the need to save her

Как же чертовски болит голова. Сэми совершенно не хотелось открывать глаза, но головная боль ухудшалась с каждым резким, громким звуком. Какая-то женщина беспрерывно болтала будто прямо под ухом, своим голосом больше напоминая бензопилу. Женщина? Сэми нехотя, медленно раскрыла глаза, тут же жмурясь яркому свету. Ориентироваться было сложно, она не могла понять, в какой комнате сейчас лежит. Постепенно приходя в себя, она почувствовала, как кто-то крепко сжимает её ладонь, и ей сразу стало спокойней, ведь Джэхён был рядом. Кто же ещё мог так нежно сжимать её руку. — Сэми… — она смогла слегка повернуть голову, чтобы увидеть лицо мужчины. Всё расплывалось, она даже не могла взглянуть тому в глаза, но зато совершенно чётко начала слышать чужие голоса. Голоса? Джэхён пустил кого-то в дом? Да и вообще, где она сейчас находится? У неё нет такой подушки. Ли сразу же наклонился к ней, и рассмотреть его лицо стало немного проще - глаза опухли, брови нахмурены, да и вообще выражение лица было достаточно… обеспокоенным. Даже, Сэми так на секунду показалось, напуганным? — Ли Сэми, ты меня слышишь? — она вновь услышала его голос, но говорить было очень тяжело, поэтому она попыталась кивнуть. Это было ошибкой - шея была словно каменная, ей было невозможно двигать. Да и всё тело в секунду стало тяжелее, и пальцем было трудно шевельнуть. — Джэх… — попытка позвать его, но в горле тут же встал ком, переходящий в неконтролируемый кашель, от которого мышцы во всем теле заболели еще сильнее. Мужчина сразу же завертел головой, пальцами гладя ладонь в его руке. — Ты здесь, боже, ты со мной… — почти не своим тихим голосом заговорил он, слегка улыбаясь уголками рта. — Сэми-я, прости, прости, что это произошло с тобой, я так виноват… — продолжал он, но посторонний шум перебивал его слова, и наконец Сэми смогла сфокусироваться на движущихся объектах за его спиной. За его спиной стояла койка, на которой сидела девушка, а рядом с ней кто-то стоял. Койка. Девушка в необычной одежде. Шум. Яркие лампы. Они сейчас не дома. — Гд… — опять кашель. — Мы в больнице, — Джэхён приблизился к её уху, заговорив еще тише, — прости, мы скоро вернемся домой, я обещаю. Мне только нужно кое-что сделать, я обязательно всё расскажу дома, сейчас отдыхай, милая. Он одними губами коснулся её лба и сразу же исчез. Спустя какое-то время он вернулся в сопровождении человека в белом халате, который сначала что-то внимательно рассматривал среди множества бумажек, а потом присел на стул рядом с Сэми. — Госпожа Ли, заранее прошу прощения, сейчас нужно будет сделать несколько неприятных проверок. — и было действительно не очень приятно. Он то светил указкой ей прямо в глаз, то просил сжимать его руку пальцами, то отвечать на какие-то глупые вопросы слабыми кивками головы. Голос постепенно возвращался к ней, но каждое предложение всё равно давалось с трудом. — Всё обошлось. — заключил, видимо, лечащий врач, — Вам правда крупно повезло. Мало ли, что этот преступник мог ещё вам сделать. Слава богу, ваш жених вовремя подоспел. — Спасибо. — коротко ответила девушка, все поглядывая на Джэхёна, ведь она не понимала практически ничего из сказанного. — Вы помните, что случилось? — Я… — она замялась, но по слегка потяжелевшему взгляду Ли сразу поняла, какой ответ нужно дать, — Да, просто… не хочется сейчас много говорить. Она не помнила ничего. Она ничего не понимала. Почему так сильно болит шея? Почему так странно болит горло и трудно говорить? — Тогда пока лежите здесь, господин Ли дождётся полиции, чтобы мы могли оформить вас в больнице, а там уже посмотрим. — врач слегка улыбнулся, — Отдыхайте. И он оставил их одних. Не прямо одних, ведь вокруг туда-сюда сновали медсестры, другие пострадавшие и их сопровождающие. Глаза Джэхёна опять блестели грустью, но Сэми уже давно могла понять многие его скрытые эмоции, и судя по тому, как нервно он крутил в руках телефон, он был крайне раздражён. — Пока мы побудем тут. Не беспокойся насчет полиции, приедет мой хён, мы все быстро решим и поедем домой, я обещаю. — Хорошо, — она кивнула, протягивая свою ладонь, будто прося того взять её за руку. Джэхён так и поступил, вновь сев