Чаепитие

Стоял жаркий, октябрьский день и капитан Аккерман прохлаждался в общей столовой за стаканчиком чая. Так же на его столе стояла фарфоровая тарелочка с надкусанным пирожком. Его вальяжная поза говорила о расслабленности, ноги были закинуты на соседний стул, но когда Леви увидел вошедшего в столовку Эрена, то принял более строгий вид. — Йегер, — обратился капитан к парню, — прогуливаешь отработку? Заняться нечем? Почему ты в столовой сейчас? Проигнорировав вопрос, вспотевший от работы Эрен прошёл было мимо (он направлялся к чистым стаканам - пить хотелось неимоверно), но вдруг остановился. Повернулся к капитану, подошёл, взял его чашку, неосознанно пародируя хват капитана, и отхлебнул чаю. Губы обожгло, но это то, чего ему хотелось. — Несладкий? Вы строги к себе, капитан. Я бы добавил пару ложек сахара. — Можешь допить, — Леви встал из-за стола. — Вижу тебе не терпится облизать за мной чашку. В позвоночник стрельнул адреналин - вроде сотворил глупость, а вроде проявил характер. Эрену надоело бояться, надоело щемиться, столько лет: — Я не брезгливый. Йегер осторожно уселся на жалобно скрипнувший стул, рядом. Поставил чашку себе. Вытер пот со лба: — Мы почти закончили, осталось всего ничего. Мы целый день работаем, можно мне отдохнуть пять минут? Капитан сложил руки на груди, его поза говорила о недоверии к своему собеседнику, титан всё же, в любой момент нужно быть готовым рубить животное по шее. То, что Йегер врёт, прогуливает не вызывало сомнений, определённо стоило его отлупить немедленно. — Я не хочу вызывать у тебя страх, — капитан говорил спокойным голосом. — И я не фанат рабства, конечно отдохни немного, измотанные и слабовостанавливающиеся атакующие, корпусу ни к чему. Эрен поднял взгляд, не то что прежде, не напуганного до усрачки и обозленного на весь мир подростка - другой. Спокойный, немного уставший. Взглянул на капитана коротко: — Я вас давно не боюсь. Всё, что вы сделали, вы делали для того, чтобы воспитать мой характер, чтобы сделать из меня человека. Вашими стараниями... — Эрен поджал губы и отхлебнул из чашки. — Мне кажется, мы ни разу не говорили по душам. За столько лет. — Если не говорили, то и не стоит начинать, — Леви скучал весь день, их небольшой отряд стоял на отшибе в Фросте и простой разговор немного, но мог развеять скуку и октябрьскую жару. — Если только тебе действительно есть, что сказать дельного. Капитан Аккерман подвинул тарелочку с надкусанным пирожком поближе, в сторону Эрена: — Не кушал ещё сегодня? Без обеда? На секунду Эрен снова почувствовал себя юным кадетом, о котором решил позаботиться офицер. Однако иллюзия быстро испарилась, когда он понял, что за столько лет молчания ему действительно нечего сказать. Ничего дельного. Один бред в голове. Один эмоции. Капитан такое не любит. Эрен нахмурился, и все же решился: — Спасибо вам за всё. Я могу сгинуть в любой день, думаю, пора это сказать вслух. Скорее всего, вам плевать, что я думаю, но мне в самом деле плевать, что думаете о моих словах вы. Я благодарен, и точка. Голодный взгляд упал на пирожок, но Эрен старательно вылепил мину сытого солдата и покачал головой. — Спасибо, — сказал Йегер, чуть не захлебнувшись слюной. — Хорошо, — капитан Аккерман смотрел неморгая в глаза Йегеру, выискивая подвох и тайный смысл в нелепых словах прощания. Жизнь воина подвешена на волосок от смерти и то, что они все могут расстаться друг с другом в любой момент и секунду — априори. Но кажется пот на парне не от болезненного жара или лихорадки, вполне естественный. Неужели трудился? Леви наклонил голову, скрывая смешенные эмоции на своём лице под длинной чёлкой. — С клубникой, — тихо произнёс капитан Аккерман и подошёл к буфету, на витрине была полная тарелка таких пирожков, а буфетчица не предусматривалась. — Да, пожалуйста. — Эрен откинулся на стуле и попытался расслабиться, но тут же ощутил укол совести - Армин и остальные трудятся там до седьмого пота, пока он тут прохлаждается. Но как только пахнуло свежими горячими пирожками, рот наполнила слюна, и все вылетело из головы. Осталась пустота и голод. — Буфетчица куда-то вышла, тебе всё же следовало бы перекусить, — Аккерман взял пирожки и поставил перед титанформой Атакующего, — вся тарелка за счёт корпуса. После этих слов капитан Аккерман, ободряюще похлопал парня по плечу: — Но вот что я тебе скажу, Эрен Йегер, мысли о разлуке и смерти не подобающие для воина, — Леви прихватил свой темно-синий пиджак, висевший на спинке стула и направился к выходу, но в дверном проёме обернулся и добавил ещё к своим негромким словам, — такие мысли приводят к поражению. Эрен поднялся следом, то-ли проявляя дань уважения к офицеру, то-ли от спешки. Схватил тарелку с пирожками, жестяную кружку с недопитым чаем, и поспешил к выходу. Поровнялся с капитаном, прикоснулся разгоряченным плечом к его плечу: - Спасибо за пироги. Осталось же в вас что-то человечное. — Устало улыбнулся Йегер, глядя на капитана сверху вниз. — Я бы пожал вам руку, но... - он приподнял кружку, — как-нибудь в другой раз. Конец.