одним из самых распространённых значились зрительные и слуховые галлюцинации, а это как раз подходило под то, что он разобрал в сбивчивой речи Сэми - она видела и слышала, как что-то подбирается к ней и пытается убить. Решение напрашивается само - просто перестать давать девушке эти таблетки. Но тогда возникала другая проблема - нужно было придумать новый способ контроля её поведения, ведь пробовать другой препарат Джэхён сейчас не решится. Но без них в некоторые моменты Сэми становится просто невыносимой. Требует чего-то, прекрасно зная, что это опасно, пытается узнать что-то, о чём знать она не должна… Радовало мужчину только то, что такие выпады не выходили за границы их дома. Она не хочет покидать его, хочет, чтобы её Джэхён всегда был рядом и не оставлял её одну, и даже без его вмешательства. Она наконец поняла, для чего Ли устроил все это, но, естественно, с прошлым укладом её жизни распрощаться довольно тяжело, вот она и капризничает, будто пытаясь вернуть что-то из прошлой жизни, будь то еда из каких-то любимых кафе или попытки контролировать происходящее вокруг. Но ей больше не нужно нести на себе такой груз на своих хрупких плечах - теперь Джэхён отвечает за нее, и он постарается сделать все в лучшем виде ради нее и только ради неё. *** Так и прошёл ещё целый месяц. Их жизнь, казалось, стала похожа на утопическую семейную сказку. Сэми перестала пить те таблетки, и улучшилось не только её самочувствие, но и их взаимоотношения. Ли перестал полагаться на силу медикаментов, теперь пытаясь решать недопонимания исключительно сильной своего разума и сердца. И у него это получалось - девушка стала больше улыбаться, стала более активной и даже их взгляды на многие вещи стали совпадать. Мужчина был словно в нескончаемой эйфории от своего триумфа и в личной жизни, и на работе, где дела тоже шли в гору. Жизнь стала похожа на ту, что он видел в своих снах еще очень давно. Поэтому сейчас Джэхён поднимался на до слёз знакомом лифте. Спустя почти полгода он наконец-то смог возобновить встречи с его университетским хубэ, психотерапевтом Муном. Он и до этого регулярно консультировался у него, ведь специфика его профессии просто обязывает быть уверенным в своем ментальном состоянии, но сейчас эмоции били через край, ему было необходимо не только выговориться профессионалу, но и проверить, насколько хорошо он может контролировать себя, рассказывая о ней. С другой стороны, он был совершенно спокоен - Сэми сейчас занималась тем огромным пазлом, который Ли заказал на прошлой неделе. Она сразу поняла, что Джэхён был на нервах, и самостоятельно, даже без напоминания, спустилась к себе вниз, перед прощанием попросив купить пиццу из той кафешки рядом с его работой. Поэтому сейчас Джэхён мог заняться собой. — Джэхён-сонбэ, как давно мы не виделись! — на пороге его сразу встретил темноволосый худой, ухоженный парень в очках. На первый взгляд незнакомому человеку могло показаться, что перед ним типичный задохлыш, но Ли прекрасно знал, как активно Мун Кевин занимается спортом, продолжая прятать свое тело под модными костюмами на пару размеров больше подходящего. — Очень рад наконец-то вернуться сюда. — они пожали руки, и младший жестом указал на дверь в свой кабинет. Как же Джэхён обожал этот небольшой коридор перед самим кабинетом. Сколько времени он проводил здесь, специально приезжая примерно за час до своей записи и нагло подслушивая прием Сэми. Он был действительно благодарен и случаю, и даже самому Кевину, что он смог встретить её. Да, его жизнь круто перевернулась после того случайного услышанного диалога. — Вы разобрались с родственниками? — он придумал историю о внезапно объявившихся родственниках, которым нужно было помочь с переездом поближе к столице, поэтому всё своё время Ли будто бы проводил у тех дома, помогая с ремонтом. — Да, дело сильно затянулось, я полагал разобраться с ним за два месяца, как видите, не вышло. Небольшой портфель был оставлен на столике около двери, а мужчины прошли дальше, усаживаясь на мягкие, покрытые, видимо, новыми чехлами, кресла. На небольшом столике между ними уже стояли две чашки с кофе, все-таки, Джэхён здесь был не впервые и был не последним гостем. — Представляю, сколько всего произошло за эти пару месяцев, — посмеялся младший, откладывая с ручки кресла блокнот с ручкой, которые ему сейчас не очень нужны. Их беседы всегда больше походили на простой дружеский разговор, чем на реальный прием. — Вы не представляете, насколько правы. — Джэхён потянулся за чашкой. Их первая встреча, в целом, прошла спокойно. Она и вправду напоминала простой разговор двух коллег - они обсуждали последние опубликованные работы из их университета, прошлись по некоторым спорным заявлениям их коллег и в целом вспомнили интересные случаи из практики. Доктор Мун даже попросил не оплачивать прошедшую встречу, но старший настоял, сказав, что никто бы другой не смог помочь ему таким образом. Они договорились встретиться ещё раз через две недели. Пока Джэхён ехал домой, он мысленно хвалил себя за то, что прекрасно справился и не выдал ничего лишнего. С заднего сидения доносился аромат пиццы, в пакетах из супермаркета гремели бутылки вина. Так отличный день плавно перетёк в прекрасный вечер, Сэми как обычно встретила его радостной улыбкой и робкими объятиями. Но буквально через пару дней