рядом с кроватью. Сэми закрыла глаза, пытаясь привести мысли в кучу. Она в больнице. Не дома. Не у него дома. Шанс. Время текло то быстро, то слишком медленно, шум вокруг становился то громче, то тише, а Сэми никак не могла собрать мысли в кучу. Нужно было думать, как можно воспользоваться ситуацией, но он сидел прямо рядом с ней, держал её за руку, которую она сама протянула ему. Дура. В какой-то момент к её койке подошел тот же врач, судя по голосу, с какой-то девушкой. Медсестра? Открывать глаза было нельзя, нужно слушать. Джэхён рассказывал что-то абсолютно нереальное. Будто на его невесту прямо рядом с их домом напал грабитель, укравший сумку со всем самым необходимым - кошельком, телефоном, документами. Она сопротивлялась, и грабитель стал её душить, хотя мужчина добавлял, что совершенно не понимал, для чего тот это сделал. Он вовремя вернулся с работы, из окон машины заметив эту ужасную картину, но его невеста уже была без сознания. Бред. После всего сказанного мысли Сэми постепенно стали проясняться, но воспоминания никак не возвращались. Джэхён всё осыпал врача благодарностями, и те ушли, а Сэми вновь поглотил шум больницы. Но внезапно этот шум перекрыл громкий звонок телефона. Девушка сразу же приоткрыла глаза, глядя на Джэхёна. Ли лишь улыбнулся, вставая и уходя куда-то в коридор. Теперь началось самое страшное. Нужно что-то придумать. Вокруг было много людей, достаточно разных. И молодых, и в возрасте. Кидаться просить помощи у кого-то не выйдет - она не в самом лучшем состоянии, да и на крики или глупые просьбы Джэхён может вернуться. Нужно делать все тихо. Но как? Позвать медсестру и рассказать всё? И что она сделает? Расскажет всё полиции, которая на его стороне? Женщина, что сидела рядом с соседней койкой, до этого говорила по телефону. Попросить телефон и позвонить в полицию? Бесполезно. Кому еще можно позвонить? — Простите, — еле слышным голосом начала она, — простите пожалуйста! Женщина средних лет развернулась к ней лицом, вопросительно глядя, — Прошу прощения за беспокойство, — откашлялась, — но можно попросить у вас телефон? — лицо женщины не изменилось, Сэми почему-то стало страшно, — Всего на один звонок маме… Мой телефон украли, а жених куда-то делся, немного страшно… — Боже, конечно, милая! — как давно с ней не говорили другие, незнакомые люди, — Я слышала про кошмар, который ты пережила, секунду! Она приподнялась со стула, протягивая ей смартфон с открытой клавиатурой и сразу же поворачиваясь обратно к другой кровати. Девушка робко взяла телефон, но на секунду замерла. Какой у него номер? Она же совсем недавно постоянно перебирала их телефоны в голове. Пальцы двигались будто сами, и вот уже телефон был прижат к уху. Гудки. Гудки. И наконец ответ. — Алло, мам! — опередив собеседника начала она тихо, — Мам, это я, О Сэми! Прости, что не звонила, не переживай, я в порядке! — сама не понимала, что говорила, но старалась не вызвать подозрений даже у ничего не знающих соседей по палате, — Только не волнуйся, я сейчас в больнице! Ли Джэхён привез меня сюда, но со мной уже все хорошо! — молчание на том конце трубки, — Скоро мы вернемся домой, а телефона у меня теперь нет, но это я потом расскажу! Пока Ли Джэхён отошёл, мне любезно дала позвонить добрая женщина из палаты, но уже буду заканчивать, а то Ли Джэхён вернётся и будет ругать меня, что я не отдыхаю. Пожалуйста, приезжай к нам, мне очень тебя не хватает. Жду, пока! Она резко повесила трубку и окликнула сидящую рядом. Та сразу же повернулась, слегка улыбнувшись. — Быстро вы. — забрала телефон. — Да, не хочу, чтобы жених увидел, а то начнется опять, что я не отдыхаю. — слегка засмеялась, но голос уже подводил, переходя почти на хрип. — Вы же не выдадите меня? Женщина слегка хихикнула. — Мужчины, если они начинают переживать, то это всегда выливается в представление, да? Сэми согласно кивнула, укладываясь обратно. Руки тряслись, но она спрятала их под одеялом. Сэми почувствовала, как похолодели ладони и губы. Она сделала это. Позвонила. Она смогла позвонить Джи Чанмину и сказать, что она жива. От осознания произошедшего к глазам подступали слёзы, губы почти что тряслись. Чувство торжества перекрыло