Дела матери и дочери

Личная комната Венеланы Гремори, место, окутанное тайнами и домыслами. Многие пытались разгадать её секрет, кто-то из желания эти секреты использовать против самом женщины, иные же из простого праздного интереса, третьи и вовсе вбили в свои головы мысль, что там кроются её личные сокровища, что она принесла из дома Баэль. Но никто так и не смог в неё пробраться. Ведь очень удобно иметь сына на посту Люцифера, посту, что даëт огромную власть и возможности в подземном мире, и позволяет заиметь обширные связи. Именно благодаря этим связям комната Венеланы имеет основание считаться самой труднодоступной и защищённой во всём поместье. Ходят слухи, что сам Аджука Вельзевул помогал её проектировать и зачаровывать. Но зачем этой женщине, именуемой «Льняноволосая мадам уничтожения» такая комната? *** — Да, да, ДА! Сильнее моя дорогая, быстрее, — почти кричала Венелана. Сейчас она и Риас находились в её комнате и предавались удовольствию, что многие бы назвали порочной связью, но им было всё равно. Всё, что заботило Венелану, это пальчики её дочери, что активно играют с её киской. Но и само положение вызвало изрядную долю блаженства. Сейчас обе женщины находились на полу, занимая специально отведенный для этого ковёр. Риас сидела на своей прекрасной попке, облокачиваясь на стенку кровати, дабы иметь более устойчивое положение и скрестив ноги, играла с лоном своей матери, своими прекрасными пальцами, как и она сама. Сравнительно небольшие, но всё равно длинные ногти, что вместе с пальцами проникали в Венелану, возможно и были той самой причиной, почему та иногда издавала вместе со вздохами наслаждения ещё и болезненные. Но сама женщина ничего против об этом не говорила. Вторая же рука находились на её животе, нежно поглаживая тот, иногда нанося лёгкие царапины, заставляя приятную на ощупь кожу и мышцы по ней содрагатья. Такая невероятно нежная, но местами болезненная стимуляция заставила женщину уже трижды перейти грань и кончить. Сама Венелана, в очередной раз одетая в своё невероятно сексуальное бельё, сидела на ногах Риас, чтобы та могла иметь беспрепятственный доступ к её телу. Ноги были немного разведены, позволяя пальцам её дочери без проблем проникать в неё. Хотя при приступах оргазма она их сводила, зажимая руки Риас своими ляжками, не позволяя той вынуть из неё пальцы. Спиной она лежала на груди дочери, кожей ощущая мягкость её грудей, что чувствовались, как два мягких облака. И даже груди не остались без внимания. Как женщина и обещала, она достала специальный прибор, который нужен для откачки молока. Холодные железные наконечники накрывали соски и небольшую область вокруг них, плотно присасываясь к грудям, делая то, для чего их и достали — выкачивали молоко из больших грудей Венеланы, доставляя тем самым той определённое удовольствие. И хотя холодный металл поначалу обжигал соски своим прикосновением, в процессе это ощущение спало на нет. Хотя с ручной дойкой это не сравниться, механическая постоянность имеет свой уникальный «привкус» ощущений. Руки же опирались на пол, не позволяя окончательно упасть телу, но с каждым оргазмом справлялись со своей задачей всё хуже и хуже. — Давай...мммм... Хах, милая, я почт. М-х-х-х, почти кончила. А-а-а-а, Кончаю! — буквально прокричала Венелана и полностью выбившись из сил, начала заваливаться на спину. Но тело Риас ей этого не позволяло. Соки её киски так сильно забрызгали руку Риас, что на свете она блестела, будто её окунули в воду. Продержавшись немного дольше хозяйки, руки обессилили окончательно и Венеланна окончательно упала в объятия Риас. Теперь она буквально лежала на ней, используя, как какое-то подобие живого кресла. Увидев творение своих рук, на губы Риас вылезла довольная ухмылка. «Да, я это сделала, у меня получилось довести её до такого состояния всего лишь пальцами». Вот какая мысль проскочила в её голове. — Тебе хорошо мама? — Д-д-а-а-а, — произнесла женщина, нежась в руках дочери, — это было что-то с чем то. Я такого не чувствовала уже давно. — А ведь ты меня дважды успела довести до такого же состояния, нет, даже больше, — произнесла Риас, начиная заново массировать киску матери, — и мне очень хочется отплатить тебе той же монетой. Закончив говорить, пальцы Риас, в количестве трёх штук, начали то проникать внутрь, то выходить, причём на довольно-таки высокий скорости. Ослабшее тело Венеланы было очень чувствительно после предыдущих оргазмов, и из-за