случилось то, что серьезно испортило Ли настроение и заставило поволноваться. Мало того, что его хубэ за последние пару месяцев открыто интересовался, где и как поживает Джэхён не у самого Джэхёна, старший так же выяснил, что во время их перерыва Кевин участвовал в непосредственных поисках Сэми. Кто он вообще такой, чтобы лезть не в свое дело? Зачем ему интересоваться жизнью очередной клиентки? Клиенты как приходят, так и уходят. Джэхену не давали покоя эти вопросы. И вот ровно через две недели он вновь удобно расположился в кресле перед Кевином, ожидая реакции после своей фразы. Они долго болтали о всяком, пока Ли не задал совершенно не связанный с предыдущей темой вопрос. — Что вы сказали? — на лицо младшего упала тень непонимания. Брови приподнялись, глаза раскрылись шире. Теперь Ли решил разобраться с проблемой совсем иным способом. Мун Кевин, или Мун Хёнсо, больше не мог оставаться рядом с ними. Даже если бы они виделись пару раз в месяц, надо распрощаться с ним, перед этим поставив на место. — Тебя так удивляет, что я решил попросить у тебя помощи, Хёнсо-я? — Джэхён впервые с выпуска Муна заговорил с тем неформально, и было неясно, что больше удивило Кевина - такое неуважение или сам вопрос. Или то, что его опасения, похоже, начали получать свое подтверждение. — Нет, просто мне кажется, что вы в этом разбираетесь гораздо лу… — Я знаю, что у тебя в практике был похожий случай… Он не может знать. Кевин никогда не рассказывал ему об этом, да и вообще, это никогда не было частью его практики. Младший старался не выдавать своего волнения, но сам того не замечая принял довольно зажатую, легко считываемую позу, собрав ноги вместе. — Сонбэ, — постарался сделать голос максимально отстранённым, — я не понимаю, о чём вы говорите. И мне кажется неэтичной ваша попытка обсуждать моих клиентов, если я сам не предложил это. Вы… — Моя невеста… — Кевин все еще не мог поверить, что с порога Ли начал говорить о какой-то внезапно появившейся невесте, когда он до этого, насколько Мун знал, ни с кем даже не встречался, — нелюдима… Она пытается уклоняться от длительных социальных взаимодействий, гиперчувствительна к другим людям и их мнениям, у неё замечен очевидный страх стандартных социальных ситуаций, при них она испытывает тревогу. Помимо этого имеет выраженные нарушение сна, концентрации внимания и повышенную утомляемость. С каждым словом лицо Кевина менялось, приобретая все более очевидное удивлённое выражение, при этом на лице Джэхёна не дрогнул ни один мускул, но взгляда с Муна не сводил. Симптомы не редкие, но… именно такие симптомы, именно в таком порядке и в такой формулировке он обсуждал с О Сэми, той самой девушкой, что совсем недавно была найдена мёртвой. Но откуда… теперь он вспомнил. Но верить в это и в свои догадки он не хотел. — Джэхён-сонбэ, вы… — интонация стала заметно грубее, взгляд потяжелел, а у мужчины напротив наоборот на губах показалась лёгкая улыбка, — подслушивали, о чём мы говорили с девушкой, что приходила до вас, я прав? — Как грубо, я разве похож на того, кто влезал бы в процесс? — он усмехнулся, закидывая ногу на ногу. — Эта девушка… — Я знаю, что она больше не твоя клиентка. — теперь лицо Ли резко переменилось, ухмылка исчезла, глаза пугающе потемнели, — А разве этично, как ты сам говорил, продолжать следить за кем-то, кто больше не связан с тобой, Хёнсо-я? То, насколько очевидно он пытался давить, обращаясь по настоящему имени, то, как зеркалил до этого произнесённые самим Муном фразы, говорили об одном - звучала открытая угроза. — А причём здесь в… — Это мой сеанс, — голос стал громче, — поэтому говорю я, а ты слушаешь и анализируешь. Раз человек перестал нуждаться в консультациях, то значит его ситуация улучшилась. Не станешь же ты и дальше следить за бывшей клиенткой, — на лице старшего теперь растянулась даже не ухмылка, а подобие оскала, — ты что, сталкер какой-то? Она явно в безопасности, пока такие, как ты, не начинают лезть, куда не просят. Этим он и поставил жирную точку в подозрениях младшего. Он прекрасно понимал, о чём тот говорил, о деле, в которое он влез. Но это и пугало больше всего. Кевин чувствовал, как капельки пота образуются у него на лбу, а ладони медленно холодеют. Это он виноват во всём. — Я только рад, что её проблема решена, вы правы, сонбэ, — лучезарная улыбка, резко принятая расслабленная поза и еле слышный смех, — думаю, мой совет больше не требуется, раз проблемы нет? Джэхён приподнял бровь, слегка удивляясь реакции Муна. Не такого развития событий он ожидал. — Ты прав. — согласился он. — Тогда я прекрасно понял вашу мысль, — Кевин не мог расколоть свою маску спокойствия, ведь тогда бы все пошло насмарку. Играть, так до конца, ему нужно выдержать эту встречу, хотя, скорее, пережить, — думаю, на сегодня мы закончим? Джэхён засмеялся. Смеялся недолго, но ужасно выразительно. Он пару раз зыркнул на Муна, и встал из кресла, протягивая тому ладонь для рукопожатия. — Очень рад, что ты понял меня, и помог разобраться в этом вопросе. Кевин приподнялся, так же протягивая ладонь, и Джэхён сразу же почувствовал, как они вспотели и похолодели. Кевин не стал его провожать, тот сам вальяжно покинул кабинет, на прощание бросая пожелания успешной работы. Теперь же Кевин понял, насколько большую ошибку он допустил. И что делать с этим он пока не знал.