страх быть раскрытой, и девушка захлюпала носом от непонятного комка эмоций. Но не успев окончательно осознать свой триумф, в проёме она заметила его фигуру в сопровождении двух мужчин в форме. Они почти кольцом окружили её кровать, заставляя теперь уже ее саму пересказывать произошедшие, конечно же, вымышленные события. Эмоции ещё не отступили, поэтому глаза оставались на мокром месте, руки слегка тряслись, а голос жутко хрипел. Ли Джэхён, конечно же, воспринимал это все иначе. Его бедная девочка настолько не хочет говорить с этими двумя шестерками Санён-хёна, что находится почти на грани истерики, особенно после такого ужасно события. Но Джэхён знал, что скоро они уже будут ехать домой, и как только они вернутся, то вновь останутся лишь вдвоём. И так слишком много людей сегодня посмели глазеть и рассматривать его маленькую принцессу. Дома, у них дома, он будет сколько угодно извиняться, обнимать и целовать её, пока та не простит. А Сэми простит, ведь ей нужен только он, и он об этом прекрасно знает. *** Часы в общей палате тянулись невозможно медленно. Сэми довольно долго пыталась заснуть, но найти удобную позу не представлялось возможным - лежать можно было только на спине, а каждое движение всё ещё отдавалось мерзкой болью. Открывать глаза все равно не хотелось - ей казалось, что мужчина, сидевший прямо у её кровати, даже не моргает, а пристально следит за её дыханием. Но сейчас, даже с дикой болью по всему телу, её мысли были на удивление ясными. Она точно понимала одну важную вещь - боялась она не людей вокруг, страх был только перед одним из них, и он как назло находился ближе остальных. Убедилась она в этом наконец решившись открыть глаза. Джэхён спал, скрестив руки на груди и свесив голову. Ему явно было жутко неудобно, но его равномерное сопение немного успокоило Сэми. Её глаза забегали по уже знакомой палате, останавливаясь почти на каждом человеке, и девушка понимала - они не тронут её. Им плевать на то, что с ней произошло. Пока сама не заговоришь с ними и не попросишь о чём-то, они и будут казаться опасными и враждебными. Джэхён постоянно говорил, как сильно она должна бояться всех вокруг - они могут причинить боль, уничтожить тебя в мгновение ока. Но почему тогда ей не было так страшно просить телефон у женщины рядом с соседней койкой? Почему ей больно и плохо только из-за него? Только с ним? К глазам подступили слёзы. Было трудно понять, что сейчас она испытывала к мужчине. Хотелось скорее вернуться домой, лечь к нему на грудь и чувствовать его любовь, но сейчас вместо любви она чувствовала только его руки на своей шее. Каждый его палец, сжимающий её и перекрывающий доступ кислорода. Отчетливо видела его безумный взгляд, дикую улыбку и чётко слышала его стоны. Вдруг он заметит слёзы? Надо отвернуться. Пересилив себя, Сэми слегка отвернулась от него, тут же замечая справа от себя небольшое окно. Совершенно обычное. Не страшное. В его углах ничто не копошилось, не шептало ничего ей на ухо. За стеклом и рамой была улица - в темноте виднелся только свет фонаря, но девушке было понятно, что там просто улица. Слёзы стекали на подушку, хоть плакать и не хотелось. Нельзя забыть. Нельзя забыть, что страшно только в самом доме, а не за его пределами. Страшно только рядом с Ли Джэхёном. Нельзя забыть об этом. *** Ли Санён действительно нечто. Джэхён запаниковал и опрометчиво повёз Сэми в больницу, совершенно забыв о необходимых документах для того, чтобы её там приняли. В ту же секунду, прямо у стойки регистрации, он сначала написал хёну сообщение с краткой сутью проблемы, после чего позвонил и попросил как можно скорее прочитать его. И Санён в очередной раз помог вытащить младшего из, на первый взгляд, безвыходной ситуации. Он каким-то неизвестным Джэхёну способом смог сделать копию айди-карты с фотографией Сэми и доставил её в пригород Сеула вместе со своими подопечными, которые заодно подыграли их небольшому спектаклю, взяв показания и убедительно пообещав поймать преступника, которого никогда и не существовало. Весь ужас произошедшего Ли ощутил лишь тогда, когда укладывал ослабевшую Сэми на заднее сидение своей машины, чтобы отвезти её домой. Он положил