невозможности сопротивляться, она могла только жалобно стонать. Три минуты, ровно столько она смогла продержаться под напором дочери прежде чем снова начать кончать. Но это было не всё. Видя как мать собралась ещё раз перейти грань, Риас приготовилась. И как только из складок полетели слабые капли, показывающие, что её снова накрыла волна удовольствия, младшая Гремори резко сдернула присоски с грудей матери. Крик. Очень сильный крик ознаменовал итог её действий, а также вторая волна оргазма, пришедшая поверх ещё не закончившейся первой. Тело в руках Риас скрутили небольшие судороги, после чего оно обмякло, показывая то, что её мать потеряла сознание от удовольствия. — Хе-хе-хе, да, я сделала это, — произнесла Риас и начала действовать. Сначала она выключила аппарат, что сейчас просто жужжал, показывая то, что он ещё работает. Потом, она подняла свою мать и взяв её как принцессу, коей она раньше и являлась, понесла на кровать. Положив женщину в центр кровати и отойдя чуть в сторону, она стала любоваться итогом своих действий. В целом, она была довольна, ведь Риас смогла совершить свою «месть». Некогда аккуратно уложенные волосы были растрёпаны, всё тело блестело от пота, из киски стекали небольшие капли сока, а из сосков сочилось молоко. Быстро для себя всë решив, она подползла к матери, и оседлав её живот, взяла в руки обе груди. Дальше она свела их максимально близко друг к другу, попыталась взять в рот сразу оба соска. И у неё это получилось, ведь грудь Венеланы была достаточно велика чтобы сделать это. И вот, Риас стала высасывать остатки молока, одновременно с этим, пытаясь таким образом разбудить свою мать. Что через некоторое время это у неё получилось. — Какая же ты всë-таки ненасытная, дочь моя, — произнесла Венелана, смотря на действия Риас и замечая удовольствие, которое та испытывает. — а ведь каких то десять дней назад ты краснела от поцелуя. — И кто-же в этом виноват, мама? — спросила Риас смотря в фиалковые глаза матери. И тут ей в голову пришла необычная идея, что как-то отобразилось на её лице. — Придумала что-то ещё? Давай не стесняйся, делай всë, что пожелаешь, — сказала женщина, смирившись с тем, что сегодня трахают именно её. Какая-то часть её доминантного характера была против этого, но то, какие волны удовольствия она сейчас испытала, полностью задавило её. И тут же она почувствовала, что Риас слезла с её живота и отползя к её ногам, пытается свести их. Венелана не стала упираться и сделала то, что хочет её дочь. Пальчики младшей Гремори, медленно стягивающие всё ещё надетые на неё трусики, не были какой то неожиданностью. Но это вариант был для неë самым волнующим, «что же придумала моя дочь? " Окончательно сняв мокрую ткань, она сжала её и всё, что вылилось ей на вторую руку, она медленно стала втирать в свою грудь, иногда даже массируя её, под непрерывным взглядом матери. И даже для виду несколько раз охнула, когда ладонь задевала её соски. После такого лёгкого массажа, она произнесла всего одно слово. — Готовься. Ничего больше не говоря, двинулась в сторону головы Венеланны. С грацией кошки, она приблизилась к ней и слилась в очередном поцелуе. Десять минут длился этот процесс, иногда становясь на паузу, чтобы обе дамы могли набрать побольше воздуха. Но вот, Риас первая его разорвала и встав на ноги, продолжила воплощать свою идею. Встав на колени, так чтобы голова Венеланы оказалась между её ног, она стала садиться. Её мать сразу поняла, что она хочет, и как только киска Риас оказалась достаточно близко, Венелана запустила в неё свой умелый язык, попутно нежно поглаживая ножки, что взяли её в своеобразный плен. Но это было ещё не всё. Сама Риас, поняв, что её идею поддержали, медленно начал ложиться вперёд. И когда она закончила, её груди стали упираться в пояс матери, а руки начали скользить по ногам женщины. Немного ахнув от того, что язык Венеланы задел особый пучок нервов в её киске, она так же приступили к работе. Сначала она лизнула клитор, как бы пробуя его на вкус, и признав его соответствующим, продолжила работать языком. Из-за того что киска начала выделять больше влаги, она решила её испить, вследствие чего её голова на ближайшие полчаса почти не отрывалась от влагалища матери, делая небольшие перерывы только для того, чтобы поправить распущенные волосы, которые лезли в глаза или загораживали вид. Каждая из них успела испытать ещё несколько оргазмов, но никто не скажет сколько их было. Но