ей под голову свою сложенную куртку и укрыл пледом, что давно лежал у него в багажнике как раз для таких случаев. В полумраке фиолетовые гематомы на тонкой женской шее выглядели ещё более пугающими - вдвойне пугающими для человека, что оставил их на ней. Джэхён никогда не хотел причинять ей вреда. Сэми - самое нежное и светлое, что было в его жизни, и ломать такое хрупкое существо точно не входило в его планы. Но в начале их жизни вместе, когда младшая вела себя безрассудно и вызывающе, Ли не оставалось ничего кроме физического доминирования над ней. А потом… А потом он вошёл во вкус. И как бы сильно он не прятал своё желание, оно всё равно взяло верх над ним. Руки крепко сжимали руль, зубы были стиснуты, а голова неприятно гудела. Он опять не справился с собой и сделал всё не так. Но тот ужас, что передавали её глаза каждый раз когда он звонко бил или сильно душил её, её полные отчаяния вскрики и всхлипы - за всем этим было так приятно наблюдать. — Чудовище… — будто объявляя себе приговор прошептал Джэхён. Но это не означало, что он собирается отказываться от всего этого. Он просто должен научиться контролировать себя. Должен прочувствовать эту грань, когда он может быть нежным, прямо как сейчас, перенося спящую Сэми из машины прямо к ним в комнату, а когда можно насладиться её слёзами и криками. *** Сэми не знала, сколько проспала. Глаза она открыла в их спальне, горло будто горело, а мышцы шеи опять казались сделанными из камня. Сначала хотелось закричать - она была одна наверху, без Джэхёна, но её остановили то ли задёрнутые на окне шторы, то ли голос в голове, заставляющий спокойно выдохнуть от одиночества. Она была одна, без него, и слава богу. Но долго это не продлилось - Ли как будто почувствовал, что она проснулась, и тут же зашел в комнату, озаряясь в улыбке. — Доброе утро, малыш. — он быстро дошёл до кровати, садясь на край. — Хочешь воды? Пить хотелось. А вот просить у него чего-то - не очень. Но его взгляд был настолько ласковым и родным, что… — Хочу… — что-то подсказывало ей, как стоит ответить, но главным был не сам ответ, а её интонация. Сэми не смотрела на Джэхёна, опустив взгляд на их одеяло, пока мужчина пытался понять, всё ли с ней в порядке. — Я сейчас принесу. — тут же встал и явно направился на кухню. Её голос показался ему совсем нездоровым. Неужели ей всё ещё так плохо? Всю первую половину дня, а проснулась она как оказалось к полудню, Сэми буквально избегала разговора с ним. Не смотрела в глаза, отвечала короткими словами, хлюпала носом. — Прости меня… — грея её холодные ладони в своих сказал мужчина, — ты имеешь полное право злиться на меня. Но Сэми… — не поднимала взгляд, — можешь хотя бы посмотреть на меня? Не надо ничего говорить, береги горло, просто… посмотри. Сработало. — Только если пообещаешь, — бубнила под нос, — что никогда больше не будешь делать так без моего согласия. Джэхён так и не объяснил ей, что произошло тем вечером, но уже понял, что она была в курсе. — Я… — Я всегда раньше делала так, как ты скажешь, никогда не сомневалась в тебе, но в этот раз — он увидел, как на одеяло капнуло пару слез с её щёк, — мне было очень страшно. А вдруг меня опять увезут куда-то? И я больше никогда тебя не увижу? Не хочу… — плакала. — Я обещаю. Победа. Сэми сразу же повернула к нему голову, и даже за распущенными волосами он видел кошмар на её шее, видел отпечаток почти каждого своего пальца. Вкупе с её бледной кожей и худощавым телосложением всё выглядело… страшно. Он хотел обнять её, погладить по спине и голове, но боялся лишний раз коснуться. Девушка же сама сделала первый шаг, потянувшись к его губам своими, касаясь еле заметно. Джэхён сам чуть не расплакался он чувств, пока Сэми еле сдерживала улыбку, ведь вышло куда лучше задуманного - даже после поцелуя она прекрасно помнила, кто он такой и что сделал с ей. *** Мозг помнил, а тело жаждало. Следующие несколько дней Джэхён не отлипал от неё, устраивая её на кровати поудобнее и ложившись рядом, выполняя каждую просьбу и каждую свободную секунду целуя её ладони и губы. А Сэми и не была против, от его нежности забывая о боли в теле. Но нельзя было так быстро сдаться. Девушка продолжала надувать губы, стоило старшему сделать хоть что-то не так или по-своему, после чего он сразу же извинялся и оправдывался. Великолепное зрелище. — Ты не будешь грустить, если я уйду на пару часов? — она посмотрела на него будто уже заплаканными глазами. — А я останусь здесь одна? — Я могу отнести тебя в твою… — Хочу здесь… — шмыгнула носом. — Не побоишь… — Не хочу бояться, поэтому и останусь здесь. Она… переговаривалась? Давно такого не было, отчего Джэхён даже несколько опешил. Но её заплаканные глаза и умоляющий взгляд не давали повода для отказа. Ли кивнул, поглаживая ту по голове, и нехотя поднялся с мягкой кровати. Нужно было собираться, хотя покидать дом не было никакого желания. Подойдя к комоду, над которым висело длинное зеркало, он продолжал украдкой смотреть на неё через отражение, доставая нужные брюки и носки. Она продолжала смотреть на экран ноутбука, что лежал у в ногах, облизывая губы. Джэхён опустил взгляд, закрывая полку комода, чтобы вновь поднять взгляд и встретиться им с ней в отражении. Она слегка улыбнулась, но улыбка казалась ему вымученной. И всю эту боль она терпит не из-за какого-то злодея, а только из-за него. Отвратительно. Ещё хуже он почувствовал себя, сев за водительское сидение своего внедорожника, ведь только там пришло осознание, что его ждёт на предстоящей встрече. В доме Ли Санёна его встретили тяжелым ударом в челюсть. Вполне заслуженно за все то, что он вытворил. Разъяренного следователя было не остановить, поэтому оставалось только терпеть. Тем более, что в данный момент Джэхён был должен ему. Ханна, жена Санёна, помогла Джэхёну подняться, одаривая того взглядом полным сожаления. Она предложила приложить к удару лёд, но не успел младший отказаться, как Ли гаркнул на неё, заставляя ее удалиться. — Вот так надо с ними, хотя я теперь сомневаюсь, что ты можешь адекватно размышлять. Они дошли до его кабинета, и Джэхён занял привычное для него место на кожаном диване, смиренно ожидания дальнейшего разбирательства. — Чем ты вообще, блядь, думал? — не унимался старший. Тот лишь потупил взгляд вниз, не зная, как оправдаться перед своим хёном, — Ты же понимаешь, что твоя Сэми уже больше года как кремирована? Не забыл?! — Он сел на второй диван, прямо напротив младшего, и откинулся на его спинку, снимая очки и массируя висок, — Ты теперь должен мне пожизненные справки, я чуть в домашних штанах не выехал в отдел. А если бы я не смог так быстро подделать документы? Или её бы кто-то узнал в больнице? — Она никогда не была в этом районе, по… — Джэхён, это просто пример, пойми! — чуть опять не сорвался на крик, — С каких пор ты стал настолько безрассудно самонадеянным? Думаешь, все получится, потому что я смогу прикрыть твою жопу? — Она не дышала, я не мог… — Она не дышала из-за тебя, придурок. — последний гвоздь в крышку гроба. Его слова звучали, как приговор для младшего, что тот даже сам перестал дышать, — Джэхён-а, мы с Ханной тоже любители такого, но почему я должен учить тебя, что нужно уметь контролировать свою силу, боже! — Прости меня, хён. — еле процедил через зубы. Ему не было стыдно перед ним. В конце концов, они давно в одной лодке, и их взаимопомощь вполне естественна. Но его убил тот факт, что он действительно вытворил такой кошмар с ней, собственными руками. Хотя самым важным для него было защитить её. — Ты мне должен, и просто печатью не отделаешься. — он кинул очки на небольшой столик перед собой, — Кстати, мне звонил твой отец. Джэхён резко поднял взгляд, в удивлении глядя на мужчину. — Он позвонил? — не верил. — Да, сказал, что к ним приходил какой-то твой друг, твоя бабка открыла ему дверь, но тут же прогнала. Не может быть. — Так и сказал? Друг? — Нет, я это придумал только что, — злится, — а я говорил, что твоё затворничество ни к чему хорошему не приведёт. Тебя уже даже по родственникам искать стали. Никто не мог его искать там. Друзья, которые бы вообще могли пойти на этот шаг, точно не знали адреса той квартиры. Он никому не сообщал его. Так откуда… — Прости, что не сдержался и ударил, — он встал, головой указывая на дверь, — пойдём поужинаем, а потом обсудим всё остальное. Ужина Джэхён не заметил - думал только о «друге, что