вот, Риас решила, что пора заканчивать. И для этого она решила использовать трусики, что сняла с Венеланны. Заведя руку под ноги женщины, она схватила край, что просунула между ног и резко потянула на себя. Ткань врезалась в половые губы, местами проскользнув внутрь, чем вызвала приглушённый стон. Но и Венелана не хотела отставать, из-за чего не придумала ничего лучше, чем слегка укусить Риас. Обе таким образом вызвали ещё по одному оргазму. Но тут им обеим пришла в головы одна и та же мысль. — Предлагаю заканчивать мам. — Хорошо дорогая, я согласена. Но, кто первый кончит… — Та проиграла, идёт. И обе приступили к действию. Мокрое от соков дочери лицо Венеланы снова уткнулось в киску Риас, тут же начав помогать пальцами, что до этого гладили ножки девушки, вызывает стоны наслаждения. Но и сама Риас не сидела без дела. Трусики, что до этого находились в неподвижном состоянии, стали елозить вверх вниз, направляемые её руками, а рот, что до этого только лизал и целовал, стал как будто пытаться всосать всё в себя. И с каждой секундой движения руками становились всё быстрее и быстрее. И судя по стонам матери, у неё были все шансы победить. Ведь как бы не был хорош язык Венеланы, с такой дополнительной стимуляцией, как кусок ткани между ног, она могла не выдержать в любую секунду. Это понимала и сама Венелана, и резко взыгравшая гордость начала говорить, что в этом состязании она не может проиграть. Мозг, с перебоями работающий из-за наплыва приятных ощущений, решил выдать самый лёгкий из путей по доведению Риас до оргазма раньше, чем она сама кончит. Фаланга указательного пальца покинула киску дочери и легла на её анальное кольцо. Вначале палец просто прошёлся по нему, слегка поглаживая и нанося чуть-чуть соков Риас для смазки. Но потом, он начал вторгаться внутрь, и Гремори младшая, с непривычки, стала очень сильно сжимать свою попку, перенеся часть усилий на это, немного потеряв в темпе работы руками. Это почувствовала Венелана и сделала последний рывок, перенося свою дочь за грань. Та начала содрогаться в оргазменных спазмах всем телом, неосознанно и очень сильно натягивая трусики матери на её влагалище. На этом моменте уже сама Венелана стала кончать, ещё глубже вставляя палец в попку Риас и начиная ещё активнее работать языком. По комнате прокатился сдвоенный стон, знаменующий то, что обе Гремори кончили. Хотя он был не равномерный, так как Риас начала первой. Ещё несколько секунд.она выгибалась, пропуская через себя волны удовольствия. Но когда всё закончилось, она рухнула на свою мать, как кукла с обрезаными нитями. Ещё несколько минут обе женщины лежали не произнося ни звука, хотя Венелана поступила немного «подло», направляя своё дыхание на складки Риас, что были прямо перед ней, с каждым разом проводя по её телу небольшие табуны мурашек. Понимая, что её дочь может сегодня больше не встать, она решила действовать сама. Немного извернувшись, она сместила с себя Риас и уложила её рядом. Немного погодя она сама сменила своё положение, чтобы оказаться с дочерью лицом к лицу. — Как ты дорогая? — Спросила Венелана, смотря на лицо Риас. По закрытым глазам и почти полной неподвижности можно было подумать, что она спит, но тут же открывшиеся глаза показали обратное. В голубых глазах плескалось полное удовлетворение, с ноткой обиды, что заметила матриарх. — Я тебя что, чем-то обидела? — П-попа горит, — сказала та, немного сбиваясь. — Ничего моя милая, это с непривычки, — сказала Венелана приобнимая её, — скоро пройдёт. ––Хорошо, я поняла, — сказала Риас, пряча голову в груди матери, дабы не показывать, как её смущает эта тема. — Кстати, ты уже несколько раз обещала меня наказать, но так и не сделала этого, почему? — Риас… — сказала Венелана, отодвигая её от себя и смотря ей прямо в глаза. — ты правда это хочешь? Ну, почувствовать моё наказание? — Да мама, ну или хотя бы попробовать, что это такое в твоём исполнении, — сказала Риас, начиная постепенно краснеть. — Нет, я так не могу. Ты ещё ничего не сделала, чтобы я тебя так наказывала. — Но я ж… — Но, — проговорила Венелана с нажимом, не давая той вставить слово. — давай послезавтра я устрою тебе испытание и по его ходу решу, нужно ли тебя наказывать, идëт? — Да, идёт. Спасибо, я люблю тебя мама, — произнесла Риас и почти тут же заснула. — И я тебя, — повторила за ней женщина, и взяв её тело в объятия, тоже начала засыпать. Через два дня у обеих Гремори будет занимательный день.