искал его». Просто бред. Что-то не так. Кто мог пытаться найти его? Как он вообще вышел на тот адрес? Осознание пришло только когда Ли по пути домой проезжал мимо полицейского участка. Этот адрес есть в его прописке. Он обратился в полицию. Мун Кевин. *** Сэми долго ждала после того, как Джэхён захлопнул дверь на первом этаже. На самом деле, было не так уж и больно. Да, чувствовала она себя паршиво, но двигаться могла вполне легко, мужчине об этом, конечно, знать не стоило. Выжидая еле тянущиеся минуты после его отъезда, девушка была уверена в своем решении - ей будет не страшно на втором этаже. И пока окна были зашторены, страшно действительно и не было. Встав на цыпочки, терпя боль в шее и плечах, Сэми неслышно пошла в коридор, нацеливаясь в этот раз попасть в кабинет Ли. Казалось, что всё важное было спрятано как раз там. Она не очень часто бывала в той комнате, только когда Джэхён звал её с собой, пока он работал там. Ему часто приходилось заполнять какие-то бумажки и общаться с клиентами по телефону, и он не хотел оставлять её одну. Дверь была закрыта, девушка даже напугалась, что она заперта, но даже от робкого её касания ручка опустилась и впустила её внутрь. Там всё было как и всегда - идеальная чистота, десятки книг и пара окон, сейчас зашторенных так же, как и в спальне. Не страшно. Совсем. Сэми не знала, правда ли перестала бояться, или убеждала себя в этом, раз за разом повторяя одни и те же слова у себя в голове. Дойдя до стола, она тут же присела на корточки, пожалев о своём решении - шея заболела еще сильнее от резкого движения. Но внизу стола было шесть шкафчиков, по три с каждой стороны. Вдруг он положил туда какие-то её вещи? Удача - первый был открыт, но внутри лежали только папки и бумаги, явно связанные с его работой. То же самое ждало и во втором ящике, а вот самый нижний слева был заперт. Оставив его, она проверила два верхних справа, найдя там его ежедневник, который она иногда по его просьбе заполняла, сверяясь с его расписанием, и… фотоальбом. Старый, измусоленный. Не долго думая, Сэми открыла его первую страницу, видя на ней большую семейную фотографию, подобные которой обычно вешают на стену. На ней была изображена семейная пара и их сын - в нем было легко узнать Джэхёна, на фото ему было не больше десяти лет. Сразу захотелось рассмотреть его мать - удивительно красивая женщина, но совершенно не похожая на саму Сэми. Пьяный Ли часто сравнивал их, особенно говоря об их внешности, но девушка не могла найти ничего общего. Её глаза казались добрыми, но очень уставшими. Отец же не запомнился почти ничем - дорогим костюмом, только этим. В остальном альбоме были детские фотографии Джэхёна и пара карточек с его матерью - он точно безумно любил её. Но чего Сэми не ожидала - так это увидеть на последних страницах фотографии… незнакомых ей девушек. Как минимум троих разных. Они стояли в обнимку с Ли, просто рядом, а некоторые, где они были по одной, казались похожими на фотографии папарацци. Психопат. «Я точно не первая его любовь.» — подумалось ей, пока она закрывала альбом и открыла второй ящик, чтобы найти там… распечатанные фотографии её самой. И в гораздо большем количестве. В кафе, на улице, при входе на её работу… стало совсем не по себе. Он точно следил за ней, она и так знала это, но подтверждение этому пробирали до самых костей. Страшно. Но когда всё это началось? Третий шкафчик так и остался нетронутым, ведь теперь все внимание девушки было приковано к резко открывшемуся от сквозняка окну. Светлые шторы развивались, открывая вид на прозрачные стёкла, в углах которых что-то поджидало. Тёмное и готовое напасть в любой момент. Хотелось убежать, но Сэми знала - опаснее Ли Джэхёна в это доме ничего не было. Глубоко вздохнув, девушка опустилась на колени, на четвереньках направившись к окну. Страх никуда не ушел, но нужно было научиться контролировать его. И вот она еле выпрямилась, не слыша ничего, кроме стука своего сердца, и заглянула в окно, чтобы увидеть там… задний двор дома. Прозрачный навес и столик с цветами под ним. Темнота роилась в уголках её зрения, но не трогала. И не тронула даже когда Сэми коснулась стекла. Страшно, но не опасно.